can't remember anything before ya

Чонвон ощущает огромный прилив радости, сидя сейчас в машине родителей и возвращаясь в свой родной дом. Судя по рассказу Джейка, он с первого курса живет отдельно от семьи, и возвращение домой ощущается абсолютно по-другому. Ну, вся его семья упорно молчит, и он особо-то не пытается их разговорить. Ему это незачем, и он уверен, что его будут избегать после всего того, что он сказал своему отцу. У него было два варианта: вместе с Джейком вернуться к себе домой, или вместе с родителями вернуться в свой родной дом. Он решил попытать удачу и попробовать восстановить хоть какие-нибудь воспоминания сначала дома, но он боится, что в доме он только поднаберет негатива. Врач, видимо, тоже не оценил его выбор, многозначительно хмыкнув. Ему ещё придётся вернуться в эту больницу. Сдать пару анализов, снять повязку и швы, а ещё он будет периодически приезжать в больницу, чтобы отчитываться о восстановлении. Врач ещё сказал, что он может прийти в любое время, если у него закончатся успокоительные или если будут какие-то проблемы. Чонвон отворачивается от окна и осматривает своих родных. Его мама ведёт машину, пока отец что-то листает в телефоне. Рядом с ним сидит его сестра, которая не навещала его с тех пор, как ушла в тот день. Чонвон неожиданно замечает кольцо на безымянном пальце. — Ты замужем? — А? — его сестра дёргается, когда Чонвон наклоняется поближе, чтобы рассмотреть кольцо. — А, да. Год. — Интересненько. Он красивый? — Ну, пойдёт… — В смысле 'ну, пойдет'? Это твой муж, дорогая моя, — смеётся его мама, поворачивая на дороге. — Я про то, что он его видел уже, почему он задает глупые вопросы?! — вскрикивает девушка. Чонвон хмыкает, вдруг вспоминая, кто он такой. Конечно же он будет помнить какого-то мужа своей сестры, которого видел в той жизни пару раз отроду, несмотря на то, что он не помнит шесть лет своей жизни. — То есть… — Всё нормально, я понял. — Чонвон… — Я же сказал, что всё нормально. Проехали. Вот и главная причина, почему не было смысла возвращаться сюда. Его сестра считает, что он врёт, его мать думает, что разговоры о прошлом вернут его в строй, а его отец не понимает, что правильно здесь, а что нет. Ожидаемо. Буквально спустя пару минут они подъезжают к дому. Первым делом он спешит на второй этаж и заходит в свою комнату, чтобы убедиться, что ничего не изменилось. Он открывает дверь и понимает, что здесь нет ничего от его комнаты. — Это… Это что? — Кабинет твоего отца, — ухмыляется стоящая рядом с ним сестра. — Ты же уехал, вот мы и немного видоизменили комнату. — Ты всегда меня так презирала или только после того, как я потерял шесть лет жизни? — интересуется Чонвон, повернувшись к девушке. Та улыбается. — Я веду себя как обычно, не волнуйся. Тебе придётся спать в гостевой. Чонвон не питает особых чувств к гостевой комнате, и уже хочет сбежать отсюда. Но ему нужно хотя бы попробовать пожить здесь, чтобы попытаться восстановить воспоминания, поэтому он спускается в гостиную и забирает все альбомы своей семьи. Чонвон перебирает их все, всматриваясь в каждую фотографию. Никаких незнакомых фотографий, к каждой есть какое-либо воспоминание, а это уже предпоследний семейный альбом. Остаётся только один, который не питает особых надежд. Этот альбом легкий и уже на первой фотографии Чонвону приходится задуматься. Врач рекомендовал смотреть на фотографии, чтобы заставлять работать ассоциативное мышление — это основной механизм работы запоминания. Вот Чонвон и смотрит. Вот он в форме выпускника обнимает какого-то незнакомого парня, смахивающего на японца, и тот совершенно не похож на выпусника. Хотя бы по одежде. — Это Рики. Твой друг, младше тебя на год, — говорит Джейк, сев на диван рядом с ним. Чонвон кивает, просматривая фотографии дальше. Стоп. — Что ты здесь делаешь? — спрашивает Чонвон, повернувшись к другу. — Я купил тебе яблоки, — Джейк поднимает пакет в воздух. — А ещё захотел проведать тебя. — Мы не виделись пару часов, мэн. — Мы жили в одной квартире. Чонвон хмурится. Это веская причина, но он не собирается сдаваться. — Это не оправдание. Откуда ты знаешь Рики? — Он поступил в тот же университет, что и ты, и часто тусил с нами. Ты ещё общаешься с ним. Ну, то есть, общался. Чонвон кивает снова, и продолжает смотреть фотоальбом. Снова этот Рики, снова Чонвон в форме выпускника, фотка с классом, и ещё куча фотографий, которые не пробуждают ничего в его сердце. Он просто смотрит на фотокадры чьей-то жизни, замечает знакомые лица, но совсем не знает, кто они и что они делают рядом с ним. Одна фотография заставила что-то сжаться в его сердце. Он стоит с каким-то красивым парнем, положив ему руки на плечо, а ещё у него сбритая бровь. Панк какой-то. Он убирает эту фотографию подальше, чтобы потом посмотреть на неё ещё раз. — А, и ещё я занес тебе игрушку кота. Ты говорил, что она тебе нужна, вот я и принес, — Джейк достаёт плюшевую игрушку из куртки и протягивает Чонвону. — Это что? — спрашивает Чонвон, смотря на Джей-хёна, протянувшего ему подарочный пакет. — Ты, — с серьезным лицом отвечает парень. Чонвон хмурится и берёт пакет, доставая оттуда… Игрушечного кота? — Ты серьезно? — Чонвон вертит кота из