Сыграем.

      Том уже смаковал свою лёгкую победу, но, посмотрев прямиком в глаза Эванса, невольно встрепенулся. В самой глубине этих зелёных омутов он увидел нечто странное. Какую-то то ли насмешку, то ли издевку. — И это так ты огрызаешься, Томми? А не слишком ли ты мал, чтобы нарываться? Ты то пока и ранить толком никого своими выходками не сможешь, а клычки то обидчики пообломают, — звучал в голове Реддла дразнящий голос Эванса, что заставило юношу отвести взгляд в сторону и невольно встряхнуть головой, развеивая наваждение. И откуда столько злорадства? Том просто не понимал. Он где-то просчитался? Возможно, но весьма маловероятно. Схема же проста как грабли, можно сказать: детская забава, да и только. Разве что Эванс просто заранее предвидел такой исход… Что ещё более маловероятно, ведь они знакомы всего пару дней, и для Гарри Эванса он — юный и, насколько это вообще возможно для обитателей Лютого переулка, наивный мальчик на побегушках. Однако все эти мысли ушли на второй план, когда Гарри Эванс заговорил слегка скучающим, но уверенным тоном. — Ах, ну и точно. Каюсь, тут Том меня подловил. Я хотел немного придержать эту информацию, но похоже, что честная игра — наше всё. Да, мистер Реддл? — саркастически спросил Эванс, слегка приподняв одну бровь, смотря Тому своими зелеными глазами прямо в душу. — Вы хотите справедливости? Хорошо, вы её получите. Но, учтите, что определенных личностей, в случае чего, придется успокаивать и обмасливать именно вам. Хотя поступок вне всяких сомнений достоин уважения… Так вот к чему это всё, — Гарри ненадолго замолчал, смакуя идеальную тишину: все сидели как на иголках. — На самом деле у мистера Реддла не такой уж большой опыт в общении с детьми. Он определенно неплохо справляется, но я хотел взять его с собой и в том числе, чтобы помочь приоткрыть новые двери так сказать. Видите ли, когда я наводил справки о мистере Реддле, — Начал свой рассказ Гарри, а затем, посмотрев на возмущенное лицо Реддла, усмехнулся и добавил. — Не удивляйся так Томми. Каким бы безответственным я не казался, но абы кого к себе в подмастерье, пускай и временное, не возьму. И так уж получилось, что один мой хороший знакомый, Альбус, если вам угодно, поведал мне о вас очень много интересного, — Эванс снова сделал небольшую паузу, а у Тома тем временем по спине пробежал табун мурашек. Том Марволо Реддл за свою жизнь знал только одного Альбуса. А этот человек мог рассказать всё что угодно, и явно не в самом положительном ключе. Гарри тем временем продолжил свой монолог, будто и не замечая всех метаний Тома. — Именно Альбус убедил меня в благонадежности Томми. Мальчик очень ответственный и начитанный. Вы только представьте одни сплошные «П» по жаба. Я даже сразу не поверил своим глазам. Так что в силе этого мага сомневаться было бы глупо. А ещё он был сначала старостой факультета, а потом и школы. Так что какие-то базовые вещи про детей он должен знать. Но опыта конечно не достаёт. Альбус также поделился со мной, что мистер Реддл изъявил желание преподавать ЗОТИ сразу после своего блестящего выпуска. Что очень похвально с его стороны: не многие знают чем бы хотели заниматься после школы. Но, разумеется ему отказали. Он же ещё слишком юн. Сам только со школьной скамьи встал, а уже преподавать тянется. Так что из-за собственной неопытности Томми был вынужден оставить мечту. А я, узнав об этом, решил ему немного помочь набраться опыта общения с разными людьми, в том числе и с детьми. По окончании работы написал бы ему рекомендацию, такую чтоб у старины Диппета просто не осталось бы сомнений. Но нет, наш юный товарищ слишком честен. Так что теперь, милая Марта, помимо успеха нашего маленького проекта, в ваших руках сейчас ещё и судьба одной наивной души. Как говориться, карты вам в руки, — завершил свой рассказ Гарри Эванс.       