Нездоровое влечение

      Сознание начало постепенно возвращаться, отдаваясь лишь лёгкой болью в висках. Мидория смог наконец-таки разомкнуть глаза и понять, что находится в чьём-то доме. «Или в отеле?»       В общем, он ещё не решил, на что больше смахивает это помещение. По крайней мере изнутри: довольно-таки просторная комната была выполнена в чёрных тонах, включая стены, пару кресел, расставленных симметрично друг от друга по углам, и роскошная двуспальная кровать в пол с мягким и весьма пышным матрасом. Комплект постельного белья тоже оказался чёрным, однако, что нельзя сказать о простыни, ведь та была белой.       Изуку, на удивление, не сразу обратил внимание на то, что напротив кровати вовсе не стена, а стеклянные раздвижные окна. Солнце светило уже не так ярко, но достаточно для того, чтобы на секунду притупить зрение только что очнувшегося парня. Но занавески у окон всё-таки имелись, а то было бы как-то неловко спать, зная, что за тобой может кто-то открыто наблюдать. От этой мысли Изуку всего передёрнуло, и он, бегло оценив минимализм комнаты в перемешку с конструктивизмом, решил наконец-то встать с кровати. Нужно решить, что делать дальше.       Но взгляд по-прежнему блуждал по разным полочкам с многочисленными предметами декора, канцелярскими вещами и вскоре был прикован к тому, чего Мидория уж точно не ожидал встретить в неизвестном месте — к электрогитаре. Сама она довольно обычная, чёрная, с белой накладкой. Мидория неоднозначно хмыкнул, поражаясь, что у него с хозяином дома появилось кое-что общее. Парень развернулся на сто восемьдесят градусов и врезался лбом в чью-то грудь, грязно выругавшись неожиданно для самого себя, и, поскользнувшись на уезжающем из-под ног коврике, шмякнулся на пятую точку, не забывая шибануться затылком о край близ стоящего стола.       Изуку оглядел парня перед собой: высокий блондин, волосы которого непослушно торчали во все стороны, явно был выше самого Изуку, имел подтянутое тело, что тщательно скрывалось под оверсайз толстовкой ярко-красного цвета, а изучающие глаза горели кроваво-алым пламенем, которое вот-вот сожжёт тебя за считанные секунды, не отведи ты от них взгляд. Этот тип вдруг резко изменился в лице и, бросив грубое «Вот же придурок», буквально вылетел из комнаты, громко хлопнув ни в чём не повинной дверью.       Мидория опешил от случившегося, но боль в затылке вернула в реальность. Парень прикоснулся к нему рукой, а потом посмотрел на неё и слегка ужаснулся. «Кровь? Я настолько сильно ударился?»       Вот болван, конечно, со всей дури впечататься в деревянный угол. Но боль отошла на второй план, а сам Мидория нерешительно слизал кровь кончиком языка. В комнату так же неожиданно вновь влетел блондин. Кажется, разъярённый, если судить по сморщенному носу, насупленным бровям до складочки и поджатым губам. Парень бросил какой-то контейнер Изуку в ноги и тяжёлыми шагами удалился из комнаты, не забывая хлопнуть дверью, пока та чуть ли не слетит с петель.       Веснушчатый работник кафетерия не успел оценить ситуацию, как вновь оказался совсем один. Изуку растерянным взглядом посмотрел на предмет перед ногами. «Аптечка?»       Пазл в голове сложился. Он просто хотел, чтобы Мидория обработал голову, вот только напрашиваются вопросы: как незнакомец понял, что дело дойдёт до крови? И чем так недоволен? Всё произошедшее вгоняло Мидорию во всё больший ступор и непонимание, но он всё-таки решил обработать ушибленное место.       Дело сделано, теперь остаётся узнать, что делать дальше. Мидория в душе не знает, где находится, как далеко от дома и в пределах ли города вообще. Так много вопросов… И ни одного ответа. Но кое-что волнует гораздо больше: куда делся тот парень? Похоже, только он мог вытащить Изуку из весьма неловкого и неоднозначного положения. Кинул аптечку и самовольно смылся, ничего не сказав. Хорош, плут. Хотя, если подумать, и Изуку не лучше: безответственно сбежал с рабочей смены, чуть не получил солнечный удар (или получил?) и теперь торчит в чьей-то хате.       Голова пухла от роя мыслей, затылок вязко пульсировал, а самообладание было сохранять всё труднее. Тут вдруг приходит осознание, что Мидория совершенно забыл о своём друге. Тодороки наверняка с ума сходит, оставляет очередное смс о том, какой брокколиголовый до мозга костей самовольный и в очередной раз не думает о последствиях. Ну, почему же не думает? Думает. Правда, опосля, когда уже накуролесил… Всякий раз приходится извиняться перед Шото, что снова заставил того понервничать и потратить драгоценные деньги на какие-то смс-ки о безрассудстве, а не на, скажем, американо?       