Вопреки всему

      Дверь шумно захлопнулась, щёлкнув железным замком. Кира вошла в прихожую и медленно сползла по стене, размазывая тушь по мокрым от слез щекам. Сумочка с грохотом полетела в один угол, а туфли на высоких шпильках в другой. Девушка протяжно всхлипнула и попыталась встать, но снова осела, не в силах справиться с накатывающими на нее рыданиями. Почему она не выставила Андрея еще тогда, когда Катя показала ей ту чертову инструкцию? Или после драки в баре, когда, немного отойдя от побоев, он снова пришёл к ней. «Может ну его, этот чемодан?» — его слова до сих пор стояли в ушах, а на губах горел поцелуй. Она знала, что это финал. Прекрасно понимала, что он не врал, когда признался ей, что любит Пушкарёву. Ну почему она снова поддалась его чарам? Было тошно и обидно не из-за расстроенной помолвки, не из-за его измены, а из-за того, что снова поверила, снова схватила жадно эту ускользающую, чуть уловимую надежду, а получила в ответ ту же пощёчину, только по другой щеке. Воропаева с трудом встала, опираясь о дверной косяк, и побрела на кухню, где захватила из холодильника немного льда. Потом взяла большой бокал, бросила туда несколько кубиков и наполнила его до краёв шотландским виски. Череда крупных глотков и вот она уже не плачет, только горло обожгло. Некстати зазвонил телефон. Кто это мог быть даже гадать не хотелось. Было наплевать. Может, Кристина, желающая рассказать о планах на очередную пластическую операцию, а может, и Клочкова, чтобы выклянчать пару сотен у «любимой подруги». Пусть все идут к дьяволу — твердо решила Кира и выдернула телефонный шнур из розетки. Взгляд болезненно зацепился за белоснежное свадебное платье, в котором ей было не суждено никогда шагнуть к алтарю с любимым мужчиной. Грудь снова сковал спазм, а в глазах потемнело. Новые рыдания уже захватили все ее существо. Девушка тряслась и металась по комнате, словно что-то искала, перевернула туалетный столик с косметикой, а затем бросилась на кухню, откуда вернулась с большим тесаком. Ее рука уже взмыла над манекеном, готовясь превратить произведение искусства в груду бесформенных лоскутов, но где-то в сумочке назойливо зазвонил мобильный. Швырнув нож на кровать, Воропаева нашла телефон и хрипло ответила: — Малиновский, ты не вовремя! — А что с голосом, родная моя? Я всего лишь звоню узнать, Андрей у тебя? Мы с ним договорились встретиться в баре, но его весь вечер нет, а телефон не отвечает. Слезы снова хлынули из глаз. Не в состоянии справиться с истерикой, Кира потеряла способность дышать. Она рваными вдохами проталкивала воздух внутрь легких, но этого было чрезвычайно мало. Она продолжала судорожно рыдать и задыхаться, а Роман на другом конце провода до сих пор не понимал, что происходит с коллегой. — Кир, чем вы там занимаетесь? Я помешал? — заливисто рассмеялся мужчина. Тогда Кира не смогла больше сдерживать себя и взвыла на всю квартиру: — Малиновский, я ненавижу тебя! Ты сломал мне жизнь, когда подложил под Андрея эту мерзкую дрянь! — Кир, ты чего?! Мужчина с тревогой на лице несколько секунд вслушивался в подозрительные звуки в телефонной трубке, потом резко вскочил, и кинув бармену пару тысячных купюр, бросился к выходу.

***

— Вот так, девочка. Пей, пей, умница, — тихонько приговаривал Рома, отпаивая Киру горячим чаем с мятой и лимоном. Перед этим правда пришлось применить силу, скрутить беснующуюся пьяную девушку и затащить под холодный душ, а потом укутать в махровый халат и уложить в постель. — Я ненавижу их! Будь они трижды прокляты! — тихонько всхлипывала Кира, обмякшая в руках Романа. — Ну и дела, я вам скажу. Неужели Пушкарёва его простила? А как же поруганная честь и непереносимость эпистолярного жанра в моем скромном исполнении? — саркастически ухмыльнулся мужчина. — Значит эта девица снова подцепила Андрея на крючок? Ну, ничего. Нужно просто вправить ему мозги. — Если уж она простила ему такое, значит, я здесь бессильна. — Она да, но Андрей. Знаешь, Кирочка, чего Андрей никогда не простит женщине? Кира отрицательно покачала головой, погружаясь в раздумье. — Андрей никогда не простит своей женщине измены. Малиновский с видом знатока ждановской психологии подмигнул девушке и плеснул себе в стакан немного виски. — Пушкарёва и измена? Да кто на нее позарится? — скептически рассмеялась Кира. — Это лишь вопрос обстоятельств, дорогая моя. Вот увидишь, мы справимся с этой его дурацкой любовью. А потом ты поможешь ему снова занять президентское кресло. В глазах девушки вновь вспыхнул огонёк, а чуть заметная улыбка коснулась напряжённых губ. — Я буду бороться! Я верну Андрею кресло президента, а себе жениха. Я не сдамся! — Вот теперь тебя люблю я, вот теперь тебя хвалю я! Только про меня не забудь. А то мне на производственном этаже не особенно комфортно.