Метеоритный дождь.

      Дорога до больницы заняла целую вечность. В местной больнице, как оказалось, не было акушерского пункта, и поэтому им пришлось ехать в Лондон. Вот только погода была не самая лучшая в это время года. Как и ожидалось, в марте моросил мелкий дождь, а местами даже пролетал снег. Дорожное полотно было покрыто тонким слоем льда, да и качество дороги сильно уступало мегаполису, отчего разогнаться попросту не было возможности. Машину то и дело заносило на каждом повороте, а колёса шли юзом. При первом таком повороте они чуть не слетели с дороги, поэтому пришлось значительно сбавить скорость, что было им не на руку. Они попросту теряли драгоценное время. Но и разбиться было не самой лучшей перспективой, тем более когда в салоне находился непристёгнутый беременный омега.       Майк сидел с Ибо на заднем сидении и старался помочь, чем мог. Нежно гладил напряжённый живот омеги и окутывал его успокаивающим феромоном. Ибо всё так же находился в почти бессознательном состоянии, но это было и к лучшему. Так он хоть не чувствовал боли. По крайней мере, альфы на это надеялись. Но вот тихие стоны и мычания, а также руки, зажатые до побелевших костяшек в кулаки, говорили совсем об обратном. Ибо было мучительно больно, но из-за сильного обезвоживания сил не было ни стонать, ни глаза открыть.       На прикосновения горячих рук альфы к животу омеги малышка внутри как-то чересчур бурно реагировала, сильно ворочаясь и пиная ножками прямо в ладонь альфы. Но эта активность была совсем мимолётной. Минуты две, не более. После очередного сокращения мышц живота, толчки неожиданно прекратились, и стало совсем тихо. Салон автомобиля начал наполняться сильным запахом крови, а между ног омеги начала образовываться ало-бордовая лужица. Омега начал громче постанывать, болезненно морщась. Цвет лица Ибо приобрёл мертвенно-бледный оттенок, дыхание стало частым, прерывистым и поверхностным, на лбу проступили капельки пота, а руки омеги стали холоднее, чем лёд. Сокращения мышц живота усилились, а интервалы между ними стали менее пяти минут.       Испуганные глаза Майка встретились в зеркале заднего вида с такими же глазами Сяо Чжаня, и оба поняли, что времени у Ибо осталось совсем немного. Сейчас его жизнь и жизнь малышки полностью зависела от того, насколько быстро они доберутся до больницы и насколько профессионально сработают врачи.       Когда они спустя сорок минут наконец-то заехали на Тауэрский мост и до больницы, где работал Сяо Чжань, оставалось ехать считанные минуты, схватки резко прекратились, а Ибо, издав последний болезненный стон, совсем обмяк на коленях Майка. В салоне автомобиля повисла звенящая тишина, и только звук мотора нарушал её звон. — Майк, что с ним? — закричал Сяо Чжань, с силой сжимая руль, мысленно проклиная плохую погоду и себя в том числе. — Я… Я не знаю, — хлопая Ибо по щекам дрожащими от страха руками, ответил Майк. — Чжань, он едва дышит. Скорее… — альфа отчаянно прижал хрупкое тело омеги к себе. Из его глаз хлынули слёзы, а голос стал совсем сорванным. — Ибо, Ибо, только держись. Не оставляй нас. Умоляю, Ибо…       Казалось, земля ушла у Сяо Чжаня из-под ног. Перед глазами всё потемнело, а к горлу подкатила тошнота. Но альфа не мог сейчас поддаться панике. Если и он впадёт в отчаяние, как Майк, то у Ибо и вовсе не останется шанса. С трудом взяв себя в руки, Сяо Чжань достал телефон из кармана своего пальто и набрал номер приёмного покоя. Трубку взяла Вэнь Цин, чему альфа был несказанно рад. Девушка всегда отличалась профессионализмом и серьёзным отношением к делу. Быстро разъяснив ситуацию девушке и сказав, что они прибудут примерно минут через пятнадцать, Сяо Чжань отключился и сильнее надавил на педаль газа. Благо в самом Лондоне дорога не была такой плохой, как за городом, и передвигаться получалось значительно быстрее. Хорошо ещё, что время обеда прошло и улицы были не такие загруженные. Даже казалось, что погода сжалилась над их ситуацией: снег перестал валить на землю, тучи потихоньку расползались, и местами даже начали проглядывать солнечные лучи. Благодаря небольшому потеплению дорожное покрытие уже не было таким скользким, хоть и представляло собой кашицу из подтаявшего и перемешанного с пылью снега. Всё же ехать стало в разы легче, и спустя ещё минут десять серебристая ауди въехала на парковку элитного медицинского центра.       Сяо Чжань не пожалел, что догадался заранее позвонить в больницу. Вэнь Цин сделала всё в лучшем виде — впрочем, как и всегда. Благодаря девушке и её коммуникабельности у входа в больницу их уже ожидала группа медиков и санитаров с каталкой. Как только они увидели машину Сяо Чжаня, незамедлительно поспешили к ней.       