Пытаться

      С тех пор они с Казамой больше не виделись, Чизуру это было только на руку, ведь она могла предаваться грусти с полным осознанием того, что её никто не потревожит. Однако иногда возникали мысли, что для Чикаге несвойственно такое поведение, он не преминет воспользоваться любой возможностью навестить девушку, а тут его не видно уже месяц. Юкимура только надеялась, что мужчина полностью восстановился и все его раны зажили, ей не хотелось, чтобы и он умер.       Временами, когда мысли Чизуру снова возвращались к Тошидзо, где-то там, на задворках воспоминаний, всплывал и Казама. Наверное, она понимала, что и правда осталась одна, и этот мужчина единственный, кто имеет сейчас к ней хоть какое-то отношение. За месяц одиночества Чизуру совсем отвыкла от бытовых разговоров, светских бесед и задушевной болтовни, и сердце рвалось куда-то вдаль лишь бы не чувствовать этой раздирающей пустоты внутри.       Девушка сжала виски, головная боль, которая преследовала её весь прошедший месяц, снова дала о себе знать, словно кто-то пытался выбраться наружу, прогрызая кожу изнутри. И неудивительно, если каждый день думать, как же всё плохо и как же не хочется жить, голова не просто будет болеть, но и отвалится раньше времени, посчитав, что подобное решение станет наилучшим вариантом для данного тела. Терпеть мучения стало невыносимо, и Юкимура решила выйти на улицу прогуляться, подышать свежим воздухом и заодно закупиться продуктами, ибо морить себя голодом она пока не собиралась.       День на удивление выдался погожим: солнце не палило, заставляя прятаться в тени высокой и густой кроны деревьев, а ветер с дождем не гнал в теплоту помещения. Легкий ветерок трепал волосы и прогонял жар, захвативший голову. Чизуру приятно улыбнулась, подставляя лицо лучам света, что пробирались сквозь ветви, и от блаженства зажмурила глаза. Иногда для счастья нужно так мало.       Неспешно двигаясь в сторону города – домик Чизуру находился на достаточном расстоянии от всех проживающих, почти на окраине, даже дальше, – Юкимура с интересом рассматривала окружающие растения и деревья. Она подумала, что было бы неплохо собрать лечебные травы, ибо последние попадались достаточно часто. Зоркий глаз девушки подмечал каждую травинку и методично раскладывал по нужным полочкам в доме, прекрасно зная, что с чем можно сочетать в дальнейшем.       Спустя минут десять на пути стали попадаться первые горожане, которые наоборот стремились выйти на прогулку в лес, пока позволяла погода. Какой-то мужчина, шедший под ручку с милой старушкой, приветливо склонил голову и улыбнулся. Чизуру ответила тем же, мысленно подмечая, что выбираться в свет очень даже приятно. Позитивное настроение окружающих передавалось и ей, и девушка чувствовала себя гораздо лучше, словно цветок, который полили после долгой засухи.       Первым делом она решила заскочить в лавку с вкуснейшими лакомствами в городе, почему-то именно сейчас захотелось порадовать себя сладким. Долго выбирая между данго и екан, Чизуру остановилась на последнем, уже предвкушая, как будет есть их с зеленым чаем вечером на энгаве. Взяв побольше, девушка отправилась за другими продуктами.       Продвигаясь ближе к центру, Юкимура постепенно погружалась в атмосферу беззаботного городского веселья. Проходившие мимо люди обсуждали самые разнообразные темы, варьирующиеся от политических дебатов и цен на урожай до вопросов о том, какую заколку купить и что лучше приготовить на ужин. Шустрые торговцы умело зазывали в лавку приобрести их товар, а зазевавшихся покупателей и вовсе затаскивали к себе, успевая параллельно продать им и редьку с тофу, и совершенно не нужную безделушку в виде подвески, неизвестно откуда взявшуюся в отделе с едой. Маленькие дети бегали вокруг своих родителей, жалобно прося купить им очередную увиденную игрушку, а строгие взрослые уныло вздыхали и пытались увести свое чадо подальше от разорения кошелька.       Оживленные улицы увлекали Чизуру всё дальше, и, поддавшись их течению, девушка не заметила, как её занесло в богатый квартал, где продавали самую дорогую и роскошную одежду. Обилие разноцветной ткани и поблескивающих украшений поражало, поэтому Юкимура невольно залюбовалась окружающей её красотой. Высокородные дамы гордо проплывали мимо, смотря исключительно вперед. Их богато вышитые кимоно приковывали взгляды, а искусные прически вызывали вздох восхищения.       На противоположной стороне улицы возвышался большой торговый дом «Чайная роза», на ступенях которого стояла симпатичная девушка, приглашающая зайти внутрь всех желающих. Её острые глаза бегло осматривали толпу, гадая, кому бы предложить очередную ткань или уже готовое кимоно. Чизуру столкнулась с ней взглядом и, неожиданно для самой себя, покраснела: так проницательно на неё ещё не смотрели. Демоница поспешила отвернуться и пройти мимо, но торговка уже приветливо улыбалась и махала ей рукой:       – Юная госпожа, подождите!       