Such beautiful evil

Этой ночью Гермионе спалось плохо. Мысли о прошедшем дне все никак не хотели покидать ее. С одной стороны, девушка была рада — ее план воплощался в жизнь. Но с другой — ее беспокоило то, с какой легкостью она сегодня «издевалась» над Беллатрисой. Раньше подобное было для нее слишком пошлым, слишком извращенным — чем-то недопустимым. Сегодня же в девушке будто что-то щелкнуло. Гермиона подняла руку и внимательно посмотрела на пальцы, которые еще совсем недавно были в женщине. Ощущение теплой и влажной тесноты, будто бы ещё присутствовало на них, как и ощущение языка женщины. — Может я все преувеличиваю и со мной все в порядке? — сказала девушка вслух. Но как бы Гермиона не отрицала, но все, что сегодня она делала с женщиной, ей нравилось. Гермионе нравилась беспомощность пожирательницы, то как она насаживалась на ее пальцы, то как она была разочарована в конце. Тихо вздохнув, девушка села и посмотрела на часы. Два часа ночи. Покачав головой, Гермиона встала и отправилась на кухню. Ночной перекус –самое лучшее средство от бессонницы, считала девушка. Проходя мимо гостиной девушка вдруг остановилась — ее слух привлекли какие-то тихие всхлипы. Аккуратно подойдя ближе Гермиона замерла. На диване, прижав ноги к груди и обхватив их руками, лежала Беллатриса. Во сне женщина сбросила с себя одеяло и откинула подушку. Слышно было, что пожирательница что-то бормочет и изредка всхлипывает. Как можно тише девушка подошла к дивану, стараясь не разбудить женщину. — Нет… Нет… Не надо … Не … — бормотала Беллатриса во сне, крепче обнимая ноги. Присев около женщины, Гермиона сначала замерла — по щекам пожирательницы катились слезы. Было понятно, Лестрейндж мучают кошмары. Поддавшись какому-то внутреннему мотиву, шатенка поднесла руку к лицу женщины и стерла слезинку. Почувствовав тепло, Беллатриса, видимо инстинктивно, обхватила руку девушки прижимаясь к ней. — Нет … Нет … Прошу не надо … молю …. Оторопевшая от такой реакции Грейнджер быстро пришла в себя и, не отнимая руки, легла рядом. Видимо ее присутствие успокоило Женщину, чувствуя тепло около себя, она отпустила руку и прижалась к Гермионе всем телом. Всхлипы и бормотание вскоре прекратились и пожирательница уснула. Девушка хотела было уже уйти, но поняла, что, не разбудив женщину, она никак не выберется. Вздохнув девушка подцепила ногой одеяло и притянула его к себе. Одной рукой орудовать конечно было неудобно, но кое-как девушка накинула одеяло на них двоих и закрыла глаза. — Утро точно будет веселым, — подумала Гермиона стараясь уснуть.

