Твоя сладкая кровь

Порой лес настигает такая тишина, что даже собственное дыхание замедляется. Всё замирает в одночасье, останавливаясь в моменте. Тони перестал слышать отдаленное пение птиц, а их собственные недавние крики друг на друга прекратились, и дом снова потонул в вечерних лучах солнца. Рудольф отвернулся от него и ничего не ответил. Тони наконец ясно осознал, что происходило последние несколько месяцев. Память возвратила его в тот дождливый день, когда Рудольф резко изменился после их поцелуя. Тони моргнул, и видение пропало. Лучи солнца, недавно рвавщиеся внутрь, поблекли. Их покрыли густые тучи. Снова начинался дождь. Капли не спешили опускаться на окна. Сначала поднялся ветер и разнес листву по земле, а стены дома заскрипели. Комната потемнела, когда дождь застучал по стеклам. Они уже не были такими мутными после недавних заходов дождя и омывались в который раз. Рудольф сел за инструмент, когда стекло заполнилось дождевыми каплями. Он ничего не сказал, и Тони решился подойти ближе. Он стал чуть дальше и прислонился к пианино, а Рудольф опустил пальцы на клавиши. Сначала мелодия тонула в непрерывном стуке дождя, но Тони видел, как сосредоточен был Рудольф. Казалось, будто и не было между ними никакой стены, и пианино позволяло им снова видеть друг друга. Тони не знал, где Рудольф научился так играть. За все это время он почти ничего о нем не знал, потому что тот никогда не говорил, а он никогда и не спрашивал. Но мелодия становилась все громче, она разливалась по тёмной комнате, превращаясь с дождём снаружи в одно целое. Тони чувствовал, как некое тепло начало обволакивать тело, будто укрывая от всего остального мира, ведь музыка правда могла творить чудеса порой. Тони помнил, как она помогала ему сосредотачиваться и успокаиваться во время бессонных ночей с тоннами учебников на коленях. Но эта мелодия не могла сравниться с теми. Она не облегчала раны, как многочисленные мази в полках аптек, а заживляла их. Тони не чувствовал страха ни в темноте стен, ни при взгляде на Рудольфа. У него были сомнения, всегда, когда он не понимал, что между ними происходит, но теперь они рассеялись. Хотелось снова поговорить, оказаться рядом, как раньше в те спокойные времена. Тогда было запутаннее, они не понимали друг друга, но все же были вместе. Тони желал смыть все последние месяцы, что сотворили такую пропасть, но сейчас понял, что должен справляться с ней сам, ведь время не повернешь назад. Он всего лишь человек. Ему повезло не замереть во времени из-за древнего вампира, он не стал одним из них, потому что Рудольф остановил это. Тони понял, что Рудольф собирался попрощаться. Не хотел, чтобы эта мелодия заканчивалась, растягивал её, как мог. Он не мог понять, что думает на этот счёт Тони, боялся спросить и услышать нежеланный ответ, поэтому снова брал всё в свои руки. Только Тони взял и обрубил это всё в один момент, когда подался вперёд и обнял его, прерывая звучание. Остался только дождь, и Тони смотрел на окна, замерев и почти не дыша. Он держал крепко, игнорируя тот факт, что Рудольф мог его оттолкнуть, не приложив и минимум своих усилий. Но он этого не сделал. – Ты мог выпить всю мою кровь уже столько раз, пока мы тут стоим. И столько же раз тогда. Не верю я тебе. И не боюсь. – Ты слишком смелый для человечишки,– буркнул Рудольф ему в плечо. – Не хочу больше недомолвок. Хочу знать всё, о чем ты думаешь, что тебя тревожит. Перестань убегать от меня, Руди, чтобы я понял, что не так, и мы все решили,– произнёс Тони на одном дыхании. – Когда ты стал таким умным?– спросил Рудольф и отстранился:– Говоришь, как мой бойфренд. – А ты бы этого не хотел?– Тони сощурился и посмотрел в отливающие в темноте рубином глаза. Рудольф, казалось, смутился, и это был первый (и последний) раз, когда Тони видел его таким. Он отошёл к окну, стараясь сосредоточиться, пытаясь сделать правильный выбор, но голова была пуста. – Ты не понимаешь, как это может быть опасно, Тони. Если..если я.. – Сделаешь мне больно?– Тони не собирался отступать и снова подошёл ближе:– Я знаю только, что этого никогда больше не случится. Он все же помнил тот момент под дождём, тот единственный раз, когда Рудольф попробовал его кровь. Но это никогда не сравнивалось с тем, что произошло в поместье, и что тогда Рудольф сделал для него. – Это не больнее, чем потерять тебя насовсем. Давай..