Сирота из Колланда

Селии удалось не показать ни удивления, ни страха, хотя внутри у неё всё замерло. Она медленно посмотрела сначала на Деметриона, затем — на его соседа. Оба глядели на Селию, как жадные до мяса коты. — Что ещё за фея? — холодно спросила Селия. — Бросай увиливать, — впервые заговорил хмурый сосед Деметриона, — и я когда-то был учеником святых рыцарей, но ушёл, стоило мне понять, куда Хендриксен и Дрейфус ведут несчастную страну. Я умею отличать энергию феи от энергии человека. — А уж энергию конкретно этой феи Гефестион знает как облупленную, — беспечно присовокупил Деметрион. — Ведь это он ведет нас по её следу, и это из-за неё мы понесли чертову кучу убытков. «Те самые люди, что поймали Альму… это они!» — полыхнула мысль в сознании Селии. Однако она всё ещё сидела на прежнем месте и не пыталась напасть. — Потери правда были огромные, — сухо сказал Деметрион, — все повозки, куча мешков с золотом, шестеро убитых наших и выкидыш у Анны. С тех пор, как я увез её от родителей, постоянно какая-нибудь тварь мешает ей выносить моего ребёнка. Естественно, я зол. Не знаю, что фея наплела вам, сэр Симон, — тут на его лице опять появилась улыбка, — но против вас я и мои друзья ничего не имеем. Мы даже рады были бы, если бы вы путешествовали с нами, а уж за ценой мы не постоим. Сейчас такие времена, что выживать хоть как-то, да надо, так почему бы не с нами? Я прошу лишь одного в знак вашего доброго расположения — отдайте мне эту фею. — И что потом? — резко поинтересовалась Селия. — Что ты будешь с ней делать? Деметрион пожал плечами, и улыбка мгновенно сползла с его лица. Он походил на змею, изготовившуюся к атаке. — Я не собираюсь делать из этого никакого секрета. Я вырву фее крылья и продам их на чёрном рынке. За крылья настоящей феи платят бешеные деньги. В жизни не поверю, что ты сам об этом не знал. Скажи честно, хотел её продать? Подзаработать на ней? Селия посмотрела прямо в глаза Деметриона, блестящие радостным и кровожадным воодушевлением, медленно моргнула и откинула волосы назад. Торговцы пристально следили за каждым её движением, и Селия чётко видела, несмотря на накинутые на их плечи балахоны, что и они напряжены, как охотящиеся волки. — Нет, — сказала она честно, — я и не думал никуда её продавать. Просто мы совершенно случайно столкнулись на дороге, она навязала себя на мою голову и очень просила прикрыть. Я чертовски устал от её капризов и беспомощности, она тянет меня на дно и, честно говоря, задерживает в пути. — А у тебя есть причины торопиться? — понимающе спросил Деметрион. Селия повесила голову и пожевала губу. Деметрион упёрся локтем в колено, подпёр голову и доверительным тоном шепнул: — Брат Симон, ты только подумай: я ведь тебе сейчас признался, что я продаю феевы крылья. Неужели ты думаешь, что твои деяния, что бы ты ни совершил, могут меня шокировать? Я шестнадцать лет работаю, ещё мальчишкой я уже стоял у стола своего мастера и крошил феевы крылья на эликсиры. Открыто к нам никогда не заходил никто, кроме отъявленных головорезов, но даже от самых откровенных историй о кровавых похождениях у меня давно не встают волосы дыбом. Что же ты такого натворил, а, товарищ? — Я, строго говоря, больше не оруженосец, — пробурчала Селия. — На одном из заданий мы с товарищами повздорили, и я убил обоих. — Почему повздорили? — Они стали вымогать у людей, которым мы помогли, денег, а мы на такое не договаривались, — прогудела Селия. — Я такое не терплю. Слово за слово, вот и убил обоих. Я отлично знаю, что, если вернусь в Лионесс, меня ничего другого, кроме веревки или топора, не ждёт. Я решил драпать подальше, пока об этом ничего не прознали и не выслали за мной погоню. Тут и встретил эту фею, а потом — вас. Деметрион прищурился. — Законы суровы к тем, кто действует, исходя из своих принципов. Я отлично тебя понимаю и не осуждаю: все мы здесь когда-то набедокурили, сравнивать, у кого проступок тяжелее — удел суда, а не наш. От тех, кто приходит к нам, мы требуем лишь одного: следовать нашим правилам, а они не так сложны. Кто не захочет больше участвовать в наших путешествиях, может взять свою долю от нашей добычи и уйти. Этого хватит, чтобы купить маленькую фермочку где-нибудь подальше от столицы и жить в своё удовольствие, если такая скучная жизнь тебе по