Сирота из Колланда

Шумел дождь. Он лил уже который день, поэтому в старом городском трактире сидела, «пережидая непогоду», огромная компания чуть покрасневших пьяненьких местных. Встречались и приезжие. В их числе был тот самый стриженный темноволосый рыцарь, о котором уважительно отзывались «наш мальчишка». Мальчишка сидел напротив хозяина, на одном из самых почётных мест, и ловко закладывал за воротник, но совсем не пьянел. По соседству с ним устроился громадный старик с длинной сивой бородой. Старик поглядывал на мальчишку и широко ухмылялся. — Хороший ты парень, — в который раз исподволь начал старик. — Угу, — согласился маленький рыцарь и резво опрокинул ещё кружку эля. Старик умильно улыбнулся, словно не видел ничего прекраснее за всю свою жизнь. — И умелый какой, — продолжал он негромко. Маленький рыцарь рассудительно покивал. — Ну да, водится за мной такое. — И бесстрашный, вдобавок… — Угу, — снова не стал спорить мальчишка, — кто-то говорит, что это из-за возраста. Старик изящно уместил громадный локоть между кружкой маленького рыцаря и его рукой и, подавшись вперёд, мягко сказал: — Не, дело не в возрасте совсем. Просто есть трусы и храбрецы, и ты — из числа последних. — Ну да, — поддакнул рыцарь и потянулся за кружкой; старик приблизил голову и ухмыльнулся. — Так чего сделать-то надо? Старик на мгновение вздрогнул, словно кот, застигнутый за воровством, и выпалил: — Слушай, парень, мы с мужиками долго гуторили насчёт этого дела и порешали вот что… Несколько пьяниц кругом маленького рыцаря тут же оторвались от кружек и заинтересованно повернулись. Стало очевидным, что всех их сюда согнал именно старик. Маленький рыцарь убрал руку от кружки и подпёр острый подбородок кулаком. — Мы тебе доверяем больше, чем какому-то «Рассветному Рёву», — изрёк, наконец, — старик. — Сам посуди, кто они вообще такие? Какой-то отряд святых рыцарей. А чем у нас известны святые рыцари? Во-он, вот оно, то самое дело, о котором сейчас никто не говорит. Никто не знает, что именно тогда произошло, да только с тех пор, как его величество занемог, всем распоряжаются одни они, и вот что скажу: плохо они это делают, неправильно. Да и я поспрашивал, народ у нас умный, общаться все умеют, и ничего хорошего я об этом «Рассветном Рёве» не услышал, нет. Только и делают, что нагоняют страх да казнят непокорных, неохота иметь с ними дело, пусть они и заплатят. Поэтому мы решили попросить тебя, хороший, славный парень, чтобы ты избавил нас от этого чудища, мы не пожалеем золота, еды и пива для такого героя, как ты. Маленький рыцарь оцепенел за столом, и его глаза плавно округлились. — Неужели боишься? — испуганно спросил старик. — Неужели думаешь, что не справишься с этим монстром? — И охота вам деньги спускать на меня, если тут «Рассветный Рёв» готов поработать? — удивился парень. — Они и сами вам золота отсыплют, помогайте только. — Неохота нам им помогать, — высказался могучий кузнец, — слыхал, что в деревеньке, где эль варят, случилось? Тоже, знаете, прискакал туда святой рыцарь, да как воткнёт он свой меч в землю, как перекроет источник! Ты не такой, как они. Ты славный, умный и добрый паренёк, сразу видно, что не столичный. Все столичные — люди, гнилые насквозь, с такими связываться — себя не жалеть, а терпеть их рядом долго — вот уж правда смерти подобно. Не хотелось бы, чтобы они у нас долго шастали. Помоги нам, паренёк… — Ну так а если я убью монстра, — задумчиво сказал тот, — они точно разозлятся, это же их задание. — А ты им снеси его голову да тело покажи, — мудро предложил старик, — и отпирайся, мол, никого да ничего не знаю, просто мимо проходил, решил людям добрым помочь. Паренёк задумчиво посмотрел на свои растопыренные пальцы. — Ладно, — сказал он, — берусь я за это дело. Обещаю, что за пять-шесть дней снесу вам и голову, и тело этого чудовища. Собравшиеся кругом мужчины радостно взревели. Маленький рыцарь предостерегающе поднялся, выбросил над головой руку и покачал пальцем. — Тихо-тихо! — скомандовал он, мгновенно обретая стать и важность настоящего командира. — Чего расшумелись? Сначала дайте мне пару мешков картошки да крупы, вяленого мяса и бочку эля. Скорее! Дайте припасов — я наемся, отосплюсь, и за дело. Хозяин трактира наклонился и угодливо предложил: — Слушай, маленький рыцарь, мы гостеприимные люди. Если ты нам поможешь, мы согласны и кров тебе предоставить. Негоже нашему спасителю мокнуть под дождём. — Э, — отмахнулся мальчишка, — не хочу я оставаться в деревне. Ведь, мужики, вы