Хочу верить.

— Свят, ты не хочешь выслать за ним кого-нибудь? Неделя уже прошла, а от него ни слуху, ни духу. Сожрут ведь твою принцессу, что делать будем? — Страж ему судья, Ульман. Пусть делает, что хочет. Наверняка он уже давно спустился в метро на другой станции и просто появляться тут не хочет. Надумает — придёт. Я против не буду. Ульман с сомнением посмотрел на него чуть наклонив голову, шаркнул ногой по полу и отлип от стены. Он наклонился над столом, заставляя сидящего перед ним посмотреть на него и ответить на серьёзный взгляд. — Нет его в метро, наши не видели. Сам понимаешь, что обойти наших бойцов дело не лёгкое. Информаторы по всему метро разбросаны как-никак. Сейчас, когда Театральная наконец отбита, хоть и разрушена частично, у нас есть время поискать гуляку. — Это нерационально. — Ты сам не веришь в свои слова. Даже если тебе плевать на него, не плевать на Орден. А что если его там Красные поймают? Информации у него предостаточно. А у них предостаточно способов её выведать. Мельник наконец перевёл взгляд, не выдержав напора. Вздохнув устало, полковник завёл пятерню в уже седоватые волосы. — С этим глупо спорить. В нашей ситуации поодиночке ходить слишком опасно, особенно на поверхности. Красная линия готова к боям явно лучше, чем мы. Как минимум — по вооружению. Дверь приоткрылась и на пороге появилась юная девушка. Она обвела присутствующих взглядом металлических глаз и, потоптавшись на пороге, закрыла за собой дверь. — Анюта… Ты уже вернулась? Чего мне не сообщили? Полковник поднялся на ноги, подходя к дочери и отмечая, что она стала ещё крепче, после защиты Театральной: крупные плечи, узкие бёдра, крупный нос с горбинкой, тонкие губы, яркие голубые глаза. Несмотря на не женскую силу и внешность, многие желали её себе в жёны, но вот сама Анна замуж не спешила. Искала всё «того самого». Какого именно понять отцу было явно тяжело. Не все, но многие спартанцы, были бы достойными женихами для неё. — Да чего уж, все в делах, все в заботах. Зачем состав-то на станции сменил? — Чтобы ты отдохнула, — он улыбнулся. — Есть у меня для тебя одно особое задание. — Тьфу ты, вот всегда ты так. Отдых, отдых, а чуть что, так Анютка первая. Что за задание? — девушка провела рукой по волосам: короткие волосы уже начали спадать на лицо, пора обрить это всё к чертям, мешает только. — Мне нужно, чтобы ты с винтовки по Саду Ботаническому взглядом пошарила, дурачка одного поискать надо. Ульман пойдёт с тобой. В бой не вступать, действовать аккуратно, к шести вечера чтобы дома была. Аня только хмыкнула, уже понимая, о каком дурачке идёт речь. О нём весь Орден жужжит последнюю неделю. — Чуть что, сразу Ульман! — Твоя была идея. У нас других снайперов нет, за мою дочь головой отвечать будешь. Вперёд и с песней! Погода сменилась на более тёплую и чувствовалось приближение лета. В последние дни не было дождя, но дурная весенняя погода в подарок оставила грязюку и фонящие лужи. В таких условиях фильтры приходилось менять ещё чаще. А они уже поджимали… Ещё день-два и придётся спускаться к ближайшему базару. А для этого придётся сначала где-то пуль своровать. Все свои деньги Артём оставил в Д-6, как и все остальные личные вещи. Он сидел на коленях под деревом, обматывая автомат верёвкой, дабы тот в конец не развалился. Днём на развалинах спокойно, но вот с наступлением ночи вылезают и стражи, и демоны, притом в достаточном количестве. Первые пару ночей он пытался отбиваться, однако потом взял привычку скрываться в ближайшем здании. Такая трата ресурсов ничего не даёт, ещё и создает лишний шум. Сталкер изучал квартиры и даже встретился со странным мутантом, обитающем только в зданиях. Он прозвал его слизнем— пули он проглатывает и хоть бы хны, но вот от удара ближайшей доской тот отлетел на пару метров и предпочёл оставить Артёма в одиночестве. Парень пристально следил за перемещениями Красных, к саду они выбирались довольно часто, однако, только по ночам. Они ездили на какой-то