Сыграем.

***

      Прошло около недели с тех пор, как Том Реддл впервые встретил Гарри Эванса. Но времени на нового знакомого у Тома попросту не было. По возвращении в лавку «Горбин и Бэркс» Реддл столкнулся с её хозяином, который был даже более нервным чем обычно. Старик Бэрк постоянно озирался, перекладывал с места на место наиболее темные артефакты, будто пытаясь скрыть их от глаз любого, кто не собирался что-то у него покупать, помимо этого он постоянно непроизвольно почёсывал свой подбородок и дёргался при каждом мало-мальски странном шорохе. Такое поведение обычно бойкого и невероятно вредного работодателя показалось Тому излишне подозрительным. Наученный жизнью молодой человек чуял неприятности за милю, и именно сейчас все его инстинкты подсказывали, что происходит что-то неладное. И, к своему величайшему сожалению, он не ошибся и в этот раз.       Уже к вечеру следующего дня на пороге «Горбин и Бэркс» появился небольшой отряд авроров. Они вручили владельцу письмо с извещением об аресте и сообщили шокированному старику, что через неделю его или его представителя ждут в Министерстве Магии в суде на слушанье его дела. Также бравая команда хранителей порядка сочла необходимым изъять несколько «наиболее опасных» артефактов из лавки, чтобы не уходить с пустыми руками, и, заполучив желаемое, удалилась. Чем старина Бэрк так насолил Министерству, Том не знал, но, судя по всему, накосячил этот пройдоха конкретно. В Лютном переулке арестовали владельца лавки с артефактами по подозрениям в его непосредственной связи с темной магией — это даже звучало абсурдно. «Горбин и Бэркс» не просто был связан с темной магией, некоторые его товары были чуть ли не самим ее определением, как в принципе и все, что имело хоть какое-то отношение к Лютому переулку.       Бэрк рассвирепел пуще прежнего и теперь готов был просто рвать и метать. С таким представителем в суде «Горбин и Бэркс» проиграет, не успев туда зайти, и это — неоспоримый факт. Так что, вздохнув, Том Реддл решил взять все в свои профессиональные руки. Эта работа была ему нужна, причем далеко не из-за денег, тем более Бэрк никогда не был щедрым работодателем, а скорее из-за возможностей, которые она предоставляла. Том, как бы невзначай, знакомился с богатыми и влиятельными людьми, с которыми имела дело их лавка, заполучал ценные сведения о тех или иных артефактах «из первых рук» и, более того, имел возможность прикарманить себе пару-тройку наиболее полезных. На данном этапе, по субъективному мнению Тома, эта работа была лучшей стартовой площадкой для создания «паутины связей», которая ему нужна была для успешного становления Лорда Волдеморта в будущем. Так что нет, эта лавка была нужна ему в целости и сохранности. Поэтому убедив Бэрка, что он справится с защитой интересов лавки лучше, чем кто бы то ни было, и выйдя в своеобразный «отпуск», к слову первый на его практике, по причине неспособности «Горбин и Бэркс» продолжать свою кропотливую работу, Том целиком и полностью сосредоточил свое внимание на стратегии поведения в суде. Это был первый его опыт на юридическом поприще, но в своих способностях Реддл нисколько не сомневался, было лишь одно небольшое «но»: обширный круг его знакомых уже довольно успешно продвинулся по карьерной лестнице, а некоторые даже получили место в палате магического суда, и именно в данной ситуации это было огромным препятствием.       Большинство знакомых Тома искренне не понимали, почему он тратит так много времени в старой лавке в Лютном, если он мог пойти «танком» прямиком на Министерство и со всеми своими талантами мгновенно стать где-то у его верхушки. И, что довольно абсурдно, некоторые из них искренне считали, что Бэрк удерживает Реддла силой или попросту запудрил ему голову. Как их мозг вообще до такого додумался, Тому было не понять, он вообще не был уверен в том, есть ли у них тот самый мозг, подобные мысли преследовали его довольно давно, ещё со времён школьной скамьи, но это так — детали. Теперь это сборище идиотов явно намеревалось завалить «Горбин и Бэркс» в суде и предложить место бедному мистеру Реддлу у себя под тёплым крылышком. Они хотели сделать ему бесценное одолжение, тем самым расположив к себе юного гения. Но эти идиоты понятия не имели, что делали все с точностью до наоборот. Так что, прекрасно осознавая ситуацию и скрипя зубами, Том раз за разом пересматривал свою речь на наличие подводных камней, а магические законы на наличие недосказанности и разнообразных лазеек. Реддл так погрузился в работу, что абсолютно забыл про все на свете. И вот теперь, спустя неделю бессонных ночей, он стоял около телефонной будки в Лондоне, одного из входов в министерство, и готовый размазать по стене любого, кто встанет у него на пути.