Как только он замолчал, кабинет погрузился в абсолютную тишину: каждый был занят своими мыслями.       Том же тем временем пребывал в состоянии лёгкого шока от услышанного. Нет он конечно знал, что мир тесен, но чтобы настолько… Альбус из рассказа Эванса точно был его бывшим учителем трансфигурации, что не сулило ничего хорошего. Эванс из категории «подозрительные раздражающие типы, от которых мне что-то нужно» мгновенно перекочевал в группу " люди с удобными связями (надо избегать вражды)», что сразу меняло всю расстановку фигур на доске. Вот теперь быть паинькой в присутствии Эванса — действительно важная задача, а не просто наказ Бэрка. А значит сладкая месть за это мерзкое «Томми», увы, откладывалось до лучших времён, ведь терять такие удобные связи как «друг Альбуса Дамблдора» Том был не намерен. Ведь за последние годы влияние Дамблдора только росло, что было очень и очень плохо для «Вальпургиевых рыцарей», так как старик всегда вставлял им палки в колеса. Таким образом теперь, когда, после победы над Темным Лордом и получения ордена Мерлина, Дамблдор взбирается на вершину своего влияния, Тому очень даже пригодится бы шпион: верный человек прямо под носом у старика, который всегда расскажет о наиболее грандиозных и опасных планах. И тут внезапно оказывается, что и ходить никуда не надо, ведь Гарри Эванс очень хорошо подходит на эту роль. Дамблдор ему уже хотя бы немного, но доверяет. И это при том, что это — тот самый «таинственный Альбус Дамблдор» который, как бы сильно Реддл не пытался, не подпустил к своим тайнам не одного из его знакомых. Так что именно сейчас Гарри Эванс становился очень желанной целью, очень ценным последователем, которого Том Марволо Реддл готов был заполучить себе любой ценой. Поэтому Том, переступая через свои сиюминутные желания, подыграл когда Гарри спросил: — Ну что, мистер Реддл, я прав? Или, возможно, мой друг где-то слукавил? — Никак нет, мистер Эванс, — ответил Том с милой улыбкой. Услышав всю эту историю Марта смягчилась и, поразмыслив ещё немного, все же сказала: — Так и быть, убедили. Идите, чего с вас взять. Хоть Стэфи будет рада, — вынесла вердикт женщина и, медленно подойдя у Гарри пригрозила ему пальцем: — Но если с моей малышкой хоть что-нибудь случиться. Малейший косяк с вашей стороны, сэр. И, поверьте мне на слово, вы очень сильно пожалеете. И вы, и ваш дражайший друг мистер Реддл. Она резко развернулась на каблуках и зашагала к выходу из кабинета. — Ну, удачи вам. Себастьян, не засиживайся, жду к ужину. Если что, я в своем отделе, — с этими словами Марта покинула кабинет. — Ну вы даёте! Я думал, что всё, без шансов. Мистер Эванс, вы настоящий мастер слова! Прямо сейчас и отправимся, — восхищенно залепетал Себастьян. — И вы не беспокоитесь? — Спросил у мужчины Эванс. — За кого? За Стэфи? Ни разу. Она девочка умная, абы куда не полезет, да и вы действительно очень талантливые волшебники. А вот за вас, джентльмены, немного беспокоюсь. Стэфи характером в мать пошла, та ещё чертовка и спорщица. А впрочем, кому я это говорю? Ты, Гарри, наверно лучше нашего знаешь. Уже не раз и не два приходилось тебе с ней общаться. А вот мистера Реддла ожидают сюрпризы… — Ничего, справимся и с сюрпризами. Ну что, пойдемте? — сказал Гарри. Они с Томом встали и направились к выходу, чтобы отыскать транспорт до Чевиот-Хилс.

