Frail Visier Runta

А тем утром Абби, весело напевая, что на ум приходило, отправилась в лесок за грибами. Конечно, было ясно как день, что через несколько лет она бы утратила всякий интерес к этим занятиям, предпочитая вместо этого лежать без дела или заниматься спортом, который полезен для тела, но бесполезен по сравнению с домашними делами, однако сейчас они доставляли девчушке неописуемое удовольствие. Возможно, очередной ее поход в лес не запомнился бы ей ничем особенным, если бы на обратном пути ей не повстречался курносый голубоглазый мальчуган с темно-рыжими волосами, собранными в небольшой низкий хвостик. На вид он был практически ее ровесником, ну, может быть, все-таки чуточку младше, чем она. — Как тебя зовут? — Силаббиастина Фэзэрбиквинг Младшая. — последовал ответ. Виола по понятным причинам не раз и не два учила дочь при разговоре с кем бы то ни было не называть своих двойных имен, данных ей в честь бабушки и отца. — Ты можешь звать меня просто Абби. — А я — Анкутма Лимзола Стенчоурт Младший, для родных и друзей — Бад. Кстати, не хочешь присоединиться к нашему сегодняшнему ежемесячному празднику сыра? — Ни разу не была на таком, так что не откажусь разнообразить и обогатить свои познания о традициях своей родины. Когда он начинается? — Уже через час. Тебе следует поторопиться, если хочешь успеть к самому началу, пока весь сыр не съели. — Сейчас, только корзинку с грибами домой отнесу и сразу же вернусь, вместе тогда пойдем. — А где ты живешь? — Рядом с лесом, моя мама, Виола, голубятню содержит. — Давай я тогда тебя провожу и подожду. Малышка поскорее отдала взрослым свои богатые лесные трофеи и решила сменить свои ботинки, штаны и рубашку на сарафанчик и башмаки, а как только переоделась, сразу направилась к выходу из дома. — Стоп! — остановил ее родитель, обхватив ее плечи одной рукой, а другой пощекотав под подбородком. — Куда это ты так резво направилась? — Пап, отпусти! — хихикнула младшая Фэзэрбиквинг, вырываясь. — Я иду на ежемесячный праздник сыра! — К грубым и неотесанным мужикам и Анкутме, благодаря которому мы семь лет жили как изгои, скрываясь ото всех? Не ожидал от тебя такой дерзости. Никуда ты не пойдешь. — Ну пап, я же уже пообещала Баду, что приду! — Надо было сначала разрешения у взрослых спросить, а потом обещать! — Любимый, пусть идет. — прошептала ему на ухо Виола. — Нам же нужно узнать, сработало ли снадобье твоей матушки, тем более, я и Абби можем спокойно при необходимости выходить во внешний мир, не боясь тюремного заключения и гильотины. — Ладно, дочурка, так уж и быть, иди. — согласился с женой Рунтар. — А кто это такой, этот Бад? — Мальчик, с которым я познакомилась сегодня по дороге домой. — ввела его в курс дела дочурка. — Если бабушкино зелье сработает и все в Одифере забудут о том, что ты — разыскиваемый преступник, то я тебя обязательно с ним познакомлю! Абби вышла за калитку и куда-то вприпрыжку побежала вместе с терпеливо дожидавшимся ее мальчишкой. — Знаешь, мой нежный цветочек, я очень сильно беспокоюсь за дочурку. — обратился к жене коротышка, смотря на две быстро удаляющиеся фигуры детей. — И зря. — последовал ответ. — Она в свои шесть лет очень самостоятельная, сумеет за себя постоять в случае чего.

