can't remember anything before ya

Чонвон лежит на полу в гостиной-столовой-кухне и смотрит в потолок, на котором проецируются звёзды. Джейк лежит на его груди, ища в телефоне подходящую карту созвездий, пока Чонвон пытается осознать свою жизнь. Он закусывает тяжелые мысли клубникой, которую Джейк купил по дороге домой. — Я действительно решил убиться только потому, что я дал себе клятву, — шепчет Чонвон, подложив руку под голову. — Нет, это не потому что ты дал клятву. Это потому что ты настолько возненавидел себя за весь свой период жизни, что просто не нашёл другого выхода, кроме как в окно. С виду ты был обычным. Когда мы были дома, ты часто просил меня спать с тобой, потому что тебе снились кошмары, где Джей уходит от тебя. Был ты, — Джейк поднимает телефон вверх и сверяет созвездия. — Обычный Чонвон. Гениальный парень, который путешествовал по миру за счет своего мозга. А есть тот, которого пожирала вина за то, что он сам отогнал от себя того, кто был дорог ему также, как родня. Может быть, больше. Они жили в более-менее гармонии до тех пор, пока ты не повстречал Джея на той сходке задротов. — Это высокопоставленные учёные и специалисты. — Задроты, — Джейк поворачивает голову к нему, и подмигивает. — Все люди задроты, когда это касается их хобби или работы. Вот ты встретился там с Джеем, и тот Чонвон, который винил себя во всём, преодолел того Чонвона, который пытался жить с этим грузом. Ты винил себя во всем, что происходит вокруг тебя, и понял, что так больше нельзя, и решил выброситься с окна. Никакой клятвы не было, но если хочешь, можешь говорить, что ты хорошо хранишь секреты, потому что спустя пять лет ты себя убил. Недоубил. — Очень смешно. — Смотри, Большая Медведица, — Джейк показывает ему телефон, а потом тыкает пальцем в место проекции звездного неба. — Красивая. — Ты разбил мою кружку, — четко проговаривая каждое слово, шепчет Чонвон. Он снимает перчатки и кладёт их рядом с раковиной. — Мою кружку. — Можешь дать мне пощечину, — говорит Джей, вопреки своим словам прижимая Чонвона крепче. — Я соскучился. — Я тебя сейчас задушу, — Чонвон поворачивается в его руках и кладёт руки на плечи Джея. — Ты больше меня никогда не увидишь, я не прощу тебе разбитую кружку. Разбитое сердце я простил, а свою любимую кружку нет. — Я куплю тебе новую. — Хоть завод по изготовлению кружек купи, я никогда тебя не прощу. Уходи. Мне нужно время подумать. Джей наклоняет голову вбок и смотрит своими невинными глазами так, будто бы он замарал быстро смывающейся краской платочек, а не разбил любимую кружку Чонвона. — Я рад, что ты вернулся и что ты извинился. Я рад видеть тебя и все такое, но у меня все ещё дыра в голове по поводу половины своей жизни, и наши чувства могут отличаться. Они есть. Но они могут отличаться. Поэтому мне нужно подумать, и тебе тоже, потому что я уже не тот Чонвон, которого ты знаешь. — А поцелуй? Чонвон кидает в него мокрые перчатки. — Половина этих звезд наверняка умерла, — говорит Чонвон, когда Джейк пользуется уже лазерной указкой, чтобы сравнивать карту созвездий и проекцию звездного неба. — Нет, эти будут жить вечно. Они другие. Вот у этой звезды, — Джейк указывает на одну из парных звёзд. — Название Чонвон. А у её соседки название Джей. — Иди к чёрту. — Он наверняка уже подумал об этом. — Он влюблен не в меня, а в Чонвона, который был до меня. Джейк садится и поворачивается к парню, и если бы освещение позволяло, он бы наверняка прочитал по взгляду, что ему сейчас скажут. Но освещение — проектор, выводящий им звёздное небо, и этого не хватает. — Нет никакого Чонвона до и Чонвона после. Ты это ты. С потерей