Сирота из Колланда

Земли друидов плодородны и прекрасны. Здесь круглый год растёт мягкая трава, нежно греет солнце и не бывает ни битв, ни разбойничьих стычек. Многих тянет в Истар, в этот благословенный рай, неприступную крепость спокойствия, воздвигнутую посреди штормового моря жизни, но ступить сквозь её ворота может лишь тот, кому сами друиды позволят. Селия, облачённая в оборванный плащ и в стоптанных сапогах, видимо, не входила в это число. Она слонялась по прекрасным поймам и долинам, пила из пригоршни, когда нечаянно разбила кружку из котомки, спала на тёплых склонах холмов, убивала первую приглянувшуюся дичь и давно уже не разговаривала ни с одним человеком. Здесь было так пустынно, мирно и спокойно, точно эти земли никогда не знали людского присутствия. Селия могла бы радоваться тишине и благодати, и она действительно наслаждалась этим в первые несколько дней. А затем Селия начала сердито бросаться камнями, копать землю ногтями и мечом и рычать. — Говорят, открываете только тем, кто вам по душе? Ну так чего вам ещё надо? Я святая рыцарь! У меня к вам дело! Я готова предложить свою помощь в обмен на вашу, что бы вам там ни понадобилось! Какого дьявола… вы мне не открываете?! Селия развернула карту уже не в первый раз. Ещё совсем недавно гладкая, блестящая и красивая, она потускнела, пожелтела, истёрлась, а уголки её загнулись и начали отваливаться. Селия обладала отличным чувством ориентировки, поэтому в том, что она ошиблась с местом, сомнений не было. Теперь Селия начинала задумываться о другом: что карта Бедивера была неточной. Шёл четвёртый или пятый день её странствий по одиноким землям вблизи Истара. Селия начинала подумывать о том, чтобы двинуться к другим вратам на территории друидов, пусть ради этого пришлось бы проделать долгий путь сквозь неуютные молчаливые пустыни, усеянные острыми камнями. — Может, друидов совсем мало осталось, — рассуждала сама с собой Селия, лениво переставляя ноги. Когда ей стало совсем тяжело в одиночку, она начала разговаривать вслух: это помогало чувствовать себя не настолько уж и одинокой. — Может, те врата просто некому караулить. Да, попробую постучаться в другие. Может, хотя бы там мне кто-нибудь откроет. Селия устало провела рукавом по лицу и зажмурилась, глядя на закатное солнце. Время, протекающее в одиночестве, волшебным образом растягивалось, поэтому Селия понятия не имела, сколь долго смотрела ввысь. Она пришла в себя внезапно, когда её сердце насквозь, точно тяжёлая арбалетная стрела, пробило тревожное и хорошо знакомое ощущение. Она была здесь не одна. Селия тотчас опустила голову и обнажила меч. Перед глазами у неё повисла завеса темноты, и она стремительно проморгалась. Когда взор её прояснился, прямо перед собой, у подножия невысокого пригорка, на котором весело тянули головки к свету ромашки, она увидела маленькую фигурку. «Ребёнок? — удивлённо спросила себя Селия и быстро пошла к лежащему человеку, не опуская меча. — Нет… слишком большая сила для малыша. Да и…» Теперь её и человека разделяло не больше пары метров. Селия вздрогнула и вцепилась в меч похолодевшими руками. Её взор остановился на двух блестящих полупрозрачных кусках половой тряпки, которые укрывали спину ребёнка и смыкались друг с другом. Солнечный луч скользил по ним, высвечивая затейливый узор из длинных волнистых линий. — Чёрт, — выдохнула Селия, — фея! Из зарослей ромашки тут же вынырнуло крошечное круглое личико. Оно было бледным, словно фея стояла на краю гибели, и утомлённым. Розоватые губы приоткрылись, а громадные круглые синие глаза полезли из орбит. Селия заметила торчащие из перепутанных светло-рыжих волос заострённые уши, и последние её сомнения развеялись. Это была фея. — А-а-а! — завизжала фея и снова упала лицом в ромашки. — Не убивай! Селия наставила на фею меч и на всякий случай спрятала за спиной скрещенные пальцы, готовя заклинание. — Что ты