***

      Министерство предстало перед Томом Реддлом в полной красе. Оно, на личный вкус юноши, было излишне пафосным и абсолютно безвкусным. Само здание изнутри было отделано черной кирпичной кладкой, полы, как и потолок, были из черного мрамора. Министерство было больше похоже на безграмотно построенный город с богатым набором высотных зданий разных форм и размеров. «Центральная площадь» министерства была открытой местностью, видной из любой точки организации, на ней размещались камины для аппарации важных персон, лавочки и ларьки с какой-то едой для работников и гостей, а также стойка регистрации, не пройдя через которую попасть дальше просто не представлялось возможным. Помимо всего прочего, прямо по центру этой «площади» красовалась огромная золотая статуя нынешнего министра магии, что сразу выразительно кричало о тщеславии этой личности. Зал был также украшен странными растениями, одновременно похожими на виноградную лозу и на дьявольские силки, они свисали с некоторых стен и периодически подавали признаки жизни, пытаясь схватить в свои объятия кого-то из нерадивых зевак, отбившихся от толпы. Был там так же и большой водопад, из которого изредка вылетали какие-то записки, адресованные тому или иному отделу. Они вылетали из водопада, отряхивались от воды прямо на головы невезучих прохожих и направлялись к своим адресатам, насвистывая что-то незамысловатое и выписывая пируэты в воздухе. Том подозревал, что это оригинальный способ нынешнего министра передавать срочные сообщения подчинённым. В случае, если он опять был прав, этот человек уступал в театральности разве что профессору Дамблдору с его невероятно оригинальными мантиями, по первости повергавшими всех первогодок Хогвартса в глубокое состояние шока.       Впрочем, в воздухе летало ещё много чего интересного, от других записок, каких-то кулечков и свитков, до ключей и странного вида предметов. Реддл, сейчас ехавший на лифте прямиком к стойке регистрации, имел возможность лицезреть министерство во всей красе с высоты. Зрелище однозначно казалось ему странным, но обворожительным. Все же министерство магии, как и множество других удивительных мест волшебного мира, вроде того же Хогвартса или Косого переулка, имело свою, неповторимую атмосферу. А это вдохновляло мистера Реддла как ничто иное.       Он вышел из лифта и подошёл прямиком к стойке регистрации. Поздоровавшись с сидевшей за ней ведьмой и назвав цель своего визита, Том получил именной бейджик, что его несколько позабавило и вызвало несколько негативные воспоминания, в приюте тоже очень любили все подписывать. Уточнив у дамы, как ему наикратчайшим путем добраться до места назначения и, нацепив бейджик, мистер Реддл зашагал согласно описанному ею маршруту.       Вот он прошел рядом с темным, громоздким, слегка перекошенным, подобно Пизанской башне, зданием. Люди выходили из него небольшими группками и выглядели очень серьезными и суровыми, в них легко узнавались стражи магического правопорядка — авроры. Рядом с отделом Аврората располагалось ещё одно примечательное здание. Оно было бледным, будто из чистого мрамора, и сильно выделялось на общем фоне.       Спроектировано оно было строго, но со вкусом. И если, глядя на Аврорат, всплывали ассоциации с упорядоченным хаосом, то это здание буквально символизировало строгость, четкость и какую-то невинную, абсолютную, всепоглощающую чистоту. Это было министерское отделение больницы святого Мунго. Здесь никто не принимал пациентов, это здание использовалось, скорее, как архив, склад и зал для совещаний. Колдомедики, посещавшие его, выглядели спокойными и абсолютно никуда не спешащими. Было видно, что посещение этого места для них сродни небольшому отпуску, помогавшему отвлечься от обыденной