стороны в сторону, отмечая его однотонную шерсть и милый шарфик. — Я не кот. — Не очень похоже на утверждение. Забирай, это подарок. Чонвон улыбается. Подарок от Джей-хёна… — Чонвон? — Джейк наклоняется к нему, и Чонвон возвращается в реальность. Он перебирает все фотографии, пока не вспоминает, что только что отложил ту самую фотографию. Это Джей-хён. Парень со сбритой бровью, который подарил ему игрушку кота. Тот, кто был близок ему в школьной жизни, и тот, кто наверняка близок ему и сейчас, просто Чонвон это всё забыл. — Я вспомнил, — шепчет парень, смотря на эту фотографию.. — Я вспомнил, как выглядит Джей-хён, и как он подарил мне этого кота. Этот кот… Он просто протянул мне пакет и сказал, что там я. Он сравнил меня с котом. — Подожди, ты что… Ты вспомнил это? — Да. Да, я, черт возьми, вспомнил это, — Чонвон начинает рыться в куче фотографий, ища хотя бы ещё одну с Джей-хёном. — Я начал думать, что из-за травмы у меня появился несуществующий персонаж в жизни, но сначала ты сказал про него, а потом это воспоминание… — Чонвон. — Что? — Ты вспомнил. — Ну, да? А... Чонвон кричит на всю комнату и обнимает Джейка, у которого все это время в руках был тот самый кот. — Что за шум? — в комнату вбегают родители и останавливаются в дверях. — Чонвон, что случилось? — Я вспомнил! Я вспомнил одно воспоминание! /// Дневная рутина Чонвона: встать, принять водные процедуры, поесть и валяться на кровати от бесполезности своего состояния. Врач порекомендовал ещё недельку не заниматься ничем серьёзным, поэтому он просто тухнет дома и копается в своём мозгу. Это трудно, и он устаёт уже на шестой день. Ему снова снятся люди без лиц, но это уже не пугает его, поэтому он относится к этому лишь с небольшой тревогой. Его дом ему не помогает. Он больше ничего не вспомнил. Он прокручивает воспоминание об игрушке в каждый подходящий и свободный момент, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь, но ничего не получается. Это перестало иметь смысл ещё три дня назад, но он продолжает вспоминать об этом, чтобы посмотреть на парня напротив. А та единственная фотография хранится под его подушкой, чтобы он в любой момент смог обратиться к ней. На самом деле, он просто пялит на неё по пару часов в день. Это всё ещё не имеет смысла. Он почти не общается с родителями, и не потому что ему не хочется с ними разговаривать, а потому что они сами не идут на контакт. Это напрягает его, и он решает поговорить с мамой. — Мам. Женщина отворачивается от телевизора и вопросительно смотрит на парня в пижаме. Это серьезный разговор? — Что-то случилось, дорогой? — она уменьшает громкость на телевизоре, повернувшись на диване. Чонвон присаживается рядом. — Я… Я думаю, я хочу вернуться в квартиру, которую я снимаю с Джейком. Отчасти потому, что здесь я не чувствую себя, как дома, а единственное воспоминание, которое пришло ко мне, было из-за плюшевой игрушки. Его мама кивает, выключив телевизор и приблизившись к нему. Он пинает её коленку своей. — Это не всё, ведь так? — его мама кладёт свою руку на его, и слабо сжимает. — Я не могу избавиться от мысли, что вы меня поголовно ненавидите за то, что я потерял память. Теплая ладонь мамы пропадает также быстро, как появилась. Чонвон знал, что все немного плохо, и это его не удивляет, но очень и очень печалит. — За несколько дней до того, как ты попал в больницу, ты признался в кое-чем. Твой отец был единственным, кто поддержал тебя сразу же, а я с твоей сестрой не знали, как реагировать. Мы обсудили это за обеденным столом без тебя спустя несколько дней, и уже хотели позвонить тебе, чтобы пригласить домой, как вдруг нам позвонили из больницы и сказали, что ты в реанимации в тяжелом состоянии. Женщина встаёт, направляясь на кухню, и Чонвон следует за ней. В абсолютной тишине она заваривает две кружки чая, и садится за обеденный стол. Очень символично. — Мы думали, что ты умрешь из-за нас. Ты был без сознания два месяца, никто не верил, что ты выживешь, и мы уже были готовы к тому, что мы буквально погубили тебя. Но ты очнулся! — его мать отпивает чай, и тут же жалеет об этом, потому что он всё ещё горячий. — Это была радость. Я в слезах побежала рассказывать врачу, что ты очнулся, а потом мы узнаем о том, что ты потерял память, и что ты застрял в семнадцатилетнем возрасте. На кухне повисает тишина. Чонвон не знает, что сказать, потому что у него складывается ощущение, что это говорят не про него, а про кого-то другого. Кое-что. Попал в больницу. Объясните ему, что происходит, и почему он потерял память, пожалуйста? — Вы… Вы не виноваты в этом, — в конце концов, говорит он. — Абсолютно. Я не думаю, что вы виноваты в этом. Это же была авария, или что-то в этом роде, верно? Я не виню вас. — Чонвон, я скажу тебе вещь, которую нам запретили говорить до тех пор, пока ты не вспомнишь хотя бы кусочек своей жизни. Парень никогда не видел, чтобы его мама смотрела на него так. Это пугает, и он отпивает немного чая, потому что у него пересохло горло от страха. Её лицо не выражает абсолютно никаких эмоций. Он сжимает кружку крепче, пока бинсу на столе начинает таять. — Ты попал в больницу, потому что ты выбросился с окна. Это была попытка самоубийства.