несёшь, фея? Лежи смирно и не двигайся! — Сначала ты отойди! — провизжала фея, слабо копошась в ромашках. — Не трогай меня! Селия сняла с пояса ножны и аккуратно просунула их под воротник феи. Та тут же содрогнулась, поднимаясь на крошечных локтях, и провизжала: — Свирепые побеги! Ничего не произошло. Селия на всякий случай вынула ножны из-за воротника феи и осмотрелась. — Ты ещё нападать на меня удумала? Фея медленно повела головой из стороны в сторону. Преисполненные ужаса синие глаза моргнули. Фея шмыгнула курносым носиком и прошептала: — Свирепые побеги?.. — Эй-эй, я всё поняла, что ты страшная и ужасная, но давай-ка ты побережёшь силы и пообещаешь, что не кинешься на меня, когда я решу тебе помочь, по… — Не приближайся! — на последнем издыхании выкрикнула фея и тяжело задышала. — Не пытайся меня обмануть! Озадаченная Селия сделала шаг назад и плавно подняла пустые руки перед собой. Меч упал в траву. Теперь её и фею разделяло более чем приличное расстояние, однако та всё ещё тряслась всем своим тщедушным хрупким тельцем. И Селии понадобилось немало времени, чтобы понять: дело вовсе не в том, что фея её боится. Круглое личико обратилось к ней снова. В нём не осталось ни кровинки. — Эй, — прошептала Селия, аккуратно подавшись вперёд, — держись… слышала? Фея испустила утомлённый вздох и шлёпнулась носом в траву. Селия подождала с мгновение — незнакомка всё ещё не шевелилась. Слабый импульс силы, который она уловила, прежде чем заметила фею в траве, почти пропал. Селия подцепила меч с травы, подошла и вытащила обессилевшее тело из плена душистых ромашек. Глаза феи были закрыты, она едва дышала. — Вот дерьмо, — пробормотала Селия и быстро осмотрела тело. — Стать лекарем для феи… Ресницы-стрелы вдруг дрогнули, и мутные синие глаза приоткрылись. На этот раз фея отнеслась к лицу Селии над собой как к чему-то естественному и, едва двигая бледными губами, прошептала: — Я… я так устала… И закрыла глаза снова. Селия непонимающе сжимала в руках невесомое тельце. — И что мне с тобой делать?

* * *

Пока фея грелась у костерка и набиралась сил, Селия не расставалась с мечом. Она даже не отправилась на обычную охоту, а вместо этого с помощью заклинания сбила шарами пламени пару птиц и магией же их и поджарила. Волна силы, исходившая от странной феи, постепенно крепла, её бледные круглые щёчки начинали розоветь, как и сомкнутые губы, а ресницы — трепетать, что значило, что она вот-вот проснется. Тогда Селия прекратила обмерять её шагами, села в изголовье и обнажила меч. Оранжевые отблески костра придавали фее ещё более замученный и несчастный вид. «Сколько же ей лет? — задумалась Селия. — Феи всегда выглядят молодо. Может быть, ей уже перевалило за тысячу. Какое милое круглое личико у неё ни было бы, ты ведь знаешь, Селия, что феям доверять нельзя. Та, что пришла в Колланд, тоже не казалась страшной. Но она никого не пощадила, она убила каждого, кого встретила на своём пути, без всякой причины. Может, мне тут её и прикончить?» Селия схватилась за рукоять меча и навалилась на собственный кулак всем весом. В ней боролись два крайне противоречивых желания, а разум горел в агонии, не зная, на чьей стороне выступить. «Нет, — прошептала, наконец, Селия про себя, и стискивавшая меч рука медленно перестала трястись. — Нет, я так не поступлю. Она не сделала мне ничего плохого. Она явно напугана. Я не собираюсь ей сочувствовать, но уничтожать её просто потому, что какая-то другая фея давным-давно потеряла берега… я так поступать не буду. Я всего лишь помогу ей оклематься, и мы разойдёмся так, будто не встречались. Из неё и пользу можно извлечь. Может, хоть она знает, как попасть к этим клятым друидам…» Синие глаза медленно приоткрылись, и из розовых губ вырвался полустон-полувздох, исполненный глубочайшего страдания. Фея удобно лежала на пустом мешке из-под вяленого мяса, который Селия тащила с собой, и