памяти, без неё, со всеми загонами, демонами в голове. Когда ты потерял память, я не думал, что с тобой надо общаться по-особенному. Я общался с тобой, как с Чонвоном. Парень смотрит на своего друга и ощущает, как его глаза наполняются слезами. Его действительно любят? — Я тебя ненавижу, ты постоянно выводишь меня на слезы, — говорит Чонвон, обнимая Джейка. — Я слишком сентиментальный. — Это нормально. Плакать это нормально. У Джейка неожиданно урчит живот, и теперь Чонвон плачет от смеха, пока Джейк сгорает со стыда. Он так благодарен Джейку, что он появился в его жизни. /// Чонвон спускается к реке Хан, садясь на камешки. За ту неделю, что он дал себе на подумать, он осознал много вещей. Например, что его консервативная семья, не считая отца, приняла его, несмотря на то, что он уже шесть лет убивается (в буквальном смысле) по одному парню. Что Джейк, несмотря на то, как бы ни выглядел Чонвон, как бы он себя ни чувствовал, поддерживал его во всём и желал только самого наилучшего. Джейк говорит, что это его благодарность за то, что Чонвон закрыл пустую дыру в его сердце, когда он переехал из Австралии в Корею. Чонвон же думает, что Джейк его соулмейт или что-то в этом роде. И что если бы не Джейк, его бы сейчас не было. И что Чонвон сам даже помогал людям! Будучи даже таким отстраненным, он помог Рики пройти через буллинг и стать тем, кем он есть сейчас. Может быть, если бы не его попытка суицида, он бы так и не попробовал найти Джея. Прохладно. Чонвон поправляет свою куртку и спускается к реке, опустив руку в воду. — Вода до ужаса холодная, — говорит Чонвон, ухмыльнувшись. Он делает так всегда, когда приходит и проверят температуру воды. Это его привычка. — Ты же ведь не собираешься в ней плавать, так зачем ей быть теплой, — говорит знакомый голос позади, и Чонвон замирает с рукой в реке. — Это тебе не море в Пусане. — Всё-то ты знаешь, хён, — Чонвон поднимается и отряхивает руку, повернувшись к Джею. — А вот что такое сингулярность? Горизонт событий? Суперпозиция? — Не знаю, и надеюсь узнать это от тебя, — Джей показательно трясёт пакетик в руке, и Чонвон чувствует запах выпечки. Буноппаны. — Ты такой самоуверенный, — Чонвон натягивает рукава до кончиков пальцев и тыкает Джея в нос. — Приготовился весь, а ведь так и не знаешь, что я отвечу. — Я слишком красивый, чтобы мне отказывали, — улыбается Джей, и растрепывает прическу Чонвона. — Ну и какой твой ответ? — Думаю, после одного буноппана я его скажу, — улыбается парень и целует Джея в щёку. — Идём! Чонвон хватает его за руку и они поднимаются к тропинкам, чтобы найти спокойное и относительно уединенное место. Чонвон хочет отпустить его руку, когда видит идущую им навстречу толпу людей, но Джей наоборот сжимает ладонь крепче и протягивает пакетик с рыбками. — Я больше не собираюсь думать об имидже. Возьми буноппан, пожалуйста. Чонвон улыбается и берёт буноппан из пакетика, откусывая хвост. — Ты знаешь, чем отличается иноппан и буноппан? — спрашивает Чонвон, снова откусывая выпечку. — Не-а. Чем? — Буноппан выглядит так, будто бы говорит 'бун', а иноппан – будто бы говорит 'ин'. Джей смеётся и, держа буноппан зубами, растрепывает волосы Чонвона, пока тот хихикает. Чонвон смотрит на время и понимает, что скоро будет закат, и он обязан встретить его с Джеем. — Мы идём в открытое место, чтобы встретить закат, — говорит Чонвон, снова утягивая парня куда-то. — Мы можем встретить его на крыше. — Нет, — Чонвон оборачивается, и Джей замирает. — Мы собираемся встречать закат у реки Хан. Джей только кивает, отмирая и следуя за ним вновь. Чонвон не знает, куда идёт, но уверен, что они скоро выйдут