Actum ne agas – с чем покончено, к тому не возвращайся

      Когда Чонгуку плохо, он много тренируется — это знали все. Оттого, когда на вопросы Чимина, где он, он ответил «в зале», ни у кого больше никаких комментариев не было.       После истерики в доме Чимина эмоции и чувства притупились, почти сошли на нет, но мысли остались. Чтобы не оставаться с ними один на один, он бегал по утрам в два раза больше и весь вечер проводил в спортзале — уже давно по абонементу. Жизнь свелась до банального — дом-работа-зал-дом. От этого становилось страшно.       У Чонгука все еще оставалось пара хобби со студенческих времен: он иногда рисовал и еще реже пел, но действительно этим наслаждался.       Соответственно, когда Хосок позвал его в караоке, он согласился не думая. Уже на месте, оглядывая забронированную комнату, он понял, что подумать следовало. Справа от него сидел Намджун, и его присутствие в караоке комнате являло опасность для ушей всех присутствующих. Чимин, Хосок и Джин пели неплохо, хоть и в большинстве случаем баловались, издавая странные звуки. Слева, через Чимина, сидел Тэхен. Их разговор, очевидно, не означал, что он не исчезнет из его жизни в сию же секунду.       Спустя полчаса Чонгук вспомнил, как сильно любил, когда Тэхен пел. У него был хриплый, низкий голос, которым тот умел пользоваться и брать высокие ноты. Но это было не главное. Тэхен умел петь так, что доставал до самой души. Чонгук так сильно любил его голос, что не мог даже завидовать.       И вот он сидел на глубоком диванчике, вжавшись в спинку, и слушал «Youngblood» от 5 Seconds of Summer в исполнении Тэхена. Тот пел с ужасным акцентом, ведь английский знал на уровне шестого класса, но, господи, его голоса было достаточно, чтобы забыть об этом. На мгновение его голоса было достаточно, чтобы забыть обо всем.       Чонгук повернул голову и замер, разглядывая знакомый профиль. Как глупо чувствовать себя так плохо лишь от этого.       К счастью, на середине песни Тэхен начал баловаться — прыгать по комнате, качать головой как заядлый рокер, и Чимин подхватил его настроение, а затем присоединились остальные. Чонгук тоже смог немного повеселиться, когда пел Чимин. Слышать его голос было легче.       Его очередь подкралась тут же. Он немного помаялся с пультом, выбирая песню, пока не нажал на «Stuck with U» Джастина Бибера и Арианы Грандэ. Ради веселья с ним пел Намджун, но большая часть партий была именно у Чонгука, так что тот мог отдохнуть до припева.       Чонгук любил петь. Но сегодня он забыл, что Тэхен тоже любил его голос. Уже ближе к припеву он понял, что зря выбрал песню про любовь — будто себе же назло. Почти четыре минуты он чувствовал на себе взгляд Тэхена. Это был он, без сомнений. Никто другой не стал бы так пристально смотреть на него. Это было проблемой.       Но Намджун, словно спасительный козырь в рукаве, начал петь, и все переживания забылись — звуки, которые он издавал, заставляли всех хрюкать от смеха, пока в комнату не вломилась женщина. Все тут же замерли, но Намджун, не заметив ее, продолжил подпевать песне. Женщина тряхнула темными короткими волосами и прижала руку к сердцу.       — Ох, я думала, кто-то умирает.       Чонгук смеялся до слез. Намджуну не дали закончить его партию, оборвав громким смехом — таким долгим и заразительным, что женщина тоже засмеялась. Она ушла вскоре, но парни продолжали стоять в комнате и держаться за животы, начинающие болеть.       Вытирая мокрые щеки, Чонгук наконец выпрямился и поднял взгляд — и сразу попал на Тэхена. Тот все еще смотрел на него. Завороженно. Влюбленно.       Чонгук отвернулся, сделав вид, что не заметил этого. Сокджин выбирал себе песню, и он подошел ближе к нему, делая вид, что активно помогает. Пока за спинами творился какой-то хаос с подачки Чимина и Намджуна, он наклонился к хёну и пробормотал:       — Я в туалет, сейчас вернусь.       