задрипанной тачке, возились с час и уезжали ни с чем. Тёма у солдат и подворовывал, что найдёт — вырубишь в темноте, обыщешь, и дело с концом. Что там солдаты думали, когда в сознание возвращались, чёрт знает. Главное, что фильтры и боеприпасы хоть в каком-то количестве имелись всегда. С едой было сложнее, куда сложнее. Но тут опять подсобили враги. В рюкзаках у каждого на крайний случай был сухпаёк, но вот приготовить его в условиях поверхности, так ещё и съесть, было нелегко. В подвалах зданий спидометр трещал куда меньше — не нормальный фон, но и не критичный. Он наспех жевал всё, что притащил, запивал ржавой водой из того же пайка. Её хватает на глотка три, но это лучше, чем ничего. И снова к поискам. И дело в том, что он правда видел. Видел его, иногда, краем глаза, периферическим зрением, но видел же. Тёма сначала думал, что это глюки, но нет же — видел его несколько раз подряд. Поймать Чёрного так и не выходило, малыш всегда оказывался быстрее. Был бы он не один… Пока он мутанта Мельнику в руки не отдаст, тот будет считать его больным, а значит эти попытки придётся продолжать и на помощь надеяться смысла нет никакого. Закинув автомат на плечо, он вздохнул глубоко. Воздух в противогазе был никакущий. Испытав однажды настоящие запахи поверхности, уже никогда не захочешь вновь надевать противогаз. Но пока есть цель, убивать своё здоровье окончательно — решение не из лучших. Стоя здесь, под лучами солнца, в мире, который раньше принадлежал его виду, Артёму хотелось кричать от обиды. Он, дурак, думал, что Мельник понимает его. Начал считать полковника своим другом, союзником… А сам Артём казался Мельнику жалким, глупым ребёнком, что верит в сказки. Неужели ему не хотелось бы вернуться сюда, в мир, который они сами разрушили? Попытаться всё исправить?! Какой смысл сидеть в этих норах?! Парень зарычал сквозь зубы, пиная ветки и комья грязи под ногами. Пора возвращаться к миссии. Стоя тут, он только словит лишнюю дозу. Зная о частых патрулях Красных в этом районе, Аня потратила больше часа на выбор маршрута, но в итоге сдалась. План Ульмана пусть и был не самым быстрым, но хотя бы максимально безопасным. Они оставили машину в паре станций от Ботанического и спустились в канализацию —поглубже, подальше от фонящей земли. Выбравшись из люка и предварительно осмотревшись, они двинулись в сторону покосившихся зданий. — Предлагаю подняться на этаж шестой и оттуда уже обшарить Сад через винтовку, — Ульман осматривался, стараясь выбрать заброшку, что вызовет у него больше доверия к своей конструкции. — У тебя тоже есть что-ли? Помогать будешь? — Аня сделала выбор сама, аккуратно направляясь к зданию, так как враги могут быть тут и следует быть как можно аккуратнее. — Не-е-е, я в ваших точных науках не разбираюсь, доверяю чисто своим глазам. Постою рядом, позыркаю, может и так найду. — Почему вы вообще решили, что Артём тут? Может на станциях бродит давно, гнева полковника боится. — А ты похожа на своего отца, Анна. Ход мыслей у вас довольно схожий. Но нет. Спартанцы уже доложились, что на ближайших станциях к ВДНХ он не появлялся. Рядом с Полисом тоже, а у Д-6 наших много. Обустройство бункера, как-никак, почти закончено. Мельник все свободные силы туда пустил, только вот база на Смоленской осталась не тронутая, для ситуаций подобных нынешней. — Ого! Отец даже не говорил мне, что вы начали работу! Всё по заданиям отправляет. Поди все надежды питает, что я выберу себе мужика получше среди спартанцев на очередном задании. Ага, бегу и падаю. Они уже поднимались по лестнице. Скрип под ногами не радовал обоих, пришлось ступать аккуратнее. — Ты на него не злись, Ань. Он же как лучше хочет. — Внуков он хочет. Вот и всё. Ульман усмехнулся: — Ну это тоже конечно… Подожди. Они остановились на пятом этаже. Ульман аккуратно приблизился к окну и слух его не подвёл. Он действительно услышал гул мотора. — Красные. Они здесь. Выше они решили не подниматься. Аня вытащила винтовку, стала присматриваться. Ульман