даже не понимаете, кого и о чём просите. Не хочу и не могу я встречаться с «Рассветным Рёвом», для меня это опасно. Поэтому в деревне я ночевать не буду. Селяне переглянулись, и старик с длинной бородой расхрабрился спросить: — А… что же ты такого натворил, голубчик? На лице мальчишки появилось зловещее выражение. — Уж лучше не спрашивай, дедушка, — низким хриплым голосом предостерёг он. Через полчаса маленькому рыцарю выкатили бочку эля и нагрузили его несколькими мешками со всей требуемой снедью. Немногие трезвые мужчины стояли на крылечке и круглыми глазами смотрели, как их спаситель вразвалочку движется по раскисшей дороге сквозь дождь, словно его совсем не тяготит ноша. — Сразу видно — святой рыцарь, — с уважением произнёс старик и заправил кончик бороды в карман. Маленький рыцарь быстро добрался сквозь ливень к огромному, кряжистому дереву с мощными корнями. Корни раскинулись далеко в стороны, как ловчая сеть; почти под широкой красивой кроной виднелось громадное дупло. Местные говаривали, что его проделала задница великана, и, учитывая габариты дерева и дупла, в это даже можно было поверить. Маленький рыцарь забрался внутрь. Почти всё дупло занимали громадные доспехи, свернувшиеся, как котёнок под боком у матери. Доспехи слабо колыхались в такт дыханию, поэтому было понятно, что они не пусты. Рыцарь отряхнулся, зажёг фонарь и сел рядом. — Ну что, сэр Дейл, теперь хоть местные не будут помогать святым рыцарям вас ловить. Того и глядишь, полегче нам с вами станет, сможем выбраться, как уляжется эта шумиха. Маленький рыцарь — или, вернее, Селия, — посмотрел на свернувшиеся калачиком доспехи. Изнутри донёсся глухой скорбный голос: — Темнота… страшно… страшно… — Да, — согласилась Селия, — это верно, страшного тоже немало. Но вы не переживайте, вы же со мной. Я вас вытащу. Она с надеждой в глазах оглянулась на старые доспехи. Те издали обречённый вздох. — Что? — спросила Селия и приподнялась. — Вы расстроены? Доспехи молчали. — Боитесь? — предположила Селия и угадала. Рыцарь в доспехах схватился за голову, начал раскачиваться и причитать: — Страшно… страшно… одна темнота… Селия вздохнула и отвернулась. Дождь за пределами дупла зарядил ещё сильнее, и начал порыкивать гром. Она стащила с себя плащ, сапоги и, высунувшись наружу, выжала вещи. Обратно Селия вернулась с промокшей головой; с её волос срывались дождевые капли. Доспехи лежали, повернувшись к ней шлемом, но никак не реагировали. Селия недолго посмотрела на них и вздохнула. — И чего я от вас жду? — риторически спросила она. — Вы же заколдованы. Вы прокляты, как и я, только ваше проклятие ещё хуже, потому что вы даже меня не помните. Неужели… правда? Она грустно свернулась в дупле и посмотрела на рыцаря. Тот всё ещё молчал. — Совсем ничего… не помните? — тихо спросила Селия. — Вы забыли обо всех нас? Обо мне? О сэре Заратрасе? Вы даже своих дочь и сына не помните? Селия смотрела в тёмный потолок, и её слипшиеся в сосульки волосы медленно просыхали, разметавшись кругом головы. Она заложила ногу на ногу и пробормотала: — Ну да, оно очевидно. Вот уж странная вышла встреча: двое проклятых шатаются по одному лесу и пытаются как-то от этого избавиться. Такое и нарочно не придумаешь. Селия задумчиво вздохнула. — Вот найдём волшебницу посильнее Мелюзины, — пустилась она в мечтания, — и расколдуемся оба. Тогда и вы сможете понять, кто вы такой, и я буду помнить, кто я. А потом вернёмся обратно, победим Дрейфуса и Хендриксена и будем жить, как раньше, правда, я толком не представляю себе, что значит это «как раньше». Знаю только, что вы сможете увидеть Гилу, если она жива, а я… ну, — Селия усмехнулась, — уж если я буду знать, кто я, то, наверное, и занятие само собой найдётся, верно ведь? Доспехи слабо шевельнулись, и в дупле послышалось глухое бряцанье. — Ги… ла? Селия тут же подскочила, опираясь на кулаки, и крикнула: — Именно, именно! Неужели вы её помните? Это же ваша дочь! Гила! Послышался сухой, как щелчок раскалываемого ореха, звук. Селия тут же устремила взгляд на доспехи Дейла. Фиолетовый панцирь треснул, точно лёд, прямо на уровне его сердца. Во все стороны побежали другие лучики-трещинки. — Страшно! — раздался из панциря глухой рёв. Доспехи неожиданно пришли в движение. Великан попытался распрямиться, но упёрся шлемом в дерево. Тогда он размахнулся и так хватил кулаком, что во все стороны полетели щепки. Дерево застонало, накренилось и медленно стало оседать набок. Селия взвизгнула и схватилась за меч. Совсем недавно