больничной суматохи. Том продолжал свой путь по министерству и прошел ещё с десяток разнообразных отделов. Помимо уже перечисленных мест обитания авровов и колдомедиков его ещё заинтересовал разве что один из лифтов. Он, в отличие от остальных, вел исключительно куда-то вниз, ещё глубже под землю, и на нем Том даже невооруженным взглядом заметил много защитных чар. Люди выходили оттуда крайне редко, а если все же и выходили, то это производило фурор, так как эти индивиды были очень скрытными и каждый из них обладал своей, неповторимой, аурой, состоящей в разной степени из напряжения, задумчивости и загадочности. Не составило труда догадаться, что это — парадный вход прямиком в Отдел Тайн — логово невыразимцев. Реддла всегда интересовали эти люди — «магическая альтернатива учёным», и он давно уже хотел обзавестись парой хороших знакомых из Отдела Тайн. Хотя для этого пока как-то не представлялось случая. Том Реддл мог бы ещё долго рассуждать о полезных знакомствах, но его маленькое путешествие уже подошло к концу. Громоздкое здание из черного кирпича с надписью «Отдел магического правопорядка» встретило его своей давящей аурой. Вздохнув и в очередной раз собравшись с мыслями Том вошёл в здание и поспешил к лифту.       В этой «навесной клетке», как прозвал лифты мистер Реддл за время своего визита в министерство, было, помимо него, уже четыре человека. Он облегчённо вздохнул, заметив, что кнопку с тонкой надписью «4 корпус, этажи 7, 8, 12» уже кто-то любезно нажал за него, по неясным для него самого причинам, ведь Реддл не замечал за собой особой брезгливости, ему не очень хотелось что-то трогать в этом здании.       Лифт постоял ещё пару секунд, а потом резко пришел в движение, хлопнув металлическими дверьми-решетками. И хотя Том Марволо Реддл никогда этого не признает, но, по его скромному мнению, хуже этой «поездки» был только его первый опыт перемещения с порт-ключом, когда из-за резкого рывка где-то в зоне солнечного сплетения его чуть не вывернуло прямиком на идеально постриженный газон семьи его хорошего знакомого — Абраксаса. Спасло Малфоевские посевы только невероятная гордыня Тома, которая не дала и мускулу дрогнуть на его аристократическом лице, не то что извергнуть из желудка все содержимое. Нынешняя поездка тоже была не из приятных, кабину лифта постоянно дергало в непонятном направлении и крутило в пространстве с такой скоростью, что все ее пассажиры, включая самого Тома, потеряли равновесие и были вынуждены держаться за поручни, прочность которых была весьма сомнительной и доверия не вызывала. Наконец-то малоприятная поездка подошла к концу, дверцы-решетки открылись, и из лифта начали вываливаться волшебники, пытающиеся хоть как-то поправить руками свой потрёпанный «адской машиной» внешний вид. Выходило это у них из рук вон плохо, так что они лишь недовольно бурчали себе под нос, иногда перебрасываясь друг с другом фразами, пытаясь хоть как-то поднять себе настроение.       — Это немыслимо, Карл! Министерство только и делает, что стрижет с нас галеоны, но на нормальные лифты у них средств видите ли нет! — громче остальных жаловался своему товарищу какой-то бородатый рыжий колдун в темно-фиолетовой мантии.       — И не говори, Фридрих, это какой-то кошмар, я вот сколько не езжу, все ещё не привык, а ведь уже лет двадцать катаюсь, не менее. Министры меняются, а лифты в этом отделе нет. Эх, порой мне кажется, что скорее Хогвартс распустят лодыри из попечительского, чем здесь сделают что-то приличное, — ответил некому Карлу его собеседник. Так же волшебник невзрачной внешности в темно-фиолетовой мантии, но, в отличие от товарища, он ещё имел при себе большую конусообразную шляпу, которая чуть не была зажевана дверцами «адского аппарата» дважды.       