Оборванец

Едва Тэн переступил порог квартиры, его затрясло. Все было таким, каким они оставили с Лукасом, когда уезжали. Казалось, это случилось в другой жизни, миллион лет назад и вообще не с ним. Не с ними. Только вот каждая деталь, буквально каждая мелочь напоминала о том, что раньше здесь жили двое. Он стоял у входа, не в силах сделать шаг вперед. Ключи выскользнули из его ослабевших пальцев и со звоном упали на пол. Тэн тупо уставился себе под ноги, невидящим взглядом рассматривая серебристые грани. Он медленно поднял глаза. В широкие, не задернутые шторами окна ярко било солнце, подсвечивая тонкий слой пыли на комоде, темном полу и рабочем столе, где так и остались валяться разбросанные скетчбуки. Покрывало на кровати было небрежно скомкано, словно с него секунду назад кто-то встал, но лишь для того, чтобы сходить на кухню и, вернувшись, снова завалиться обратно. Казалось, постель хранит чужое тепло, и стоит только зарыться лицом в подушку, как можно почувствовать знакомый сладкий аромат. Тэн тяжело сглотнул и попытался вдохнуть. Он не понимал, зачем сюда вернулся. Он не представлял, как сможет теперь здесь жить. Все напоминало о Лукасе, надрывно кричало и распарывало грудь, оставляя трепыхаться неизвестно зачем живое сердце. На подкашивающихся ногах Тэн шагнул вперед. Он прошел через комнату и остановился у окна. Внизу было пусто. Компании, которая обычно ошивалась на улице, не осталось. Тэн не хотел знать, почему так случилось, было ли причиной этому случайное совпадение или вполне определенные события, в которые насмешкой судьбы оказался втянут и он сам. Перед глазами замелькали предательски живописные картинки: жаркий полдень, коробка с альбомами и Лукас, легко ее подхватывающий под недовольным взглядом Тэна, раннее утро, жесткое похмелье и Лукас, участливо интересующийся, все ли с Тэном в порядке, поздний вечер, разнеженное недавним сном тело и Лукас, призывно тянущий Тэна за руку по узким переулкам к заброшенной высотке. Он обернулся. Через высокую арку, ведущую на кухню, виднелись две чашки, наскоро ополоснутые уже перед самым выходом. Такси тогда ждало у подъезда, и Тэн с Лукасом, поспешно оглядываясь и пихаясь локтями, старались ничего не забыть. Приоткрытая дверь в ванную, где висели два пушистых полотенца, что наверняка еще хранили слабый запах абрикосового геля для душа, и пустой стакан для зубных щеток, которых раньше было две. Невысокий комод у входа, куда всегда не глядя швырялись ключи, что оставляли на деревянной поверхности едва заметные царапины. И снова запестрели картинки: Лукас, прижимающий к стене и горячо выдыхающий в подставленную шею, Лукас, скользящий руками по мокрому телу и плавно двигающийся под струями обжигающего душа, Лукас, заключающий в объятия у кухонной тумбы и со смехом подхватывающий готовый сорваться с края столешницы бокал вина. Лукас. Лукас. Тэн окинул взглядом студию и устало прислонился к стене, закрывая глаза. Лукаса больше нет. Он достал из кармана телефон и, чуть помедлив, набрал давно записанный номер: – Здравствуйте, Дженнифер. Это Тэн Ли, – он выслушал вежливое приветствие и слегка обеспокоенный вопрос. – Нет, все в порядке, не волнуйтесь, – ровно сказал он. – Просто решил, что пора снова сменить обстановку. Район, как вы и предупреждали, не самый удачный, – он кивнул, слушая деловитый голос. – Чего я хочу? – он невесело хмыкнул. Очень тянуло ответить, что он хочет сдохнуть. – Высокие потолки, светлые стены. Желательно поближе к центру. Цена теперь не важна, – он замолчал, бездумно скользя взглядом по квартире. – Съехать готов хоть сейчас, – он горько усмехнулся. – Хорошо, Дженнифер, буду ждать вашего звонка. Спасибо. Тэн попрощался и, отключившись, глубоко вздохнул. Лукаса здесь больше нет. Его самого тоже скоро не будет. . Тэн вернулся к Мелани и Линдси, когда уже почти стемнело. В гостиной горел свет и через окно проглядывались неясные