Джек Тодд и методы циничного мышления

Конечно, у меня было преимущество – я уже знаком с тем, как работает игра. Быстро поставив перед собой щит, я начал неспешно, но надёжно вычерчивать в воздухе «экспелиармус». Гермиона действительно стояла и только-только поднимала палочку, когда я уже закончил заклинание. Всполох полетел в неё, а она вдруг прыгнула под самый потолок. «Чё за…» - как следует удивиться мне не позволило прилетевшее сверху оглушение. Оно разбилось об щит, но на этом моя защита сломалась. Мощно стреляет! Гермиона медленно падала на меня, и я вынужденно сделал несколько шагов назад. Если наша дуэль не закончится явным поражением одной из сторон, и дойдёт до подсчёта очков, я только что потерял несколько пунктов. Гермиона атаковала снова, я принял попадание на щит. Девочка рванула ко мне, на бегу колдуя оглушение. Слишком быстро. Она движется слишком быстро! Времени на раздумья не осталось, я шагнул ей навстречу, чтобы использовать преимущество в весе, и заставить поплатиться за таранный удар. При этом я полностью забыл, что у меня есть палочка. От столкновения Гермиона отлетела на дальний конец помоста, а я почувствовал лишь лёгкое касание. Попытался шагнуть вперёд и не смог. Тело не слушалось. Гермиона же легко вскочила на ноги, одним прыжком оказалась в метре от меня и сказала: - Похоже, ты никогда не участвовал в боях на подушках. Она выставила вперёд палочку, и идеально выверенными движениями отправила в меня оглушение. Всё потемнело, и я обнаружил себя в шкафу. Открыл дверь, чтобы увидеть, как копия Гермионы кланяется залу и исчезает. Вскоре девочка вышла из своего шкафа под бурные аплодисменты толпы. Ну ещё бы. Всё сложилось для них лучше некуда! Но, чёрт возьми, как? - Мисс Грейнджер, я впечатлён. Очень необычная тактика. – когда мы подошли к столу, за которым сидели, Марволо поприветствовал победительницу. - Да уж, это было… внезапно. - Джек, ты меня разочаровал. - Он сражался достойно! – возразила Гермиона. - Он сражался как настоящий волшебник, и потому проиграл. - А, ну да. Но в Хогвартсе ценят настоящих волшебников, вне зависимости от того, побеждают они или нет – пожала плечами Гермиона. - И это приведёт школу к краху. Нет уж, я не из тех, кто цепляется за образы любой ценой. В чём секрет, Гермиона? Как ты вдруг научилась летать? Девочка и профессор рассмеялись. - Не говори, пусть помучается! – шепнул Марволо Гермионе, но так, чтобы я услышал. - Хорошо. Это ведь не полёт? Не то же самое, что на метле? - Да ладно? Можно ведь просто наложить на кости те же самые чары, что и на древко метлы. Скорость будет не очень, но на такие прыжки вполне хватит. – с абсолютно серьёзным лицом возразил профессор. - И какова вероятность, что Гермиона так и поступила? – огрызнулся я. - Это называется «Бритва Оккама» – сказала девочка, назидательно подняв палец – то есть приём, позволяющий назвать маловероятную чушь маловероятной чушью. - Магловская наука достигла невероятных высот – фыркнул я. Согласно легенде, я был чистокровным волшебником, и большая часть платёжеспособных клиентов тоже являлись чистокровными, поэтому я мог позволить себе критиковать магию и обычаи волшебников лишь до определённого предела. - Ну а при чём здесь подушки? – спросил я. Гермиона густо покраснела. - Какие подушки? – теперь уже профессор перестал что-либо понимать. - Ну, подушки… Вы, наверное, знаете, так иногда дурачатся дети маглов… - А! Ха! Ха! Ха-ха-ха! – Марволо залился смехом, допил оставшийся в стакане коктейль и не переставая ржать жестом указал, что идёт за новым. - Что это с ним? – спросил я. - Да он с Филчем дружит – вздохнула Гермиона. - А завхоз-то тут каким боком? – у меня уже совсем всё рассыпалось. - Ох, нет, я не могу. Я сейчас лопну! – профессор вернулся. - Ну так не держите в себе, профессор. В тайной комнате туалет есть не только на выходе. - Фу, как пошло, Джек! Я не о том. Короче, слушайте историю. Иногда