Сейчас, разглаживая палочкой, а не руками (он же не какой-то жалкий маггл) свою слегка помятую поездкой мантию, мистер Реддл мысленно соглашался с невольно подслушанным разговором. Пускай бесчисленное количество людей и считало его гением, но он так и не смог понять, почему волшебники все ещё не придумали быстрого и комфортного способа перемещения в пространстве. Абсолютно все ныне существующие были откровенного рода издевательством и почти все из них представляли реальную угрозу для жизни.       Оставив свои рассуждения на потом, Том направился петлять по узким коридорам в поисках нужной ему аудитории. Спустя добрых пятнадцать минут, которые, без малого, показались самой вечностью, мистер Реддл достиг нужной ему двери с аккуратной надписью 228SP4U. И любой другой человек испытал бы облегчение оттого, что все-таки пришел вовремя, но Том Реддл нисколько не сомневался в своей интуиции: он был уверен, что, так или иначе, придет куда надо без каких-либо задержек, а поэтому у него были несколько другие мысли по поводу его «путешествия». Его глаза опасно поблескивали в темноте коридора, а в голове крутилась одна очень навязчивая идея: найти дегенерата, который спроектировал этот архитектурный шедевр, и заставить его вечно скитаться по своему же творению, предварительно подержав несчастного под круциатусом. Вздохнув и откинув все эмоции на задний план, Реддл выпрямился и, легонько постучав, зашёл в зал заседаний. Он явился прямо к самому началу слушания, так что все его участники уже были в сборе. К своему великому сожалению, Тому удалось увидеть несколько знакомых лиц, которые скалились в приторной улыбочке, готовясь к серьезной битве. Заметив, что все уже на месте, судья взмахнул своей волшебной палочкой, из-за чего по всему залу раздался лёгкий звон колокольчика.       — Что же, раз уж все в сборе, предлагаю начать, - произнес он. Том, как и остальные участники процесса, лишь согласно кивнул, разворачивая активную мозговую деятельность.       Судья — человек низкий, крепкого телосложения, с легкой сединой и густыми усами, похожими на щетку для обуви. Том был с ним незнаком, что уже было хорошо. Одет этот индивид был в темно-фиолетовую мантию, как, впрочем, и все присутствующие, кроме Реддла, а значит это — что-то вроде униформы данного отдела. Помимо судьи, в зале было еще шесть человек — присяжные, и еще один, который сидел рядом с судьей, — прокурор. Четверых из них Реддл знал, они все были так или иначе связаны с «Вальбургиевыми рыцарями». Это было плохо, но Том признал, что работать с подобным все же можно и приготовился размазать по стенке всех, кто встанет у него на пути. Не буквально, конечно, по крайней мере, сейчас. Судья слегка прокашлялся, и прокурор начал зачитывать обвинения — судебный процесс начался.

***

      Прошло где-то полчаса, может, чуть больше, Том Реддл не особо следил за временем в данный момент. Процесс как застопорился в самом начале, так и не хотел двигаться до сих пор. Аргументы Тома были железными, а защита безукоризненна, но присяжные продолжали свои попытки докопаться до чего-нибудь в надежде, что Реддл этого не предвидел. Судья же, явно забавляясь, бездействовал и смотрел бесплатное ток-шоу, где один единственный человек разносит всех своих оппонентов, а те, как тупоголовые бараны, лишь блеют какую-то чушь себе под нос. В этот момент Том даже сомневался, в кого он больше хочет кинуть Аваду: в безмозглых присяжных или в наглого судью. И так могло бы продолжаться еще очень долго, если бы их не прервали.       