тени. Он знал, что Линдси по выходным всегда устраивает семейные ужины, зажигая свечи, включая ненавязчивую музыку и полностью ограждая себя и Мелани от суеты рабочих будней. Мел часто ворчала, все равно пытаясь уткнуться в ноутбук и оправдываясь тем, что ее дела не терпят отлагательств, но Линдси в присущей ей мягкой манере успешно это пресекала. Они пили вино, ели заботливо приготовленную еду и просто разговаривали. Тэн был счастлив опять окунуться в эту убаюкивающую семейную атмосферу, ему нравилось чувствовать себя частью чего-то настолько спокойного и светлого. Он никогда не ощущал себя здесь лишним и иногда был готов расплакаться от необъятного чувства благодарности за то, что у него есть такие друзья. Тэн поднялся на крыльцо и постучал. Дверь открыла Линдс и тут же облегченно выдохнула: – Ну наконец-то, – она поцеловала Тэна в щеку и, отстранившись, сжала его плечи: – Где ты был? На звонки не отвечал, я уже начала волноваться! – она обеспокоенно его оглядела. Тэн аккуратно высвободился и неопределенно мотнул головой: – Гулял. Решил, что надо проветриться. – Ладно, – кивнула Линдси. – Ты как раз успел к ужину! – она подмигнула и, взмахнув волосами, скрылась в гостиной. Тэн не соврал. Он действительно гулял. Выйдя из своей квартиры, он прошелся по набережной, которая при свете дня даже не выглядела настолько мрачной, какой он ее помнил. Он наблюдал за парящими над морем чайками и следил за слаженной работой грузчиков в порту. Он вернулся к дому и, бросив взгляд на поблескивающие окна, неторопливо побрел дальше, к той самой забегаловке с отвратительным кофе, но на удивление вкусными бургерами. Тэн дошел до галереи и, скользнув глазами по закрытой витражной двери, проследовал дальше. Шелестящий высокими деревьями парк, широкие улицы, суетливые прохожие и восторженные туристы, что пытались поймать в просвете между домами клонившееся к закату солнце. Тэн поднялся в мансарду, переоделся и посмотрел на себя в зеркало. Сухие глаза ничего не выражали, на лице читалось абсолютное безразличие. Может быть, он все-таки добился желаемого, может быть, у него все-таки получилось. Может быть, ему все-таки удалось умереть. Он спустился вниз и, вяло улыбнувшись, сел за стол. Линдси поставила перед ним приборы, налила вина и подняла бокал: – Все будет хорошо, – она ласково взглянула на Тэна. Тот безжизненно кивнул и глубоко вздохнул. Все будет хорошо. Наверное. Когда-нибудь. Не с ним. – Кстати, – будто между прочим отозвалась Мелани. – Есть новости. – Мел! – нахмурившись, резко перебила ее Линдси. – Давай не сейчас? – Что за новости? – Тэн поднял взгляд. В груди полоснуло болью и отчаянной, такой глупой надеждой. – Смотри, – Мелани протянула ему разблокированный телефон. Тэн быстро забегал глазами по строчкам. “Погиб главный редактор арт-издания “Либерти”. Сегодня днем в тоннеле, ведущем в верхнюю часть города, произошла авария. Водитель внедорожника, по предварительным данным, не справился с управлением и, врезавшись в отбойник, погиб на месте. Согласно документам, за рулем был главный редактор журнала “Либерти” Адам Брин. Обстоятельства аварии выясняются”. Тэн нервно хихикнул. Он посмотрел на фотографию развороченной машины и громко, во весь голос расхохотался. Он продолжал смеяться и сжимать мобильный в руке, не замечая, что экран уже давно погас, не осознавая, что по его щекам катятся слезы, а сам он содрогается в истеричных рыданиях. Смешно ведь. Так чертовски смешно, разве он может плакать. Нет, он совсем не плачет, ему ведь так весело, как же можно плакать, когда настолько весело. – Какое удачное совпадение, не находишь? – откуда-то издалека донесся голос Мелани. Тэн выронил телефон и откинулся на стуле. Перед глазами плясали разноцветные круги, увеличиваясь, расширяясь, раскрашивая стены сверкающими мелкими точками, которые вертелись в безумном танце. Он почувствовал, как теплая ладонь накрыла его