нраву. А если нет, можно и дальше колесить с нами и быть свободным сыном лука и кинжала — здесь выбор за тобой. Селия прищурилась. — И если я выберу вольницу, что я обязан буду делать? На всех фей не напасёшься, их сначала нужно найти. Глаза Деметриона расширились, а в следующее мгновение он расхохотался. — Вот, это мне по нраву! — воскликнул он. — Сэр Симон, вы и правда разумнейший человек из всех, которых я встречал! Конечно, на всех фей не напастись, но ведь не только они существуют на земле. — Ты и простых людей, своих сограждан, грабить собрался? — холодно уточнила Селия. — Помилуй богиня! — всплеснув руками, воскликнул Деметрион. — Разве же я похож на разбойника с большой дороги! Я не занимаюсь мелочью, на которую способен любой идиот с кинжалом! В нашем деле нужны в первую очередь мозги, сэр Симон. Как вы думаете, откуда у меня взялась Анна? Откуда вообще в домах некоторых жирующих дворян появляются хорошенькие молчаливые девушки, которые обмахивают своего господина веерами и играют для него на лютнях? Оттуда они и берутся — от таких, как мы! Красавицы, особенно умелые, очень высоко ценятся, но и достать их сложно. Для того, чтобы достать красавицу и сбыть её с рук, нужно куда больше труда и ума, чем чтобы вышибить мозги какому-нибудь крестьянину на дороге. Я не пачкаю руки о всякую грязь! Сэр Симон, ну ведь вы же будущий рыцарь и прекрасно понимаете, как много значат милосердие и отказ от пролития крови. Разве же я душегуб? Ни одна девушка от моих рук ещё не пострадала. Мой покупатель доволен, я доволен, ребята довольны, девушка, чёрт возьми, в итоге тоже довольна, многие из них выскакивают замуж так, как и мечтать раньше не смели! Селия аккуратно провела пальцем по рукояти меча и подняла на Гефестиона изучающий взгляд. Гефестион разглядывал её в ответ, и Селия и без слов и лишних движений понимала, что он ей не доверяет. — Но ведь эта лавочка незаконна, — сказала она, — если святые рыцари пронюхают, какие славные дела ты проворачиваешь, брат Деметрион, ведь тебя могут поставить на эшафоте и подвесить на длинной верёвке. — Не подвесят, — отмахнулся Деметрион, — я ведь говорю: шестнадцать лет варюсь в этом супе. Я знаю лазейки и знаю тех, кто может прикрыть, если вдруг запахнет жареным. — Но согласятся ли эти люди прикрывать и меня, оруженосца святого рыцаря, убившего товарищей? — усомнилась Селия и аккуратно отпустила рукоять меча под плащом. — Почему нет? Им все равно, кто ты, покуда ты выполняешь свою работу. Если хочешь присоединиться к нам — просто отдай фею. Селия склонила набок голову. — И всё? — уточнила она. — И всё, — спокойно подтвердил Деметрион. — Сами подумайте, брат Симон. Голова на плечах у вас есть. Зачем вам эта фея? Без нас вы её не сбудете с рук — поймают и в лучшем случае посадят. А деньги вам, как и всем нам, нужны. В этом нет ничего дурного — всякий выживает как может. Селия помедлила. Деметрион и Гефестион не сводили с неё пристальных взглядов, как падальщики, выжидающие, пока издохнет добыча. Наконец, она вздохнула и пару раз моргнула. Когда она встала, ни один из преступников не стал её останавливать. — Хорошо, — сказала Селия, — сейчас я приведу её сюда. Не успела она обернуться, как Гефестион неожиданно расправил плечи и гулко сказал: — Стой, сэр рыцарь. Я пойду с тобой. Селия изобразила кривоватую улыбку. — А что такое? Ты мне не веришь, Гефестион? — Пока что нет, — признался тот, — не серчай, сэр рыцарь, ремесло такое. Деметрион нетерпеливо заёрзал и подбросил в костер пару веток. — Ну давайте, шевелитесь уже, — ворчливо приказал он, и его глаза весело сверкнули, — феи — живучие твари. Хоть я и дал ей своё лучшее снотворное, она может очнуться, тогда опять сбежит, и начинай канитель сначала. Селия откинула плащ в сторону и пробежалась пальцами по затейливому эфесу. — Не сбежит, — пообещала она спокойно. Гефестион неожиданно протянул руку. — Сэр рыцарь, ремесло такое, что… — Меч тебе отдать? — тут же вызверилась Селия. Гефестион неумолимо смотрел на неё тёмными равнодушными глазами. — Сэр Симон, я тоже был учеником святых рыцарей. Знаю, что это нелегко. Но не могу я довериться тебе сразу, конечно же, ты меня поймёшь. Селия упрямо вцепилась в рукоять меча. — Не отдам! Это мой меч, моё оружие! Рыцарь никогда с ним не расстаётся! Тяжёлое лицо