в очередной раз был опечален тем, что Смоленская обделена такой роскошью, как бинокли. Добыть их в условиях метро оказалось тяжёлой задачей. Даже оружие делали быстрее, мол, выгоднее это, а бинокли есть у тех, кто в них нуждался и мог заплатить большую сумму патрончиков. Увы и ах, у Спарты денег таких не было, чтобы выделить бинокли всем спартанцам. Раньше у Ульмана был бинокль, но он умудрился потерять его во время поездки с раненым Артёмом на дрезине. Он старался рассмотреть всё происходящее, щурился. Стареет видать, машину, и то, с трудом увидел. Артём подставы не ждал, услышав шорох шин, и спрятался конечно. Они никогда раньше не приезжали днём. Разговаривая друг с другом, шептались, искали что-то, но Артём никак не мог понять что же. Они назвали это «воротами». Судить пока было сложно, нужно больше информации. Парень опустился на корточки, прячась за остатками стены, однако лампочка на рукаве никак не хотела гаснуть, сообщив носителю, что его не видно. Отступать было уже поздно, и он понадеялся на слепоту солдат, но в этот раз не фортануло. — Ловите его! — Это спартанец?! — Быстрее! Все сюда! Артём перешёл на бег, тратить патроны ох как не хотелось, на что он потом жить будет? Насколько ещё затянется этот поход? Надо просто удрать в одну из заброшек. — Он бежит ко входу! За ним! Пазл начал складываться. Недалеко от Ботанического сада есть вход в Д-6, вот только он закрыт, и даже если они найдут его, что они смогут сделать? Разве что у них есть более значимая артиллерия. Типа динамита или… Тёма запнулся на том же месте, что и в первый поход, но не упал, но грохот пушек за спиной стал ближе. Какие же они косые! Новобранцев что-ли пускают в расход? Однако… Шум стал стихать. Обернувшись через плечо, Артём видел, как солдаты стали падать замертво. Он притормозил, спрятался и стал наблюдать. Снайпер. Снайпер в одном из зданий. Метит по Красным и попадает довольно точно. Либо спартанец, либо какой-то добродушный сталкер с Полиса. Пока было время, парень обчистил трупы, тормошил карманы, сумку, пока было время и… Увидел его. Чёрный находится буквально в паре шагов от него и наблюдает с интересом. Артём замер на месте. Гляделки были недолгими — солдаты приближались со спины мутанта. Тот дрогнул, обернулся и побежал. Это шанс. Нельзя его упускать. Юный рейнджер бросился следом, стараясь не отставать от мутанта и не выпускать из поля зрения, а тот будто и не пытался сбежать: останавливался, ждал, а как Артём нагонит — бросался дальше. Воздуха стало мало, темп быстро падал, так как бегать в противогазе было тяжело. Сколько он уже пробежал? Вроде не так много, но по этой разрухе передвигаться приходилось чутко даже при обычном шаге. Что уж говорить о такой скорости по этой грязи. Он опустился в котлован, прошёл под поваленным деревом, снова завернул в сторону, вышел к дороге и поперхнулся, увидев машину с меткой серпа и молота на кузове. Малыш брыкался как мог, пока солдаты грузили его в клетку, но видно у него тоже сил осталось не много и взрослым мужикам много времени не понадобилось. А там оставалось только принять удар по башке и отключиться от реальности на ближайшие пару часов. Всё стихло. Аня убрала винтовку за плечо и кивнула Ульману. Они без разговоров сбежали по лестнице и стали обследовать сад, но кроме трупов ничего не было видно. — Куда он мог уйти? Неужто попался. Как подмога успела так быстро прибыть? — рейнджер ощущал нарастающее волнение. Попасть в руки Красных в нынешней обстановке означало умереть. Пытать будут точно, как никак на костюме нашит герб Спарты, ошибки быть тут не может. — Он спрятался, я видела. А потом словно исчез. Я отвлеклась буквально на пару минут, а там эта машина. Жаль не видела, где она остановилась... — Надо возвращаться. Артём осведомлён о делах Спарты, о Д-6 в конце концов, если информация попадёт не в те руки, — Ульман ощутил нехватку воздуха. Вытащил рацию, ещё раз оглядел сад и, глубоко вздохнув, связался с полковником.