Мидорию словно молнией прошибает от мысли, что ему необходим сейчас его телефон. — Чёрт, телефон-то хоть, я надеюсь, взял? — юноша судорожно обхлопал все карманы, которые только были на одежде, хотя тех не так уж много: парочка на тёмно-коричневых облегающий брюках, парочка на бежевой помятой рубашке и… И всё, пожалуй. «Нет?»       Зеленоволосый паникёр начал оправдывать себя. Запаниковал. Телефон был бы словно глотком воздуха, спасательным кругом для человека, который тонет в пучине безответных вопросов. Еле сдерживаясь, чтобы не психануть, нервный Мидория стал внимательно осматривать интерьер комнаты. И каковы были радость и облегчение, когда гаджет в тёмно-малахитовом чехле был обнаружен на кровати. «Вот полоротый…», — мысленно ударил себя по лицу Изуку.       Теперь он мог спокойно перевести дух и взглянуть, сколько смс прислал ему Шото на этот раз. Усевшись на край кровати, зеленушка снял блокировку экрана. «ТРИДЦАТЬ?!»       Ровным счётом тридцать смс-ок и в придачу пять входящих звонков обнаружил Изуку на своём телефоне, что так агрессивно мигали красными кружочками в уголках иконок. {Тодороки-кун}: 18:02 Мидория, ты чего убежал? 18:02 Мидория-кун? 18:15 Где тебя, чёрт возьми, носит? Кто будет напитки готовить? У нас полное заведение народа. Если ты сию секунду не вернёшься, тебе влетит от директора. Я-то прощу тебе твою безответственность (ты мне должен кофе), но вот он — сомневаюсь. Хочешь отделаться одними извинениями? 18:45 Мидория? 18:50 Изуку, что-то случилось? 18:51 Это из-за того клиента? 18:51 Прошу тебя, ответь. Я уже замучался думать, что произошло. …       И далее, далее, далее… Ну и парочка звонков, после которых пришло последнее смс: «Ты мне должен два кофе». Мидория прыснул от последнего, но тут же мысленно начал себя корить. Тодороки ведь и правда переживает, а он тут сидит преспокойненько в незнакомой хате.       Тем не менее, пальцы уже набирали номер, который Изуку мог набрать хоть с закрытыми глазами. Послышались мучительные долгие гудки, которые, казалось, специально оттягивали предстоящий диалог. На том конце послышалась непонятная возня, будто кто-то упал. — [Мидория?] — Тодороки-кун, прости, я ненадолго пропал…       На пару секунд возникла глухая тишина. — [Ненадолго?], — холодный тон врезался в ухо. Плохо дело, Шото злится, — [Ты вообще время видел? Мидория, восемь часов. Честно говоря, я ушёл домой, прихватив твои вещи и заснул. Я даже выспался, чтоб ты знал. Что происходит? Где ты вообще?] — Шото, я… Прости, пожалуйста, я тебе всё объясню, как тольАА! — Изуку, повернув голову вправо, чертыхнулся всем телом и прикрыл рот ладонью. На кресле, расположенном в углу, мирно сидел тот самый блондин. Он скрестил руки на груди, вальяжно вытянув ноги, и буквально выжигал дыру в черепушке Мидории нескрываемым любопытным взглядом. Он будто не дышал, грозно развалившись в кресле. И молчал. «Как долго он здесь?» — […ория! Мидория! Изуку, мать твою! Алло!]       Парень отмер и вздрогнул от внезапного крика Тодороки из трубки. Тот словно вернул его в реальность. — А, э, Тодорок-ки-кун, я тебе перезвоню, обещаю. — [Что? Перезвонишь? Не смей вешать трубку! Изук…!]       Наступила тишина. Гробовая.       Мидория медленно отложил телефон на одеяло, рывками вдыхая воздух. Ком, застрявший в горле, всё никак не позволял вымолвить хоть слово после разговора с Тодороки. Широко распахнутые глаза просто уставились в алые глаза напротив, что так и не переставали протирать дыру во всём Мидории. — Мидория Изуку, значит? — наконец нарушил молчание блондин, растягивая губы в насмешливой улыбке.       Веснушчатый дёрнулся от произношения своего имени, от этого голоса будто мороз по коже. Или просто к вечеру похолодало? — Д-да, это я… А ты к-кто такой? И что я здесь делаю?       