хочется кого-нибудь ударить. Но что делать, если он ударит в ответ? Можно попробовать защититься, но вдруг не получится? Волшебники владеют огромной силой, и с самого раннего возраста учатся её сдерживать. Маглы же владеют силой ещё большей, но не допускают к ней малолетних… Поэтому для них игрушки это всё, до чего они смогут дотянуться. И если хочется кого-то ударить, они делают это так, чтобы было весело. Весело бить, и весело получать в ответ. Ведь важен не результат, а процесс! Для этого нужно, чтобы снаряд был не слишком тяжёлым и не мог нанести серьёзных повреждений. А однажды ко мне пришёл мой друг и собутыльник Филч, он начал жаловаться… Знаете, он каждый раз жалуется, даже когда трезвый. Но в тот день он едва не плакал! Рассказывал о том, как первокурсницы Гриффиндора е… Эм, как они надували гусей через соломинку и устраивали какой-то сатанинский ритуал, ведьмовской шабаш, а гуси взрывались и их пух был повсюду… - Профессор, вы совсем засмущали нашу даму! – указал я на Гермиону. - А вот будет знать, как надувать гусей через соломинку! Так, на чём я остановился? Филч устранял последствия птицепокалипсиса в спальне гриффиндорских первокурсниц до обеда, и не смог вычистить их полностью. Пришлось обращаться за помощью к старшекурсникам, а у них с Филчем бизнес налажен: услуга за услугу, так что мой друг остался крупно должен. И вот сегодня я получил ключ к разгадке этого тайного ритуала! Как я уже сказал, главное не результат, а процесс, поэтому снаряд можно сделать очень лёгким. Невесомым. Левитирующим! Как это, наверное, весело, накладывать на себя левитацию, подпрыгивать на матрасе, и со всей силы бить подругу подушкой по голове, а потом разлетаться в разные стороны спальни! - Так вот как ты научилась летать! – воскликнул я. Гермиона спрятала лицо в ладонях. - Да, Джек, ты бы в жизни до такого не додумался. *** Мы посидели ещё часок, перекидываясь шутками и обсуждая перспективы «подушечной» тактики в дуэлях. Удивительно, но до Гермионы и правда никто не додумался устроить бой подушками с использованием магии, равно и до того, чтобы включить для себя режим «лунной гравитации», то есть при неизменной массе понизить свой вес, и через это получить возможность высоко прыгать и быстро бегать, ведь обычное усилие будет давать гораздо большие результаты, если рассчитано на перемещение сорока килограмм, а нагрузка составляет всего пять-десять. Зато есть специальное заклинание, позволяющее высоко прыгать. И другое заклинание, чтобы приземляться было не больно. Одно слово: волшебники. Наконец, вечером слизеринцы проводили нас до гостиных, исполняя данные обещания, и на этом старт традиции был положен. В строгом соответствии с правилами Тайной Комнаты, я рассказал о ней парочек пуфиндуйцев, членам чайного клуба. Они и так в курсе, но теперь знают, что комната открыта официально. Гермиона распространила слух среди гриффиндорцев, и постепенно уже вся школа знала о Тайной Комнате и рейтинговом турнире, происходящим в ней. За день до матча по квиддичу я пригласил в Комнату Малфоя, чтобы договориться с ним о результате игры. Он пришёл за ручку с Гермионой, занял столик и стал ждать меня. Я усмехнулся. Даже у столь гениального режиссёра как Марволо не получилось бы подстроить лучше. Это такая классика, естественное притяжение противоположностей, неизбежное движение материи. Гордость Драко и Предубеждение Гермионы складывались в идеальный роман на всю жизнь. Надо будет предложить профессору пари, расстанутся они в ближайшие два месяца или нет, и успеют ли снова сойтись в этот срок. Идею о том, что ему предстоит проиграть матч Драко воспринял болезненно, но в итоге всё же согласился. Люциус достал для него какое-то зелье удачи, с массой побочных эффектов и просто жутким похмельем, так что глотать его Драко не улыбалось. Тем более, что у него нет срока годности, а квиддич, откровенно говоря, Малфою-младшему ни в одно