Such beautiful evil

Толчок… еще один… в самую глубь… еще и еще… Беллатриса стонала, сильнее оттопыривая задницу, позволяя Гермионе глубже входить в нее. Раз за разом, толчок за толчком, искусственный член безжалостно входил в самые глубины, выбивая из женщины все новые и новые стоны. Вдруг член покинул влагалище, оставив после себя неприятное чувство пустоты. — Что? Зачем? Верни… — чуть ли не умоляя, простонала Беллатриса, посмотрев затуманенным от похоти и удовольствия взглядом на Гермиону. — Прошу… — Перевернись, — тихо ответила девушка и хлопнула женщину по ягодице, оставляя алый отпечаток. Быстро перевернувшись на спину, пожирательница нетерпеливо развела ноги. Гермиона наслаждалась подобным зрелищем — последнее время в их играх Белла стала все чаще и чаще отдавать инициативу, больше проявлять пассивность. Саму же девушку это устраивало — доводить ведьму раз за разом до оргазма, слышать ее громкие стоны, видеть глаза, закатывающиеся от удовольствия — все это только возбуждало ее. — Быстрее, — прошептала в нетерпении Беллатриса. — Что быстрее? — Трахни…прошу… — Скажи полностью, ну же, — с дьявольской улыбкой на губах сказала Гермиона, не спеша войти внутрь, поглаживая головкой поверхность, то поднимаясь, стимулируя клитор, то спускаясь вниз усиливая давление на проход, но так и не погружаясь. — Прошу… Грязно… Грязнокровка, трахни… меня… — наконец смогла выговорить женщина. — Наслаждайся. С этими словами она мощным толчком вошла в стройное тело. Гермиона сразу же взяла быстрый и резкий темп, буквально вдалбливаясь в Беллу. Хотя последняя явно была не против — женщина вцепилась в спинку дивана, содрогаясь от каждого толчка. — Да… да… Аааа… Не… Не останавливайся… — громко вскрикнула пожирательница. Долго подобного Беллатриса вынести не смогла. Толчок, еще один и волна экстаза накрыла ее. Изогнувшись всем телом, она забилась в очередном за сегодняшний день оргазме. Спустя минуту она обессилено растянулась на диване. Рядом с ней рухнула Гермиона, которую подобный секс марафон также выбил из сил. — Это было невероятно, — смогла наконец проговорить Белла. — Ты словно хочешь меня затрахать. — Я думаю, ты не против такого варианта, — с довольной ухмылкой сказала Гермиона, водя рукой по плоскому животу женщины. В последние две недели, после откровенного разговора, Беллатриса начала принимать восстанавливающие зелья, чтобы избавиться от последствий Азкабана. И надо признать, курс зелий сделал свое дело. Если раньше женщину нельзя было назвать некрасивой, то теперь перед девушкой лежала практически вейла. Ушла болезненная худоба и скрылись шрамы, словно их и не было. Грудь подтянулась и теперь словно манила притронуться к себе. Как и задница, которую теперь так и хотелось мять в руках. — И это наша скромница грязнокровка, интересно, что бы сказал Поттер, если бы увидел тебя такой? — ехидно поинтересовалась — Не знаю, — наконец ответила девушка, после короткой паузы. — Я думаю, что если бы он знал все, то позавидовал, что у меня есть такая шлюшка. Хотя внешне при этих словах Гермиона казалась спокойной и даже веселой, но где-то в глубине души ее очень интересовало это. Да, Гарри знал, что она собирается делать с Пожирательницей, но сейчас вряд ли можно было сказать, что Гермиона заставляла Беллатрису страдать. Вот уже две недели как их отношения улучшились. После откровенного разговора Беллатриса, все еще иногда огрызалась и хамила, все еще называла ее грязнокровкой, но теперь все было по-другому. Женщина теперь не видела в ней врага. В глубине души Пожирательницы, Гермиона стала лучиком надежды. Надежды на то, что может быть все еще можно исправить, что все ее может стать нормальным. Что же касается секса, то поначалу это была дуэль — Белла всеми силами пыталась перехватить инициативу. Это была война за доминирование, и хотя на стороне девушки был контракт, она предпочитала использовать его как можно реже. Со временем война переросла в нечто иное — теперь секс стал тем, что было нужно им обеим. Пожирательница по итогу сдалась, уступив Гермионе место доминанта, лишь изредка она брала инициативу в свои руки доводя девушку до исступления. -Грязнокровка… эй… — громко позвала Беллатриса девушку, выводя ее из размышлений. — Ты чего замерла? -А? Да так, задумалась. Ты что-то