В комнату, шарахаясь и спотыкаясь о свои собственные ноги, вбежал долговязый костлявый волшебник с пурпурными волосами и изумрудной мантей. Он огляделся и, найдя глазами судью и прокурора, устремился прямиком к ним. Эти двое явно его узнали и теперь, потеряв всякий интерес к шоу «Избиение младенцев с Томом Реддлом и не очень фартовыми присяжными», внимательно рассматривали незваного гостя, явно соревнуясь, кто быстрее отгадает цель его визита. Долго гадать им, впрочем, не пришлось - мужчина быстро добежал до своей цели и начал что-то невнятно мямлить шепотом. Лицо судьи слегка искривилось, видимо, он не совсем разбирал речь говорящего. Его мучения прервал еще один незваный гость, так же в зеленой мантии. Это был еще один знакомый Тома — Абраксас Малфой. Он легонько стукнул об пол тростью, привлекая в себе внимание. Затем недовольно посмотрел на долговязого мямлю и жестом поманил того к себе.       — Скифилстон, Мерлина ради, прекращай скулить, - шикнул он подошедшему волшебнику, отчего тот поежился и виновато посмотрел на Малфоя.       — Мистер Штимбери, мистер Сподс, - продолжил Абраксас, обращаясь уже к судье и прокурору, - министр ждет вас у себя, на срочном совещании.       — М-мистер Малфой, разрешите поинтересоваться, с чего такое переполох, если министру понадобились мы, у нас же нет почти никакого политического веса… — практически прошептал судья. Было заметно, что он в ужасе. Видимо, такие «беседы» не были для него повседневностью.       — Я не могу сказать многого, Штимбери… Но, говорят, что «серый кардинал» опять решил показать когти и в очередной раз намеревается перекромсать все на свой лад. Министр, конечно же, будет искать пути отступления, но, боюсь, он проиграл еще тогда, когда решил показать свое несогласие.       — О, Мерлиновы панталоны! Что же с нами будет? — встревожено пискнул прокурор.       — Как знать, Сподс. Как знать, - ответил ему мистер Малфой, едва заметно скалясь. Ситуация явно казалась ему занятной.       — Но, кажется, я вас отвлек, - продолжил он. А затем, заметив Реддла и, еле заметно ему поклонившись, принял бразды правления процессом в свои руки. — Ни сколько не сомневаюсь, что аргументы мистера Реддла неоспоримы. Но все же спрошу… Кто-то может возразить? — приторно мягко сказал он, а после уже жестче добавил: — По делу. Присяжные лишь взбудоражено смотрели друг на друга, и потом один из них тихо проскулил:       —Нет, сэр. Возражений нет, мистер Малфой, сэр.       — Превосходно, тогда предлагаю завершить этот абсурд. Нас ждут великие дела, - властно заключил Абраксас Малфой. Он колко глянул на судью, и тот, поняв негласный сигнал, покорно поднял палочку и взмахнул ей. Раздался тот же звон, что и в начале заседания, люди встали со своих мест и пошли кто куда, перед Реддлом же появилась аккуратная бумажка с желанным вердиктом. Он придирчиво ее осмотрел, а потом, довольный увиденным, растворил в воздухе своей палочкой. Затем он легонько, почти незаметно, потянулся, разминая напряженные плечи, и, элегантно развернувшись, направился к выходу, где его уже ждал Абраксас.       — Добрый день, мой Лорд, - учтиво поклонился Малфой. Его длинные светлые волосы были, как и прежде, в Хогвартсе, уложены в аккуратный хвост, перевязанный у основания серебряной лентой. А его глаза ртутного цвета блестели так же восхищенно, как помнил Том.       — Рад видеть тебя, Абраксас. Не просветишь меня по поводу местных чудес? — размеренно сказал Реддл, скорее приказывая, чем спрашивая.       — Конечно, мой Лорд. Но давайте пройдем к ближайшей кофейне? Где поменьше лишних ушей… — с замешательством произнес блондин. Он аккуратно посмотрел на Реддла и, убедившись, что тот не раздражен, слегка выпрямился. Абраксас еще со школьной скамьи помнил: Лорда злить — себя губить.       — Я не против. Веди, - спокойно распорядился Том. Услышав это, Малфой окончательно успокоился и повел мистера Реддла в сторону самой немноголюдной кофейни на территории министерства.

