Нужно лишь время

      -У Драко сын родился, — сообщил Люциус колдографии на столе. — Я теперь дедушка. Можешь себе такое представить? Северус на снимке, конечно же не мог ответить, но Малфою-старшему было все равно. За долгие годы он привык к односторонним диалогам. Даже попытка поговорить с портретом Снейпа в Хогвартсе не увенчалась успехом. Портрет ни с кем не разговаривал и почти не двигался. -Вот и я не могу. Наверное Цисси скоро приедет. Мы с ней почти не общаемся, ты ведь знаешь. Мне кажется, она меня так и не простила за то, что я втянул Драко в этот кошмар. Если признаться — я сам себя не простил. Люциус откинулся на спинку кресла. «Разговоры» с Северусом последние несколько лет как ничто другое помогали ему привести мысли в порядок. Ненависть к Снейпу, грызла его целый год после битвы за Хогвартс. Первые несколько месяцев было особенно тяжело. Малфой даже слышать спокойно не мог имя бывшего «друга». Аристократ до сих пор помнил, с каким остервенением разорвал на мелкие клочки выпуск «Ежедневного пророка» с резонансной статьей Скитер о «чистой любви, прошедшей сквозь года». Позже он купил еще один экземпляр газеты и на этот раз даже дочитал до фразы: «…и эта девушка с лучистыми зелеными глазами была единственной, кого любил Северус Снейп». «Ежедневный пророк» полетел в камин, а Люциус, задыхаясь от злости, с почти мазохистским удовольствием наблюдал, как фото Северуса на первой странице исчезает в огне. В годовщину битвы на месте гибели Снейпа установили мемориал. Поттер как мог старался обелить имя ранее ненавидимого учителя. На торжественно открытие Люциус не пошел. Даже не собирался. Очень надо ему чествовать всяких предателей! Но через несколько мучительных дней он уже стоял на месте сгоревшей Воющей хижины, возле черного мраморного обелиска, почти наполовину заваленного цветами. В ворохе цветов и венков преобладали лилии, из-за чего в воздухе стоял одуряющий аромат, от которого кружилась голова. Малфой осторожно погладил холодный камень и судорожно вдохнул терпко пахнущий воздух. Серебристые буквы и цифры (имя, даты рождения и смерти, да еще какая-то пафосная чушь про геройство) расплывались, теряя очертания и Люциус, неожиданно для себя, понял, что плачет. Как бы он хотел, чтобы Северус был жив! Даже если россказни про его неземную любовь к Лили Эванс-Поттер окажутся правдой, то хотелось бы услышать это от самого Снейпа в личном разговоре, глядя прямо в глаза, а не слухи из уст Гарри Поттера или мерзких статеек Скитер. Услышать и про рыжую грязнокровку, и про шпионаж и, весьма вероятно, про то, что их с Люциусом многолетние отношения не что иное, как часть шпионских игр. Всего лишь один из способов добыть нужную информацию. Они бы скорее всего поссорились, наговорили друг другу много обидного и Северус, громко хлопнув дверью, исчез бы навсегда из жизни лорда Малфоя. Но он был бы жив. Прятался бы где-нибудь в глуши от назойливого внимания новоиспеченных фанатов и жаждущих скандальных подробностей журналистов. Варил бы свои бесконечные зелья. Изобретал новые заклинания. Учился жить заново, отдав старые долги и избавившись наконец от обоих «господ». Жизнь которой не случилось. Вместо нее лишь прах и холодный темный мрамор. Люциус еще долго стоял там. Вспоминая Северуса и все что их связывало. Ненависть, бурлящая внутри целый год, стихала, оставляя только боль от потери и невыносимое чувство пустоты и одиночества. Лорд Малфой в задумчивости потер едва заметный S-образный шрам на левой ладони. Привычный в последние годы жест. Порой, на аристократа нападала невнятная тоска и гнетущие сожаления о бессмысленности его жизни. Люциус думал о том, что может он и не должен был выжить тогда 2 мая 1998 года. Драко уже взрослый и вполне справляется без него. Нарцисса уехала из Англии и жила неплохо, насколько было известно старшему Малфою. Аристократ все чаще размышлял о том, чтобы оставить все дела на Драко, а самому перебраться из Мэнора в маленький уютный домик в Уэльсе, много лет принадлежавший семье Малфоев, и доживать свой век там. От исполнения задуманного его каждый раз что-то останавливало, то ли гордыня и нежелание оставить свое поместье, то ли опасение окончательно превратиться в никому не нужного старика. Размышления Люциуса прервало появление домового эльфа, который заикаясь сообщил о прибытии Теодора Нотта. -Пусть заходит, — нехотя разрешил Малфой, не понимая, какое дело могло привести к нему младшего Нотта. В годы войны они почти не общались. -Приветствую, мистер Малфой, — поздоровался вошедший Нотт. -Добрый день, Теодор! Присаживайтесь. -Благодарю, — голос бывшего сокурсника Драко звучал немного нервно. — Я пришел поздравить Вас с рождением внука. -Спасибо за поздравление, но письма было бы вполне достаточно, — сухо ответил Люциус. — Насколько я помню, мы с вами не настолько близко общались. -И все же я хотел поздравить лично. -Поздравили. Я поблагодарил. Вы хотели что-то еще? -Мистер Малфой, Вы когда-нибудь задумывались о том в каком мире будет жить Ваш внук? — глядя прямо в глаза, с вызовом спросил Нотт. Люциус напрягся, но виду не подал. Направление, которое принимал разговор ему очень не нравилось. Аристократу оставалось лишь надеяться, что фанатичный блеск в глазах гостя ему померещился. -Мой внук будет жить в мире. Я думаю этого достаточно. -Лорд Малфой, — проникновенно начал Теодор, — но ведь мы же сражались не за это. Вы сражались не за это! Не за мир, где чистокровными магами правят грязнокровки. Мир, где под запретом древние магические искусства. Мир, где кровь и происхождение перестали иметь значение. Вы хотите, чтобы Ваши потомки жили в таком мире? Малфой-старший мысленно выругался. -И что Вы предлагаете? Развязать очередную войну? — насколько возможно спокойно поинтересовался он. -Нет. Я хочу победить в предыдущей, — на губах Нотта мелькнула безумная улыбка. Люциус бросил мимолетный взгляд на фотографию Снейпа: «Север, ты слышал? Он же с ума сошел!». -Мой дорогой Теодор, Вы же понимаете, что это невозможно? — мягко спросил он гостя. -Возможно! С помощью магии все возможно. Нужно только изменить прошлое. -Только? — повторил Люциус. — Действительно. Как все просто. -Не надо иронизировать, мистер Малфой, — нахмурился Нотт. — У меня есть план. Ходят слухи, что у Вас остался маховик времени. -Не стоит верить слухам, мистер Нотт. К тому же, маховик — это почти бесполезная вещь. Если Вы не знали, с помощью него можно переместиться только на несколько часов. -Так и есть. Но его можно доработать. И тогда можно будет вернуться в более далекое прошлое и переломить ход войны. Мы изменим все! -Вы считаете, что так просто, как Вы выразились, доработать сложный магический артефакт? — Люциус чувствовал, что начинает терять самообладание. -Не просто. Но вполне реально, — Теодор придвинулся вместе с креслом ближе к столу, за которым сидел Люциус, и тихо заговорил: — Я узнал, что несколько лет назад в Англию переехал один маг из Германии. На родине он занимался разработкой магических артефактов и интересовался путешествиями во времени. Думаю, ему вполне под силу доработать маховик. -Я бы не отдал Вам маховик, даже если бы он у меня был, — Малфой скрестил на груди руки. — Вы же к этому клоните? -Я могу дать Вам координаты немца, если Вы мне не доверяете, — горячо зашептал Нотт. — Мне ничего не нужно взамен. Только возьмите меня с собой в прошлое, когда все будет готово. Только представьте, каким будет мир под властью Темного Лорда! -Представляю, — ответил Люциус. Он и правда представил. Ярко и во всех подробностях. И от этих мыслей его сердце рухнуло куда-то в пустоту. — Хорошо. Давайте координаты. Я позже свяжусь с Вами. -Вот, — Теодор протянул небольшой листок бумаги. — Только прошу — держите меня в курсе. -Всенепременно, — заверил его Малфой. Нотт наконец ушел и Люциус облегченно выдохнул. Разговор его утомил. Аристократ все эти годы наивно полагал, что все наиболее фанатичные приверженцы Волдеморта давно сгинули: кто-то в Азкабан, а кто-то на тот свет. Так ведь нет. Явилась беда с грандиозными планами, откуда не ждали. Хотя идея с маховиком была вовсе не так плоха. Разумеется не для воскрешения Темного Лорда. Но был один человек, которого лорд Малфой хотел вернуть. И похоже у него внезапно появился шанс это сделать.