вперяла пустой взор в небо. Оно уже было безнадёжно-черным, и лишь изредка яркие точки звёзд разгоняли его глубокий мрак. — Кто ты, — писклявым, но до крайности высокомерным тоном осведомилась фея, — человек? Селия не спускала с неё напряжённого взгляда. — Ну а ты кто, фея? Короткие тонкие брови сошлись к переносице, и выражение лица феи стало крайне недобрым и неприятным. Даже её острые уши, казалось, стали длиннее. — Я задала тебе вопрос, человек, — отчеканила она, — кто ты и зачем мне помогла? — Не собираюсь отвечать, — упрямо сказала Селия, — пока ты не назовёшься первой. Ты кто вообще такая? Фея помешкала, и в её глазах мелькнула вспышка самого искреннего раздражения, смешанного со страхом. — Я Альма, — выплюнула она и попыталась сползти с мешка. Селия медленно воткнула меч перед рукой феи. Голубые глаза в ужасе расширились. — Не двигайся, — сказала Селия, — и не применяй магию, тогда и я не нападу. — Где мои гарантии? — У тебя их нет, но, если хочешь помериться со мной силами, то вперёд, — спокойно предложила Селия. Фея подёргала немного крыльями, точно придавленный к земле жук, сузила глаза и демонстративно откатилась назад. С несколько мгновений она смотрела в небо. Её горло судорожно сокращалось, как будто фея боролась с рыданиями. Наконец, она проквакала: — Тогда и ты убери меч. Селия плавным движением вытянула его из земли и вернула в ножны. Фея скосила на неё взгляд, неудобно изогнув тонкую шейку, и с трудом сглотнула. — Отойди от меня. Селия медленно, аккуратно поднялась. Фея тут же перевернулась на живот, держа руки вдоль тела, и её растрепанные волосы упали на сияющие глаза. Фея впилась в Селию требовательным взглядом и прошипела: — Сядь напротив. Чтобы я могла тебя видеть. Селия послушно выполнила и этот приказ. Фея шевельнула одной рукой, отводя её от тела, и Селия тут же вскинула в воздух меч в ножнах, кончик которого загорелся алым. — Но-но! — крикнула она предостерегающе. — Давай без этих твоих глупостей! Только шевельнись — башку снесу вместе с крыльями… Фея торжествующе ухмыльнулась. На Селию обрушился яростный порыв скрипучего ветра, и она едва успела прищуриться. Ей мгновенно стало нечем дышать. Селии удалось удержаться на ногах только потому, что она вовремя воткнула меч в землю и навалилась на него всем весом. Шестое чувство завопило об опасности, и Селия отдалась на волю ветра. Когда она приземлилась по другую сторону от меча, в землю рядом воткнулось несколько кинжалов. Трава издала угрожающий шелест, и нежные побеги вдруг потянулись вверх, стремительно утолщаясь. Селия выплюнула слюну и яростно прошипела: — Ну всё, хватит с меня! Она била наугад, но протяжный вопль феи доказал ей, что она не ошиблась. Ветер тут же стих, а трава присмирела. Селия убрала руку, с которой сорвалось заклятие, за спину и выдернула меч из земли. Фея, неуклюже раскинув крылья, как пришибленное насекомое, валялась у самого костра. Она дрогнула и попыталась приподняться на локте, но Селия уже проворно уткнула кончик меча ей в слабое горло. — Все, — процедила Селия, — лежать и отвечать на мои вопросы без феечкиных закидонов… не то остаться тебе без головы. Фея сердито сдула с потной щеки прядь волос. — Поняла? — сухо спросила Селия и медленно занесла над хрупкими полупрозрачными крылышками ногу. В выпученных синих глазах промелькнул ужас, и фея поспешно кивнула. Её узкий детский подбородок ткнулся в землю, и она мучительно прищурилась. — Да… — выдохнула фея и от боли прикусила губу. — Поняла… поняла. Я буду делать все, что прикажете. — То-то же, — глухо проворчала Селия. — Сейчас я уберу меч и ногу, но не вздумай учудить ещё что-нибудь. Как ты видела, я тоже умею колдовать, и, кажется, получше тебя. Фея промолчала. Селия тяжело выдохнула и повторила, поворачивая к ней ногу снова: — Поняла? — Поняла… — прошелестела фея и закрыла глаза. Её ресницы предательски трепетали. Селия настороженно