Тот внимательно посмотрел на него и кивнул.       Конечно, Чонгук соврал. В туалет он не пошел: завернув в противоположную сторону и прошел дальше по коридору. Там был небольшой не застекленный балкон — в одной толстовке было холодно, но также и приятно. Свежий воздух приносил облегчение уставшему разуму. Внезапно дверь за спиной открылась.       — Все в порядке, Джин-хён…       Это был не Сокджин. Тэхен осторожно прикрыл за собой дверь и встал рядом, засунув руки в карманы широких брюк. Он их постоянно носил.       Чонгук мигом подобрался и отвернулся в другую сторону.       — Зачем ты здесь?       — Испугался, ты снова решил уйти.       — Я не об этом, — тяжелый вздох.       Он поворачивает голову и видит, как тот достает из кармана сигареты — затем зажигалку. Закуривает. Явление будто из другого мира.       — Ты не куришь, — хмуро пробормотал Чонгук.       — Теперь курю, — пожал мужчина плечами.       — Нет, ты ведь был против этого. ЗОЖ и все дела.       — Теперь нет.       Звучит, будто это так просто — изменить мнение. Внезапно хочется сказать кое-что плохое, очень обидное.       А изменить он решился так же легко? Это для него тоже ничего не стоило?       Но Чонгук лишь прикусывает щеку изнутри и сжимает кулаки. Говорить больше не о чем.       — Ты знаешь, — начинает Тэхен медленно, — если бы ты ничего не чувствовал, ты бы так не страдал.       Он до ужаса прямолинейный. Раньше Чонгуку это нравилось, ведь он сам не любит хитрить. Но теперь все, что ему когда-то нравилось, играет черными отнюдь не на его стороне.       — Мы расстались не потому, что я тебя разлюбил.       Тэхен посмотрел на него очень странно — с все тем же сожаление, а еще с надеждой, которая ему совершенно не понравилась.       — То есть ты все еще…       — Какая разница? Пути назад нет в любом случае.       Мужчина последний раз выдохнул дым и бросил окурок в небольшую банку на перилах, затем вернул руки в карманы. Его выражение лица исказилось горькой улыбкой.       — Ты не любишь вторые шансы, я знаю.       Это была правда. Они все еще хорошо знали друг друга, исключая недавно появившиеся вредные привычки.       Чонгук ненавидел политику вторых шансов. Точнее, совсем ее не понимал. Если вас укусила змея, вы не отпускаете ее, надеясь, что она уползет или просто больше не захочет вас кусать. Змея это змея — она вернется либо вообще не уйдет. И, если вы не убежите сами, укусит снова.       В чем смысл второго шанса, если доверие уже подорвано? Разве не весь смысл в том, чтобы никогда это доверие не предавать?       Это то, как он считал с одной стороны.       С другой же…       — Думаешь, я достоин этого? — спросил Чонгук внезапно. Он не был зол, скорее, слишком устал от всего этого. — Думаешь, я хочу быть с человеком, который мне изменил? Думаешь, я смогу так легко забыть прошлое и вновь тебе доверять?       Тэхен молчал. Ответ был очевидным, и произносить его было лишним. Чонгук устал повторять одно и то же по сто раз.       — Четыре года мы были вместе. Я не мог даже представить, что что-то может случиться. Но случилось. Двух лет было слишком мало, чтобы это забыть.       — Но дело ведь не во времени, верно?       — Конечно.       Так они стояли молча пару минут, пока Чонгук не почувствовал, как немеют кончики пальцев от ветра. Тогда он развернулся и все так же без слов вышел с балкона. Идя по коридору, он услышал, как Тэхен шел за ним.       Было ясно, что тот хотел вернуть его. Может, он не проявлял каких-то очевидных признаков этого, но его поведение говорило за себя.       Чонгук ничего возвращать не хотел. Ему уже больно — а о будущем было страшно и думать.       Любил ли он Тэхена?       Это был совсем другой вопрос.