к пешеходному мосту, потому что он видит его издалека. — Спешить и кушать буноппан может быть плохо для здоровья, — неожиданно говорит Джей, всё ещё быстрым шагом идя с ним за руку. — А я сегодня утром думал, что я поспешил с выводами, но сейчас я чувствую себя просто отлично, Джей. Я устал сожалеть. Я собираюсь жить на полную катушку, пока у меня есть эта возможность, потому что однажды я чуть ли не потерял её. Джей притягивает его к себе и обнимает его посреди тропинки, игнорируя всех людей вокруг и целует Чонвона в лоб, из-за чего тот краснеет и щипает парня за спину, но все равно обнимает в ответ. — Я куплю тебе новую кружку, чтобы ты не жалел по поводу прошлой. — Тебе придется отматывать время, чтобы мы успели дойти до моста, — бубнит Чонвон, пока Джей поглаживает его волосы. — Смотри, — Джей поднимает голову вверх и тычет пальцем на облако. Чонвон тоже поднимает голову и смотрит на облака и причудливые формы, но обращает особое внимание на облако, на которое указывает Джей. — На мордочку кота похоже. — На тебя, Чонвон. Чонвон шуточно бьёт его в плечо. Когда они наконец доходят до моста, небо уже начало окрашиваться золотым светом, а солнце уже приближается к горизонту. Чонвон облокачивается на перила, а Джей остаётся стоять рядом, засунув руки в карманы. — Когда Хисын сказал мне, что ты хочешь со мной встретиться, я не поверил. Думал, что он сказал это только для того, чтобы я так сильно не убивался, потому что он знал, что я вряд ли позвоню. А потом он дал трубку Рики, и он сказал, что у тебя амнезия и что ты потерял шесть лет воспоминаний. А потом... — А потом ты решил, что боишься, что я все вспомню и снова сбегу, — перебивает его Чонвон, выпрямившись. Цвет неба становится насыщеннее, и облако-кот становится абсолютно непохожим на кота. — А ты пытался начать новую жизнь? — Нет. Знаешь, много кто признавался мне в чувствах, а я отказывал по причине того, что у меня уже есть человек, который нравится мне. Все шептались по этому поводу, потому что я был популярным учеником, а мне это не было приятно, — Джей кладёт руку на грудь. — Вот тут болело. Как будто бы… Чёрная дыра. — А я наверняка думал, что я тебе не нужен, — ухмыляется Чонвон, повернувшись к Джею. Тот поворачивает к нему голову и улыбается. — Не зацикливайся на прошлом, Чонвон. — Ты сам начал этот разговор, вообще-то. Джей открывает и закрывает рот, как рыба, и Чонвон смеётся настолько громко, что на него начинают смотреть люди. — Ты… Ты не понимаешь, это другое!! Чонвон улыбается и думает о том, что несмотря на все то, что он прошел, он благодарен Вселенной за шанс вернуть одного важного человека в его жизнь. Даже если для этого пришлось выброситься в окно, проснуться с амнезией, поссориться с родителями, начать есть кислые яблоки, обчихать круглосуточный магазин и съесть печенье с предсказанием. Он всё ещё не до конца собрал свои воспоминания, и в принципе не соберет их, потому что врач ему сказал прямым текстом об этом, но Чонвону другие воспоминания уже не нужны. — Ты чего пялишься? — спрашивает Джей тихим голосом, краснея. На его лицо попали солнечные лучи от уходящего заката, и парень думает, что он хотел бы запечатлеть это куда-нибудь. А потом отбрасывает эту мысль. Такого Джея он никому не покажет. — Красивый, вот и пялюсь. Джей отворачивается от него и делает вид, что усердно наблюдает за закатом, пока Чонвон тихо посмеивается над парнем и берет его под руку. Нет, ему абсолютно не нужны оставшиеся воспоминания. Он не против, если они вернутся, но, на самом деле, они не играют высокой роли в его жизни, ибо теперь он создаст новые. И постарается не потерять их.