отступила на пару шагов и, наконец, опустила меч. Её руки были так напряжены, настолько готовы к бою, что даже отказывались расслабляться и сгибаться. Она не спускала с феи недоброго, подозрительного взгляда и чувствовала, что на неё смотрят точно так же в ответ. Фея полежала с пару мгновений, вытянув вдоль тела тощие слабые руки. Они были совсем как у ребенка: белые, нежные, — и ссадины и длинные кровавые полосы на них могли бы вызвать сочувствие у любого невнимательного прохожего, который не заметил бы больших крыльев, безвольно лежащих у феи на спине. Её светло-рыжие волосы спутались и разметались так, что совершенно закрыли острые длинные уши. Если не смотреть на крылья, то она и впрямь выглядела совсем как человеческая девчонка лет двенадцати-тринадцати. Но крылья упрямо приковывали к себе взгляд. Большие, длинные, изящно вырезанные, как у ловкой бабочки, они поблескивали перламутровым светом и переливались всеми цветами радуги, когда на них падал солнечный свет: казалось, на них вспыхивает россыпь драгоценных камней. Селия выдохнула и ущипнула себя за руку, чтобы снять наваждение. Только сейчас она почувствовала, насколько же устала. Селия тяжело упала прямо на землю. Ноги её всё ещё были напряжены. Посмей фея совершить хоть одно подозрительное движение, Селия оказалась бы рядом и снесла ей голову с плеч в мгновение ока. Фея слабо пошевелилась, и Селия напряженно склонила голову. Девчонка покопошилась в пыли, приподнимаясь на локтях. Несколько раз она пробовала подняться, и снова и снова она падала в пыль носом. Кровь стекала из её ноздрей на губы и подбородок, но её распахнутые глаза горели редким упрямством. Отстранённо наблюдая за этими бесплодными усилиями, Селия спросила как будто в никуда: — Может, хватит? Фея проигнорировала её и после ещё пары попыток, наконец, встала на четвереньки. Её голова безвольно клонилась к земле, и она дышала так тяжело, словно сейчас совершила подвиг, который не способен повторить ни один герой на свете. — Ладно, — спокойно сказала Селия, — не моё дело. Ещё раз спрашиваю, ты кто? — Альма, — пробурчала фея, тяжело дыша. — Я… уже… пред… представлялась. — Откуда мне знать, вдруг ты врёшь, — пробормотала Селия отстранённо. — И что это феечка забыла на землях друидов? Альма стояла, опустив голову, на четвереньках, вся в крови, синяках и пыли, крылья свисали с её спины, как промокшие тряпки. Селия, однако, не чувствовала к ней никакой жалости. — Какое тебе дело? — резко спросила Альма и содрогнулась всем телом. — Просто из интереса, — невинно ответила Селия. Пока ей удавалось сдерживаться, хотя внутренне она начинала закипать. — Кто знает, вдруг тебе известно, как туда попасть. А у меня, понимаешь ли, тоже есть к друидам одно дело. — У человека? — хрипло расхохоталась фея и повернула к Селии голову. Её измученные синие глаза неожиданно осветились фанатичной ненавистью. — Они не расскажут тебе, как найти столько сокровищ, чтобы в них можно было утонуть! — Что? — Селия удивлённо вскинула бровь и поскребла подбородок. Фея продолжала таращиться на неё всё с тем же злорадным восторгом. — А что? — дерзко спросила она. — Неужели я ошибаюсь? Все люди жаждут богатств и разрушений! Поэтому они снова и снова разоряют чужие земли и причиняют другим боль! Они… — Так, — устало отмахнулась Селия, — мне наплевать, что ты там думаешь о людях, и на саму тебя мне наплевать. Скажи одно: ты знаешь, как попасть к друидам? На том и разойдемся. Фея оскалила мелкие белые зубки. её глаза горели жарче раскалённых угольев. — Нет! — выдохнула она. — Нет-нет, не знаю, а если бы знала… — Всё равно бы не сказала? Да, я прекрасно это понимаю, поэтому я пошла бы за тобой. — Я бы тебя прогнала! Или убила бы! Селия потёрла лоб. Маленькая феечка бушевала так, словно могла стоять самостоятельно. — Не, — беспечно отмахнулась Селия. — Сама подумай: твоя башка всё ещё у тебя на плечах только