****

Ребята успели вовремя — когда они примчались в замок, празднество еще не началось, и, пользуясь моментом, княжич решил представить свою ровесницу всем, кого знает, и их ей представить тоже: — Мам, пап, генерал Гауда, я хочу познакомить всех вас с моей новой подружкой Абби. Абби, это моя мама, это мой папа, это генерал Гауда. — Очень приятно. — после произнесли все. Как только праздник начался, ребята сели за детский столик, и Силаббиастина принялась с завидным аппетитом уплетать ячий сыр — он явно пришелся ей по вкусу. — Аппетит у девочки просто замечательный. — подметила княгиня. На ее родине одним из главных критериев для выбора спутницы жизни был ее хороший аппетит. — Не знаю, где и как наш сынок с ней успел познакомиться, но если эта малышка лет эдак через десять станет моей невесткой, я буду очень рада. Когда настала пора всяческих игр и состязаний, стало очевидно, что во всех ипостасях Абби впереди планеты всей. Когда мальчишки и девчонки одних с ней лет метали камни, дочь Рунтара из-за обладания сверхъестественной силой зашвыривала булыжники настолько далеко, что все только диву давались. Когда ее ровесники соревновались, ударяя по силомеру молотками, она, схватив самый большой из них, ударила по платформе так, что шарик, сорвавшись со шкалы, улетел настолько высоко вверх, что даже Гауда не сумел бы это повторить, не говоря уж о детях. Когда ребята принялись драться и бороться, Силаббиастина одним ударом заваливала на лопатки даже самых сильных мальчишек. За всяческими развлечениями промелькнул целый день, и после как-то неожиданно стемнело. Заметив это, Абби всполошилась, ведь она не представляла себе, как будет возвращаться домой по сумеркам. — Может быть, на ночь у нас останешься? — предложил девочке Бад. — Ладно, только маму предупрежу, чтобы она не волновалась. С этими словами Абби вытащила из войлочной вышитой сумочки, закрепленной у нее на пояске, перо, крошечный пузырек с чернилами, лоскут бумаги и нацарапала на нем текст следующего содержания: «Мам, пап, я останусь на ночь у Бада. Приду утром. Насчет того, сработало зелье или нет, пока не поняла», а затем, свернув послание трубочкой, она привязала его к лапке голубя, преданно восседавшего все это время на ее плече, и пернатый тут же полетел в сторону Виолиного хутора. Двум детишкам постелили и отправили их в комнату, где им предстояло ночевать. «Сплю на новом месте — приснись жених невесте!» — горячо прошептала Абби, укладываясь на лежанку.