***

Уже спустя пару мгновений волшебники спустились к живой двери. Эванс постучал по ней и сказал: — Будь добра, соедини меня с маленьким демоном… Надо переговорить и не волнуйся: на тебя жаловаться пока не буду — не наработала ещё.       Дверь лишь на мгновение что-то брякнула, а потом на ее гладкой поверхности появился зубастый рот, который тотчас заговорил размеренным мальчишеским голосом. — Гарри, Гарри, сколько зим сколько лет. Что приключилось? Скольких на этот раз закапывать придется? Учти, что я не буду разгружать твой график и заниматься ты этим будешь в свободное время, абсолютно самостоятельно к слову.       От последней фразы по спине Реддла пробежали мурашки: подобного рода угрозы детским голосом не каждый день услышишь, хотя в волшебном мире, вне всякого сомнения, очень многое возможно. Том даже на секунду заопасался: не попал ли он ненароком прямиком в логово к маньякам? И хоть в своих силах он был уверен ( по словам сокурсников и последователей, в дуэли «Реддл против горстки сумасшедших» за свою шкуру опасаться следовало скорее последним, нежели самому Тому ), но ввязываться в передрягу масштабов крупнее драки в школьном дворе ему все равно не очень то и хотелось. Заметив беспокойство юноши, Гарри слегка наклонился к нему и быстро прошептал на ухо: — Не беспокойся так сильно, у этого юного джентльмена просто специфическое чувство юмора. Он это несерьезно. После этой фразы Реддл бдительности не ослабил, но лицо попроще все же сделал, чтобы лишний раз себя не выдавать. Рот на двери тем временем выдал: — У меня, в отличие от некоторых, серьезная работа, Гарри. Так что либо выдай уже что-нибудь, либо я отключаюсь! — Мне нужны две портальных печати в Чевиот-Хилс, — пояснил Гарри. Дверь помолчала пару секунд, а потом слегка осклабившись произнесла: — О-хо-хо, две печати… И зачем тебе туда понадобилось сейчас ехать? А главное, кто же этот страдалец, что составит тебе компанию? — Ой, да уймись ты уже… Это не так уж и важно. И вообще, я не обязан перед тобой отчитываться! Просто дай мне эти печати, ну что тебе стоит? — возмутился Гарри. — Что же мне стоит… И правда, что же? Ну, раз такое дело, то лови, — согласился собеседник Гарри, и тотчас в двери появилось окошко, из которого медленно, сантиметр за сантиметром, начали выползать бумажки наподобие маленьких билетиков, на них витиеватым почерком были выведены какие-то надписи. Том подошел поближе, чтобы рассмотреть их. Один из билетиков уже выполз достаточно, чтобы на нем можно было что-то прочитать. Надпись гласила: «Уважаемый мистер Гарри Джеймс (Эванс), с моими наилучшими пожеланиями, пройдите пожалуйста на…» Дальше Том прочитать не успел: Гарри Эванс, тоже заметивший эту запись, среагировал мгновенно и уже спустя мгновение билетик, не успев даже толком выползти из двери-автомата, горел синим пламенем. — О, Мерлин! Ну что за издевательство! Неужели так сложно сделать то, что я прошу? Ну что ты как дите малое… Будь серьезнее и выполняй свои обязанности! Нас там ждут, мы торопимся! — возмущенно залепетал Гарри. — Я то выполню. Но начни и ты со своих. Представь нашего гостя. Ты прекрасно знаешь, что всех, кто приходит в компанию, нужно занести в реестр, — ответила дверь на выпад Эванса. — Ладно, ладно. Записывай… Это Том Реддл, работает в лавке Берка, но на данный момент, по определенной договоренности, помогает нам. — Превосходно, Гарри, я занес данные, — прокомментировала дверь, а потом обратилась уже к Тому: — Мистер Реддл, прошу вас приложил руку к области печати, которая сейчас появится на двери, для завершения процесса. Не беспокойтесь, это абсолютно безопасно. Том противиться не стал и положил левую руку на появившийся на двери сектор. — Достаточно, можете убрать. Запускаю анализ данных, — сказала спустя пару мгновений дверь.       