***

Пахнет тухлятиной. Голова болит нещадно, а на фоне, словно через слой ваты, ведётся разговор. Где-то справа капает вода, а под ладонями осколки былой плитки. Артём набрался смелости открыть глаза. Чёрный, словно от копоти, потолок, облезлые стены. Судя по всему он лежит на спине, пол ледяной. Противогаза нет. Опять в метро. Медленно, останавливаясь чуть ли не после каждого движения, сел. Полностью пустая комната с железной дверью. Он опёрся на стену. Одежда в крови, но судя по всему она чужая. Пол весь в бурых пятнах, неудивительно. Артём постарался восстановить картину. Красные в Ботаническом, индикатор не желающий гаснуть, солдаты, маленький чёрный. Чёрный. Где он?! Артём поднялся на ноги, в висках стучало, в ушах стояла вата, но уже легче. Надо найти способ выбраться отсюда, найти его и попытаться поговорить. Парень зажмурился, когда комната начала плыть куда-то в сторону. На хоть какое-то восстановление ушло явно больше часа, но с каждой минутой становилось лучше. Он обошёл комнату, стараясь меньше хрустеть плиткой под ногами, и нашёл лаз в потолке. Но его надо: а) — открыть, б) — как-то туда залезть. Хотя этот лаз больше похож на... Блять, это газовая комната что-ли? Методы больше напоминают фашистские. Или нацистские? Как там было правильно в книгах. Рюкзака нет, карманы пустые, ничего полезного не осталось — лучше бы не экономил патроны. Пара минут рассуждения даром не прошли. Дверь не вскрыть, взломать замок нечем, а пытаться выбить глупо — шумно и вряд-ли получится. Сталкер поднял крупный осколок плитки с пола. Осенило. Он взял по больше, сложил их вместе, минут десять возьни хлипкой отмычкой, и смог таки вскрыть вентиляцию. Все руки в крошке, ну да ладно. Он опустил крышку на пол, отряхнулся. А дальше-то что? Прыгать в надежде, что удастся зацепиться и каким-то образом залезть вовнутрь? Хватит ли там места вообще? Попробовать стоит. Глубоко вздохнул, прислушиваясь — снаружи всё так же тихо. Может и получится не спалиться. Прыжок — больно проехался руками об железо, порвал один рукав, но он попробовал снова, и снова. Ещё прыжок — упёрся руками в стенки трубы, поелозил ногами по стене, ища опору, отхуярил всю краску на стене к хренам собачьим, и всё-таки заполз. Тесно, даже дышать тяжело, плечи упираются, даже голову поднять негде. Прислушался. Всё так же тихо. Кажется сегодня фортуна на его стороне. Ну хоть когда-то. Догадаться о том, что случилось было не сложно. Мельник мерил комнату широкими шагами. Как бы он ни волновался за Артёма, как бы ни хотел доверять ему — риск для самой Спарты был большим. Под пытками многие не выдерживали, уж тем более юнцы. Артём знает далеко не всё, но достаточно. Рассказать где вход в Д-6 он может без проблем, а этого уже с головой хватит, чтобы нанести Спарте значимый урон. Полковник нервно опустился на стул. Подготовка бункера ушла на второй план, сейчас было куда важнее укрепить входы, закрыть всё что только можно, набрать боеприпасов. На всякий случай. Помощь пришла откуда не ждали. Хан появился на блокпосту Полиса неожиданно, попросил встречи. Артём много говорил о том, на сколько Хан много знает, всё и про всех. Возможно он просто курит грибы, не исключено конечно, но почему бы не выслушать? Получить хоть какую-то информацию было необходимо. Лампочка на потолке мигнула и погасла, в дверь постучали. Не верить в паранормальщину становилось труднее. Сталкер зажёг настольную лампу и скрестил руки на груди. — Входите.