Гефестиона омрачилось, и он ещё настойчивее протянул руку так, словно собирался силком отобрать у Селии меч. — Оружие, — промолвил он решительно, — я всё равно отниму, если вы не отдадите сами. — Довольно! — вдруг раздражённо выкрикнул Деметрион. — Мне наплевать на ваши рыцарские склоки, тащите сюда фею! Гефестион злобно ворчал всю дорогу до женской палатки. Селия нарочито не смотрела в его сторону и не снимала руки с эфеса меча. Как оказалось, это было весьма предусмотрительно, ибо, едва они отошли от костра на достаточное расстояние, рука Гефестиона мелькнула у Селии над головой. Она мгновенно обнажила меч, и два лезвия непримиримо столкнулись в воздухе. Гефестион смотрел на неё полыхающими глазами. — Только попробуй что-нибудь учудить, — пробормотал он, — я убью тебя очень жестоко и медленно. — Посмотрим, — дерзко отвечала Селия, — как только разберемся с феей, вволю почешу о тебя кулаки… чтобы ты помнил, дубина, когда их следует держать подальше! Гефестион фыркнул, но руку убрал, и остаток пути они проделали во враждебном молчании, не глядя друг на друга. Селия хотела войти в палатку первой, но Гефестион оттеснил её с дороги и сурово крикнул: — Анна! Выведи фею. Трясущаяся женщина тотчас, словно только этого и ждала, вынырнула из-под полога. Она все ещё была в дорожной одежде, а её кожа была бледнее дорогого пухового одеяльца, в которое она зачем-то завернула невесомую Альму, прежде чем вынести из палатки. Анна, потупившись, протянула Альму Гефестиону и сцепила перед собой руки. Гефестион взял Альму так аккуратно, словно она была его родной дочерью. Фея даже не пошевелилась. Её ресницы трепетали, а по коже разлился болезненный румянец. — Действует снотворное-то, — порадовался Гефестион. Он сурово зыркнул на Селию, едва та шагнула вперед, и сказал: — А ты и не думай приближаться, сэр Симон, я её отнесу. Селия пожала плечами. — Я или ты, какая мне разница? Но, казалось, Гефестион ей не поверил. Анна дрожала и стояла на входе в палатку, все так же понурив голову, пока Гефестион вдруг не обернулся и не гаркнул на неё: — А ну ложись спать! Анна тут же трусовато закивала, сложилась пополам и, как краб с перебитыми конечностями, вползла обратно в палатку. Селия потащилась впереди Гефестиона: перекинув бессознательную Альму через плечо и обнажив меч, он приказал ей слушаться, чтобы не лишиться головы. Когда до костра, где сидел Деметрион, осталась пара метров, Гефестион убрал меч и деловито поравнялся с Селией. Ничего не заметивший Деметрион выразил кровожадную радость: — Притащили фею-то? Кидайте сюда, здесь и разделаемся. Гефестион торжественно уложил бессознательную Альму напротив костра. Деметрион, напевая, вынул из ножен кинжал, осмотрел его, сунул в костёр и прокрутил пару раз, пока лезвие не раскалилось докрасна. Затем он отложил кинжал, снял с пояса невразумительный свёрток и расчётливыми движениями развернул его. Внутри сверкнуло несколько странных стальных инструментов. Селия наклонилась и тихо спросила: — Что это такое? — Инструменты, — сосредоточенно произнёс Деметрион и взял самый крупный из них, похожий на большие щипцы для орехов. — Видишь ли, с этой феей мы уже хорошо знакомы. Когда ребята её схватили, так случилось, что я как раз сбывал другую у своих приятелей. Был бы с ними Гефестион, он бы объяснил идиотам, что до меня фей лапать нельзя. Я один знаю, как убрать у феи крылья. Но, видите ли, раздолбаям хотелось побыстрее подзаработать и похвастаться, какие они у меня умные. Идиоты, что с них взять, — Деметрион аккуратно перевернул Альму на живот, приподнял и перекинул через своё колено. Фея висела безжизненно, как тряпка, и по-прежнему не открывала глаз, только хрипло посапывала. В свете костра казалось, что румянец на её лице стал ещё ярче. — Что, прямо у костра и вырвешь? — скептически спросила Селия. Деметрион пожал плечами. Кончиками щипцов он аккуратно, словно врач на операции, снял с Альмы бинты и присмотрелся. — Ну да, — сказал он, — а почему бы нет? Ох, ну и понаделали, конечно… — пробормотал он, увидев, как изуродованы крылья. Их основания покрылись бело-жёлтыми гнойными бляшками. — Отправил бы идиотов к праотцам, так ведь хоть на том спасибо — это они неплохо сделали и без меня. Прибыли тут будет маловато, — Деметрион покачал головой. — И мне понадобится