Так они и замерли с мистером Эвансом перед говорящей дверью, в ожидании результата какого-то странного анализа. Долго ждать не пришлось: несколько минут и она вновь заговорила. — Ого, а это занятно… — Я прошу прощения, что именно вам показалось занятным? — спросил Том, который уже миллион раз пожалел, что согласился на этот анализ. Анализ, о котором он ничегошеньки не знает. Такой неизведанный и потенциально опасный. Мистер Реддл сейчас ощущал себя настоящим гриффиндорцем, который бросился в адское пекло на горячую голову, а сейчас влип по самое немогу. — Да ничего страшного, мистер Реддл. Просто увидел кое что необычное… Здесь у меня пожалуй вопросов больше к вам, мистер Эванс. Обязательно зайдите ко мне в гости на чай, но позже… А пока заберите ваш пропуск, мистер Реддл, и приятной вам поездки, господа.       В двери появилось окошко из которого моментально вылетели две птички. Они немного покружили вокруг волшебников, а потом приземлились им на руки, растворяясь и оставляя вместо себя обещанные предметы: небольшую бейджик-брошюру для Тома и два нормальных билета для Гарри. — Ну наконец-то… Я думал, что мы тут еще пол дня проведем, — облегченно вздохнул Гарри Эванс. — Следуй за мной, — обратился он к Тому. Гарри Эванс взмахнул палочкой и на двери вместо рта появилось множество каких-то кнопок. Он начал увлеченно на них нажимать и, когда в двери появилось отверстие, закинул туда билеты. Дверь щелкнула и открылась, являя перед магами невероятной красоты зеленые луга покрытые толстой шапкой снега.       Стоило волшебникам вступить на хрустящие сугробы по другую сторону дверного проема, как он бесследно исчез. — Ну вот и добрались. Всего мгновение, а шуму ради него было… Ну идем, у нас сегодня ещё много работы. Сперва надо найти нашего компаньона, — выдал инструкцию Гарри. Но не успели они сдвинуться с места, как в мистера Эванса на полной скорости влетела с криком какая-то девочка. — Гаааариииии, ты пришёл! Действительно пришел, — всё кричала она, вцепившись в мантию Эванса. — Да, да, маленькая принцесса. Я же в конце концов работаю… Покажешь тут все нам с Томом? — сказал Гарри девочке. Услышав про Тома девочка отцепилась от мантии и начала разглядывать Реддла. — Красавчик, — выдала она свой вердикт, а потом подумав добавила: — но Гарри все равно мне больше нравится. Она подбежала к Тому и, ткнув ему в бок своим маленьким пальчиком, сказала: — Хоть ты и красавчик, но не думай, что сможешь его окрутить и увести. На нашего Гарри всякие моргания от сладеньких мальчиков не работают. И вообще он… Закончить ей не дал Гарри, по-магловски прикрыв ее рот рукой. — Ну все, Стэф, хватит смущать меня и Тома. С чего ты вообще к нему полезла с такими высказываниями? Он мой помощник на ближайшие пару дней и я хочу, чтобы ты уважительно к нему относилась, это понятно? — Понятно, понятно… Просто ты никогда никого сюда не приводил и я подумала, что сейчас всё будет как в маминых книгах… Но если ты говоришь, что он ненадолго здесь, то я так уж и быть потерплю этого твоего Тома. Идемте, я покажу вам путь, — заключила девочка и они наконец сдвинулись с места.       На самом деле, терпеть здесь приходилось скорее самому Тому. Он и так детей недолюбливал, а это экземпляр так и вовсе оказался неимоверно раздражающим. Но мистеру Реддлу надо было держать лицо, поэтому он из последних сил игнорировал выпады неразумного создания, изредко пиля ее недовольным взглядом.

***

      Они остановились лишь тогда, когда зашли вглубь одной из пещер, расположенных в самом сердце Чевиот-Хилс. — Ну вот. Тут мы с ребятами играли когда все и началось, — сказала девочка. — Здесь есть много разных волшебных камушков, поэтому нам тут так интересно играть, — пояснила она. — А какого рода волшебных камушков? Что именно они делают? — спросил у Стэфи Том, решивший отвлечь свой мозг от надоедливого ребенка анализом новой информации. — Ну, разное всякое. Какие-то меняют там цвет глаз или волос, какие-то искорки разноцветные пускают. О, а есть еще блестяшки-леташки, они самые редкие и классные, — начала перечислять она. — Блестяшки-леташки? — переспросил Гарри. — Ну с ними ты начинаешь светиться и немного подниматься в воздух. Денис как-то себе в карманы шесть штук запихнул, а мы его потом под самым потолком ловили… — Отлично… Очень интересно. Стэф, а не могла бы ты показать нам эти камушки? — спросил Эванс. — Ну конечно… Но это очень сложно. Найти леташки. Давай я попробую, а если у меня получится, то ты сделаешь мне подарок, — предложила Стэфани, хитро прищурившись. — Какого рода подарок ты хочешь? Учти, что всякие