Too close

Желание и страх – две стороны одной медали. Поэтому желание является лишь тенью страха, а страх – тень для желания. Неудовлетворения желаний, даже самых «грязных», накаляет ситуацию, страх разрастается. Вечер. Клуб «Троп Прош». В самой дальней комнате тихо, только слышно как по коридору ходят гости. Темноволосая девушка лежит на огромной кровати. Шоколадные простыни оттеняют цвет ее гладкой молочной кожи. Запястья туго оплетены веревкой, на лице непроницаемая черная повязка. Хрупкое тело бьет дрожь, хочется проникновения, стать полной. Она закусывает губу, хочется кричать, тишина угнетает. Связанные руки начинают болеть, запястья жжет, что даже извивания на кровати не помогают. Поэтому она смирно лежит в одном положении, ждет продолжения. Послышались шаги, сердце брюнетки пропускает удар и начинает бить сильнее. Желание ударяет в виски, что прикосновение грубой мужской ладони сносит ей «крышу». Рука скользит чуть ниже, проникает под черное кружево, касается половых губ. Дыхание девушки учащается, воздуха катастрофически не хватает. С губ срывается стон, палец входит в нее. Он двигается медленно – внутрь, наружу. Ее тело отзывается на ласки, она бедрами помогает ему, насаживается на его палец. Вдруг все исчезает. Только ровное мужское дыхание выдает присутствие своего хозяина. Кровать прогибается под его тяжестью. «Сейчас все случится, еще мгновение», - она закусывает губу, чтобы вскрикнуть, не показать, насколько возбуждена. Но мужчина медлит, будто ждет. Брюнетка вскрикивает и ахает, когда он резко и грубо врывается в ее лоно. Ритмично двигаясь, он проникает все глубже и глубже. Голова девушки начинает кружиться, руки дрожат от напряжения и желания. Такое с ней впервые. Она никогда не чувствовала подобного. С каждым разом мужчина вонзает свой член жестче, тем самым ведет девушку по линии между болью и наслаждением. И ей это нравится, но хочется большего. Слышен топот, несколько гостей зашли в спальню, наблюдают за ними. - Не бойся, - его дыхание обжигает нежную кожу уха. – Мы сгорим вместе, - этот шепот ей знаком. Девушка закусывает губу, пытается вспомнить, но ее партнер знает свое дело. Он владеет ее телом, крутит им, как хочет. Толчок – она забывает обо всем, горячее прикосновение губ к светлой коже – и она теряет контроль, еще один – они, подхваченные водоворотом безумного оргазма, одновременно кричат. - Молодец, девочка, - он стягивает повязку с ее лица. «Джек» Брюнет улыбается, оголяя резцы. Он переводит взгляд назад и заливается смехом. Джорджина опускает глаза, фокусирует взгляд на том, что так веселит Басс. «Папарацци?! Черт!» - вспышки фотокамер, возгласы газетчиков, смех Джека. *** Спаркс ахает и резко садится в кровати. Все ее тело бьет дрожь, сердце бешено колотится, воздуха катастрофически не хватает. Она беспомощно глотает воздух ртом. Трясущимися руками, девушка прижимает кусок материи к груди, прикрывая ее. Осознание ситуации приходит не сразу. Перед глазами все еще стоит эта ужасная картина. - Джи, с тобой все нормально? – голос Филипа, помогает вернуться в реальность быстрее. - Я просила не называть меня так, - она вскакивает с кровати, спокойным шагом идет в ванную комнату. Брюнетка еле сдерживает дрожь, чтобы никоем образом не выдать своего состояния. Она выше эмоций, по крайней мере, на людях. - Джорджина, - он поднимается с кровати, идет к двери. – Прости, просто ты… - Иди ложись, - ее голос тихий, но уверенный. – Сейчас же. - Иногда я не могу понять, почему я полюбил тебя, - мужчина идет обратно, ложится в кровать, накрываясь одеялом. – Почему… - А я, почему все еще живу с тобой, - бурчит под нос Спаркс, наклоняясь над раковиной. Ее руки все еще трясутся, но дыхание и сердцебиение пришло в норму. «Почему этот сон закончился именно так?» - одна единственная мысль бьется в голове, что давит в висках. Месяц. Вот уже месяц как ей начал сниться этот сон, который ей так и не удавалось «досмотреть» до самого конца. Всегда что-то мешает: крик Майло, звон мобильного телефон, будильник мужа… Но этой ночью все решилось. И результат не принес ничего хорошего. Это Джек Басс – мерзкий ублюдок, что не дает ей спокойно жить не первый год. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки, дрожь в теле возрастает с еще большей силой, чем она была прежде, только сейчас она питается не страхом, а гневом. «Это чушь. Я не могу получать удовольствие от сношения с этим подонком!» - ее питает ярость. Она поднимает руку, хочется что-то разбить или ударить от бессилия. Потому как девушка не понимает, почему он, почему сейчас? - Мама, - ее рука замирает в сантиметре от настенного зеркала. – Мне страшного. - Возвращайся в кровать, - мальчик смотрит ей в глаза, он не верит в то, что мама придет его уложить – всегда приходит отец. – Я сейчас приду, - он кивает и уходит. Джорджина опускает руку, подносит обе к крану. Вода приятно холодит кожу, успокаивает. Она касается мокрыми руками лица, протирая его. Ей пора очнуться и вернуться в реальность. Брюнетка выходит из ванной комнаты, кидает взгляд на кровать. Филип мирно спит в кровати, забравшись под одеяло. «Ребенок», - столько презрения. Ей хочется поднять его, направить в комнату сына, но не сейчас, не сегодня. Джорджина медленно идет по коридору. Самая дальняя дверь распахнута, Майло ждет ее. Она входит внутрь и садится рядом с сыном. Мальчишка смотрит ей в глаза своими темными глазами-бусинками. В них столько страха, желания, чтобы его обняли, приласкали. Он выглядит беззащитно, совсем как она в его возрасте. В груди больно колет, тело подается вперед. Брюнетка обнимает своего сына, целует в макушку. Майло не повезло с матерью, но повезло с отцом. - Мама. - Засыпай, - она касается губами его щеки. – Я рядом, - снова прикосновение. – Это просто дурной сон, - перед глазами вновь появился образ из сна. – Ничего более, только сон, - голос девушки становится тише, позже она просто произносит это в «голове». Она пытается уговорить себя, но сердце подсказывает, что все неспроста. *** Полдень. Стоит жара. Теплый обволакивающий воздух повис над городом. Люди неторопливо ходят по улицам, листья на деревьях еле шевелятся - город бодрствует и дремлет одновременно. В этот день хочется отправиться в Хэмптонс, понежиться на пляже вместе с родными. Однако мужчинам из клана Бассов эта роскошь не по карману. Трудовые будни никто не отменял. Именно поэтому Чарльз и Джек заседают в зале для переговоров, выслушивая очередную бредовую идею. Оплывшее лицо, двойной подбородок, складки у рта, ранние мешки под глазами, перхоть, мужчина смотрит с тревогой на Бассов. Он молчит с тех пор, как закончил говорить о своей маленькой ничтожной компании. Мужчина надеется спихнуть ее, выручив немного денег. Громкий хлопок закрывающейся папки, Джек с интересом смотрит на беднягу, изучает его. По нему хорошо видно, что он дошел до края, вымотан, сломлен, что по ночам хлещет дешевый виски, решение продать компанию пришло с большим трудом, были попытки все исправить, но все пошло крахом. Его губы растягиваются в усмешке. Слишком легко. - Чарльз, что ты… Стук дверь прерывает все. - Мистер Басс, - Джек поднимает глаза. Катарина, девушка с модельной внешностью, стоит на пороге зала. – Вам конверт, - он кивает. Девушка быстро подбегает к столу, отдает конверт в руки Басса-старшего. - Это все? – кивок. – Можешь идти, - виляя бедрами, она покидает зал. – Красивая, правда? – он выжидающе смотрит за мужчиной, который так напряжен, что кажется, вжался в обивку. – Чарльз, - он опускает глаза на белоснежный конверт, раскрывая его. Там просто бумажка, одно слово, черным по белому – NOW. Он усмехается. Только один человек выводит