***

Старый немец задумчиво крутил в руках маховик времени уже минут двадцать. Молча. Только иногда принимаясь бормотать что-то еле слышно на своем языке. -Что скажете, герр Таубер? — закончилось терпение Люциуса. -Любопытная вещь, — ответил старик. — Очень жаль, что ваше Министерство их уничтожило. -Можно его усовершенствовать? -Теоретически — да. -А практически? — стараясь не нагрубить, спросил Малфой. -Практически, герр Малфой, — ехидно ответил немец, глядя сквозь толстые линзы очков, — нет ничего невозможного для умного человека с руками. Вопрос лишь в имеющихся средствах, времени и рациональности использования и того и другого. -Рациональности? -Вы не можете не понимать, что любое вмешательство в естественное течение времени может принести огромный вред. Вы хотите иметь возможность перемещаться в прошлое на годы назад. Не думаю, что исключительно ради научного интереса. Что Вы хотите сделать? -Вам так важно это знать? — нахмурился Люциус. -Моими руками будет уничтожен мир, если что-то пойдет не так. Сами как думаете: важно мне это или нет? — голос старика звучал грубо, то ли сам по себе, то ли из-за выраженного немецкого акцента. — Не время хранить секреты, герр Малфой. Люциус нахмурился. Ему вовсе не хотелось открываться перед малознакомым стариком. Но если только от этого зависит жизнь Северуса — выбора нет. -Я хочу спасти одного важного для меня человека. -Уточните, пожалуйста: этот человек важен только для Вас или важен для истории? -Думаю, он уже сделал для истории все что мог, — после короткой паузы ответил Малфой. — Я хочу, чтобы он мог жить для себя, а не для истории. — Повисла пауза. — Соглашайтесь, герр Таубер. Я же вижу, что Вам интересно. Маховиков времени больше нет. Это последний. Я даю Вам шанс поэкспериментировать и получить за это кругленькую сумму. Если дело только в деньгах, то я готов поднять цену. -Хорошо, герр Малфой. Я согласен, — усмехнулся немец. — И надеюсь мне не придется жалеть об этом.