***

Артём успел потерять счёт дням. Всё проходило слишком быстро. Стычки, прятки, подслушивание разговоров. Слухи о нём поползли быстро. «Сбежавший из плена», «Уничтожил базу Красных», и всё в таком духе. Ересь. Он знал, что идёт по следу. Знал, что рано или поздно сможет нагнать Чёрного. Главное не потерять нить, главное не потерять направление. Ощутить себя в потоке было по странному приятно — он так давно бродил по метро вот так. Однако такие мысли уходили на зданий план, когда он вновь пробирался через очередной пост бандитов, шагал по тоннелю, бежал от преследования, отдыхал у входов на станции. Как оказалось, в плену его держали на Чистых Прудах. Сбежав по трубе, он продолжил путь по Красной ветке. Спалили его, едва он вывалился из трубы в перегон. Там и начались весёлые прятки, переходящие в догонялки от станции к станции. Он на месте. Сколько времени прошло? Чёрный сейчас должен быть тут. Парень проделал немалый путь, чтобы добраться сюда. Спортивная. Одна из крайних станций Красной линии. Уже не раз за своё путешествие он слышал, что солдаты упоминали четвёртый Рейх и их поддержку. Артёму было сложно понять что к чему. Парень пробрался к щитку и, опустив рычаги, вырубил свет на какой-то части станции. Ладно, тут разберёмся. И снова он передвигался почти ползком, лишь бы обойти охрану, подслушать разговоры: может удастся понять, где мутант находится сейчас. —… да, паёк был отстойный, как же хочется съесть чего-то мясного, а не жрать это месиво в тарелке, — солдат зевнул и потянулся, второй лишь согласно кивал. — Да, я о том же! Как мы должны стоять на посту чуть ли не сутками, лишь бы защитить вход на очередное собрание. Нет, ну серьёзно. Никому нет дела, пока никто ничего не понял. — Ты думаешь, пропавший из лагеря солдат Спарты ещё жив? Нам бы это на руку не пошло. Молчавший до этого солдат наклонился и сплюнул на пол: — Нет конечно. Насколько я знаю, его подстрелили наши на посту в пару станций выше. На Лубянке вроде как… Артём пополз дальше, аккуратно обходя источники света. — Мы его взяли! Этот упырь убегает постоянно! Нахер он вообще сдался главе… Парень остановился, затих. — Да хуй его. На опыты вроде хотят пустить, сделать сверхчеловека, впихнув в него мощь этого. Гомункула. — Ну и бредятина. — А где он сейчас? — Передал Рейховцам, у нас же контракты какие-то, не разбирался я особо с этим… Слушай… Артём ощутил ком в горле. Он опять умудрился потерять его, снова не успел. Дальше слушать он не стал, пополз с новыми силами. Нужно двигаться, идти следом, искать, рано или поздно нагонит. Вытащит. Лишь бы малыш вынес это всё. Путь был недолгим. — Сюда его! — Да аккуратнее ты, ебаный страж! Не говно перевозим! Спартанец чуть не задохнулся. Это он. Это Чёрный. Малыш выглядел обессиленным или чем-то отравленным, даже не двигался. Мутанта занесли в голову состава — парень далеко не сразу понял, на кой чёрт грузить кроху в поезд для перевозки. Ведь все составы в метро давно застыли навеки. Но... Человек в старой застиранной форме машиниста, как из тех альбомов, которые в детстве Сухой давал сыну изучать, поднялся на поезд. Не то бандиты, не то Красные догрузили поезд какими-то коробками, и состав. Двинулся. Чёртов поезд. Поехал. Артём с широко раскрытыми глазами наблюдал, как вагоны постепенно отдаляются от станции и