****

Получив от дочурки записку и спешно пробежав ее глазами, Рунтар глубоко вздохнул и после прочитал ее вслух всем остальным, а затем, когда все принялись укладываться на ночной сон, укачал крошку Вайлета и пристроился под бочок к жене. — Девочка не должна расплачиваться за грехи отцов и дедов. — пробормотал он после, обращаясь сам к себе. — Фиалочка права, Абби в состоянии постоять за себя, она обладает сверхъестественной силой — так вмажет, что второй раз не осмелишься ее задрать, да и вряд ли кто-то в здравом уме станет ее каким-либо образом обижать. Это ведь не я, на котором мои ровесники чуть ли не удары отрабатывали… Но в этой жизни редко все случается так, как ожидаешь. Проснувшись утром, Абби встала с постели и вышла в коридор, чтобы сходить к бочке с водой и попить. Все прочие жители дворца еще спали, поэтому абсолютная тишина как-то пугала и напрягала. Осторожно пройдя некоторое расстояние, дочурка Виолы вдруг заметила на освещенной ярким летним солнцем каменной стене два громадных силуэта. По их очертаниям было ясно, что они отбрасывались телами Анкутмы и Гауды, стоящих в дверном проеме одного из помещений. — Генерал Гауда, скажи-ка, сколько стран вы с гвардией уже обшарили в поисках этого исчезнувшего подлеца Рунтара? — озадачился князь. — Все те, что рядом с Одифером, да еще и в Аграбе и Гюлисхане были, которые неподалеку от нас, но с нами не граничат. — был ответ. — Как будто сквозь землю провалился. — Возможно, это так и произошло, но если все-таки удастся его найти, живого или мертвого, то я дам тебе звание маршала, Гауда. Постарайся уж. Случайно услышавшая об этом девочка, воровато озираясь по сторонам и пятясь задом, ретировалась, никем не замеченная, а затем со всех ног бросилась прочь, как ошпаренная. Стремглав прибежав в родные пенаты, девчушка мгновенно выдала: — Мам, пап, зелье не сработало! Все все помнят! Сразу же после она во всех подробностях поведала о том, что подслушала несколькими минутами ранее. — До чего же я плохой алхимик, просто ужасный! — принялась казнить саму себя Изольда, узнав об этом. — Это же надо — не сработало мое зелье! Да я за это заслуживаю пожизненной дисквалификации! — Любимая, не расстраивайся. — принялся утешать ее супруг. — Ты — замечательный алхимик, ты умеешь готовить такие сложные экстракты! Да ты мне почти сорок лет назад своими отварами и примочками жизнь спасла, после чего мы с тобой поженились! — Киаран, милый, хватит уже меня утешать. Настойку из условного шиповника или там подорожника любая дура сумеет приготовить, а на что-то более сложное я, как видишь, оказалась совершенно не способна. Придется нам всем и дальше скрываться от всего мира. — Почему вы все время самих себя обвиняете? — в конце концов не выдержал их сын. — Вы же знаете, что беглый преступник — это я, и именно из-за меня вам всем приходится прятаться у Виолы и не высовываться за ворота в светлое время суток! — А еще я узнала, что Бад — сын княжеской пары! — продолжила Силаббиастина. — Представляете? Сказать, что Рунтар был шокирован до глубины души, узнав об этом — это ничего не сказать. Все эти годы он был зациклен лишь на жизни своей и своей семьи, поэтому ни разу не задумывался о том, как идут дела у всего остального мира. Однако мысль о том, что на этом свете есть еще один человек с именем Анкутма, не дала коротышке покоя. — Значит так, поставим точку в этом вопросе. Я запрещаю тебе ходить в гости к этому паршивому мальчишке, разговаривать с ним и вообще каким-либо образом взаимодействовать! Ясно? И только попробуй меня ослушаться! — Пап, я знаю, что ты на ножах с Анкутмой и Брунгильдой, но что плохого тебе мог сделать их сын? — робко ответила девочка, еще ни разу в жизни не видевшая отца таким взвинченным и разозленным и оттого не на шутку перепугавшаяся. — И кстати, если, увидев его, я начну удирать прочь, меня все посчитают сумасшедшей! — Запомни на всю жизнь, доченька: яблочко от яблоньки недалеко падает! И я позабочусь о том, чтобы этот гаденыш больше к тебе не подошел — я теперь буду отпускать вместе с тобой еще одного голубя, Орленка. Он будет парить над тобой и зорко следить за тем, есть ли кто вдалеке, и если вдруг он обнаружит этого негодника, то сразу же оповестит тебя об этом своим курлыканьем, и ты тут же ретируешься. Поняла? В ответ его дочь лишь коротко кивнула. Бад, пробудившись получасом позже и не обнаружив на соседней лежанке подружку, спросил у старших, не видели ли они Абби. Брунгильда лишь пожала плечами, а Гауда, которому ой как не понравилось то, что малолетний княжич завел знакомство с дочерью одиферской сумасшедшей, а князь с княгиней от нее в восторге, ответил: — Какая еще Абби? — Девочка с двумя черными хвостиками! — воскликнул рыжий мальчик. — Я же вам всех вчера с ней познакомил! — А я думаю, что это был демон, принявший обличье девчонки. — С чего ты это взял? — спросила княгиня. — Снова бражки перепил? — Не может обычный человек обладать такой силой, тем более ребенок! Ее сила — сверхъестественная! Сверх естества! Значит, это не человек, а какая-то нечисть! Тем более, исчезла внезапно — демоны могут перемещаться куда захотят одной силой мысли! Затем, оставшись наедине с мальчишкой, воевода резко сказал ему: — Чтобы больше в лес один не ходил, ясно? Мал ты еще! А то вчера едва знакомую девчонку приволок! Неизвестно ведь, кто она на самом деле! Могла ведь и сделать с нами что-нибудь! Гауда был убежден в том, что сумасшествие заразно, поэтому Абби, хоть и будучи приемной дочерью Виолы, с его точки зрения тоже была сумасшедшей, так как с самого начала росла вместе с душевнобольной птичницей, и тем самым могла сделать чокнутым и Бада, задумавшего подружиться с ней. Именно поэтому генерал, слишком многое себе позволявший, с глазу на глаз выругал княжича, чтобы Анкутма не принялся в очередной раз защищать свое чадо, заявляя, что мальчик ни в чем не виноват. Княжич был еще в таком возрасте, в каком дети еще не имеют собственного мнения и являются отражением кого-то из взрослых, и оттого ему пока еще можно было внушить что угодно. Ну, разве что только не тогда, когда рядом находился Анкутма и мог оспорить что-либо из сказанного генералом, сказав сыну что-нибудь полюсно противоположное — в такие моменты Бад попросту не знал, кого из взрослых слушать. В этом возрасте детям зачастую не позволялось общаться с кем-то из сверстников не потому, что те были чем-то плохи, а по той причине, что родители последних очень уж не нравились. Это коснулось их обоих: как Бада, так и Абби.