грубая сила. Сэр Симон, Гефестион, дуйте сюда. Гефестион молча поднялся и, приблизившись, опустился рядом с Альмой на одно колено. Без дрожи и колебаний он взял одно крыло Альмы и поднял его так, что бессознательная фея повисла в воздухе. Свет костра озарял оранжевыми отблесками его поверхность и высвечивал затейливый узор. — Сэр Симон! — нетерпеливо крикнул Деметрион. — Нужна грубая сила! Сказал же, дуй сюда и помогай. Селия медленно, словно колеблясь, подошла к разбойникам. Оба смотрели на неё, как голодные волки. Гефестион взглядом сигнализировал, что убьёт её, если она посмеет дёрнуться. Деметрион, напротив, возбуждённо улыбался. Хотя на лице его ясно читался жестокий детский восторг, его руки действовали с аккуратной и холодной точностью. — Я… — Расслабься и делай, как я велю, — твёрдо сказал Деметрион. — Главное, будь аккуратен, потому что крыло и так порядком повреждено. У феечек, как и у бабочек, на крыльях обычно пыльца, только магическая, она ускоряет их в полёте. Летать-то они и без крыльев могут, но не особенно быстро. Пыльцу мы тоже собираем и продаем, дамы ценят её как добавку к косметике. Говорят, от неё лицо свежеет, но, по-моему, это всё просто ушлые торгаши поддакивают старухам, чтобы те платили больше. Но это не наше дело. Ты, сэр Симон, ещё молочный поросёнок, какой с тебя спрос. Ругать за то, что пыльцу уничтожил, не буду. Возьмись за кончик крыла и подними его. Во-от так. Нет, чуть-чуть выше. Сейчас я срежу оба крыла вот этой штукой, — Деметрион поднял инструмент, похожий на щипцы для орехов, — управляться с этой деткой меня ещё старый учитель натаскал, покой его грешной душе. Дальше дело техники — вытащим остатки, засушим и вперёд. Селия кивнула на Альму. — А с ней что делать будем? Ведь она же умрёт? Деметрион посмотрел на неё так, словно услышал величайшую глупость в жизни, и расхохотался. — Да ну, ты правда думаешь, что феи от такого умирают? Нет, естественно! — Ну а все-таки, куда мы её потом денем? — Эту — уже никуда, — Деметрион пожал плечами, — она вон какая побитая. Ни на работу её не пристроишь, ни в рабство не продашь. Оставим здесь, пусть уж лежит и приходит в себя… я так уже не в первый раз поступаю. — И сколько после такого выживают? Если они решат попросить защиты у святых рыцарей? Тут даже Гефестион закрыл рот рукой и глухо расхохотался. Деметрион оказался куда менее сдержанным и завизжал, словно гиена над добычей. — Попросить защиты у святых рыцарей! Сэр Симон, точно ли ты оруженосец? — Сейчас Хендриксену и Дрейфусу дело есть только до войны, — процедила Селия, нахмурившись, — но и о репутации они тоже своей пекутся, не переживай, Деметрион! Если накопятся жалобы и нас схватят, пощады не жди. — Не трусь! — раздражённо прикрикнул Деметрион. — Никто нас не схватит! Да и жаловаться она никуда не пойдёт… кому в человеческом государстве, предвкушающем войну, есть дело до мелкой феечки? — Но… — Она тут чужачка, сэр Симон. Так что расслабься и держи крыло. Гефестион неумолимо вставил: — Не думаю, что мы так сработаемся. Лучше было бы разойтись… или… Селия напряжённо схватилась за меч. — Или работать вместе, — процедил Деметрион, — и перебороть девчачий страх! Вспомни, как долго ты ныл и дрожал, прежде вырвал крыло своей первой фее… Так, сэр Симон, это все дело техники, просто поднимай его и держи… Деметрион не успел договорить. Вместо слов из его рта вырвалось сдавленное глухое бульканье, словно он с головой провалился в пруд. Гефестион схватился за меч — но запоздало. Деметрион наклонился вперёд, схватившись за живот, и по его одежде потекла струйками кровь. Глаза его полезли из орбит и обессмыслились. Селия стояла почти вплотную к нему, крепко сжимая рукоять меча, погрузившегося по эфес в податливое тело. Через плечо у Селии болталась раскрасневшаяся и едва живая Альма. — Леди… Селия… — приоткрыв мутные глаза, прошептала она. — Всё в порядке, — тихо сказала Селия и похлопала фею по спине. — Сейчас я выбью дерьмо из этих подонков, и мы с тобой найдём друидов. Найдём, и они помогут нам обеим. Всё будет хорошо. Так утешала её Селия, стоя напротив Гефестиона, который тоже обнажил меч и занял боевую стойку. Исходящая от него сила была просто чудовищна. — Выбьешь дерьмо, значит, сэр Симон? — сухо спросил Гефестион и усмехнулся. — Мне даже не смешно!