только попробуем. Рудольф колебался. Сделает это– пойдёт на риск сорваться снова. Если нет, то им придётся попрощаться. И теперь уж точно не встретиться вновь. – Я не хочу давить и заставлять тебя принимать такое решение,– тихо продолжил Тони. Его было едва слышно из-за дождя, но Рудольф прекрасно слышал каждое слово. – Мы с отцом пробудем здесь до завтрашнего вечера. Просто найди меня, если решишь. Если согласишься остаться Тони ещё раз окинул взглядом комнату, а потом скрылся за дверью. Рудольф не мог слышать его шаги за пелёной дождя и только вдыхал аромат засохших цветов. – Неужто наш Тони вернулся? – Ты никогда не уступала его мне,– закатил глаза Рудольф и обернулся. – Ещё чего, – хмыкнула сестра и преодолела расстояние до него за долю секунды. – И, конечно же, всё слышала. – Вы просто громко говорили. – Если бы я не сомневался в твоём отменном слухе, то, конечно, поверил бы. – Слышала я или нет, окончательное решение принимать не мне, ведь верно? Что ты будешь делать? Она приблизилась к окну и начала водить пальцем по поверхности стекла. Она почти не изменилась с момента той ночи, когда они с трудом выбрались из поместья. Казалось, это даже не коснулось её. Она осталась такой же уверенной, следящей за ровной походкой и безупречным макияжем. Но это не замечалось только с виду. И, наверное, только Рудольф мог уловить те незначительные изменения, что в ней произошли. Её порой блуждающий взгляд или чересчур задумчивое лицо. После той ночи виделись они редко, хоть и остались вместе. И этот вечер стал одним из тех редких, когда случались их разговоры. – Я не знаю, что мне делать, Анна. Я не понимаю...Он верит мне, но я могу подвести его, как это было тогда. Он пострадает из-за меня, потому что сейчас не понимает, о чем говорит. – Мне наоборот кажется, что как раз сейчас он всё понимает. И то, что он решил для себя, тоже пришлось нелегко. – Знаю...но я же могу его сломать. – Руди, он не хрупкая ваза, чтобы его ломать. Он пережил пытки Каина и сохранил рассудок. Немногие вампиры справлялись с таким, а он не промолвил ни словечка о нашем местонахождении. И ты ещё думаешь, что его можно сломать? – Он всегда попадал в неприятности из-за меня. - И ты всегда выручал его. Рудольф вздохнул и уткнулся лбом в стекло. Легче не становилось. – Знаю, что ты хочешь отгородить его от всего этого. Но он уже выбрал тебя. Как и всегда выбирал. Как и наши родители друг друга. Рудольф взглянул на неё и увидел под её глазами широкие тени на бледной коже. – Анна... Она покачала головой и затем села за пианино. Рудольф оглянулся, и дождь уже не шёл, когда она заиграла. – Прыжок на лезвия стоил того глотка крови, Рудольф. *** Тони вернулся в отель поздно. Отец в то время заканчивал какую-то работу на своём ноутбуке и собирался сварганить поздний ужин, когда Тони зашёл в комнату. – Привет, – Тони уселся в кресло напротив и устало улыбнулся. – Привет. Уже заканчиваю,– он облегчённо вздохнул и потёр уставшие от долгой работы у экрана глаза:– Есть хочешь? – Не очень. Долгий был денёк. Думаю пойти спать, не против? – Конечно, отдыхай, – кивнул он, но задержал взгляд на сыне:– Ты как, все в порядке? Тони уже хотел сказать "да", как вдруг запнулся и только покачал головой. Сил не было утешать себя надеждами. В эту минуту не хотелось притворяться. Отец не давил на него вопросами о произошедшем, хоть и понимал, что Тони что-то недоговаривал, и история, придуманная им, никак не укладывалась в голове. Он просто находился рядом, давая восстановиться, и, наверное, не зря ждал того момента, когда Тони скажет всё сам. И Тони рассказал. Впервые слова о той ночи произносились вслух, и он не понимал, как это ему удаётся, ведь до этого даже в собственной голове они не укладывались в одно целое. Они сидели при свете настольных ламп, и рассказ Тони прерывался только далёкими раскатами грома, а за окнами была непроглядная темнота приближающейся осени. Спал он очень крепко, хоть до этого казалось, будто ночь будет бессонной. *** Утром прошли медленные сборы чемоданов и попытки ничего не забыть. Они позавтракали в кафе возле отеля, и после Тони снова остался один до конца дня. Отец вернётся к вечеру, и они покинут этот город. День же не предвещал ничего хорошего. Тони много думал и был на нервах из-за вчерашних слов Рудольфу. Быть может, то была последняя их встреча и разговор, а он под её конец поставил его перед выбором и ушёл. Теперь все казалось не таким уверенным. Тони помнил Рудольфа вчера и знал, что он ещё тот упрямец. К обеду заболела голова и даже чтение не помогало. День был бессмысленнее некуда, а город Тони обошёл