пальцы. Наверное, это Линдси, похоже, она хочет его успокоить. Но ведь зачем успокаивать, если так весело. Вечеринка, праздник, всем шампанского за его счет. Почему Линдси продолжает крепко держать его за руку, в этом же совершенно нет необходимости. – Кстати, – все еще продолжая посмеиваться, сказал Тэн. – Я переезжаю. Сегодня позвонил Дженнифер, и она пообещала устроить все как можно скорее. Так что, – он сверкнул улыбкой, – скоро я избавлю вас от своего присутствия. – Тэн, ну что ты, – растерянно пролепетала Линдси. – Ты можешь оставаться у нас сколько захочешь, мы не прот… – Спасибо, Линдс, – не глядя на нее, со смехом перебил Тэн. – Не надо, – он залпом осушил бокал, встал из-за стола и ничего не говоря вышел из дома. . Лукас рассказывал, что приходил сюда, когда ему больше некуда было идти. Семнадцатый этаж заброшенной стройки, вид на сияющий огнями город и крыша, с которой можно сделать всего один шаг – и навсегда исчезнуть. Здесь они впервые поцеловались. Здесь они танцевали. Тэн сел на бетонный парапет и свесил ноги вниз. Оттолкнуться и взлететь – так легко, так просто. Тэн всегда мечтал научиться летать. Выйдя из дома Линдси и Мелани, он вызвал такси, указав свой адрес. Он не был уверен, что сам найдет это здание, но верил, что точно к нему придет, сколько бы ни плутал по узким неосвещенным улочкам. Он знал, что сейчас это единственное место, где ему стоит быть. Ему больше некуда было идти. Ветер трепал его волосы и колюче холодил мокрые от слез щеки. Где-то вдалеке шумел порт, внизу расстилались дома, в каждом из которых бурлила жизнь. Тэну нравилось представлять, что делается за закрытыми шторами множества горящих окон. Кто-то готовил еду, кто-то смотрел телевизор, кто-то ругался, кто-то трахался, кто-то вскрывал себе вены в теплой ванне. Бесконечное вдохновение. Может, Лукас не зря называл его психом. Тэн поежился и подтянул колени к груди. Он не знал названия песни, под которую они с Лукасом танцевали. В голове засела одна единственная строчка, и Тэн, достав телефон, наугад написал ее в поисковике. Он боялся услышать ее снова. Дрожащими пальцами он коснулся проигрывателя и замер от первых зазвучавших нот. “You can dance every dance with the guy Who gives you the eye, let him hold you tight” С ресниц сорвались слезы. “You can smile every smile for the man Who held your hand beneath the pale moon light” Он рвано вдохнул и резко подхватился на ноги. “But don't forget who's takin' you home And in whose arms you're gonna be So darling, save the last dance for me” Он закрыл глаза и поднял руки, обнимая за шею того, кого рядом не было. – С тобой я стал самым счастливым на свете, – прошептал он. “Oh, I know that the music's fine Like sparklin' wine, go and have your fun” – Я покажу тебе свои новые картины, – Тэн продолжал танцевать, не выпуская из объятий несуществующего партнера. “Laugh and sing, but while we're apart Don't give your heart to anyone” – Только вернись, – Тэн плакал, не открывая глаз и двигаясь в такт музыке. “And don't forget who's takin' you home And in whose arms you're gonna be So darling, save the last dance for me” – Я тоже люблю тебя, – он задрожал и, покачнувшись, медленно осел на холодный каменный пол. – Я так люблю тебя… Только вернись. Вернись… Пожалуйста. Негромкая мелодия нарушала ночную тишину. Тэн ревел, крепко зажмурившись, надеясь, что хотя бы так у него получится удержать любимый образ. Он содрогался всем телом, цепляясь пальцами за воздух, представляя вместо пустоты очертания родной фигуры. . Спустя несколько дней Тэн переступил порог своей новой квартиры. Высокие потолки, светлые стены, оживленная улица за окном. Безликая пустота. Его затрясло, и он обессиленно привалился плечом к наставленным у входа коробкам. Он сполз вниз и, прислонившись спиной к стене, запрокинул голову. Лукаса больше нет. Старой жизни больше нет. Тэн закрыл лицо руками и тихо заплакал.