with your hair falling into place like domino

В перелёте заграницу впервые в жизни самые волнительные лишь два часа: час после вылета и час до прилёта. Остальные 23 с половиной часа до Сан-Хуана это пересадки, беспокойный сон, вежливые стюардессы и стюарды, раздающие обед и пледы, и самокопание. Въедливое, нескончаемое, достающее до самого дна раскапывание всех переживаний. Ни фильмы, ни музыка, проигрываемые на борту и обладающие своим уникальным очарованием, какое не повторить на земле, не отвлекают от мыслей. Тоору прокручивает в голове раз за разом слова Бланко. Ты многообещающий игрок, ты далеко пойдёшь. Но это здесь. Там, в Аргентине, тебе предстоит работать и работать, чтобы доказать, что ты приехал не зря. Тоору знал, на что идёт. Знал, что ему придётся вкалывать, сгонять с себя семь потов просто чтобы считать себя достойным играть под началом Бланко. Он ничего не добился в родной Японии, в которой думал о волейболе сутками напролёт, что уж говорить о незнакомой ему далёкой Аргентине. В Японии рядом всегда был Ива, простой, надёжный, верный Ива, который и в огонь, и в воду и давай надерем зад Ушиваке. Ива, который не даст упасть духом, не позволит забить на самочувствие, агрессивной и топорной заботой в час ночи напишет с кучей злобных смайликов а ну быстро спать!!! В Сан-Хуане всё предстоит делать самому. И это страшно. Впервые Тоору пугается, когда пролетает над Техасом из Лос-Анджелеса в Майами. Ива был его сиамским близнецом, даже если не считал себя таковым. Вся сознательная жизнь Тоору прошла бок о бок с Иваизуми, он всегда физически был где-то рядом, в пределах одного района. Теперь их разделяют страны и часовые пояса. Что ему делать без Ивы рядом, без его грубоватой поддержки? До его прилёта в Сан-Хуан ещё десять с половиной часов, а ему уже хочется вернуться. Гордость не позволяет начать паниковать. Вернуться значит выбрать лёгкий путь. А Тоору никогда не выбирает лёгкие пути. Остаётся стиснуть зубы под веселенькую песню из "Рапунцель", которую он не помнит, как выбрал, и попытаться уснуть. Сан-Хуан в феврале жаркий, Тоору, обливаясь потом, прячет пальто в рюкзак, ожидая свой багаж. Где-то из зоны прилёта ему машет рукой Бланко, приехавший лично встречать. Это такая честь, Тоору не уверен, что заслужил. Но Бланко хлопает по плечу, мол, хорошо видеть хоть одно знакомое лицо в чужой стране, а? Тоору вынужден согласиться. С помощью тренера он настраивает роуминг на то время, пока не купит местную сим-карту, и его заваливает сообщениями от родителей, брата, Такеру, одноклассников и бывших сокомандников. Тоору пролистывает их, не привыкнув ко времени и пытаясь понять, как давно их прислали. Телефон негромко пиликает стандартной мелодией и показывает уведомление о новом сообщении. Ива-чан: Ты со всем справишься, ты же Ойкава, чёрт побери, Тоору. Тоору прикрывает глаза и прижимает телефон ближе к груди. Он со всем справится.