место не упёрся. В отличии от старшего. Поэтому Драко и без моей просьбы склонялся к тому, чтобы приберечь зелье до более важных дел, а выступать абсолютно честно. Поттер тоже будет летать без дополнительной поддержки, даже без облегчающей мази – Марволо считает, что этому чмошнику будет полезно думать, что он всего добился своими силами, иначе из него получится крайне жидкий Светлый Лорд. Проще потом попустить заносчивую скотину, чем учить тряпку держать себя в обществе. Денег от Тайной Комнаты мне вполне хватило на приличную ставку и небольшой запасик остался, на случай если Поттер всё же облажается. Реддл и Марволо забирали свои доли исправно, но торговля шла очень хорошо, так что я великодушно согласился сделать слизеринцам задание по криптографии забесплатно, когда они подошли ко мне всей толпой, на следующий день после начала новой традиции. На решающий матч сезона я даже не пошёл, квиддич за последний месяц стал настолько противен, что наблюдать его вживую было бы пыткой. Говорят, Люциус подкупил кого-то из зрителей, чтобы ловцу Гриффиндора повредили метлу прямо в процессе игры, но Марволо и Снегг быстро пресекли ситуацию, раздав любителям нечестной игры целебных пилюлей. Короче, я заработал на этом матче первые пятьсот галеонов и был доволен как слон, даже зная, что в ближайшее время мне предстоит разговор с Робинсоном, и сопровождающая его боль в шраме-печати. *** Аврор не заставил себя долго ждать. На сей раз он не был похож на сумасшедшего, только гнусно и хитро улыбался. Коротко поздравил меня с успешным выполнением задания, и сказал, что новое пока не придумал, а хоть бы и придумал, приближается рождество. В бога и его рождение никто из нас не верил, но вот каникулы являлись неопровержимым фактом. Ну а Тодды – уважаемая и приличная семья, следовательно, праздновать должны в полном составе. Если Джек останется на каникулы в школе, это будет трудно объяснить. И мой опекун как раз всё придумал: - Придумал как объяснить? – спросил я. - Лучше! Придумал, куда тебя пристроить! Да ещё и с огромной пользой для магического развития. В Хогвартсе такому не научат, уж я-то знаю! - Вот как. И что же это за место, где учат лучше, чем в элитной английской школе? - Джек, Джек, как ты думаешь, я жестокий человек? - Абсолютно жестокий. - Значит, я просто обязан заставить тебя мучаться в неопределённости! Или. Может быть я решил поиграть в любящего родителя и устроить тебе сюрприз! Выбирай, какой вариант тебе больше нравится, правильные оба. *** На следующий день не только у меня горела жопа. Люциус Малфой был недоволен многими, в том числе – своим сыном. За завтраком Драко подошёл ко мне и начал разговор. Своё наказание он обсуждать отказался, но заявил, что теперь ему просто необходимо принять деятельное участие в том, что я делаю, чем бы оно ни являлось на самом деле. Не мудрено: я наобещал золотые горы, а расплачиваться за них предложил ему. - Ну, тогда приходи в Тайную Комнату сразу после уроков. – пожал плечами я. - Она же работает только вечером! - Это если стандартную комбинацию выстукивать. Мы же тайная ложа, а не явная лажа, забыл, что ли? - Подожди, ты имеешь отношение к Тайной Комнате? - Я её хозяин. Драко посмотрел на меня с недоверием. - Ну, не единоличный, и далеко не всё в ней создано мной, но в любом случае у тебя ещё слишком мелкий градус, чтобы знать эти тайны глубже. - Ложа? Градус? Что за странные слова ты говоришь? - А разве в магической Британии не играют в масонов? - Не знаю, что это такое. - Значит, это карго-культ. - Чего? - Ничего, я только что раскрыл одну из величайших тайн магловского общества. Они пытаются подражать аристократии, абсолютно не понимая сути и целей того, что делают маги. - Ты предлагал примерно то же самое, только в другом направлении! Предлагал подражать маглам! – Драко зашипел как змеёныш. Похоже, Слизерин в своё время задался целью обогнать Чингисхана, и сейчас частичка