Avatar: alternative to death

Song/Not today/ DooPiano

– Нет! – кричит во всё горло брюнет. Испарина выступает на лбу, и он снова издаёт истошный крик, да такой сильный, что тот пробирается в сознание каждому, кто находится в доме. *Сон* Яркая комната, но при том мрачная, словно все источники света перегорели, исчезли факелы и свечи, ничего нет, лишь кромешная тьма, но почему-то такая яркая, что заставляет во всю раскрыть очи. – Ты – позор семьи, – повышенным голосом произносит мужчина уже, можно сказать, преклонных лет. – Ты – чёрное пятно на моей репутации. Лучше бы никогда тебя и не было, – с каждым сказанным словом всё сильнее и сильнее повышает голос. Его длинные седые волосы свисают с плеч, а оставшиеся пряди забраны в аккуратный высокий пучок, заправленный старинной заколкой народа Огня с гравировкой семьи Чон. Одной из самых богатых и влиятельных семей царства. – Отец, я… – пытался подать голос парень, но тут же был прерван осуждающим взглядом старшего: – Когда я говорю – ты молчишь, – снова повысил голос, – клеймо на всей нашей семье, – вторил мужчина, ходя из стороны в сторону. Парень лишь сжимал руки в кулаки так сильно, что вот-вот из глаз посыпятся искры, океаны лавы от несправедливости и обиды. Земля в прямом смысле заходила под ногами, словно волна прошлась по телу. – Что за чёрт? – огляделся отец семейства. Что же ощущал наблюдатель этого сна? И кто он вообще был? Он будто стоял со стороны и наблюдал ссору семейства, вспоминая свои прорехи с родителями, но никогда не чувствовал такой подавленности, которую, скорее всего, ощущает парень напротив него. И вот, в один момент, тот будто почувствовал взгляд на себе. Он его видит? Как? Ведь тот всего лишь смотритель, его нет в ссоре и в доме, он просто видит сон, очередной из миллиона таких. – Куда ты смотришь, когда я говорю с тобой? – снова вернулся отец к отчитыванию своего сына. – Ты более бесполезный, чем я думал. Впал в немилость принца. Из-за тебя пострадает вся экономика семьи, ты понимаешь? – Он был не прав, кто-то должен был ему это сказать, – наконец-то договорил фразу до конца Чонгук, обращая свои ярко карие глаза к отцу. Он не боится. Он ничего не боится. А стоило бы… Патриархальный уклад политики страны Огня распространялся, естественно, и на воспитание детей вкупе с атмосферой в домашних стенах. – Не смей мне дерзить, щенок, – фраза была с рыком сказана, после чего последовал смачный и довольно сильный удар по лицу молодого и разозлённого парня. Тот даже не устоял на месте, от чего упал прям на колени перед отцом. Наш наблюдатель в этот же миг пошатнулся и громко закричал: – Нет! – снова ловя на себе взгляд Гука, который в упор был направлен на него. А глаза? Его глаза. Они светились. Словно он уже не человек, а что-то совершенно иное. *End*