опасные артефакты под запретом. Знала бы ты, как мне от твоей мамы влетело, — поставил свои условия Гарри. Девочки немного покраснела и, ковыряя ботинком землю, пропищала. — Я хочу, чтобы ты наколдовал мне такое же платье как у принцессы из той магловской книжки. Ну, из той где ещё туфельки волшебные были. — Золушка что ли? — уточнил Гарри. — Ну да! Как у нее. И чтобы ты мне ручку поцеловал, как тот принц. Я, когда вырасту, хочу стать принцессой, так что мне надо привыкать и учиться. А ты сыграть принца сможешь лучше всех остальных, — воодушевленно защебетала девочка. — Ладно, хорошо. Принц, так принц. По рукам, маленькая хитрюга, — вздохнул Гарри. Девочка заверещала и побежала в уголок пещеры перебирать камушки. — Ну и к чему этот цирк? Ты же мог просто сам магией призвать нужный камень. Я более чем уверен, что ты знаешь о чем идет речь, — спросил у Гарри Том, находясь в недоумении от такой странной выходки. — Стэф очень активная девочка и ей было бы скучно смотреть, как мы с тобой тут возимся. Она бы несомненно убежала и попала бы в передрягу. Пусть лучше пустит свою энергию в мирное русло. Тем более, что искать ведьмин жемчуг совсем не сложно, — пояснил Гарри. — Нашла! — раздался выкрик Стэфи. Девочка уже неслась к волшебникам с каким-то серовато белым камушком в руках. — Он немного другой, но вроде похож, — сказала она протягивая камень магам. Том взял его и начал крутить в разные стороны, осматривая, в то время как Гарри ушел колдовать над наградой для Стэфани.       Том Марволо Реддл не был большим специалистом в волшебной минералистике. Тех знаний, что таила в себе библиотека Хогвартса было недостаточно, чтобы он мог точно сказать тот ли это камень или нет, но вот шестое чувство Тома почему-то намекало ему о приближающейся угрозе. — Мистер Эванс, с этим камнем возможно что-то не так… Я это, — начал было говорить Том, как вдруг у него резко потемнело в глазах.       Почти сразу же в ушах Тома зазвенело, дышать становилось все сложнее, а на тело как-будто давило со всех сторон. Так продолжалось ещё несколько минут, а потом все неприятные ощущения ушли так же мгновенно, как и появились и, с превеликим удивлением, Том обнаружил, что стоит в другой части пещеры, а к его руке прижимаются мягкие губы Эванса.       В этот момент у Тома в голове перемешалось просто всё. Он ощутил себя Гойлом, который пришел сдавать высшие зелья. Том не знал: влияние ли это столь странного перемещения или же он просто медленно сходит с ума, но губы Эванса казались такими шелковыми и нежными, что по спине пробежался табун мурашек, к щекам невольно прилила кровь, а в груди что-то затрепетало. Юноша чувствовал себя так ошарашенно и неловко, как наверное никогда прежде. И само собой разумеется, что Том Марволо Реддл будет отрицать все эти странные ощущения до самого последнего вздоха. — Что ты, вы… — слегка заплетающимся языком заговорил Том, силясь сделать хоть что-нибудь. — Ну вот и все, Стэф… — сказал в ответ Гарри, а потом, подняв взгляд и осознав, кто именно перед ним стоит, отскочил как ошпаренный, слегка покраснев. — Мистер Реддл? Какого книзла? Что происходит? — начал расспрашивать ошарашенный Гарри, судорожно оглядываясь. — Камень. Это какой-то другой камень, — смог выдавить Том, постепенно приходя в себя. Осознав, что всё ещё держит свою руку в том положении, в котором она была в момент того злосчастного поцелуя, он слегка встряхнул ее и убрал за спину, как будто ничего и не было, хотя легкий румянец на его щеках всё же портил общую картину непринужденности. — О, Мерлин… Прости меня, я должен был сначала сам осмотреть камень, а потом уже давать его тебе. Все хорошо? Голова не кружится? Стэф, а ты как себя чувствуешь? — обеспокоенно залепетал Гарри, осматривая своих спутников. — Я в порядке, но…- начала Стэф, а потом, накинувшись на Реддла, уткнулась ему в мантию и зарыдала, пачкая слезами не только свое новое платье, но еще и Реддла: — прости, прости меня Том… Я такая глупаяяя. Я… Я перепутала камни и теперь тебе больно. У-у-у-у-у. Прости. Стэфи такая дууууурочкаааааа…       Реддл тем временем стоял в растерянности. Выросший в приюте, он давно привык к детскому плачу, но вот утешать и успокаивать