его крови есть буквально в каждом. Ну или способность шипеть не имеет ничего общего с генетикой. - Я предлагал совместить то, что они придумали с достижениями магов, и занять место посредников между двумя мирами. Это не тупое подражание, а понимание сути и правильная постановка задач. Короче! Ты придёшь или нет? Пирожки стынут. Малфой злобно засопел, цапнул со стола три пирожка и начал уходить, напоследок бросив через плечо: - Приду. *** Он ждал меня возле заброшенного туалета. Настроение у Драко чуть улучшилось, по крайней мере, мне не казалось, что он вот-вот вцепится мне в горло. - Как у вас дела с Гермионой? - С этой грязнокровкой? Я с ней встречался только чтобы позлить тебя! – поспешно выпалил Малфой. - Ну да ну да. Ладно, ещё помиритесь. - Думаешь? - Уверен. И очень рад, что не поставил на то, что вы продержитесь больше недели. - Что? Кто принимает на это ставки? – Драко всерьёз разозлился. - Ну, никто. Потому, собственно, и не поставил. А теперь, давай проведём эксперимент. Нашипи вот на этот кран, пожалуйста. - Шипеть в кран? - Ну прости, до душа ваше общество ещё не доросло, шипи в то, что есть. - Это так странно… – он был совсем сбит с толку – А чего шипеть-то? - Представь, что это Гермиона и попроси прощения. - Вот ещё! Не собираюсь я просить у неё прощения! - А зря, это реально работает. - Думаешь? - А ты проверь. Он покосился на меня наклонился к крану и что-то прошипел. Вход в Тайную комнату открылся. - Поздравляю, ты тоже наследник Слизерина. Плодовитый был дядька… Мы спустились вниз. Марволо уже сидел за стойкой и вёл задушевную беседу с Реддлом. При нашем появлении разговор прекратился. - Джек, ты очень вовремя! У нас есть срочное поручение, которое нужно сделать до Рождества! - То есть оно срочное, но у нас ещё месяц? - Настоящий начальник не позволяет говорить столь умные вещи в своём присутствии, так что всё именно так, как ты описал. - Я всё равно не понял. - Он тоже – Марволо указал на Драко. - Мы ведь это обсуждали! - Вот как. И что, Драко Малфой, ты готов поработать на все силы света в лице Альбуса нашего Дамблдора? - Вполне. – коротко ответил Малфой. - Хорошо. Как надумаешь нас предать, уведоми за две недели, пожалуйста. - Почему две недели? - Ну какое, нахрен, предательство, я же шучу. Просто смена работодателя. А о таких вещах правила приличия рекомендуют уведомлять за две недели. - Справедливо – кивнул Малфой – Пожалуй, я и правда так поступлю. - Ну, теперь, когда все мы связаны одним контрактом, поясняю: Дамблдор задумал выступить лично, а мы должны подготовить для этого сцену. Проблема в том, что он побоялся, вдруг наше чадо не разберётся со столь сложным артефактом, как зеркальное хранилище. Артефакт действительно сложный, но не со стороны пользователя. Даже вход в тайную комнату по вечерам защищён надёжнее, чем камень в зеркале, и нужно быть буквально психически нездоровым человеком, чтобы оно не сработало, потому что зеркало реагирует на мысли и желания. - И при чём тут мы? - Ну так зеркало же стоит в коридоре на третьем этаже. А на каникулы должно попасть в башню Гриффиндора. И сделать это нужно срочно, потому что Дамблдор – наш начальник, а я не имею права ему возражать и включать логику в его присутствии. Это, кстати, хорошо, что вас двое. Зеркало-то тяжёленькое. - Ты же говорил, что у Дамблдора есть ручной великан! – выкрикнул я. Мне совершенно не улыбалось тащить тяжёлую хрень с третьего этажа в башню. - Полу-великан. И Хагрид, конечно, славный малый, верный, исполнительный и всё такое, но в моём коридоре он мне нахрен не нужен. Об великанов только чары ломать, знаешь ли. Так что дальше собаки ему нельзя. - Перенести зеркало? Вы серьёзно? – Драко не выдержал. - Абсолютно – хором ответили мы с Марволо. - Профессор магловедения и первокурсник переносят зеркала с места на место и говорят, что это поможет захватить мировое господство! Вам лечиться надо, в Мунго, в Башню