набирают скорость, это было так. Чудесно. Так. Невозможно. Он осознал, что происходит. Осознал, что упускает Чёрного по своей же глупости и, не думая о последствиях, рванул вперёд — сначала по перону, потом по рельсам. — О, а это кто... — Что за додик?! — Это спартанец! Ловите его, дебилы! В стены тоннеля, под ноги, мимо него — летели пули. Самому герою было побоку. Он едва успел схватиться за ручку вагона и чудом выломать заднюю дверь своей массой, падая в вагон с лютым грохотом, как пули затихли, но конечно же, ненадолго. Артём пробирался через Красных, шёл напролом: убивая, вырубая, выкидывая из состава солдат. Они возможно и выжили, скорость перемещения поезда не так велика, но думать об этом сталкер стал бы в последнюю очередь. Вагон, ещё вагон — вся одежда в пролитой крови врагов, и наконец. Рубка. Юноша с яростью пытался выбить дверь, но она с тихим скрипом отварилась сама. Ты пришёл. Я думал, ты успеешь раньше. Он вышел на контакт. Чёрный сам вышел на контакт. Голос мутанта звучал словно собственные мысли, звучал сразу со всех сторон… — Я спешил. Спешил, — Артём запыхался. Перед его лицом предстала картина: поезд набирает скорость, машинист и двое с оружием, с гербами Рейховцев, все на полу. А он сидит, держится за прутья. Нам надо выбираться! Быстрее, Артём! Быстрее! Сталкер впопыхах подбежал к управлению, дёрнул стоп-кран. Махина резко начала сбрасывать скорость, послышался лязг метала. Артём чуть не вылетел через стекло, едва удержавшись на ногах. Клетка упала и прокатилась вперёд. Чёрный издал странный звук. — Сейчас. Сейчас открою! Артём с трудом упал на колени и стал тормошить навесной замок на дверце. Тщетно. Пулей, выстрели в замок! Артём! Юный солдат лишь закрыл уши — лишь бы не слышать этот звук, лишь бы не сломать ничего от сильного давления в одну сторону. Когда уже эта махина встанет?! Он начинал терять сознание, но всё закончилось быстрее. Звук стал тише, двигаться стало легче, начался подъём в горку, скорость падала. Тёма вытащил автомат, прицелился и сбил замок, наконец выпуская мутанта из плена. — Мы будем на Тверской, надо сваливать! Надо сваливать как можно быстрее! Уходить в перегон, уйти хотя бы до Кузнецкого моста! Артём рванул, поднялся на ноги и хотел бежать — прочь, прочь из этого места, прочь от Рейха, прочь от Красных, вернуться на Смоленскую, вернуться к Мельнику. Чёрный будто прочитал его мысли. Будто ли? Они и на такое могут быть способны. Не волнуйся, нас уже ждут. Нас ждёт помощь. Хан помог нам, нас вытащат, надо выйти на перрон. Артём замер. Не ловушка ли это? Не пытается ли Чёрный его подставить? — Почему ты тогда так меня торопил тебя вытащить? Мутант протянул ему руку, чтобы Артём был уверен, что тот не сбежит в последний момент. Если что, я спасу нас. Я найду способ помочь тебе уйти. Я хотел выйти из клетки, чтобы не ощущать себя беззащитным. Доверься мне. Ничего не оставалось. Оставлять Чёрного и бежать? Нет смысла. Он не вернётся к Мельнику с пустыми руками. — Хорошо. Поезд остановился, уже пролетев перрон. Они шли за руку по рельсам, обратно. Артёма не покидали тревожные мысли. Что-то не так. Слишком гладко всё прошло, слишком чисто, так не бывает. Сейчас хотя бы появилось немного времени подумать. Если и был человек, ради которого он прошёл этот путь, то это Святослав. Желание