Song/ Butterfly by BTS/ DooPiano

Брюнет продолжал вертеться в кровати и кричать, будто пытаясь что-то сделать, но был вне досягаемости, словно в тысячи миль. – Проснись, Чимин, проснись, – кричала на него и трясла Юми. Короткие темно-каштановые волосы свисали с её лица, склоняясь над братом, которого периодически мучали кошмары, а она, как любящая сестра, будила его и успокаивала. Чимин был нежной и тонкой натурой, как раз подверженной таким состояниям. Когда же все-таки девушка не нашла ничего умнее как окатить его водой, тот с глубоким вдохом и соответствующим звуком раскрыл широко мокрые ресницы и показал миру свои голубые глаза. Для племени воды было большой редкостью обладать светлыми, а особенно голубыми глазами. Это означало одно – ребенок помечен духами луны и океана, которого должна ждать большая судьба. Но к несчастью для семьи и народа, Чимин был обычным среднестатистическим парнем, без магии, без особой мышечной массы и ловких навыков в борьбе, а тем более владений каким-либо холодным оружием. Совершенно не подготовленный к военному времени, в котором так нуждалась армия, его родное племя, его семья. – Он, он жив, он жив, – кричал парень, хватая ртом воздух, словно его только что кто-то душил. – О чём ты? Успокойся, Чи, – продолжала сдерживать его Юми, замечая, как брат готов броситься в бег, вставая на локти в кровати. – Юми, ты не понимаешь, аватар жив, – прокричал ей во всё горло, взяв лицо сестры в свои аккуратные и мягкие ладони. Глаза были такие яркие, словно само море на приливе в зените солнца отражалось в них. – Прекрати это вторить, ты похож на сумасшедшего, это не смешно! – отвечает ему, убирая руки брата от своего лица, но тот так сильно вцепился в неё, что был не готов их разомкнуть. – Ты думаешь я сошел с ума? Я видел его. Его глаза. Я читал, – Чимин резко встал и побежал к писчему столу, на котором враздрай валялись вещи, книги, листки бумаги, чернила с ручками. Брюнет находит из-под огромной стопки нужную книгу, которая естественно, оказывается низшим звеном, обеспечивая шум падающих рукописей. – Смотри, – тыкает в иллюстрацию и описание. – «Входя в особое состояние, аватар соединяется с миром духов и своей собственной энергией, накопленной многими поколениями аватаров, которое чаще всего проявляется свечением глаз». Понимаешь? Девушка все так же смотрела на него, как на умалишенного. Без слов Чимин потянул её за собой в непонятном направлении. – Ты всех разбудишь, – шипела Юми, – брат, – пыталась вырваться, но это было бессмысленно. Тёмная ночь. Как всегда, леденящий ночной мороз обдавал совершенно открытое тело парня. Кожа от прогретой и горячей становилась в миг прохладной и даже немного синюшной, но он всё продолжал и продолжал тащить сестру за собой. Открытые тапочки через палец, в которые попадал снег, никак не волновали его, потому что доказать Юми свою правоту было необходимо. Ночь была как никогда прекрасной. Всё вокруг словно застыло. Ледяные дворцы, сооружения, росписи ручной работы, что могла сотворить лишь магия Воды. Ледники с причудливыми изгибами, ловящие на себе медленно падающие снежинки, ледяные мосты с гравировками, волнами, тонкими линиями, повторяющими изгибы последних в прилив, небольшие аллеи и дивные деревья, что покрыты инеем, подсвечивались ярким светом полной луны. Таким же светом, что и глаза Чимина. Местные давно привыкли к такой красоте, считая её чем-то обычным и должным, не удивляясь и не поражаясь, тому, что они творят чудо, живут в чуде, они и есть чудо. Готовы защищать себя, своих родных, свою магию от захватчиков. – Здесь, – прибывшие встали перед огромной ледяной дверью, а глаза Чи горели так ярко, словно сейчас произойдет что-то невероятное. – Здесь? – удивленно переспросила Юми. – Храм Аватара? Серьезно? – вот уже она была готова развернуться и уйти, махая рукой на обезумевшего брата. – Просто послушай, а потом уйдешь, это займет лишь пару минут, – сказал тепло и искренне, заглядывая в глаза сестре, ища там хоть толику поддержки. Заходя в глубь, Юми чувствовала дрожь и волнение. Ей было не по себе. Множество, множество статуй аватаров закручивались спиралью, многие, многие ряды, высокие мужчины и женщины, стояли и смотрели словно в её суть, но в то же время и сквозь, отражая свое ледяное облачение на попадающих лучах луны. Становилось еще больше не по себе. – Последний аватар, – окрикнул её Чимин, указывая на статую, – маг Воды, Аватар Сеюнь, – каждое его слово пронизывала гордость и радость, словно это он тут стоял. – Маг Воды? – удивилась Юми, будто слышала эту информацию впервые. Она не так интересовалась этими «сказками» про аватара, потому что ей всегда казалось это лишь пустой и ненужной легендой от старых старцев. – Это же просто легенда. Зачем ты предаешь такое значение этому, Чи? – тут же задала вопрос, отрываясь от гипнотического взгляда статуи. – Такая же легенда, как и маги Воды, но мы есть, значит есть и он, – торжественная речь раздавалась эхом по огромному залу яркими выкриками. – Смотри, – указывает на глаза статуи, пытаясь до них дотянуться. – Подсоби, – яркая улыбка озарила комнату. – Ты совсем уже, братец, головой поехал? – фыркнула Юми, поправляя свою теплую меховую накидку, что успела прихватить из дома. – Давай, давай, как в детстве. Или ты слишком взрослая, чтобы подурачиться? – его детский смех остался всё таким же. Чимин сумел сохранить в себе беззаботного ребенка. О чем часто забывала Юми. Нехотя, но всё же, она присела, чтобы этот детина забрался на её плечи. Между ними была разница в два года и разные точки мировоззрения, но при этом друг без друга они не видели смысла жизни. Зачем такая жизнь? Вот и брат с сестрой считали, что незачем, поэтому держались друг за друга, как за соломинки. Она в армию, а он в помощники знахаря. Такие разные, но порознь совершенно одинаково беспомощные. Чимин дотянулся своей небольшой ручкой до головы статуи, размахивая книгой на той злосчастной странице. – Смотри, Юми, вот здесь, – трогает глаз последнего аватара Чи, – они должны светиться, когда она в состоянии аватара и бах, – начинает издавать непонятные звуки, по его мнению, магов Воды, когда те укрощают стихию. Только Юми подняла голову от смеха со своим братом, как тут же яркий свет ударил в её глаза. Девушке показалось, что она ослепла. Все стало светлым, словно луна прям в этом зале, прямо над ней, пытается ослепить и забрать её глаза. – Что это? – кричит Юми, отходя, от чего Чимин с грохотом падает на пол, отползая к сестре с характерными звуками боли и шипения. – Юми, ты в порядке? – обеспокоенно трогает её за плечи, слегка трясся, как ёлочную игрушку. Она же боится открыть глаза и понять, что и правда ослепла, но всё же делает это. – Что это, Чимин? – смотрит и не понимает. Все без исключения глаза всех аватаров зажигаются, озаряя тёмный зал светом, чего никогда прежде она не видела даже при самом солнечном дне. Комната света во плоти. – Я не понимаю, Чимин, – голос дрожит и Юми прижимается к брату, который сильнее обнимает её, приходя в восторг от всего происходящего. Где-то вдали слышится звон колоколов и горн. – Я ничего не понимаю, – снова вторит Юми, замечая, как Чи протягивает ей руку, чтобы встать. Вдали лишь слышны возгласы людей: – Аватар пробудился! Он жив! Аватар вернулся! Всё поселение, всё племя, весь краешек северного полюса загорелся огнями того, что началась новая эра. – Я же говорил. Он жив, – с улыбкой смотрит на сестру Чимин, беря ту нежно за руку в дверях Храма Аватара. – Похоже грядет что-то поистине интересное.