спрашивала? — Да, насчет посещения Мунго, помнишь ты говорила, что Рудольфус может что-то знать, — сказала Беллатриса, одеваясь. — Что тебе по этому поводу ответил Поттер? — Он сказал, что вместе с министром магии придет к нам завтра вечером и тогда они и решат, — ответила девушка, применяя очищающее заклинание на игрушке и отправляя ее в шкаф. — Не бойся, я уверена, что Гарри поймет ситуацию и поможет. И, кстати, хватит называть его Поттер. Гермиона знала, что для Беллы возможность узнать правду или по крайней мере, то что явно было от нее скрыли, была очень важна. На следующий день, после «судьбоносного» разговора, девушка долго еще раз расспрашивала женщину о ее пути становления пожирателем. Хотя она и не услышала ничего нового, но была точно уверена, что на Беллатрису как-то повлияли. И теперь Гермиона хотела ей помочь, ведь возможно в Азкабане более 10 лет просидела невиновная. — Я на это надеюсь, — спокойно сказала Беллатриса. — Ладно, пошли, уже пора ужинать. Остаток дня прошел также, как и все вечера последних двух недель — в очередных спорах и дискуссиях с Беллатрисой. В лице бывшей Пожирательницы девушка нашла интереснейшего и весьма образованного собеседника. Беллатриса знала много и казалось практически обо всем, по крайней мере если это касалось волшебного мира. Политика, история, генеалогии, нюансы магического законодательства — это был лишь весьма малый перечень тем, в которых женщина разбиралась. Сразу было видно, что сказывалось воспитание древнего рода, да и природное любопытство также внесло большой вклад в образование девушки. И хотя нередко особо жаркий спор перерастал в жаркий секс, Гермиона была счастлива — вот таким довольно странным способом она нашла… «Кого? Кто для меня Белла?» — подобный вопрос уже не в первый раз приходил на ум девушке — «Кто она для меня? Бывший враг? Любовница? Или что-то большее?» На подобный вопрос Гермиона пока так и не смогла найти ответа. Она прекрасно понимала, что они уже не просто бывшие враги или любовники, а что-то большее. Но Гермиона так и не понимала кто, а может просто не хотела понимать. Еще одно главное изменение в жизни Гермионы составляло утро. Часто Гермиона просыпалась раньше и могла спокойно наблюдать за спящей Беллой, которая выглядела во сне не как злой страшный пожиратель, а как ангел во плоти. И без того красивое лицо во сне казалось просто обворожительным, особенно когда женщина морщилась от очередного назойливого лучика солнца, что мешал «великой темной волшебнице» спать. К слову спала темная волшебница много — утро Беллатрисы могло спокойно наступить в обед или и того позже. «Кто из нас у кого в подчинении», — временами думала Гермиона, в очередной раз готовя завтрак или обед для двоих. Но бывали случаи, когда Беллатриса просыпалась раньше и тогда она начинала будить девушку. Чаще всего «роль будильника» пожирательница исполняла весьма своеобразно. Всякий раз, она либо забиралась под одеяло и доводила девушку до «пробуждения» языком и пальцами, либо используя вибратор, наверное, единственный магловский прибор, пришедшийся ей по вкусу. Результат такого пробуждения был всегда одинаков — ехидная улыбка Беллатрисы и бурный оргазм девушки. Так произошло и в утро встречи с Министром. Гермиона в очередной раз проснулась от мощного оргазма, который словно цунами накрыл ее с головой. — О, ты проснулась, грязнокровка, — спокойно сказала Беллатриса, опершись на локоть одной руки, а другой прижимая вибратор к истекающему соками нутру девушки. — Белла… хватит… я… Аааа, — не успела договорить Гермиона, как очередной оргазм нарыл ее. Наконец решив остановиться женщина выключила игрушку и как ни в чем не бывало спокойно ушла в душ. «Она монстр», — пытаясь отдышаться, думала девушка без тени злобы. Хотя ей самой уже начали нравиться подобные пробуждения, да и она обязательно припомнит ей это чуть позже. Оставшееся время до вечера прошло спокойно. Пока Гермиона изучала, какие-то документы, Беллатриса же читала «Моя жизнь в качестве магла» Дэйзи Хукама, лишь изредка поглядывая на девушку поверх книги. Наконец пламя в камине поменяло цвет на ярко зеленый и из него высунулось лицо Гарри. — Гермиона, мы зайдем? — сразу же спросил он, у вставшей девушки. — Да, конечно — ответила она, подходя ближе к