доказать ему свою правоту было слишком сильным. Сейчас же Артём честно мог сказать, что соскучился. Ему хотелось как можно скорее вернуться, вновь обнять мужчину, уткнуться в его плечо и больше никогда не отпускать. Хотелось… Домой. Хоть Спарта и не успела стать для него настоящим домом. Там, где Мельников — там спокойствие, там тепло, там хорошо. Ты любишь его, да? Ты бросил его ради меня? Чтобы спасти? Мутант посмотрел на парня чёрными глазами. Артём не ответил на этот взгляд. Мне не понятны человеческие эмоции, я хочу понять. — Ты умеешь читать мысли? Чёрный кивнул, перешагнув через очередную балку. Тебе нет нужды говорить вслух Артём не знал, что ответить на поставленный вопрос. Он сам не знал, что чувствует. Такие выводы от мутанта вызывали какое-то волнение. Тёма сам никогда бы наверное не посмотрел на свои чувства в таком ключе. Чёрный слушал. Слушал и понимал. Они вышли к перрону. Артём аккуратно поднялся, не выпуская руку Чёрного из своей. Было тихо. Обычно шумная станция Рейха была пуста. — Где они все..? Он пошел вперёд. Хан всё устроил. Надо лишь найти их. Они должны быть здесь. Артём чувствовал, как под ногами дрожит земля, слышал звуки выстрелов вдалеке. Они побежали, а шум становился громче. Галька под ногами хрустела, поднимала пыль в воздух, но главное не терять скорость. Юный сталкер отпустил руку Чёрного. Заворачивая за угол в очередной коридор, он увидел бойню. Бойню между Рейхом и солдатами Спарты. Сталкер на бегу вытащил автомат, но патронов всего ничего осталось. Я помогу тебе. Время замедлилось. Союзники стали серыми силуэтами, враги же — красными, как мишени в тире. Артём перехватил автомат, перестреливая чужих и защищая своих. Патроны иссякли быстро. Он прыгнул за коробки, обшаривая труп с нашивками Рейха. Забрал сколько мог, перезарядился и снова бросился в бой. Главное не терять скорость, не терять настрой. Не могу. Больше. Устал. Время пришло в норму, яркий ориентир пропал. Пришлось действовать аккуратнее. Спартанец скрылся за бочкой, продолжая обстрел. Всё утихло, когда упал последний труп другой стороны. Солдаты затихли, приходя в себя, но вскоре раздался знакомый голос. — Артём! Парень вскочил на ноги, осмотрелся. — Князь! Рейнджер снял с головы шлем, улыбнулся Артёму во все тридцать два зуба. Подбежал, перескакивая тела: — Живой! Тёма! Живой! — он положил руки на чужие плечи, встряхнул парня и обнял. — Нашли всё-таки! — Живой. Живой. Надо к Мельнику, новости есть. Князь нахмурился, отошёл от Артёма на пару шагов, но вскоре вновь улыбнулся. — А ты всё такой же: сразу к делу, сразу вперёд. Но не надейся. Как вернёмся на Смоленскую — в первую очередь пивка выпьем! Такой повод! Наши тебя обыскались, столько слухов было! Закачаешься! Артём улыбался как дурак, он был рад. Рад увидеть Князя, рад увидеть Спартанцев в принципе. — Слухи. Да, слышал я что-то такое, но думаю далеко не всё. Тёма оглянулся: нигде не было видно Чёрного, но он услышал его, как и раньше, внутри головы. Я буду за вами. Я знаю, что вы не причините вреда. Я верю Хану. Я верю тебе. Артём чуть кивнул. Он вновь посмотрел на Князя, на солдат, что прощались с павшими товарищами или обчищали тела. — Ладно, давайте возвращаться? Или зачем вы тут? Князь кивнул. Потихоньку отряд стал возвращаться на дрезины. — У нас был приказ уничтожить