***

— Что за … Грязнокровка? — оглушительный крик Беллатрисы разбудил девушку получше всякого будильника. Медленно открыв глаза, девушка увидела, как пожирательница на другом конце дивана дико смотрит на нее. В окно бил яркий свет, что говорило, что проспали они минимум до полудня, а то и больше. — Я еще вчера поняла, что ты гребанная извращенка. Что ты тут делаешь? — все также громко спросила женщина. По ее виду можно было понять, что пожирательница не столько злилась, сколько была ошарашена подобным. На мгновение задумавшись, о том надо ли говорить Беллатрисе о ее кошмарах, Гермиона решила промолчать. — Не видишь? Сплю, — сонно сказала она, разминая затекшую руку. Пожирательница видимо так и проспала прижавшись к ней всю ночь. — Гребанная извращенка, — уже более зло сказала женщина. — Ты еще и во сне пристаешь к женщинам? Пропустив мимо ушей слова Беллатрисы, Гермиона встала и потянулась. Найдя взглядом часы, девушка чуть не присвистнула. Час дня. — Да уж, поспала, — подумала девушка и добавила вслух. — Ты пока можешь занять ванну, потом пойду я. Решив послушаться, Беллатриса быстро встала и удалилась, оставив Гермиону одну. — И что было с ней ночью? — размышляла девушка. — Ясно, что подобное вызвано не просто кошмаром, скорее всего это какие-то воспоминания или еще что-то. Но сам факт того, что она успокоилась, когда я была рядом… Все это очень странно. Хотя с учетом того, что она провела в Азкабане лет десять, все можно объяснить тем, что она просто сошла с ума. Тем более в те времена тюрьму охраняли еще дементоры и провести с ними десяток лет… Решив все-таки узнать в чем дело. Гермиона быстро написала короткое письмо для Нарциссы Малфой с просьбой о встрече. После войны женщина сильно смягчилась по отношению к Гермионе и в особенности к Гарри, ведь именно благодаря ему ее семья не попала в Азкабан. Сунув письмо сове и сказав ей адрес поместья Малфоев, девушка выпустила птицу. После чего пошла в ванную, надеясь, что пожирательница уже закончила. И в правду ванна была пуста, по всей видимости женщина уже ушла на кухню. Быстро умывшись и приведя себя в порядок, девушка пошла туда же. В дверном проеме девушка ошарашено замерла. Беллатриса, в фартуке с надписью: «Горячая ведьма», подаренном Джинни на новоселье, стояла у плиты и что-то готовила. На столе же уже стояли тарелка с тостами, масленка и пара дымящихся кружек. Сказать, что Гермиона была удивлена значит не сказать ничего. Девушка была в шоке. Беллатриса Лестрейндж сама готовила завтрак с таким спокойным и умиротворённым видом, что сейчас сложно было сказать, что это одна из самых опаснейших ведьм. Обернувшись Беллатриса лишь буркнула, что завтрак скоро будет готов. Все еще не отошедшая от увиденного девушка села за стол. В чашках оказался кофе, крепкий и без сахара. Видимо пожирательница сделала все на свой вкус. Не прошло и пяти минут как женщина поставила перед Гермионой тарелку с яичницей и беконом. Сама же заключенная села напротив нее и поставила такую же тарелку перед собой. Гермиона хотела было спросить почему женщина делает это, хотя девушка ей не приказывала, но так и не решилась. Ответ же был довольно прост. В поместье Лестрейндж за еду чаще всего отвечали либо домовые эльфы, либо же специально нанятые служанки, которые не редко становились любовницами ее мужа. Правда, после этого они чаще всего сходили с ума от многочисленных пыток, которыми их «награждала» хозяйка поместья. Беллатриса даже однажды подумала, что ее мужу нравятся простые женщины — умеющие готовить и заниматься домашними делами — полная противоположность чистокровным леди из знатного рода. Ради Рудольфуса она научилась всему этому. Но муж все также относился к ней холодно и отстраненно. Сейчас же женщина с самого утра чувствовала ком внизу живота, который так со вчерашнего дня никуда и не делся. Своим хорошим поведением пожирательница пыталась получить долгожданную развязку. А если для этого надо лишь притвориться покорной — то Беллатриса притворится. Завтрак или точнее сказать обед прошел в полнейшем молчании. Гермиона не спешила заводить разговор с пожирательницей, да и это сейчас было не особо нужно. Беллатриса