Ты не даёшь мне уснуть

Тейто сидел поодаль на холме и смотрел куда-то перед собой, когда Хакурен нашёл его. Альфа прихватил с собой монастырской выпечки, надеясь сгладить ситуацию вкусной едой. Но потерянный взгляд пустых зелёных глаз его немного смутил. Блондин даже засомневался: стоит ли тревожить чужое одиночество. Розовый дракончик ластился к грустному хозяину, стараясь разбавить его тоску. Хакурен глубоко вздохнул и решил всё же подняться. Завидев его, Тейто окатил его холодным взглядом и поднялся было уйти, но Хакурен поднял руки в примирительном жесте, призывая его остановиться. - Чего тебе, принцесса на горошине? - Я хотел извиниться. Лицо Кляйна перекосило от смешанных эмоций презрения и отвращения, подправленных явной усмешкой. - Ты ещё и извиняться умеешь? Не престаёшь удивлять. Счастливо оставаться. - Ты тоже не подарок, набросился на меня с колкостями, а потом и кулаками! - Не каждый же день из меня спящего душу вытрясывают, ведь так? - Я же сказал: прости, я был не прав. Вот, - блондин миролюбиво протянул шатену корзинку с булочками и каким-то питьём, - это тебе в знак примирения. - я тебе что, девица, подарками меня задабривать, - отшатнулся Тейто, слегка смутившись и тут же опечалившись: кроме погибшего Микаге его никто не угощал едой. Даже такие мелочи напоминают ему о друге. - Проехали. Хакурен не понял этих странных эмоций на лице Тейто.

***

- Постарайся сегодня не шуметь. - А ты не связывать людей научись. - Будешь постоянно об этом вспоминать, я в долгу не останусь. Невзначай вспомню при ком-нибудь, что один мелкий альфа ноги бреет в мужском общежитии. - Ещё раз на тему роста шутканёшь - врежу, блондинка. - Ну что ты. Шутить на такую тему слишком низко, как по мне.

***

Среди ночи Хакурен проснулся от того же шума. - Опять двадцать пять, чёртов Тейто Кляйн! Альфа встал и пошёл к постели Тейто, на этот раз намереваясь ему без кулаков высказать за то, что он не может спать. Как только Хакурен поднялся, то наконец обратил внимание на сладкий запах вокруг. Во рту образовалась вязкая слюна, десны начали зудеть: альфьи клыки двигались, удлиняясь. У другой стены, завернувшись в одеяло, вздрагивал Тейто. Проведя жизнь в поместье матери и зная, что в монастырских стенах никогда не повстречает омегу, Хакурен даже помыслить не мог о том, что однажды умудрится попасть в ситуацию, когда течный омега окажется с ним в одном помещении. И не просто течный, а сам Тейто Кляйн, чёрт бы его побрал, не оповестивший его ни о своём гендере, ни о своём состоянии. Он никогда не думал, что совершенно потеряет контроль над собой из-за какого-то запаха... Оук в два шага преодолел расстояние и спустя секунду уже лежал на кровати Тейто, уткнувшись носом в его шею, судорожно втягивая в себя его феромоны. Шатен попытался было вскочить и отбиться, но Хакурен схватил его за руку и повалил назад на жёсткую кровать, сопровождая свои действия подчиняющим рыком. Тейто только сейчас понял: Хакуреном полностью руководят инстинкты. Глядя снизу вверх в фиолетовые глаза, что сейчас стали почти чёрными из-за расширившихся зрачков, омега испытывал странные чувства страха и одновременно восхищения. Хакурен и в обычной жизни красив, но кто знал, что он способен быть настолько прекрасным в таком виде с распущенными волосами? Омегой тоже руководят инстинкты: он не сможет двинуться хоть немного в сторону от этого взгляда. В нём кричало желание подчиниться не только самцу, но и самому Хакурену. А ещё - желание заполнить пустоту в своём сердце временным уходом от реальности. Ощущение иррациональности происходящего только добавило масла в огонь: он хотел его, этого саркастичного, мерзкого, выводящего из себя блондинистого ублюдка. Внезапно руки, что прижимали его, исчезли, причиняя Тейто холод: Хакурен пришёл в себя и пытался бороться с наваждением, затыкая себе нос и силясь дышать как можно реже. Тейто не понравилось это, теперь он не хотел, чтобы Оук оставил его и доложил обо всём настоятелям. Оставалось только сделать и его тоже нарушителем обета. Утянуть за собой, разделить этот секрет. Альфа смутно осознавал происходящее, но одно понимал точно: ему нужно как можно скорее покинуть помещение. Он тяжело дышал и едва справлялся с зудом клыков и у себя в штанах. Осторожно, чтобы не раззадорить внутреннего зверя, он начал слезать с кровати, как вдруг его шею обхватили и притянули тонкие прохладные руки. Хакурен сам не понял, когда зелёные глаза, полные осознания происходящего, сами приблизились к его лицу непозволительно близко, а их губы соприкоснулись. Не на шутку испугавшись, он понял, что теперь Тейто саморучно, осознанно, нагло снёс его последние предохранители, заставив Оука окончательно подчиниться инстинктам и сорваться.