Сирота из Колланда

Королевский замок был вверх дном. Бедивер наткнулся в проходе на растерянного Слейдера, и тот тут же воскликнул: — Бедивер! Нам нужна твоя помощь! Бедивер растерянно покрутил головой. Не успел он придумать предлог, под которым можно было бы избежать этого, как Слейдер вцепился в него и заявил: — Ступай к сэру Хендриксену. Ему нужна твоя помощь! — А… а… а что будет делать «Рассветный рёв»? — наконец, выдохнул Бедивер. — Мы тоже пойдём туда! — заявил Слейдер. — Беги, скорее, и труби повсюду общий сбор: дело нешуточное! «Если трубят общий сбор, — думал Бедивер, бросившись прочь длинными дворцовыми коридорами, — стало быть, её высочество Маргарет никто не охраняет. Если её высочество Маргарет никто не охраняет, я могу попытаться выручить хотя бы её!» Затеряться среди переполошенных рыцарей было не так уж и трудно. Бедивер уверенно нырнул в гущу людей, разминулся с парой знакомых, не вызвав ни у кого подозрений, и завернул за угол. Он тяжело дышал. — Черт! — воскликнул Бедивер. — Да ведь я же понятия не имею, где мне её искать! Замок содрогнулся, и Бедивера отшвырнуло к окну. Он едва успел зацепиться за выступающую раму, не то точно выбил бы собой стекло и свернул шею у подножия. Он находился достаточно высоко, хотя и не на самой вершине замка. Бедивер аккуратно приподнялся на локтях и выглянул наружу. Поле зрения заволок густой дым, который выедал глаза, нос и рот. Бедивер закашлялся и ударил себя кулаком в грудь: стало легче, но ненадолго. Он прижал к лицу носовой платок и отчаянно, несмотря на режущую боль в глазах, присмотрелся. Сквозь серую завесу было видно лишь одно: смутные силуэты искалеченных домов. Зато вопли и шум битвы накатывали на Бедивера со всех сторон, как волны взбесившегося океана. — Великанша нападает! — Спасите! Спасите! — Пошлите за людьми, нам не хватает людей! Бедивер зажал ухо уцелевшей ладонью и прикусил губу. В самом замке стало так тихо, словно все рыцари бросились на подмогу. «Да что же там такое творится? — растерянно подумал он. — Неужели король Камелота напал на Лионесс? Зачем? Ведь мы же союзники!» Бедивер отвернулся от окна и бросился вниз по ступеням. «Прости, Селия, — подумал он, — но я должен убедиться, что там, внизу, и правда демон… а потом уже отправлюсь на подмогу. Я должен знать… должен видеть это своими глазами!» Бедивер намеревался отыскать труп демона в подземелье как можно скорее. Селия не говорила ему, в какой именно из рукавов нужно ползти, но Бедивер помнил, откуда доносились крики и скрежет, и выбрал оставшийся. Просторное одеяние рыцаря заметно мешало ему ползти; когда же он, наткнувшись на тяжёлую крышку, приподнял её и вылез наружу, он весь был в земле, и вряд ли бы ему удалось объяснить кому-либо, где так испачкался, если бы его спросили, конечно. Но замок был пуст: цвет рыцарства сражался с великаншей Дианой, а все остальные выручали Хендриксена. С бешено бьющимся сердцем, полный ужаса и слабой, почти мёртвой, надежды, Бедивер тихонько опустил крышку люка, глубоко вздохнул и наконец-то открыл глаза. Первым, что он заметил, была громадная красная туша. Туша висела в цепях между потолком и полом, раззявив громадную чёрную пасть, пустые глазницы бессмысленно таращились в никуда. Бедивер рефлекторно попятился и врезался спиной в холодную стену. Это вернуло его в реальность. Ему не снился кошмар, он не попался в чужую иллюзию и не перепил в трактире. Он был трезв, здоров и свободен, стало быть, громадная туша, от которой так и разило недобрым колдовством, существовала