Шутов! - А, крыло для сумасшедших? Я вполне понимаю твои эмоции, Драко. Но скажи, неужели ты правда представляешь себе заговоры этакими собраниями магов в чёрных мантиях, с лицами серьёзней недельного запора, проходящих тёмной ночью в полнолуние, а обсуждаются на них древние пророчества и коварные козни? Прости, жизнь — это цирк, а не театр, и состоит он из дыма и зеркал. Так что не удивляйся, если иногда тебе придётся передвинуть зеркало в нужное место. - Неубедительно! – хмыкнул Малфой. - Мы выстраиваем цепочку событий, которая со временем приведёт к появлению новой фигуры в британской политике. Осуществить перемены не позволят ни Дамблдору, ни лорду Малфою, никому. Нужна сила, которой невозможно возражать. Не военная сила, а какая-то сверхмагическая, божественная, если так можно выразиться. В каком-то смысле мы должны создать бога. Только не настоящего, а достоверного. Состоящего из дыма и зеркал. Иллюзию, марионетку, способную убедить всех магов разом, принять решение и погибнуть. – я замолчал, и сделал жест призраку, что хочу пить. - Сделать бога из… Поттера? - А ты умнее, чем кажешься, Драко! Да, как видишь, работа уже проделана немалая. Ты знаешь, что он Избранный. Все это знают. А я знаю, что это сказка, придуманная и растиражированная Дамблдором. – продолжил Марволо. - Ха… – Малфой криво усмехнулся – А вы собираетесь уведомлять его за две недели о смене места работы, когда придёт время? - Неправильная постановка вопроса, мой юный друг. Надо спрашивать так: собирается ли он предупредить меня, прежде чем кинет. И нет, не собирается. Но в любом случае, это будет ещё не скоро. Восхождение Избранного ещё даже не началось по-настоящему. И не начнётся, пока мы не стаскаем долбанное зеркало в долбаную башню. *** Зеркало действительно было тяжёлым, как моя жизнь до попадания. За этот час я научил своих британских друзей русскому мату, но в итоге мы это сделали. Наложить на артефакт заклинание левитации было нельзя – он гарантировано повредится. До башни мы бы его не дотащили, но Марволо справедливо рассудил, что можно оставить его в комнате с собакой, под охраной в моём лице. Я должен буду проследить, чтобы Пушок не погрыз раму, а также сказать Хагриду, куда нужно отнести зеркало, когда великан придёт кормить своего любимца. Месяц пролетел незаметно. Я иногда дрался на арене, повышая свой рейтинг среди первокурсников, но особо высоко не поднялся – не было такого желания. Да и сталкиваться с царицей первокурсников – Гермионой Грейнджер – не было никакого желания. Я реально устал, а впереди ждали каникулы. Только они сулили мне совсем не отдых, а потому я решил расслабиться заранее. Наконец, декабрь переполз за середину и занятия первой половины года закончились. Хогвартс-экспресс доставил меня и почти всех учеников, кроме Гарри Поттера и ещё нескольких неудачников, в Лондон. Где я немедленно угодил в полицию, сразу по переходу на магловскую часть вокзала. Буквально: пара полицейских стояли и смотрели на стену, из которой я появился. Они схватили меня под руки, зачитали права и уволокли в застенки. Я знал, что я там увижу, и не ошибся. - Ну привет, Джек Тодд. – сказал человек в красной мантии – Империо! Если кто-то начнёт спрашивать, где вы были, сообщайте мне, и ни на что не отвечайте. Валите отсюда. Полицейские безмолвно вышли. - Брюс Робертсон. – я не знал, что добавить, чтобы с одной стороны выразить свои эмоции, а с другой – не нарваться на заклинание боли. - В Хогвартсе даже этикет преподают хреново, ну что за школа… Ладно, поехали. – он схватил меня за плечо, мир сжался в точку, снова расширился, и стал абсолютно другим. Я стоял перед широким двухэтажным зданием, с мощным фундаментом и крыльцом из натурального камня. Над дверью красовалась вывеска, изображающая кошку, умывающуюся лапкой, сидящую на надписи: «Домашняя киска» «Ритуальный салон» - Это что, бордель? - Вроде того. – сказал Робертсон и открыл дверь.