вчера. Сегодня не было никакого желания посещать его улицы снова. Ближе к вечеру Тони наскучило сидеть в номере и он решил напоследок прогуляться в лесу. Он встретил его редким щебетанием птиц и запахом свежей хвои после дождя. Тони шёл по тропе, тонув в опавшей листве, и вскоре поднялся на холм, где небольшая поляна открылась перед ним. Дальше был виден город, в котором медленно зажигались вечерние огни. Опускались вечерние сумерки, и небо окрасилось в сиренево-голубой цвет. Стало прохладно, и Тони поёжился от внезапного порыва ветра. Экран телефона внезапно загорелся, и Тони увидел сообщение от отца. Через несколько минут он будет в номере, и настанет пора уходить. Он был здесь в последний раз. Ещё раз оглядев спрятанную в тени деревьев поляну и крыши домов впереди, он повернул назад. Грудь будто сжало от ощущения, что оставляет он не только этот город. Он оставляет последние воспоминания о том, кто был очень дорог. И, кажется, пришла пора это оставить. Только вот делать это не хотелось, и глаза защипало от слез. – Ты знаешь, что это тебе не Сан-Диего, чтобы вот так разгуливать вечером в одной футболке? – Ты пришёл?– вырвалось у Тони, когда он обернулся на голос. Руди вдруг оказался в трех шагах от него, и теперь они одни неловко стояли на поляне. – Я думал, что сморозил вчера глупость и больше никогда не увижу тебя.. – Не хочу, чтобы ты ещё когда-нибудь мог так подумать. – То есть...это значит, что ты останешься?– Тони внимательно разглядывал его лицо, стараясь уловить в этом какой-то подвох. Руди усмехнулся, и ямочки показались на его щеках. – Ты бы видел себя сейчас, – ответил он. – Руди, я серьёзно!– Тони вспыхнул и пихнул его в плечо. – Разве моё присутствие ещё не отвечает на твой вопрос? Он вмиг стал серьёзнее и оказался ближе, уловив знакомый аромат цветов. На этот раз организм не бунтовал, внутри все было спокойно. Он будто наконец принял метаморфозу тела и присутствие Тони. Неужели всё могло получиться? – Давай...только попробуем?– предложил Рудольф, напоминая Тони его собственные слова. Тони не смог бы выразить процессы, запустившиеся внутри после этой фразы. Он просто обессиленно уткнулся носом Руди в плечо и что-то невнятно пробормотал. Рудольф, конечно, расслышал все до единого. – И я тебя, Тони Томпсон. *** Долго они бежали по склону, а потом оправдывались отцу Тони, откуда здесь вообще появился Рудольф, почему они опоздали, ничего не сказали и оказались вместе. Кажется, вопросы сыпались в другом порядке, но Тони было трудно запомнить, а тем более внятно ответить на них. Поэтому Руди занялся этим сам, а поскольку мистер Томпсон уже знал историю от начала и до конца, понять всё остальное оказалось нетрудно. Но на самолёт они все-таки опоздали. Рудольф предложил им свою помощь. В полётах с людьми он давно разобрался, но за безопасность все ещё не отвечал. – Не уверен, что это хорошая идея,– ответил мистер Томпсон, ведь летать без ремня безопасности только под ручку с вампиром и правда не казалось таким уж безопасным полётом. – Тогда нам придётся остаться ещё на день?– спросил Тони. – А я могу вам как-то помочь?– послышалось сзади. Тони без раздумий пустился в объятья знакомой вампирши и почувствовал себя так, будто оказался в самом уютном уголке мира. – И я скучала по тебе, Тони-и-и,– рассмеявшись, протянула она. – Мне не кажется или ваши объятия чутка затянулись?– прокричал сзади Рудольф. – А ты не завидуй, что мне больше досталось! – Ты что, следила за мной?! – Да кому ты нужен, я просто удостоверилась, что голова Тони осталась на том месте, где и должна быть! – Ещё и не доверяешь, значит? – Ну всё,– прервал их мистер Томпсон и продолжил:– Хватит ссориться, дети. Внезапно воцарилось молчание, а затем смех брата и сестры разнесся по парковке, где они все вместе стояли. До мужчины только спустя пару секунд дошло, что детям то уже стукнуло где-то пару веков. – Что же, доверитесь мне в полете, мистер Томпсон?– сверкнула белоснежными клыками Анна. – Придётся... – Вот и отлично, тогда не будем терять времени. Догоняйте, копуши! И они взмыли высоко в небо. Рудольф с Тони только весело переглянулись. – Жду не дождусь утереть ей нос,– признался Рудольф. – Тогда давай сделаем это,– ухмыльнулся Тони, вложив руку в его ладонь. – Только держись крепче. – А ты не отпускай без предупреждений. – То была чистая случайность! – Ага, давай не будем повторять? – Как скажешь. Небо тогда было полно смеха. И жизни среди потоков ветров. Ночь и правда выдалась куда лучше дня.