с каким-то отстраненным взглядом смотрела в тарелку. На ее лице то и дело мелькала горькая усмешка, значение которой девушке так и не удалось понять. Первой тишину нарушила черноволосая, отодвинув тарелку, она встала и собрав посуду со стола отправилась ее мыть. Гермиона с удивлением смотрела за действием пожирательницы, пытаясь понять причину подобного поведения. Вчера она была готова убить девушку, сегодня же она себе ведет практически как любая нормальная женщина. В голове у девушки всплыли события прошлого дня, в особенности ее слова о хорошем поведении. Может она из-за этого такая? — думала девушка — В таком случае мне стоит ее наградить. Дождавшись, пока Беллатриса закончит, Гермиона встала и, сказав пожирательнице идти за ней, отправилась в гостиную. На ходу девушка думала обдумывала свои дальнейшие действия. Беллатриса сегодня себя вела уж очень хорошо, даже подозрительно. Но раз сама Грейнджер сказала, что за хорошее поведение позволит пожирательнице кончить, то надо исполнять обещанное. — Раздевайся, — сказала Гермиона, садясь на диван. — Извращенка, — тихо прошипела Беллатриса, но послушно стянула с себя футболку и штаны, оставшись абсолютно голой. Минуту девушка сидела и рассматривала женщину. Чистая и при свете дня она выглядела очень привлекательно. Хотя красоту Лестрейндж Гермиона отметила еще вчера, но сегодня она женщина словно сияла. Встав и подойдя вплотную к женщине, девушке вдруг захотелось поцеловать пожирательницу. Решив не отказывать себе в удовольствии девушка впилась в губы женщины. В первое мгновение женщина оторопела и хотела было отстраниться, но Гермиона быстро схватила женщину за талию и притянула ближе. Губы Беллатрисы оказались на удивление мягкими и такими притягательными. Почувствовав, что женщина уже не особо против, девушка протолкнула язык ей в рот. Беллатриса сначала оторопела от подобного и хотела было прикусить язык маленькой дряни, но почувствовав крепкую хватку рук девушки на своей заднице, решила не сопротивляться и позволила Гермионе хозяйничать у себя во рту. Прошло пару минут, кислорода стало мучительно мало и шатенка прервала поцелуй, напоследок сильно прикусила нижнюю губу пожирательницы, почти до крови. — Дрянь, — пытаясь отдышаться, сказала Беллатриса, пытаясь отступить на шаг от девушки. Гермиона же заметив это, снова притянула женщину, на этот раз впиваясь в шею, оставляя на нежной коже шеи засосы. Параллельно с этим, девушка грубо схватила грудь женщины, чем вызвала стон у темноволосой. — Ты сегодня была хорошей девочкой, так что, думаю, ты заслужила оргазм, — прошептала Гермиона. От этих слов все тело женщины будто бросило в жар — грубые и неумелые ласки девушки вдруг стали вдвойне приятнее. А внизу живота появилось знакомое ощущение тяжести. Пройдясь второй рукой от груди и до промежности пожирательницы, девушка удостоверившись, что женщина уже мокрая, сразу же вошла двумя пальцами в нее. Громкий и протяжный стон вырвался из груди Беллатрисы. Не давая ей опомниться, Гермиона сразу же стала быстро двигаться в ней. Не прошло и пары минут, как пальцы девушки резко сдавило. — Ну же, Белла, кончай, — прошептала шатенка на ухо женщине. Повторять дважды не надо было. Секунда и пожирательница мелко затряслась, громко застонав, на полу же при этом появилась небольшая лужица. Когда Гермиона вытащила пальцы, Беллатриса все еще находящаяся в нирване, обессиленно рухнула на диван. Девушка поднесла запачканные пальцы к губам женщины и та, сразу поняв, что от нее требуется, без всякого сопротивления начала слизывать свои соки. — Молодец, хорошая девочка, — сказала Гермиона, вытаскивая пальцы из-за рта женщины, внимательно разглядывая пожирательницу. Женщина еще не пришла в себя. Ее тело еще изредка подергивалось, а дыхание до сих пор не восстановилось. На лице же Беллатрисы была полусумасшедшая, полу счастливая улыбка. В этот момент в стекло постучали. Обернувшись на стук, Гермиона увидела свою сову с письмом. Впустив птицу в комнату, она отвязала небольшой конверт от лапки и вскрыла его. Здравствуй, Гермиона. Ты можешь прийти сегодня вечером, часов в шесть, сына и мужа не будет в поместье: они