потому, что мне стало тебя жалко. Но ты так орёшь, что я ведь и передумать могу. Фея промолчала: очевидно, понимала, что угроза нешуточная. Селия выдержала короткую паузу, нарочито глядя в сторону, а затем бросила в костёр короткую фразу: — Ну так где живут друиды? — Да откуда мне знать! — недовольно прошипела фея. Она попыталась подняться на ноги, пошатываясь, сделала неуверенный шаг и тут же упала носом в землю. Селия повернула к фее, которая слабо подёргивалась в траве, точно прихлопнутый жук, голову и меланхолично посоветовала: — Да прекрати ты елозить туда-сюда. Пока не восстановишь силы, ты всё равно не сможешь передвигаться. — Я хочу уйти от тебя! — надменно пробурчала фея слабым голоском. — Представь себе, я тоже, но нам обеим нужно в одно и то же место. И мне так кажется, что у меня перед тобой преимущество. Фея с великими трудами перевернулась на спину и раскинула руки, а затем и крылья. Её глаза отрешенно смотрели в небо. — Вот, значит, как? — безучастно спросила она хриплым голосом. — Это какое? — У меня есть карта, — и Селия продемонстрировала фее замасленный свиток Бедивера, — а вот ты, кажется, бредёшь наугад. — Это не имеет значения. Друиды пускают только тех, кого пожелают сами. Так они смогли защититься от разрушительных войн и набегов, которые уже много тысячелетий потрясают мир. — Это всё звучит очень поэтично, но мне нужно знать, как заставить их пожелать, чтобы они открыли мне врата. Мне нужно поговорить хоть с кем-нибудь толковым. Фея медленно выдохнула. Селия аккуратно подсела ближе к костру, порылась в одном из своих мешков и вытащила пару кусочков мяса. Не обращая внимания на неподвижную фею в сторонке, она проколола мясо кинжалом и подвесила над огнём. Пламя весело накинулось на лезвие. — Раскалится, — послышался слабый голос в стороне. — А? — Раскалится, — нетерпеливо повторила фея. — Глупый ты человек. Ты не сможешь достать кинжал, он же раскалится. Селия пожала плечами. — У глупых людей есть куча разных премудростей, о которых феи не знают. Больше Альма ничего не говорила, да и Селия её не трогала. Она поджарила мясо, приправила его травами, которые собрала, пока слонялась кругами в поисках врат на земли друидов, и с аппетитом стала отрывать кусок за куском зубами. Дразнящий запах разнёсся по поляне, и в траве снова наметилось оживление. Селия слегка удивлённо приподняла брови, когда вдруг заметила, что фея встала на колени и умоляюще протянула руки. — Пожалуйста, — сказала она тихим голосом, — я… можно… кусочек… Селия опустила взгляд, скользя им по тельцу феи. Глухое рычание, нарушившее мирное молчание на поляне, явно исходило из её тощего живота. — Держи, — Селия сняла с кинжала пару поджаренных кубиков и прицелилась ими в фею. — Готовься поймать. — Я… я вряд ли сейчас смогу… — К кинжалу не подпущу, — спокойно предупредила Селия. — Так что лови, иначе жрать придётся с земли. Фея, тяжело вздохнув, согласилась, и Селия метнула ей сначала один кусочек, потом — второй. Высунув от усердия язык и выпучив глаза, фея ловила их с неуклюжестью ребёнка, а её руки дрожали от голода, усталости и нетерпения. Когда фея с довольным видом напихала мяса за щёки и уселась, Селия смерила её взглядом. — Ну так где земли друидов? На бледном личике снова появилось отчужденное высокомерное выражение — Понятия не имею, — повторила фея, — и хватит ко мне приставать! Селия пожала плечами и ничего не ответила. С мгновение фея смотрела на неё, словно ожидая ответа, а затем медленно выдохнула, и её узкие плечи опустились. Она неуверенно поднялась и сделала пару коротких шажков вперёд. Селия глухо пробормотала: — Сядь и прекрати уже мельтешить перед глазами. Понятное дело, что после такого истощения ты далеко не продвинешься. — Нечего… раздавать мне советы, человек! — презрительно выплюнула фея и заковыляла дальше. Сдерживая на губах парочку ласковых слов, Селия пристально смотрела, как