на самом деле. Всю ярко-красную, туго натянутую кожу демона покрывали следы от глубоких порезов. Самая свежая царапина была у него на груди — Бедивер это понял по маленькой лужице внизу. «И вот это… кровь?» Бедивер неуклюже сделал шаг вперёд и рвано выдохнул. Он никогда ещё не видел демонической крови и не думал, что она будет такого цвета. Кровь беззаботно поблескивала в полутьме. Чуть поодаль, утопленное в громадной тени демона, лежало ничком человеческое тело. «Абель!» Бедивер тут же забыл обо всем, что случилось. Отдачи от взрывов наверху были такими мощными, что даже свод подземелья покачивался, но Бедиверу было всё равно. Он подбежал к неподвижному телу, рухнул рядом на колени и быстро перевернул его лицом кверху. Конечно, это был Абель: бледный, как накрахмаленная скатерть, с широко открытым ртом, он болезненно жмурился, и пот катился по его лицу крупными каплями. Бедивер аккуратно проверил температуру: Абель горел. — Эй! — обеспокоенно воскликнул Бедивер и потряс Абеля за плечо. — Абель! Абель, это я, Бедивер! Я пришёл помочь! Абель простонал, почти не закрывая рта: — Пить… я… смерть… сила… — Что ты такое несёшь, дружище! Так… стой, подожди… я сейчас… сейчас я тебя подниму и вынесу отсюда! Скажи, ты пил его кровь? — Сила… отчаяние… пустота… — хрипел Абель. Его брови и губы нервически подёргивались. Бедивер отчаянно стиснул плечо друга. Вне всяких сомнений, это был Абель. Но его поведение и, конечно же, странные, бредовые речи пугали. Их как будто произносил незнакомец. — Абель! — снова вскрикнул Бедивер и осторожно потормошил товарища. Глаза Абеля оставались зажмуренными. — Скажи… пожалуйста, ответь мне: ты пил кровь демона? Хрупкое тело Абеля неожиданно дёрнулось, словно его пронзило насквозь копьём, и вытянулось, деревенея. Бедивер растерянно попытался поддержать Абеля, хотя тот и сам висел в воздухе, прямой, точно скамейка, опираясь затылком о руки товарища и вонзив каблуки в землю. Бедивер растерянно огляделся. Никогда прежде он не испытывал такой паники и такого отчаяния. И тут глаза Абеля неожиданно распахнулись. Бедивер поперхнулся горячим воздухом и надсадно закашлялся. У Абеля, который был его другом, были зелёные, круглые, бестолковые и ещё совсем ребяческие глаза. У Абеля, очнувшегося в подземелье, они были чернее бездны — даже зрачков не было видно. — Йо, — сказал Абель глухим голосом, — а ты что тут делаешь, Бедивер? — А… бель… — едва выдохнул Бедивер и, отстранившись, выронил Абеля на землю, но тот не упал. Абель изящно развернулся в воздухе, как кошка в полёте, сел на корточки и заинтересованно уставился на Бедивера. Хотя он усиленно пучил глаза, как и прежний Абель, и держал полуоткрытым рот, он вовсе не казался удивлённым. Бедивер словно смотрел на бездарного паяца, кривляющегося на подмостках дешёвого театра. — Серьёзно, — сказал Абель всё тем же глухим голосом, — как ты меня нашёл? Сэр Хельбрам сказал, ты не знаешь, что я тут… Бедивер рванулся к Абелю и опять настойчиво стиснул его плечо. — Абель! Скажи, ты пил кровь демона? Абель хлопнул ресницами, медленно перевёл взгляд на труп, чьё жирное пузо нависало над ними, и пожал плечами. — Раз ты всё видел, отпираться нет смысла, — сказал он, — да, я пил кровь демона. Бедивер потрясенно замер. Абель смотрел на него спокойно, без всякого стыда — совсем не как тот бестолковый мальчишка-оруженосец, который извинялся перед Бедивером даже за то, что чихнул, пока тот разговаривал. — За… зачем ты это сделал? — наконец, выдохнул Бедивер. — Ты хотя бы понимаешь, к