уехали в Лондон. Так что нам никто не помешает. Нарцисса Малфой Письмо было кратким. Нарцисса даже учла плохие отношения девушки с мужской частью семьи Малфой. Хоть Люциус и Драко были благодарны им с Гарри, но они все также считали Гермиону грязнокровкой и маггловским выродком. И встречаться с ними у девушки не было никакого желания. На часах было только три и у девушки еще было время повеселиться. — Пришло время отплатить за удовольствие, — сказала Гермиона, откладывая письмо в сторону. — Надеюсь ты умеешь работать язычком? Беллатриса сначала не поняла, о чем говорит девушка, пока не увидела, как та снимает свои штаны, а затем и трусики. Под одеждой у Гермионы скрывались стройные и красивые ноги, переходящие в аппетитную попку. Что было у девушки спереди пожирательница не могла увидеть, так как Гермиона стояла к ней спиной. Наконец шатенка отошла и села в кресло, открыв взору Беллатрисы промежность с аккуратно подстриженным лобком. — Давай, ползи сюда, — скомандовала девушка, садясь поудобнее в кресле. Для Гермионы это был один из наиболее волнительных моментов. До этого она только давала удовольствие, теперь же пришла пора получать его. Немного помедлив Беллатриса слезла с дивана и, встав на четвереньки, подползла к девушке. — Думаю, ты знаешь, что делать, — с этими словами девушка сильнее развела ноги, открыв взору пожирательницы аккуратную киску. Беллатриса медлила — подобного опыта у нее никогда не было. Она медленно приблизилась лицом к промежности девушки и, неуверенно высунув язык, первый раз лизнула складочки. Доказательством того, что она пошла в правильном направлении был тихий вздох Гермионы, которая вцепилась руками в подлокотники и еще сильнее развела ноги. Поняв, что делать, женщина принялась усерднее лизать складки девушки. Пройдясь языком снизу-вверх, она нашла небольшой бугорок и присосалась к нему, слово к груди матери. На этот раз девушка издала уже протяжный стон и вцепилась одной рукой в волосы Беллатрисы, прижимая ее к промежность. Наконец опустив клитор девушки, пожирательница еще несколько раз лизнула складки и найдя вход, просунула язык внутрь, принявшись шевелить и выкручивать его. Стоны девушки наполнили комнату. Раннее Гермиона никогда не испытывала ничего подобного. Но из рассказов Джинни она знала, что «куни — это лучшая вещь на свете». Теперь она убедилась в этом на собственном опыте. Язык женщины, как думала девушка, творил чудеса. То он входил внутрь, а то танцевал вокруг чувствительного бугорка. Долго девушка не продержалась — через пять минут она вдавила лицо женщины в промежность и громким стоном кончила. Беллатриса, которая еле выбралась из цепкой хватки девушки пыталась отдышаться. Ее лицо было мокрым. Следующие два часа у Гермионы ушли на то, чтобы по максимуму насладиться новыми для себя ощущениями. Она успела кончить, наверное, с десяток раз, при этом сама пожирательница кончила не меньше двадцати раз, как от пальцев, так и от ее языка. Наконец отстранившись, от кончающей в очередной раз Беллатрисы, девушка взглянула на часы девушка поняла, что пора собираться. Поднявшись ногах, она произнесла очищающее заклятие, избавившись от следов их «игр». Кое- как она доковыляла до ванны и залезла под горячий душ. Теплые струи воды снимали усталость и придавали сил. Стоя под ними, девушка улыбалась. — Хотела доминировать и командовать, а в итоге … — думала Гермиона. Хотя подобное и было не по плану, но девушка была довольна. — Все равно если подумать, то это месть. Весьма своеобразная, но месть. Выйдя из ванной, девушка быстро вытерлась и, дойдя до спальни переоделась. Хоть это был и неофициальный визит, но приходить в дом к чистокровной волшебнице в джинсах и футболке было бы моветоном. Выбрав простое, но достаточно изящное черное платье, Гермиона переоделась. Зайдя в гостиную, девушка обнаружила женщину все в том же положении на диване, в каком она ее недавно и оставила. Беллатриса от переизбытка удовольствия просто отрубилась — и судя по количеству оргазмов — надолго. Накрыв пожирательницу, Гермиона подошла к камину и, кинув летучий порошок, сказала: — Малфой-мэнор. Вступив в зеленое пламя, Гермиона исчезла.