так буквы. – Думаю, ты справишься сам. Полностью и безоговорочно полагаюсь на тебя. - Ты уходишь? - Важное дело, - он кладет конверт во внутренний карман пиджака. – Не терпит отлагательств, - и он покидает помещение. Провожаемый взглядом племянника, мужчина медленно идет в свой кабинет. *** Дверь стеклянного кабинета распахивается. Брюнет вальяжной походкой проходит внутрь комнаты. Его губы растянуты в улыбке, что видно белоснежные зубы. Он точно знает, кто сидит в его кресле, обтянутом черной кожей. - Спаркс, - он садится на подлокотник стула для гостей. – Неужели передумала? – кресло делает пол-оборота. – Как же твои громкие фразы? - Басс, поверь, я тоже не в восторге от этого, - она кривит лицо. – Меня тошнит от одной мысли, что ты будешь прикасаться ко мне, к моей коже. - Тогда, что ты тут делаешь? – мужчина выжидающе смотрит. По ее глазам видно, она борется с собой. – Если ты еще не готова к мимолетному траху, то можешь идти. Тебя наверняка ждет муж, уже постельку разобрал, - он выпрямляется, подходит к ней. – Или… - Я готова, - девушка поднимает глаза. – Но если это будет ужасно, то… - Платье из бутика «Gotie», последняя коллекция, - он знает ее предпочтения. – Но если понравится, будет еще одно свидание, а за ним еще и еще…пока я не устану трахать Джорджину Спаркс. - Тогда, с тебя платье, - она поднимается с кресла, идет к нему. – Ты в любом случае будешь отвратителен. - Твои глаза не станут врать, - брюнет проводит тыльной стороной руки по ее щеке. Ее лицо бесстрастно. – В них все видно, - он проводит языком по ее нижней губе, прежде чем отстраниться. – Подойди к краю стола. - Хочешь завалить меня здесь, перед всем офисом? – произносит брюнетка с напускной веселостью. – А как же конспирация? - Повернись, - он совсем не слушает ее. – Только медленно. - Так сойдет, - девушка продолжает говорить. Она уверена, что он не посмеет это сделать здесь в этом кабинете, где две из четырех стен – стеклянные, из тонкого незатемненного стекла. – Или… - Заткнись, - голос твердый с нотками стали. – Медленнее. Джорджина медленно поворачивается, показывает свою одежду. Она уверена, что Басс пускает слюни, хоть никогда в этом не признается. Весь Манхеттен побывал в его постели, каждая стерва, но соблазнить ее – ему просто не удавалось. Наигранная верность супругу, отпугивающая самых проворных ловеласов, работала. Но появление Джека в «коробке» ломает все. Девушка снова поворачивается к нему лицом, смотрит на него, за его взглядом. Он медленно скользит по ее телу, останавливается на округлой груди, опускается на бедра, очертание которых обозначается швами узкой юбки-карандаш. Джек любуется ее ногами, затянутыми в бледно-серые чулки, изящными лодыжками, темными туфлями на тонкой железной шпильке. Вдруг, она замирает. Ей кажется, будто его рука касается ее талии, в то время как он стоит на своем месте, осматривая ее. - Блузка, - он смыкает губы в полоску. – Сними ее, - девушка прищуривает глаза, пытается предугадать его следующее действие. – Не строй из себя невинность, тебе не идет. - Сюда кто-нибудь может зайти, - голос тихий, но настойчивый. – Неужели ты думаешь… - Тогда поторопись, - мужчина садится на подлокотник кожаного дивана. – Все в твоих руках. Брюнетка фыркает, но тянется рукой к банту, потом пуговицы. Джоржина держит блузку руками, не позволяя ей открыть ее плоский живот, показать белье. - Нет, - он подрывается, хватает за запястья, разводя руки в стороны. Секунда, они под блузкой, скользят по спине. Застежка бюстгальтера оказывается слишком близко, и Басс расстегивает ее, скидывает все вместе на пол. – Так куда лучше, не так ли? - он придавливает ее к столу, поднимает руки вверх. Девушка пытается ерзать телом, ногами, пока он не сжимает их своими коленями. – Не шевелись, лишний шум нам ни к чему. Джек касается губами ее