Последняя Бьякко

Наше время

      — Мидзуки, на этот раз не возвращай меня прежде времени, — грозно размахивая указательным пальцем перед носом хранителя, Нанами приготовилась к путешествию сквозь время.       Каждое из которых казалось отбирали не только всю божественную силу, но и годы жизни. Настолько разбитой и сломленной она ощущала себя каждый раз по прибытию обратно. Возможно, причиной этому было то, что до сих пор ничего не добилась.       Сегодня последний раз. Она не вернётся, не решив проблему. Костьми ляжет на горе Онтакэ, но вызволит Томоэ из лап проклятия. Томоэ. Вспомнилось и в груди разлилось чувство тепла, пьющее на брудершафт с ноющей болью.       — Лапушка Нанами, — поджав нижнюю губу от обиды, жалобно протянул хранитель. — Я же волнуюсь, места себе не нахожу, — змей ухватил богиню за руку, трепетно прижимая к себе.       — Да знаю я, знаю, Мидзуки, — потирая ладошкой его щёку, она ощутила приятный прилив сил. Потерять семью и восполнить её — это ли не высшая радость в жизни? Зародившуюся было улыбку напрочь стёрла мысль о Томоэ: «Он — основа моей семьи. Не успей я исправить всё — его смерть полностью сломит меня. Неет, даже мысль об этом страшна и противна. Больше уверенности в себе, Момодзоно».       — Я конечно тоже хочу вернуть Томоэ, но, — короткое молчание и взгляд в пол. — Случись чего с тобой, я лично последую за ним в Йоми-но-куни и задушу собственными руками этого сволоча… Ай, — получив лёгкую затрещину от хозяйки очнулся от призрачной боли змей.       — Ну-ка цыц мне тут, — подмигивая одним глазом, девушка изобразила уверенность в своих силах выставив руку с оттопыренным большим пальцем вверх. — Приступай, Мидзуки. Я готова.       Сложив руки вдоль тела и откинувшись головой на подушку Богиня закрыла глаза представляя образ любимого лиса, ставший таким близким и родным. Он всегда всплывал в сознании без особых усилий.       — Береги себя, дорогая Нанами, — прозвучало над ухом, прежде чем водоворот времени подхватил девичье тело, унося на пятьсот лет назад.