Сяо Чжань, не теряя ни минуты, быстро выбежал из автомобиля и, открыв заднюю дверь, помог Майку вытащить Ибо из салона. К этому времени медики уже подошли к ним, и Ибо успешно был уложен на каталку. Дальше действия развивались со скоростью света. Санитары быстро повезли омегу в приёмный покой, а Сяо Чжань, но больше, конечно, Майк, так как последние четыре месяца именно он был с Ибо и знал о его состоянии намного больше, на ходу рассказывали медперсоналу, что произошло.       В приёмном покое их встретила Вэнь Цин, вручая Сяо Чжаню заранее подготовленные документы на подпись. Альфа беспрекословно подписал всё необходимое, так как это было предусмотрено правилами больницы в случае непредвиденных обстоятельств. Конечно, альфа не являлся официальным опекуном Ибо, но он всё-таки был отцом его ребёнка и тоже нес ответственность за их жизни. Поэтому проблем с тем, кто отвечает за омегу, не возникло.       Как только все бумаги были подписаны, а все необходимые анализы у омеги были взяты и отправлены на срочное расшифрованные в лабораторию, Ван Ибо повезли в операционную. Сяо Чжань и Майк Андерсон было тоже подорвались за каталкой, но им настоятельно было велено оставаться в приёмном покое и дать возможность акушерам спокойно выполнять свою работу. Ещё не хватало докторам двух обезумевших от горя альф в момент, когда каждая минута на счету, а любая оплошность может стоить жизни двум людям. Да и не положено посторонним находиться в стерильном операционном блоке. А Вэнь Цин пояснила, что строгая главврач акушерского отделения даже не посмотрит на то, что Сяо Чжань тоже является врачом, работающим в этой больнице, и ни под каким предлогом не пустит его к Ибо. Девушка заверила альф, что Лилу Смит поистине выдающийся врач и их Ибо находится в надёжных руках. Сяо Чжань не раз слышал это имя в больнице, но, к сожалению, им никогда не приходилось пересекаться. Так, послушавшись Вэнь Цин, оба альфы с поникшей головой обустроились прямо здесь, в приёмном покое. Сил идти куда-то уже не было, да и не могли они оставить Ибо одного.       Как бы мужчины ни старались выглядеть сильными, их переживания были на лицо. Майк Андерсон усердно выдирал волосы на своей голове, жалея, что раньше не позвонил Сяо Чжаню и не настоял на том, чтобы омега посетил больницу, а Сяо Чжань, искусав в кровь все губы, жалел, что вообще появился в жизни Ван Ибо. Ведь не будь его, с омегой ничего подобного бы не произошло. А сейчас время безвозвратно упущено, и неизвестно, что же ждёт их впереди. Выживет ли Ибо, выживет ли их малышка? А что, если он потеряет их обоих? Как ему после этого жить? Как смотреть в глаза матери, брату Ибо, который доверил своего ди-ди ему? Да, в конце концов, как смотреть самому себе в глаза через отражение в зеркале? Как?       Из прострации альфу вывели мелодичный голос Вэнь Цин и рука, протягивающая пару таблеток и одноразовый стаканчик с водой. — Чжань, выпей, — отбросив все формальности, попросила девушка. — Что это? — поднимая на неё заплаканные глаза, спросил альфа. — Успокоительное. Выпей, полегчает, — ответила девушка и вложила в руку альфы таблетки.       Сяо Чжань, не раздумывая, закинул белые капсулы в рот и, взяв стакан из рук девушки, осушил его одним глотком. — Спасибо, — поблагодарил девушку Чжань и вновь погрузился в свои мысли.       Вэнь Цин одобрительно кивнула, забирая у Сяо Чжаня уже пустой стаканчик и затем выкидывая его в урну. Подойдя к кулеру с водой, девушка взяла чистый стаканчик и, набрав в него воды, повторила то же самое действие. Достав из нагрудного кармана пластину с таблетками и вынув пару капсул, девушка протянула их Майку. — Держи, тебе тоже нужно.       Альфа, не спрашивая, взял таблетки и сделал, как велела девушка, благодарно кивнув. Спустя четверть часа, как только таблетки подействовали, альфы и правда почувствовали себя немного лучше. Нервозность прошла, взгляд стал более ясным и осмысленным, а руки уже не тряслись, как у алкоголиков. Да и воздух в приёмном покое стал более чистым и разряжённым. — Ну вот, я же говорила: полегчает, — немного грустно улыбнулась Вэнь Цин. Несмотря на профессионализм и стойкий характер, всё же смотреть на двух растерянных альф ей было ужасно больно. Сердце так и щемило от тоски, но всё, что она могла сделать, она уже сделала. — Вэнь Цин, — позвал Сяо Чжань, — что-нибудь известно? Как там Ибо?       Девушка виновато посмотрела на альфу и, отрицательно покачав головой, ответила: — Прости, я так же, как и вы, ничего не знаю. В операционный блок никого не пускают. Так что всё, что мы можем, — это ждать и надеяться на лучшее. — Ждать… — эхом повторил Сяо Чжань, обречённо выдыхая. — Только ждать…