чему это привело? Ты… ты ведь мог умереть… — Но не умер, — уверенно сказал Абель и положил руку Бедиверу на плечо. Тот сразу отстранился. — Сэр Хельбрам предупреждал меня о такой опасности, я выбрал риск. И вот, как ты видишь, я жив и здоров. — Ты не здоров! — огрызнулся Бедивер. — Ты впустил в себя чудовище, как до тебя не дойдёт, Абель? — Бедивер, все эти россказни о чудовищах… — Убери руку! Ты не Абель! Бедивер вскочил и заслонился от Абеля плащом, тяжело дыша. Тот всё ещё сидел на полу и с прежним холодным бесстрастием смотрел на Бедивера, словно ожидал подобной реакции. — А кто же я тогда? — невинно спросил он. — Или ты больше не узнаешь своего друга, Бедивер? Бедивер медленно и осторожно опустил полу плаща. Гнетущее чувство сдавливало его, как тиски: ощущение незнакомости, опасности, иррациональный страх, что Абель может превратиться в монстра, броситься на него, Бедивера, и уничтожить. — Зачем… — с трудом переведя дыхание, спросил Бедивер, — для чего ты это сделал? Абель невозмутимо изогнул бровь. — Зачем я выпил кровь демона? Я думал, ты все знаешь, раз нашёл меня. — Как я тебя нашёл, неважно, — отрезал Бедивер, — ответь, зачем ты пил его кровь! Чёрные бездонные глаза посмотрели на Бедивера в упор. — Ты не Бедивер, — в голосе хрипела насмешка. — Настоящий Бедивер в жизни не задал бы такой тупой вопрос! Здесь всё и без слов понятно! Бедивер на всякий случай прошёлся пальцами по рукояти меча и тут же отдёрнул их. Странный, криво ухмыляющийся, нахальный Абель с ледяным лицом и чёрными, как бездна, глазами был всё-таки Абелем, хотя он и выпил кровь демона. — Кончай паясничать, — потребовал Бедивер, — зачем ты это сделал! Абель резко прекратил ухмыляться. Застывшее лицо обратилось к Бедиверу. — Очевидно ведь, — промолвил он, — ради силы. — Кто тебе сказал, что это даст тебе силу? Я нашёл тебя здесь чуть ли не мёртвого! Над тобой просто поставили какой-то дурной эксперимент и бросили, Абель, понимаешь? — сорвался Бедивер. Под сводами пещеры его голос звучал по-детски бессильно и даже пискляво. Абель спокойно кивнул. — Ну да, я это знаю. — Зна… — поперхнулся Бедивер. — Как? Откуда? — Сэр Хельбрам предупреждал меня, что я могу умереть, — с налётом раздражения в голосе ответил Абель, — но я согласился на это, потому что мне уже надоело оставаться оруженосцем, надоело сидеть в твоей тени и слушаться… ты уже четырнадцать лет командуешь мной, Бедивер, с меня хватит, мне это, честно, надоело. Я хотел стать святым рыцарем, как и ты, чтобы ты уже отстал от меня, наконец, чтобы я точно так же мог давать тебе совет, быть твоим товарищем, сражаться на равных! Бедивер задохнулся. В голосе Абеля звучало столько ярости и отчаяния, сколько хватило бы на нескольких человек. — Ты и так был моим товарищем! — вскрикнул он. — Но у меня бы его не было, если бы ты умер здесь, сейчас, понимаешь? — Но я не умер! В устремленном на Бедивера взгляде чёрных глаз сквозило торжество. Абель неуклюже, пошатываясь, поднялся, вскинул голову и торжествующе ударил себя в грудь кулаком. — Я выжил, — отчеканил Абель, — потому что я совместим с кровью демона. Теперь я смогу стать сильнее тебя, Бедивер! — Ты уверен, что тебя не обманывают? — гаркнул Бедивер. — Ты хоть знаешь, что случилось с теми, кого эта кровь отвергла? — Да мне всё равно! — выплюнул Абель. Его широко распахнутые чёрные глаза были совершенно бесчувственными — и всё-таки лицо искажала ярость. — Даже если я и умру, я выбрал этот путь. Я хочу стать сильнее! — Можно было сделать это и другими