хрупкая фигурка, вдоль спины которой безвольно обвисли крылья, движется по зелёной равнине. — Да какая мне разница, — вслух сказала Селия и, пожав плечами, взялась за мясо. — Ведь это же фея. Однако ночью она, снедаемая тревогой, не могла уснуть. Стоило Селии закрыть глаза, как перед нею представали смутные картины: разрушенные, осыпающиеся башни с бойницами, похожие на лунки выбитых зубов, дома с вышибленными стёклами, полные пыли и трухлявой скрипучей мебели, где пол проваливался под ногами, запустение на красивых площадках и форумах, на которые уже много сотен лет не заступала человеческая нога. Селия бледным призраком бродила по кривым обезлюдевшим улочкам, и за спиной у неё то и дело раздавался чей-то смех и слышалась быстрая поступь. Она оборачивалась и протягивала руку — но звуки тут же угасали, и она оставалась среди прежней пустоты и прежнего одиночества, которые давили на плечи так, словно на ней верхом ехал великан. Селия просыпалась, хваталась за обнаженный меч, который держала рядом с собой, хлопала осоловевшими глазами и медленно уваливалась обратно, на тёплый бок лошади. Это была та самая лошадь, которую она взяла ещё в деревне, охраняемой Эсканором. За долгое время путешествия они свыклись друг с другом, даже, можно сказать, подружились, поэтому Селия полагалась на лошадиное чутьё как на собственное. А Ночная кобылка спала тихо, настораживая уши только тогда, когда Селия подскакивала на земле, поэтому она могла ничего не опасаться. Утром Селия проснулась задолго до рассвета и, хотя всё её тело ломило, а глаза слипались, решила, что проваливаться в кошмар снова не стоит. — Феи… — простонала она, разминая спину. Сегодня она чувствовала себя настоящей старухой. — Каждый раз, как встречаешься с ними, они словно всю жизнь вытягивают. Селия неловко поднялась и обратила взгляд на восток, куда, кажется, ушла маленькая фея. На траве не осталось никаких её следов. Селия поворошила палкой в костре остывшие уголья. — Что же, оно к лучшему. Вставай, подруга, — Селия повернулась к лошади и потыкала её сапогом в бок, — сегодня у нас снова долгий путь впереди. Селия не прошла много. На самом деле, она едва успела миновать невысокий пригорок и добраться до нитки звенящего ручья, когда натолкнулась на что-то небольшое, беловато-серое, валяющееся в траве. При ближайшем рассмотрении оказалось, что беловатые пятна — это крылья. — Чёрт побери, — протянула Селия и наклонилась над знакомой феей. Та лежала совершенно неподвижно, и её лицо было настолько бледным, даже сероватым, что Селия на всякий случай проверила пульс. Ручка, которую она сжимала, была едва тёплой. — Ну опять двадцать пять. Лошадь позади тревожно фыркнула, и Селия присела рядом на корточки. — Да, — согласилась она напряжённо, — тут дело не так просто. При свете дня она могла ясно рассмотреть то, что ускользнуло от взора ночью. Маленькая фея лежала навзничь, подставив солнцу спину, светло-рыжие волосы разметались кругом головы. Но внимание привлекало на это, а её крылья. Вернее, их основание в том месте, где крылья сочленялись со спиной. Эти основания были изрезаны, истёрзаны, изорваны в лохмотья, как будто их рвали голыми руками, грызли зубами и пилили ржавым напильником попеременно. Кровь сочилась из бесчисленных царапин, багряными бусинами застыла на коже и на основании крыльев. Спина феи тоже была изувечена: прямо между крыльями Селия, осторожно откинув в сторону рыжие волосы, увидела глубокий, вдавленный ожоговый след размером с два мужских кулака. Она медленно выдохнула сквозь зубы. — Да какой ублюдок такое сотворил?.. Фея вдруг дёрнула головой и слабо застонала. Селия покачала головой и опустила руку в сумку. Порывшись немного, она вытащила маленькую жёлтую гранулу, на которой был ясно отпечатан магический символ. — Потерпи, — тихо попросила Селия, — сейчас со всем разберёмся. Вот уж дожилась, фей на своей спине таскаю…