губ, медленно спускается вниз. Он берет в рот ее сосок, посасывая и покусывая его. Мгновение, и он напрягается и твердеет. Мужчина сильнее кусает его, оттягивает, отпускает. Потом снова и снова, пока девушка не издает первый стон. Дальше он принимается за другой сосок – левый. Джорджина пытается сдерживать стоны, закусывает нижнюю губу, но стоит сладкой дрожи вновь пробежаться по телу, как она сдается. Мужчина отпускает ее руки, чтобы расправиться с ее юбкой. - У тебя шикарная попка, - замок расстегивается. – Это грех скрывать ее от всех. - Ты хотел сказать от тебя, - он улыбается, девчонка все еще «царапается», а должна томиться в ожидании. - Ты слишком много говоришь, - брюнет резко хватается за черную материю, стягивая ее с тела. – Мне больше нравятся твои стоны. - Их больше не будет, - он улыбается. Она еще не понимает, с кем связалась. Джек опускается на колени, стягивает трусики с ее хрупкого тела. «Идеальное тело», - мелькает в его голове, в то время как пальцы, прижимаются к ее клитору, поглаживая его. Джорджина закусывает губу. Она просто не понимает, почему его прикосновения так на нее действуют на ее тело, но он и вправду имеет «ключ» к ее телу. Это и пугает. Несколько движений, он выпрямляется, продолжает свое дело. Брюнет вводит палец, потом еще один, водит ими вверх – вниз, внутрь – наружу. Резкое движение руки, и девушка садится на стол. - Так даже интереснее, - он подается вперед, роняет ее на стол, придавливает своим весом. Мужчина грубо входит в нее, двигается жестче и жестче с каждым толчком. Новый толчок, он почти выходит из нее, задевает головкой клитор. Брюнетка держится из последних сил, чтобы не закричать от удовольствия. Этот ублюдок смог удовлетворить ее, хотя она так ждала его поражения. - Кончай, - срывается с его губ, но она только качает головой. – Мы сделаем это вместе. «Не бойся; мы сгорим вместе» - его шепот всплывает в памяти, она теряет контроль на секунду. Они бурно кончают, одновременно. Несколько минут, Джек поднимается на ноги, прячет свой придаток и, обойдя стол, садится в кресло. - Открой глаза, - он касается пальцами ее щек. – Я хочу увидеть огонь в твоих глазах, - она распахивает глаза, она уверена, что совладала с эмоциями. Но когда она видит его «довольный» взгляд, контроль теряется. Он смеется. – Значит, все произошло. Тогда я тебе позвоню, будь готова в любой момент. - У меня семья, - выпрямляется, начинает судорожно собирать свои вещи, надевать их. - А у меня работа, - в глазах пляшут искорки. – Найдешь. - Сволочь, - она просто рычит. – Ненавижу, - он смеется. Девушка завязывает бант на груди и, взяв сумочку с дивана, направляется к выходу. - Опасность быть увиденной возбуждает? – Джорджина не останавливается, просто идет вперед. – Именно это тебя подстегивает, - она кладет руку поверх ручки. – Пришлю письмо с несколькими датами, - брюнетка поворачивает голову, смотрит в его серые как застывшее серебро глаза. – Мне понравилось тарахать тебя, я хочу повторить. Уверен, ты тоже. Поэтому… - Джек Басс идет на компромисс? - Только ради удовольствия, мне тебя не жаль, - он кривит губы. – Также как и тебе твою семью. Но я готов пойти на уступки, чтобы поддержать ту ложь, которой ты себя кормишь изо дня в день. - Ты меня не знаешь, Джек. - Знаю, - он кладет ногу на ногу. – Поэтому говорю, - она ухмыляется, но потом уходит. - Джек, - спустя минуту, в кабинет заходит Чарльз. – Что здесь делала Спаркс? - Как обычно, - смешок. – Что ты решил с этой компанией? - Думаю ее можно купить, - Басс-младший пожимает плечами. – Нужно твое присутствие для заключения договора. - Да, сейчас, - юноша уходит. Джек поднимается, он обходит стол, садится на корточки. На ковре лежит ее брильянтовая сережка. – А ты будешь моим сегодняшний трофеем, - он кладет ее в карман, выходит из кабинета. Жребий брошен.