там, где опустился здоровенный кулак рыцаря, лежала она. — Сэр Дейл, остановитесь! — закричала она. — Прекратите! Хватит! Стоп! — Темнота! Забвение! Мрак! — отрывисто вопил глухой голос из доспехов, и огромные кулаки снова и снова опускались вниз, расширяя и углубляя трещину. — Остановитесь! — крикнула Селия. Дерево накренилось ещё ниже, и Селию впечатало точно в холодный металл доспехов рыцаря. Она тут же потрясла головой и, как ящерица, взобралась выше, охватывая ногами и руками массивный шлем. Она схватилась за сломанный рог на нём и гаркнула: — Сэр Дейл, остановитесь! Я не желаю вам зла!.. — Тьма! Забвение! Не помню… Забыл… забыл! В лицо Селии полетели щепки, капли воды и искалеченная листва. Порыв ледяного ветра ослепил её. — Тогда я помогу вам вспомнить! — проорала Селия и прилепилась всем телом к огромному шлему. Обе её дрожащие руки обнимали его изо всех сил, а ноги обвились кругом толстой, закованной в броню шеи. Гигантские кулаки на мгновение замерли. Доспехи лязгнули, и массивное тело распрямилось. Селия осторожно приоткрыла глаза. Сэр Дейл стоял, словно окаменевший, посреди глубокой лужи, запрокинув голову. Она аккуратно убрала руки, и её ноги неожиданно ослабели. Селия свалилась в ту же самую лужу, подняв тучу брызг. На живот к ней медленно и торжественно опустился плащ. Дерево, в котором они так уютно устроились, погибшим лежало на земле. Высоко в небе сверкала молния, и уцелевшие кроны грозно шумели под яростным напором уничтожающего ветра. — Страшно… — прошептал доспех и опустился в лужу рядом с Селией. Она лежала, не двигаясь, пока холодная вода пропитывала её спину и ноги. — Всем бывает страшно, сэр Дейл, — тихо сказала она, — в этом нет ничего плохого. — Страшно, — настойчиво повторил он и медленно протянул к Селии могучую руку в доспехах. — Помоги… помоги… Селия вздрогнула. Рыцарь стоял на коленях напротив, и его гигантская рука в броне беспомощно тянулась к ней. Селия вздохнула и поднялась из лужи. Даже когда она взялась обеими ладонями за громадный латный кулак рыцаря, она казалась слишком маленькой по сравнению с ним. — Я помогу вам, — тихо и твёрдо пообещала Селия. — Обещаю, сэр Дейл. Огромный рыцарь склонил голову. Селия осторожно опустила его гигантскую руку и вздохнула: — Ну и дела… и что нам теперь делать? Мокнуть под дождём? Не очень приятно! А ведь могли бы сейчас спать как короли… Дейл молча побрёл в лес. Селия последовала за ним подобрав свои вещи. По дороге она не прекращала бормотать: — Ведь это может насторожить «Рассветный Рёв», сэр Дейл! Надеюсь, они всё-таки посчитают, будто это была молния, иначе проблем не оберёшься… кстати, вы это куда? Эй! Эй! Дейл остановился у каменистого склона. Селия с любопытством заглянула вниз. Кажется, когда-то так текла река, ныне пересохшая, и среди переломанных веток и кусков коры можно было найти неплохое убежище. Селия перевела взгляд на Дейла и одобрительно сказала: — Ладно, не спорю, место хорошее. Давайте спускаться, иначе совсем промокнем. Но, должна вам сказать, у нас оно было лучше! Вскоре Селия и Дейл грелись у небольшого костерка, защищённые навесом из худо-бедно соединённых между собой палок, которые Селия поставила на манер навеса. Как крышу ей пришлось растянуть свой собственный плащ, и теперь по нему весело барабанил дождь. Под навесом было очень мало места, и массивный бок Дейла слегка высовывался наружу. Селия вытаскивала из мешка куски мяса, жевала сама и бросала их своему спутнику. — Вы уж простите, — наконец, сказала Селия, — я не сдержалась. Вы совсем не виноваты в том, что над вами довлеет такое страшное проклятие. Но я пообещала вам найти способ его снять, так что вы не бойтесь. — Страшно, — вздрогнув, глухим голосом сообщили доспехи. — Да уж понимаю, что страшно, — рассудительно согласилась Селия, — мне тоже страшно, если честно. Но рядом с вами я не за себя боюсь, а за вас. Хочу, чтобы с вами всё было хорошо, сэр Дейл. И я приложу все усилия к этому. Сначала выберемся отсюда, потом отыщем, чем можно заклеить ваши доспехи, и вы больше не будете буянить. А потом мы найдём волшебника, который расколдует и меня, и вас. Знаете, сэр Дейл, хотя вы даже не можете мне сейчас ни слова ответить, я всё равно рада, что вас нашла. Я хотя бы знаю, что вы живы. Это самое главное. Рыцарь, угрюмо склонив голову к груди, неподвижно сидел у костра. Селия завязала мешок и подошла к нему. Одной рукой она слегка дотронулась до полированного бока и негромко сказала: — Сэр Дейл, я всегда буду рядом с вами.