И в башне той найдёшь ты Зверя... (Страшная сказка)

      Тяжёлый меч тянул Генриха вниз, пальцы рук были густо испещрены мелкими и крупными ссадинами из которых постоянно сочилась кровь, а голова кружилась настолько, что его уже дважды вырвало, но он не сдавался.       Когда до заветного проёма оставалось всего ничего, принц ещё усерднее принялся за дело, словно безумец, пробираясь туда, куда давно не ступала нога человека.       Забраться внутрь башни оказалось самым простым из всего пережитого. Подобно пыльному мешку, набитому старым барахлом, Генри ввалился в окно и грузно рухнул на пол, наделав много шума в девственно идеальной тишине.       Ему было абсолютно плевать, кто сейчас предстанет перед ним: Чудовище, принцесса, да хоть лесной тролль, он устал. Дико, жутко, до смерти устал и даже если бы сейчас его неминуемо стали разделывать на кусочки, он не пошевелил бы и пальцем. Будь, что будет.       Бежали секунды, нет, наверное, даже минуты, а в башне оставалось по-прежнему тихо и темно, из-за чего было абсолютно нереально разглядеть внутреннюю обстановку и оценить картину сполна.       Превозмогая боль в каждом суставе, в каждой мышце своего тела, Генрих поднялся на ноги и громко крикнул:        - Эй!       Ответом ему послужила всё таже тишина, только вот теперь с примесью постороннего шороха. Он позвал ещё раз. - Эй! Здесь есть кто-нибудь?       Шуршание справа усилилось, а затем, неожиданно, в кромешной темноте, которая, по-видимому, являлась дальним углом комнаты, загорелся тусклый огонёк лучины, и помещение стало наполняться образами.       Этот огонек дрожал и трясся на конце тоненькой палочки, которую держала в руке хрупкая фигура девушки. Она огромными, наполненными страхом глазами, смотрела на непрошенного гостя и не могла вымолвить ни слова, просто оцепенев на месте.        - Приветствую вас, миледи, - сконфуженно проговорил Генри, от чего его голос, в крайней степени, стал не похож на обычный.        - И я вас, - пролепетала хозяйка жилища.        - Где Чудовище? - тут же взяв себя в руки, спросил он.        - Его здесь нет.        - Как это нет? - изумился парень, - Я собственными глазами видел, как оно забралось сюда, намного опередив меня, а обратно не выходило.        - И тем не менее, я здесь одна... Хотя, учитывая данные обстоятельства, уже нет. Вы со мною. Зверь не подчиняется никому. Он приходит и уходит, когда ему вздумается. Должно быть и теперь незаметно покинул башню. Не могу сказать точно.        Молниеносная мысль о том, что он прибыл сюда не один, а в компании лучшего друга, которого, возможно, сейчас терзает этот неуловимый монстр, мгновенно пронеслась в голове. Парень бросил на пол развязанный канат и, подойдя к оконному проему, по пояс высунулся из него, оценивая обстановку.       Джеймса он увидел сразу, тот сидел неподалёку от башни, прямо на земле, выбрав место под раскидистым деревом. Меч его, по-прежнему, находился наготове, но поза была вполне расслабленной и спокойной. Он допивал остатки рома из своей бутылки и выглядел абсолютно живым.        - Она здесь - , крикнул ему Генри, привлекая внимание.        - Кто? Эта тварь? Я видел, как она ловко забралась внутрь.        - Нет, её здесь как раз нет. Тут только принцесса. Представляешь, она действительно существует, и я нашёл её быстрее Лорана.        - Вот дела, - засмеялся товарищ, совершенно не ожидая услышать подобное, - Спускайтесь скорее, я заждался вас.       Радостно отпрянув от окна, молодой человек снова повернулся к пленнице и галантно представился:        - Его Величество принц Генрих I, сын короля Ричарда III, наследник Виндерскола.       Девушка в ответ присела в глубоком реверансе.        - Принцесса Мэделин, дочь короля Гарольда II, узница этого ужасного места, в которое меня поместили силой и обманом.        - Не нужно слов, миледи, - стараясь разглядеть при тусклом свете лучины привлекательные черты юной особы, молвил спаситель, - Я знаю, что с вами приключилось, поэтому-то я здесь. Мы прибыли вызволить вас, спасти из лап кровожадного монстра и даровать наконец долгожданную свободу.       Она была именно такой, как образ на портрете Лорана: небесно красивой и утончённой. Её бледная кожа удачно гармонировала с иссиня - чёрным цветом длинных волос, заплетённых в две тугие косы, огромные ресницы обрамляли глаза цвета миндаля, а на щеках играли ямочки. Небольшого роста, со складной фигурой и тонкой осиной талией, затянутой в жесткий корсет, из которого так соблазнительно, даже маняще, выступала полная, роскошная грудь.        - Мы должны покинуть эту башню немедленно, - с трудом оторвав взгляд от аппетитных полушарий, проговорил принц.        - Но это невозможно, - обреченно вздохнула красавица.        - Как это невозможно? Я же забрался сюда, стало быть, этим путём и выйду.        - Прошу прощения, Ваша Светлость, - зажигая по очереди несколько свечей и осветив комнату сполна, пояснила она, - время клонится к закату, а ночью Чудовище, как правило, выходит на охоту. Он не тронул вас лишь потому, что вы пока не пытались выкрасть меня, но когда Зверь поймёт обратное, неминуемо пустится в погоню, и ночь не станет нам хорошим союзником - это его время.       Подумав немного над её словами, Генрих принял решение остаться в башне на ночь, а утром, набравшись сил и отдохнув, начать путешествие обратно. Он полностью доверился девушке, тем более, она была с ним настолько мила и учтива, что не было ни единого намёка сомневаться во всём сказанном.        - Располагайтесь здесь, Ваша Светлость, - указывая на своё место за столом, предложила она.        - О, прошу, зовите меня Генри, ни к чему все эти дворцовые формальности.        - Как прикажете, Генри - спаситель, - засмеялась Мэделин, от чего ямочки на её щеках заиграли ещё сильнее, - Я накормлю вас ужином и угощу вином, которое сделала сама из лесных ягод.       Хозяйка удалилась, а парень принялся внимательно осматривать обстановку её вынужденного жилища: оказалось, что из комнаты вели ещё две двери, за одной из которых скрылась она, а данное помещение служило чем-то вроде гостиной, если в подобном месте вообще можно было приводить такие термины. Большой деревянный стол, два стула, каких не сыщешь в домах простых крестьян, потрёпанное кресло, некогда обитое красной парчой и ковёр, во многих местах изъеденный молью. Интерьер прост и незатейлив, однако, вся мебель сделана со вкусом и явно принадлежала королевским особам.       Безмолвную тишину оборвал приход Мэделин, в руках которой была фарфоровая тарелка чего-то, что пахло безумно вкусно и ароматно, а также графин красного вина, наполненный, практически, до краёв.        - Тушёное мясо с грибами, - озвучила она вслух, ставя блюда перед гостем.       Вдоволь наголодавшись, настрадавшись и похудев, принц с жадностью накинулся на пищу, проглатывая её большими кусками, толком не пережевывая. Он запивал это необыкновенное яство вином, и с каждым сделанным глотком голова становилась всё тяжелее и тяжелее, пока окончательно не повисла, а он сонный не рухнул на стол, подложив руку под лицо.       Его забытье было настолько глубоким, что проснулся он лишь к вечеру следующего дня, обнаружив себя лежащим на ковре, видимо, во сне упав со стула. Первый, о ком он подумал, был Джеймс. Его лучший друг всё ещё там, на земле, ждёт момента, когда сможет вернуться домой и не получает ответа.       Подбежав к окну, Генри с облегчением выдохнул, увидя товарища под тем же деревом, что и вчера, мирно лежащим на траве и смотрящим в небо.        - Джеймс, - окликнул он.        - Генри, - быстро вскакивая на ноги и махая руками ввысь, обрадовался тот, - я звал тебя вчера ночью и сегодня целый день - никакого ответа. Подумал, может оно убило тебя...        - Оно?        - Ну да, Чудовище... Оно приходило вчера, или уходило, я не разобрал. Только вижу, в потёмках крадётся по стене, а черепки так под когтями и хрустят, я присматриваться: вверх ползёт, или вниз, но вдруг из ниоткуда появился такой густой туман, а когда рассеялся, Демона уже и след простыл.        - Стало быть он приходил, когда я спал. Странно, я ничего не слышал и полностью невредим.        - Не хочу показаться занудой, но мы можем отправиться домой? Хватит с меня этих приключений.        - Сегодня уже не получится, обреченно вздохнул Генрих. По словам Мэделин, он охотится именно ночью и застигнет нас по пути, а твой рассказ лишь подтверждает это.        - Святые небеса, ещё одна ночь здесь... - мученически простонал парень, - Надеюсь, я выживу.        - Мы рождены победителями, друг, не забывай это.       На этих словах принц вздрогнул и резко развернулся, почувствовав за спиной чужое присутствие. В комнате, действительно, находилась Мэделин, в руках она держала стопку каких-то вещей и ослепительно улыбалась, обнажая ровные белые зубы.        - Добрый день, миледи, - смущаясь своего испуга, поприветствовал принц.        - Точнее, добрый вечер, - поправила она, - Вы проспали всю ночь и весь день. Посмотрите, солнце уже садится.        - Он приходил сегодня ночью? - без предисловий выпалил путник.        - Приходил, - честно ответила девушка, - А откуда, вы думаете, здесь еда, ягоды и вода? Откуда берутся дрова и одежда? Всё это мне приносит именно Зверь, но не будем о грустном. Я покопалась в своих сундуках и отыскала для вас отличные вещи, разумеется, недостойные столь высокой особы, зато чистые и целые.        - Я настолько плохо выгляжу? - состроив наигранную печаль, отозвался принц.        - Вы выглядите ослепительно, Генри-спаситель, только вот пахнете, как старый кабан, а ваши лохмотья на рукавах могут красиво развиваться по ветру.        - Ваша правда, миледи. Еще никогда в жизни я не имел столь непотребный вид.        - Вымойтесь, прошу вас. В моей спальне стоит лохань с чистой дождевой водой, я набираю её через щёлочку в крыше. А затем мы отужинаем и вы расскажете мне всё, что случилось до того, как вы ввалились в окно моей башни.       Основательно выкупавшись и смыв с себя запах болотной гнили, Генрих расчесал волосы, примерил на себя предложенную ранее одежду, которая оказалась, как нельзя в пору, и вышел обратно в главную комнату, являя собой вид более благородный и статный.       Ужин уже был подан и состоял из большого куска жареного мяса, приправленного душистыми травами и сладким соусом из ягод.       Хозяйка не приступала к трапезе, а терпеливо дожидалась прихода гостя, разливая по бокалам вчерашнее вино.        - Будто заново родился, - накидываясь на еду, поблагодарил парень.        - Расскажите мне всё, - перебила его Мэделин, - Как вы попали сюда? Как узнали обо мне?        - Только если вы обещаете потом рассказать мне свою историю.        - Обещаю.       Повествование началось с бала, пьяного и дерзкого Лорана, размахивающего над столом портретом таинственной незнакомки. Затем последовали сборы, две соревнующихся команды, поход в Чёрный лес, в котором они потеряли двоих верных товарищей, а завершающим этапом было болото, забравшее у них Фредди и поляна с башней, на которой он увидел Зверя, в существование сего никогда бы не поверил.       Кисло-сладкое вино приятно дурманило голову, мысли постоянно путались, а затем снова складывались в логичную картину. Вся безмятежность атмосферы, её покой и умиротворение взывали к расслаблению и отдыху. Не было ни малейшего желания куда-либо идти, пересекать злосчастную топь, мёрзнуть в Чёрном лесу и соскабливать плесень с черствой краюшки хлеба. Это место имело особый шарм, оно пьянило.        - Ну что ж, пришла ваша очередь откровений, - закончив свой долгий рассказ, потребовал Генри.        - К сожалению, - начала принцесса, - моя история также трагична и наполнена ужасами. Я родилась в королевской семье и стала третьим ребёнком короля Гарольда II. Старшие братья заботились обо мне, а отец и мать баловали и любили. До девятнадцати лет моя жизнь была наполнена счастьем и радостными моментами бытия, пока в один знаменательный день всё не изменилось.       К воротам замка подошла старая нищенка, именно тогда, когда я с отцом и братьями возвращалась с конной прогулки. Она была худа и больна, и только глаза её горели огнём жизни. "Подайте на пропитание бедной женщине" - попросила она у своего короля. Мой отец всегда слыл справедливым и великодушным, помогал нуждающимся и нищим, но в этот день он находился в скверном настроении, от того и вышел на прогулку верхом. Он прогнал оборванку со двора, не дав ей ни единой монеты, а когда стражники её уводили, она крикнула в след, что его поступок обернётся для семьи огромным горем и только человеческая жертва, принесённая добровольно, сможет разрушить проклятие, которое она наложит. Все посмеялись над бредом сумасшедшей старухи, а ночью, когда замок спал крепким сном, в мою комнату пробрался ужасный Зверь, от вида которого, кровь стыла в венах, а смрад изходивший из пасти сводил с ума. Я хотела кричать и молить о помощи, но не смогла произнести ни слова, точно завороженная, смотрела на монстра. Когда он выкрал меня из дворца, я потеряла сознание, а очнулась уже здесь, плача и давясь слезами. Один-единственный раз меня посетила эта ведьма, она сказала, что время теперь не властно надо мною и я буду здесь до тех пор, всё такая же молодая и красивая, пока не найдётся тот, кто принесёт во имя меня эту кровавую жертву, освободив навсегда от плена и гнёта Зверя.        - Фух... - только и выдавил Генрих.        - Именно поэтому я не отправилась с вами сразу, не имеет значения, когда я уйду - днём или ночью. Чудовище не выпустит меня, покуда не будет принесена необходимая жертва, а если вы попытаетесь его убить, он сперва убьёт меня и ваш поход обернётся провалом.        - Я не знаю, что и сказать, - залпом осушив свой бокал, откашлялся парень, - Я бы принёс ради вас любую жертву, но ведь здесь никого нет.        - Понимаю, что это звучит жестоко, но внизу вас дожидается слуга, кроме него вы не найдёте здесь ни одной души.        - Джеймс мне не слуга, - резко подскакивая с места и роняя с грохотом стул, вспылил Генри, - он мой поданный, да и лучший друг. Как вы можете просить меня о подобном?       Милое личико девушки в мгновение изменилось, из глаз закапали слёзы, а она, сорвавшись с места, бросилась к нему и, упав на колени, взмолилась:        - Простите меня, Ваша Светлость. Сказать такое было грубо и глупо. Я очень перед вами виновата. Прошу, не сердитесь.       Прилив гнева, который ещё минуту назад захлестывал с головой, растворился, как не бывало, кровь отлила от лица, а злость прошла.        - Встаньте, миледи, - попросил он, - негоже королевской особе в ногах валяться.       В ответ Мэделин лишь покачала головой и ещё крепче обхватила руками его высокие сапоги.        - Ну перестаньте плакать, - опускаясь к ней на пол, утешал он, - с моей стороны было проявлением плохого тона повысить на вас голос. Я сам прошу прощения и раскаиваюсь.       Оказавшись на одном уровне их глаза встретились, а затем она тихо произнесла:        - Какой сейчас год?        - 1721.        - Я родилась в 1542.        - Что? - удивился Генрих.        - 160 лет я не видела людей и не слышала человеческой речи. Не вините меня за то, что посмела предложить вам такое.       Стоя на коленях на твердом деревянном полу, молодой человек инстинктивно протянул руки вперёд и, заключив девушку в объятия, крепко прижал к своей груди. Она была такая хрупкая и беззащитная, такая нежная и красивая, что любая жертва казалась пустяком, по сравнению с её вселенским горем и несчастьем.       Так они и сидели до тех пор, пока её плач не стих, а слёзы не высохли: молча, тихо, прильнув друг другу, словно возлюбленные, каждый думая о чём-то своём и надеясь на лучшее.