камину. Еще мгновение и на ковёр перед ней ступил сначала сам Гарри, а затем и Кингсли Бруствер — Министр Магии. — Гарри, Киглси, рада вас видеть. Проходите, — радостно сказала Гермиона, по очереди обнимая каждого. — Я тоже Гермиона, я тоже. Давно мы не виделись, — добродушно ответил Бруствер, осматриваясь. Он, как и Гарри, бывал у девушки весьма редко. Его беглый взгляд бывшего аврора пробежался по комнате и остановился на Беллатрисе. Женщина отложила свою книгу и подошла ближе к девушке. — Миссис Лейстрейндж, — холодно поприветствовал ее Кингсли. — Министр, — в тон ему ответила Белла. В комнате повисла напряженное молчание. Бывшая пожирательница и бывший аврор словно хотели друг друга убить взглядами. — Гермиона, — наконец нарушил паузу Гарри. — Я получил твое письмо и я, если честно, не понимаю. Ты пытаешься помочь ей?! Ты написала, что она возможно невиновна, но мы все видели, как она убила Сириуса и еще десяток магов и еще большее количество маглов. И теперь ты предлагаешь, чтобы мы ее оправдали? Было видно, что Гарри старается сдерживаться. Все то время, пока он говорил, Беллатриса не сводила с него своего взгляда. — Гарри, я все понимаю, в это трудно поверить, но, возможно это была не она, — с каким-то особенным жаром начала девушка. — Если ты ее выслушаешь, то … — Гермиона, мы все понимаем, но Беллатриса Лейстрейндж — пожиратель. Как сказал Гарри, мы видели, как она убивала. И сейчас поверить в то, что Беллатриса невиновна, довольно трудно, — вмешался Бруствер. — А может вы перестанете обращаться ко мне, как к пустому месту? — прошипела женщина, в глазах которой заплясали недобрые огоньки. — Вы даже не можете допустить того, что все, что говорю я, что все, что говорит вам гря … Гермиона, правда. Чем же вы тогда лучше таких как я? Девушка удивленно повернула голову — Белла стояла опустив голову и крепко сжав кулаки. Видно было, что еще немного, и она кинется на одного из них. — Белла, дай нам минуту, — тихо сказала Гермиона. — Сейчас я все решу. Взглянув внимательно на девушку, пожирательница тихо вышла из комнаты. — Гермиона, я думаю, что опромет… — начал было Гарри — Она впервые назвала меня по имени, — перебила его волшебница. — Я знаю, что ты или Кингсли будешь мне говорить, что она все врет, что все это только ради того, чтобы сбежать. Но я ей верю. Я видела, как она все это рассказывала, я видела воспоминания о ее пребывании в Азкабане. Я видела в ее глазах всю ту боль и страх, что она пережила. И я ей верю. — Да она убила Сириуса! — наконец не выдержал Гарри. — Она убила Бродягу! И сейчас ты пытаешься меня убедить, что это была не она?! А кто тогда?! — Гарри, — укоризненно сказал министр. — Хотя Гарри прав. Гермиона, мы тебе полностью доверяем, но мы видели, как она совершала все, то в чем ее обвиняют. И в те моменты она явно была в своем уме, если это можно, так сказать. Но я тебе полностью доверяю и, если ты на этом настаиваешь, то я организую ее поездку в Мунго. Что ты думаешь Гарри?  — Кингсли, ты ей поможешь? — удивленно спросил парень. — Она пожиратель смерти… — Я помогу не ей, а Гермионе. Тем более как ты мне рассказывал и как, я думаю, подтвердит Гермиона — Беллатриса сейчас под действием магического контракта, так что я думаю, что это возможно. — Хорошо, — тихо сказал Гарри, в голосе которого была отчетливо слышна злость. — Я спланирую поездку. И сообщу тебе, Кингсли. — Спасибо, — наконец встряла в разговор девушка. — Мне действительно важно, что вы мне доверяете. — Ну тогда, Гермиона, до встречи, — сказал Бруствер и сделал шаг к камину. — Вы не останетесь хотя бы на чай? — Извини, как-нибудь в другой раз, в министерстве много работы, — с улыбкой сказал Кингсли, заходя в зеленое пламя. — Пока, Гермиона. — Гермиона, будь аккуратна. Я верю тебе, но не верю ей. Она обманет, — тихо сказал Гарри, исчезая вслед за министром в пламени. Выходя из гостиной, девушка увидела Беллатрису. Женщина сидела на полу, прислонившись спиной к стене и смотрела в окно. — Они согласились, Гарри и Кингсли помогут — сказала Гермиона, садясь рядом с женщиной. — Но лишь потому что верят тебе. Ты слышала, Поттер мне никогда не поверит, да и Кингсли вряд ли, — тихо прошептала пожирательница. — Не волнуйся, мы со всем справимся, — также прошептала девушка, обнимая ее.