Ядовитый смешок застрял где-то в горле, но обладатель красных глаз поднялся с кресла и стал торопливо приближаться к Изуку, который, в свою очередь, медленно, опасливо отползал к стене. Будто в ней он найдёт своё спасение… Спина уже упёрлась в изголовье кровати, а блондин и не думал останавливаться. Парень хищно оскалился, присаживаясь на матрас. Он схватил Мидорию за щиколотку и грубым резким движением притянул к себе, отдирая от стены. Мидория скатился на спину и намертво вцепился в тонкое одеяло, всем телом вжимаясь в кровать. Поведение этого типа пугало, поэтому хотелось просто утонуть в складках мягкой ткани. Блондин угрожающе, отчасти испытывающе навис над Изуку, выставив руки по бокам кучерявой головы.       Оба перестали дышать. Лёгкие будто набили ватой, а мягкая кровать казалась плотным холодным бетоном. Рубиновые глаза продолжали смотреть в изумрудные, однако Мидория не выдержал внезапного напора и отвернулся первым, нервно сглатывая волнение.       Послышался тихий смешок, и незнакомец в красной толстовке отстранился, встал с постели, как ни в чём ни бывало, и отошёл к окну. Изуку опешил и резко привстал на локтях, слушая лишь ритм сердца в висках. В воздухе витал приятный аромат вечерней уличной свежести, которой веяло от блондина, но больше всего выделялся на фоне всего этого его собственный запах, непохожий ни на один среди миллионов. От парня веяло меланхолией и нотками тархуна. Это сочетание впечаталось в сознание, и Мидория еле смог отойти от состояния лёгкой, головокружительной эйфории. — Долго собираешься тут торчать? — грубо спросил незнакомец, поворачиваясь к Мидории. Тот слегка поёжился и перед тем как что-то сказать сглотнул ком в горле и сильнее сжал край одеяла. — Н-ну, думаю нет, но я не знаю, где нахожусь… Да и как я сюда попал, тоже не зна-аю… — Изуку нервничал, не пойми от чего. То поправлял волосы, то тёр рукой шею, то заламывал пальцы. Всё это несказанно действовало блондину на нервы, и тот, не выдержал. — Заткнись уже! Бла-бла-бла, сколько можно тявкать?! Бесишь. — Ик! Прости, но я правда в заблуждении! Если скажешь мне, где я, то сразу же уйду! — Мидория судорожно размахивал перед собой руками и вертел головой по сторонам, старательно избегая зрительного контакта с парнем. — Т-с, какая же ты заноза. — Й-йа? — обладатель изумрудных глаз тыкнул себе в грудь указательным пальцем и склонил голову набок в непонимании. — Конечно ты, идиот! На кой чёрт я вообще притащил тебя сюда, понять не могу. Ты мне нахрен не упёрся, так что сейчас же сваливаешь отсюда. — Ты… Принёс меня сюда? — Да шевели ты своим сизым веществом! Да, ты в моём доме, — парень начал медленно приближаться в сторону Изуку, — да, я тебя сюда приволок, — ещё ближе, — но только потому что ты, — и вновь навис над Мидорией, морща нос, — увязался за мной.       Кучерявому бедолаге за сегодня вдоволь удалось понервничать. «Точно… Я ведь хотел извиниться перед ним, а в итоге причинил лишь больше неудобств». — Мы за городом. «Что?» — Как выйдешь из дома — поверни направо. А дальше прямо, где-то километр до города. — Километр?! — Ты глухой или где? Всё, дорогу я тебе сказал, теперь лети.       Выслушав ругань незнакомца, Изуку тяжело вздохнул и, последний раз взглянув в алые глаза, встал с кровати и направился к окнам. Они ведь раздвижные. Но как только подошёл — придержал ладонь у ручки в паре сантиметров и замер. — А как тебя зовут? — спросил Мидория, не поворачиваясь. — Ха-а? — Нет. Ничего.       Изуку перешагнул порог и успел отойти на пару метров. — Агрх… — мысли блондина метались не весть от чего. Ему захотелось остановить парня? Зачем? Какой-то придурковатый брокколиголовый бариста с местного кафетерия с вкусным американо, подумаешь, — Эй, придурок!       Мидория остановился и резко обернулся, стоило его позвать. Будто этого и ждал. Скрепя зубами, с сжатыми кулаками незнакомец в красной толстовке нервным шагом шёл в сторону, куда собирался уйти гость его дома. — Телефон дай, — изящная, но слегка потрёпанная и чуть смуглая кисть протянулась к Изуку. — Зач… — Без вопросов.       «Он же не собирается украсть телефон? », — подумал Изуку. С опаской, не спуская глаз с глаз напротив, он медленно вытянул из кармана брюк гаджет. Бесцеремонно вырвав из чужих рук технику, незнакомец начал что-то бегло набирать, а после погасил экран и вручил телефон хозяину. — Прочитаешь тогда, когда вернёшься в своё захолустье. Не смей читать раньше. Усёк, придурок? — Д… Да? — неуверенно промямлил Мидория, вопросительно выгнув бровь. — Всё, проваливай.       Незнакомец развернулся на носках и агрессивно зашагал к окнам, заправив руки в карман толстовки. «Нужно позвонить Шото».