способами! — Бедивер прижал руку ко лбу и с трудом выдохнул. — Ладно… ладно, Абель, это ничего не решит. Сейчас Лионесс в большой опасности, мы должны выбраться отсюда и помочь королю и всем остальным… но, прошу тебя, Абель, не принимай скоропалительных решений. Неужели ты думаешь, что Хендриксен и Хельбрам просто так подарили тебе силу? Им нужна марионетка. Не поддавайся на это! — Я не марионетка, — высокомерно отрезал Абель, — я теперь стану святым рыцарем, как и ты. Почему ты не рад за меня? Смотри… я чувствую, как во мне кипит сила. Смотри, что я теперь могу! Теперь я буду защищать тебя, а тебе нужен защитник! Смотри! Бедивер попятился. Рука Абеля неожиданно сверкнула перламутром, как чешуя рыбы в струе воды, и он плавно, гибко двинулся вперёд.Через мгновение Абель уже стоял напротив Бедивера, а вместо руки у него был длинный и крепкий клинок, кругом которого зловеще вибрировал воздух. — Разве святые рыцари Старого поколения могли хотя бы представить себе такую силу? — воодушевлённо воскликнул Абель. — Скажи, Бедивер… ты, что, теперь завидуешь мне? Бедиверу было трудно даже дышать. В этом человеке в одежде Абеля и с его лицом, но с бездушными чёрными глазами и мечом вместо руки не осталось ни следа от его друга. — Я никогда тебе не завидовал, — сказал он и, с усилием протянув руку, положил её на плечо Абеля. — И никогда не считал тебя беспомощным ребёнком. Но то, что сейчас сделал ты, — это просто… такая… чудовищная глупость! — Глупость? Абель отскочил, его рука-меч задрожала, а плечи опустились. Искажённое лицо Абеля вдруг преисполнилось яростной ненависти. — Глупость, говоришь? — крикнул он. — Да ты просто… не понимаешь… ты не можешь этого понять! Тебе повезло попасть в Старое поколение, повезло быть в рядах тех, кому рукоплещут, тебе повезло быть сильным! А со мной всё всегда было не так! Я всегда стоял у тебя за спиной… всегда был бесполезным придатком, думаешь, меня не бесило, что я не мог хотя бы чуть-чуть тебе помочь, как бы ни старался? Я тебя… я хотел бы тебя убить, если бы ты не был мне как брат! Почему, если мы выросли вместе, если нас воспитывали одинаково, ты стал гением, а я так и остался оруженосцем? Бедивер неловко протянул к Абелю уцелевшую руку. — Абель, ты не в себе… — Нет, я в себе! — яростно гаркнул тот. — Я всё прекрасно осознаю… а вот ты не понятия не имеешь, каково быть слабым… никому не нужным… каково это: когда ты каждый день, просыпаясь, понимаешь, что не осуществишь свою мечту! Даже белки глаз Абеля потемнели, он стиснул кулаки и зафырчал, словно голодный зверь. Бедивер воскликнул: — Абель, хватит! Успокойся! Ты меня не понял… Абель смотрел на него загнанным взором хищника и тяжело дышал. — Не понял… — пробормотал он, — но это не страшно. Ты же меня никогда не понимал, Бедивер. Ты и не можешь понять! Ты смотрел на меня как на подчинённого, а я хотел быть тебе равным! И вот теперь… Бедивер против воли попятился, когда Абель неожиданно изогнулся всем телом, и его кожа взбугрилась. Абель не кричал и не извивался, казалось, ему вовсе не было больно. В мгновение ока он утонул в груде сизо-фиолетовой плоти, плоть отрастила себе крепкие короткие ножки, по две руки слева и справа и громадную голову с нелепо раззявленной пастью. Абель исчез на груди у чудовища, и его тёмные глаза наполовину прикрылись. Он подался вперёд, а его бледные губы слабо шевельнулись. — Бедивер, — тихо и почти что ласково сказал Абель отстранённым голосом, в котором не осталось ни намёка на прежнее оживление, — товарищ, я стану сильным.