подкрепление Рейха. Было сказано, что они собирались двигаться на Полис. Ситуация тут у нас тяжёлая на самом деле. Введу тебя в курс дела. Усевшись рядом с Князем, они стали двигать рычаги — двигая дрезину, стало не до разговоров. Ладно хоть поехали по другой ветке, а то поезд завалил переход на какое-то время. Мимо пролетали повороты и двери. Дрезина то подпрыгивала на кривых рельсах, то наоборот шла еле как. Артём успел запыхаться. Наконец пришло время смены и за рычаги сели неизвестные ему спартанцы. Князь утёр пот со лба, устало выдохнул и продолжил: — Так вот. Пока тебя не было, мы продолжали вести войну с Рейхом. Но как оказалось в итоге, — он остановился, посмотрел по сторонам, взявшись за автомат, но быстро отставил его обратно, — короче, мы узнали, что Рейх сотрудничает с Красными. Они хотят поделить содержимое в бункере, как только смогут его найти. Уж не знаю, кто пустил слушок о том, что мы его нашли, но делать нечего. Они почему-то решили, что в бункере есть всё: припасы, боеприпасы, танки, машины, куча еды, куча полезной информации. А мы, видите ли, делиться не хотим. Было бы это всё ещё! Какой зал не вскроем, а он пустой! Но да, боеприпасов там закачаешься… — он наклонился ближе к Тёме и продолжил тише. — Говорят и танки есть, представляешь? Артём старался переварить информацию, подражая Князю, тоже продолжил в пол голоса: — А что они делают то? Этот союз Красных и Рейха? — Прорываются через станции. Слушки ходят, что среди наших есть крыса, которая рано или поздно тоже внесёт вклад. Или уже вносит. Но пока не нашли. Он закончил и отдалился, переходя на обычный тон: — Так что вот оно как, товарищ. Надо и тебе включаться в работу. Насколько я понял, у вас там своя миссия была, из-за невыполнения которой ты сбежал? Выполнил? Артём самодовольно заухмылялся и сложил руки на груди. — Выполнил. А дальше всё было как в тумане. Тёма снова потонул в мыслях о Мельнике, он не мог налюбоваться им. Сейчас их внезапный конфликт казался ему очень глупым. В любом случае, благодаря этому парню удалось найти Чёрного. Иначе бы вряд-ли вышло, вряд-ли бы успели. Всё к лучшему. Он легко улыбнулся этой мысли. Его неудачи всегда приводят к хорошему результату. Вернувшись на станцию, Князь действительно потащил его в бар, но Артём не пил и чисто поддерживал диалог, пока Аня чуть ли не насильно не вытащила его из бара. — Вернулся значит, а в первую очередь не к отцу пошёл, кролик? Мы тут ищем тебя всем Орденом, а тебе хоть бы хны? Названный кроликом не смог даже слова вставить, пока девушка тащила его по коридорам и отчитывала. Он лишь время от времени фыркал в ответ. — Всё, пришли. Оставлю вас наедине. Потом расскажешь, чего добился этой выходкой. «Боевая женщина, ничего не скажешь.» Артём постучался, услышал в ответ тихое «входите». Ноги стали ватными. Парень ощутил, как краснеет то ли от стыда, то ли от смущения. Они будто годы не виделись. Знает ли сталкер, что Артём уже на станции? Он тенью проник вовнутрь, прикрыв за собой дверь, и замер, рассматривая главу. Всё такой же. Такой же красивый и статный. Он повернул голову и юнец ощутил на себе холод голубых глаз, но этот холод завораживал, манил к себе. Артёму начало казаться, что он пьян, но он действительно не сделал и глотка алкоголя. Предстоял действительно суровый разговор.