***

      — Ауч, больно, — потирая ушибленный зад, простонала богиня. — Неужели нельзя путешествовать во времени, не приветствуя каждый раз ландшафты Японии своей пятой точкой, — поднимаясь с холодной земли, которой ранее засвидетельствовала своё почтение Нанами заозиралась. — Что за место такое? На гору Онтакэ не похоже, не было около неё озера, да и местность совсем другая, — отряхивая себя от пыли, девушка сделала несколько несмелых шагов в сторону водоёма как вдруг у скалистого выступа увидела белую лису.       Сердце пропустило несколько ударов. Неужели Томоэ? Но как? Ещё вчера мы попрощались у дворца князя. Неужели Бог войны вновь настиг его?       — Томоэ, — Нанами ринулась в сторону озера не разбирая дороги.       Сердце пропустило несколько ударов. На излизанной озёрной водой поверхности камня лежало тело лисы в груди которой зияла огромная, сочащаяся кровью рана. Мех окрасился в алый, отдельными островками вещая о том, что исходной расцветкой служил белый. Вода, подмывающая тело уносила багровые разводы разбивающиеся мелкой рябью на середине озера. Богиня забыла как дышать. Ноги подкосились. Упав на колени около тела, девушка трясущейся рукой потянулась к окровавленной ране, убеждая себя, что это всё сон, игра воображения.       — Томоэ, — трясущимися губами прошептала она, — Неужели я не успела, Томоэ? — срываясь на крик, Богиня сжала в ладонях ещё тёплый мех лисы.       Её глаза распахнулись. Всего мгновение лазурный калейдоскоп бесчисленных колец в зрачке существа, изучал онемевшую в один миг Нанами. Вспыхнула надежда. Жив. Девушка осторожно притянула лису к себе, она не сопротивлялась, не могла или не хотела. С интересом наблюдая терзания человеческого существа последняя бьякко разглядела на лбу метку Бога. Тёплые, искренние прикосновения напомнили о хозяйке. Хранительница знала — времени осталось мало. Злой король идёт по пятам, очевидно не торопясь — знает, что так или иначе ей не выжить.       — Кто сделал это с тобой? — у самого уха прошептала девушка, вырывая бьякко из омута размышлений.       Времени нет. Ни на объяснение, ни на ответы этой Богине. Её силы покидают своё вместилище. Обхватив передними лапами лицо Богини, бьякко уткнулась своим лбом в её и в последний вдох вложила силы на вселение духа. Лазурного цвета глаза потухли. Тело Нанами пронзила яркая вспышка боли в области грудной клетки. Опираясь руками о каменный выступ, девушка оттянула рубашку дабы определить источник поганого ощущения и громко вскрикнула. На грудной клетке появилась ровно очерченная отметина затянувшейся раны.       — Да как же? — озираясь по сторонам, девушка заметила, что тело лисы пропало. Словно в воду кануло.       Ошарашенно озираясь по сторонам, стараясь совладать с едва утихающим ощущением боли в груди, Богиня поднялась на ноги и пребывая в минутном ступоре приняла решение, что случившееся — результат её частых перемещений во времени. Мерещится уже на ровном месте. Да и судя по всему меня изрядно приложило об камень, раз такой след остался. Но как давно она здесь сидит? Почему порез так быстро затянулся? И от чего до сих пор боль настолько свежая, словно окалину проглотила. И это чувство, ощущение невосполнимой потери. Словно в один миг потеряла всю свою семью.       — Господи, да что же со мной, — по щекам струились горячие слёзы, застилая глаза прозрачной пеленой от внешнего мира, — Словно сердце вырвали из груди, так больно, — утирая солёную влагу с лица, девушка неуверенно побрела вдоль озера, то и дело сгибаясь пополам от накатывающих волн боли.       На горизонте виднелись очертания горы Онтакэ. Она обязана покончить с этим сегодня. Прошло много времени с тех пор как Томоэ связан по рукам и ногам чёрными нитями проклятия.       Боль понемногу утихала, оставив по себе ощущение горечи и тоски. Рана на груди затянулась в одну ровную полоску. Сознание прояснялось. К концу своего пути, Нанами ощущала, себя сосудом в коем плещется сила. Тело стало лёгким и плавным. Улучшилось обоняние, окружение заиграло мириадами новых запахов и красок. Казалось, словно она ощущает как пахнет кромка коры дерева о которую недавно отёрся шёрсткой заяц. Солнце садилось за горизонт, но первые сумерки вспыхнули ярче дня. Всё ощущалось обыденным. Какая-то часть Нанами пребывала в искреннем удивлении, в то время как другая кротко но настойчиво убеждала себя, что всё происходящее — более чем норма.       Договор с Куромаро был аннулирован. Возвращаясь по течению времени в нынешнюю эпоху, Нанами обдумывала слова падшего Бога о том, что разберись она со своими силами в полной мере, в превращении Томоэ в человека не будет нужды. Даже парадоксом окажется, коль после стольких стенаний, он покинет сей мир раньше возлюбленной.

Наше время спустя месяц

      Томоэ, — спотыкаясь о собственную школьную сумку, девушка как заведённая носилась по храму в поисках хранителя. — Ну Томоэ, я без тебя уйду, — застёгивая на груди последнюю пуговку рубашки, она ощутила короткий укус боли в месте былого когда-то пореза, от чего зависла в немой задумчивости на мгновение.       — Куда намылилась без меня? — подхватывая девушку под коленки и шею, лис моментально материализовался из ветра вблизи Богини.       — Ну где ты шастаешь? — расплываясь в довольной улыбке просияла Нанами, притягивая лицо хранителя к себе. Оставляя короткий поцелуй у него на лбу.       Всего мгновение, а сколько любви и тепла в нём. Склонив голову набок, Томоэ заискивающе глядел на возлюбленную требуя большего, чем поцелуи в лоб.       — Ну вооот, — послышалось недовольное у входа в коридор. — Не успел я глаза протереть, как ты драный-лис тискаешь мою хозяйку безо всякого стыда, — уперев руки в бока проворчал Мидзуки.       — Ахахах, — смех Нанами разнёсся звонкой трелью по комнатам храма. — Ну всё, пусти Томоэ, — забрыкалась богиня, чем вызвала холодный взгляд укора от лиса. — Не смотри волком, момент всё равно упущен, — спрыгивая на пол, девушка подхватила в руки сумку и последовала в сторону двери, по пути ероша белесые волосы второго хранителя. — Не грусти, Мидзуки, мы в школу.       — Ну и задница же ты Томоэ, — улыбнувшись во весь рот хозяйке, проворчал проходящему мимо него напарнику.       Секунда и брови змея воспламенились голубым огнём.       — Ещё слово и сегодня на ужин у нас будет змей в собственном соку, — предупредительно рыкнув на хранителя, лис воодушевлённо последовал за Нанами.       «А здесь всё по-прежнему», — мелькнула в голове Богини мысль не соответствующая реальности.