***

      Двое мужчин сидели в небольшой кофейне с довольно странным интерьером. Помимо них, посетителей не было, а единственный работник этого заведения — бармен - растворился сразу же, как принес заказ.       Малфой глотнул свой кофе на пробу и взглянул на Реддла, который предпочел воздержаться от заказа из-за нелюбви есть в малоизвестных ему местах. Том Реддл выжидающе смотрел на Абраксаса и легко приподнял брови, тонко намекая, что пора бы прервать гнетущую тишину. Словами просить Малфоя не пришлось. Он сделал глубокий вдох и начал свой рассказ.       — В министерстве сейчас довольно напряжённая обстановка, мой Лорд. Пару месяцев назад объявился один человек и перевернул тут все вверх тормашками. Мы зовем его серым кардиналом, так как он единственный, кто абсолютно свободно может поменять решение министра, даже без его ведома. Многие чистокровные ему крупно задолжали и толком объяснить не могут, как именно. Никто так и не выяснил ни его имени, ни чего бы то не было. Да и не особо пытаются. Гиблое это дело… Поговаривают, он на короткой ноге с невыразимцами и гоблинами. А уж с ними никто связываться не станет. Вот и сейчас решил что-то учудить. Там еще толком не понятно, что к чему. Но, похоже, это что-то нехило так потреплет нашего министра. Иначе он бы так не дергался. Слишком ленивый.       — Ясно, следи за ситуацией. А как что-то прояснится, то потрудись написать об этом мне. Можешь подключить Эйвери или Лестрейнжда, на свое усмотрение, - ответил Реддл. Все-таки появление этого «кардинала» могло попутать ему карты, и желательно бы было за ним присмотреть. А кто из его подопечных справится с подобным лучше Малфоя? Этот молодой мужчина весьма ловко играл в политику и неплохо умел манипулировать людьми, конечно, не так хорошо, как сам Том, но лучше большинства.       — Да, мой лорд, - ответил Абраксас Малфой, склонив свою голову.       — А, и вот еще что, Абраксас. Есть один паренек… Гарри Эванс. Будь так любезен, копни под него. Он может оказаться птицей высокого полета, - как будто невзначай добавил Том.       — Х-хорошо, мой Ло… — начал было говорить блондин, как его резко перебил Реддл:       — Но. Проследи, чтобы информация никуда не просочилась. Людям не следует знать больше, чем им дано сейчас. Ты меня понял.       — Да, мой лорд, - повторил, как мантру, Абраксас.       — Превосходно. Тогда буду ждать хороших вестей. Еще свидимся, - поставил точку в их разговоре Том. Он встал со своего стула и вышел из кофейни, оставляя растерянного Малфоя наедине с его давно остывшим кофе.

***

      Том Марволо Реддл шел по направлению к выходу из министерства и все никак не мог выпустить из головы рассказ Малфоя. «Серый кардинал» действительно представлял угрозу, и было бы очень глупо не начать наблюдение. Вот такой человек ему действительно был нужен в Пожирателях Смерти.       Том так увлекся построением теорий, пускай и самых бредовых, про этого человека, что не заметил, как пересекся с одним своим знакомым около лифта и, кинув дежурное «И вам доброго дня, мистер Эванс», зашел в «адский механизм», нажав кнопку «выход». Лишь когда лифт тронулся, до Реддла дошла вся суть сказанных им слов. Его глаза удивленно расширились и заблестели. Он слегка привстал на носочки, изо всех сил пытаясь рассмотреть того, к кому он только что обратился. Полсекунды. Он видел эти изумительные изумрудные глаза лишь полсекунды, пока они окончательно не скрылись из виду. Но этого времени ему хватило. Том Реддл теперь был уверен: Гарри Эванс — вот кого он только что встретил.        «Что он здесь делал?», «Почему именно сегодня?», «Он как-то связан с происходящим?», «Это случайность?» — так много вопросов и так ничтожно мало ответов, если точно, то ни одного. Загадочный Гарри Эванс окружил себя очередной каменной стеной из тайн. Но Реддл был уверен он раскроет их все, оставив Эванса беззащитным. Эта ситуация его явно заинтриговала. Теперь письмо от Малфоя он ждал намного сильнее, чем прежде. Мысли в его голове только и делали, что крутились вокруг Гарри Эванса. Они еще встретятся, и не раз, Том Реддл знал это. Он не мог понять, откуда было это знание, оно просто появилось у него в голове в тот самый миг, как он вновь увидел мистера Эванса.       — Сэр, с вами все в порядке? — прервала его мысли какая-то обеспокоенная ведьма.       — Лифт уже давно прибыл, а вы все стоите и стоите, - продолжила она. Реддл лишь растеряно похлопал глазами, возвращаясь в реальность. Сегодня у него явно был тяжелый день, да и неделя практически без сна тоже внесла свой вклад в его состояние. Окончательно придя в себя, он вышел из лифта, благодарно улыбнулся даме, заверив ее, что причин для беспокойства нет, ведь он просто задумался, и направился в «Горбин и Бэркс», чтобы вручить непутевому владельцу лавки полученную сегодня в министерстве бумажку, за которую с Бэрка еще причитается.