младших привычки не имел. Осознавая, что ещё немного и его мантия превратиться в тряпку заляпанную детскими соплями он решил действовать. Опыт у него был невелик: все же слизеринцы, пускай даже и первокурсники, не особо привыкли публично распускать нюни и с плаксами, за всё время, что был старостой в Хогвартсе, Том имел дело лишь пару раз. Так что, так как опираться особо было не на что, он решил просто повторить модель поведения старосты гриффиндора Минервы Макгонагалл (вот уж кто действительно часто вытирал малышне сопли). Том легонько прошелся руками по волосам девочки, обращая её внимание на себя, и заговорил: — Во первых, мне уже не больно. Просто слегка дискомфортно, но и это скоро должно пройти. — Правда-правда? — уточнила Стэфи, пошмыгивая носом. — Ну разумеется. А во вторых, не стоит плакать и кричать, что ты глупая. Все совершают ошибки и это абсолютно нормально. И если уж так получилось, то лучше не слезы лить, а сделать все возможное, чтобы такое не повторялось, ну а так же надо разобраться с последствиями, если таковые конечно имеются, — терпеливо разяснил Том, не забывая слегка поглаживать ребенка по волосам. — А у нас они имеются? — спросила Стэфи, уже слегка успокоившись. — Как видишь, нет. Но тебе стоит извиниться перед Гарри, ведь ты здорово его напугала, — подытожил Реддл. Девочка, окончательно успокоившись, отпустила волшебника, отчего Реддл испытал несравнимое ни с чем облегчение. Для себя Том отметил, что даже в объятьях дьявольских силков ему было как-то попроще. — Спасибо, Том. И прости, что считала тебя плохим парнем… Думаю вы с Гарри все же хорошо подходите друг другу, — сказала девочка, промокнув рукавом следы от слез. Затем она подбежала к Гарри и, обняв его, произнесла: — Прости, Гарри, я сильно ошиблась. Но я обещаю, что я исправлюсь. Если хочешь, я могу потом принести тебе и твоему любимому Тому вкусных пирогов из деревни. — Все хорошо, не беспокойся принцесса. И подожди… С чего ты вообще взяла, что Том — мой любимый? — озадаченно спросил Гарри Эванс. — А разве нет? Просто мама сказал мне, что ты сегодня зайдешь с каким-то важным человеком. А кто может быть важнее, чем любимые? Никто. Я это в книжке видела, — пояснила свои доводы девочка. — О, Мордред… Нет. Твоя мама имела в виду кое-что другое. Она имела ввиду, что Том — наш ценный деловой партнер. И мы с вашей матерью ещё поговорим по поводу литературы, попадающей в твои руки, — вздохнул Гарри.       Теперь, когда этот диалог произошел, Тому многое прояснилось в поведении девочки. Ну конечно, детская ревность… И как он сам не догадался? Всё же было довольно очевидно. — Так, уже довольно поздно… Предлагаю заскочить в Хексэм и перекусить немного. Возможно мы вернемся позже, за уловом так сказать. А может и просто уже завтра придем. Сейчас все равно времени ни на что нет. Негоже, конечно, идти с пустыми руками, но, как говорят маглы, первый блин комом, — сказал Гарри. — А зачем идти с пустыми руками? Давайте хотя бы ведьмин жемчуг соберем, это же ценный материал, — сказал Том, а потом, заметив удивленный взгляд Стэфи слегка осклабился и добавил: — мы же не маглы…       Он элегантно вытащил свою тисовую палочку и, ловко взмахнув ей, невербально произнес заклинание. В то же мгновение из нескольких уголков пещеры поднялись бело-серебряные камушки и, плавно проскользнув мимо магов, улеглись в аккуратную пирамиду у ног колдуна. — Вау, Том! Ты такой удивительный, — восторженно запищала Стэфи. — Ты тоже так сможешь, когда тебя в Хогвартсе научат, — обратился к девочке Гарри, а потом, развернувшись к Тому продолжил: — вот уж спасибо, мистер Реддл, теперь нам хоть есть что показать. И ведь мистер Берк ничуть не преувеличивал, говоря, что вы способный мальчишка. Давайте выдвигаться. Пошарив в карманах своей мантии Гарри достал оттуда палочку и мешочек, куда позже таким же невербальным заклинанием что и Том переместил все волшебные камни.       Они покинули пещеру и направились в деревню. Гарри и Том завели дискуссию о свойствах ведьминого жемчуга, а Стэфи их внимательно слушала, хотя и мало что могла понять. Все трое были так увлечены разговором, что не заметили, как за ними из пещеры выскользнула какая-то тень.