На секунду Юкимура задумалась, послышалась ли ей «юная госпожа», – ведь она была в мужском хакама, мало кто в первую секунду знакомства узнавал в ней девушку – и остановилась.       – Госпожа! – воскликнула торговка, догнав её. – Не хотите ли приобрести у нас красивое кимоно для прогулок по саду с любимым человеком или легкое юката для посиделок дома? Мы подберем ткань под цвет вашего настроения, и вы будете сиять ярче восходящего солнца.       Не успела Чизуру возразить, как её взяли за руку и потащили в сторону торгового дома. Препираться уже не было смысла, поэтому она покорно пошла следом, рассматривая радостно щебечущую девушку. Та выглядела немногим старше Юкимуры, но дорогая одежда, украшения и легкий макияж добавляли несколько лет к настоящему возрасту.       – Ох, я забыла представиться. Мию Такагава. Но можете звать меня просто Мию, – торговка почтительно склонилась.       – Чизуру Юкимура, – ответила тем же.       Затолкав свою новую клиентку внутрь, Такагава довольно потерла ладони. По лицу скользнуло предвкушение от скорых перемен, которые она планировала устроить для юной госпожи. Этикет не позволял ей выспрашивать, почему это девушка ходит в мужском, однако позволял предложить покупателю разнообразную одежду, способную подчеркнуть все достоинства женской фигуры. Наметанный глаз не мог не заметить истинной красоты под слоями грубой ткани.       Чизуру смущенно оглядывала помещение. Просторная первая комната больше напоминала приемную с образцами кимоно на манекенах, которые стояли полукругом вдоль стен. Любая аристократка могла спокойно рассмотреть товар, оценить его качество, а затем примерить что-либо из понравившегося. Если такового не находилось, объясняла свои предпочтения и ей подбирали наряд уже индивидуально в специально отведенной зоне. Высокородные дамы пили здесь даже чай, обсуждая ткани и их текстуру, и чувствовали себя как дома. Хозяин «Чайной розы» лично встречал особо знатных господ и помогал с выбором. Он стремился создать уют, в который захотела бы вернуться каждая девушка, и ему удалось это с большим успехом. Торговый дом пользовался популярностью и был у всех на слуху.       – Госпожа, какое бы кимоно вы хотели? – Мию кружила вокруг Чизуру, размышляя, что бы больше ей подошло.       – Не думаю, что я смогу позволить себе купить что-то… – пробормотала та.       – О, это вовсе не беда, мы что-нибудь придумаем. Просто хочу напомнить вам, как вы восхитительно выглядите. И, кажется, я знаю, что вам подойдет, – лукаво улыбнувшись, Мию исчезла за дверью.       Юкимура уже начала жалеть, что вообще согласилась на эту затею, ей было неловко примерять такие дорогие вещи. И какой смысл в том, что она только покрутится в красивом наряде перед зеркалом, если её финансы не позволяют даже посмотреть в его сторону. Тяжело вздохнув, она мельком взглянула на свое отражение. Привычные хакама казались ей самой удобной и практичной одеждой, Чизуру даже забыла, каково это, носить кимоно и чувствовать себя девушкой.       Спустя пару минут вернулась Такагава с коробкой в руках.       – Госпожа, давайте поколдуем, – её смех звоном разнесся по помещению, заставляя Чизуру немного нервничать, – но я хочу, чтобы итог стал для вас сюрпризом, поэтому закрывайте глаза и не подглядывайте.       Девушка осторожно поставила доверившуюся Юкимуру в центр комнаты, чтобы та ненароком ничего не задела и сама не убилась, пока будет стоять с закрытыми глазами, и помогла ей раздеться. Аккуратно сложив её старые вещи, Мию достала новое шелковое кимоно. Его струящая ткань приятно шелестела, казалось, будто лепестки сакуры танцуют на ветру. Такагава уверенными движениями принялась закреплять белый воротник, после приступая к формированию замысловатых складок уже на самой одежде. Завершающим этапом стало создание пояса оби. Нужно владеть настоящим искусством, чтобы всё правильно завязать, затянуть и прикрепить, но у торговки с этим явно проблем не было.       Порхающие вокруг Чизуру руки плавно переместились к волосам в желании сделать красивую прическу. Пряди послушными волнами ложись одна на другую, образуя подобие кокона на затылке, из которого каскадом спускались вниз, к плечам, оставшиеся свободные локоны. Вставив кандзаси в получившееся творение, Мию отошла от девушки, любуясь результатом.       – Госпожа, можете открыть глаза.       Чизуру медленно подошла к зеркалу, еще до конца не понимая, что в отражении она, а не восхитительная незнакомка с чарующим взглядом и строгой осанкой. Небесно-голубая ткань обвивала стройный девичий стан, подчеркивая бледность кожи, а рисунок черно-белых журавлей придавал легкости и воздушности, словно это не они летели по небу, а сама обладательница кимоно плыла в нежные дали.       – Это… – Юкимура не знала, что и сказать, настолько она была поражена увиденным.       – Это тысяча журавлей, – подтвердила Такагава. – В честь вас и вашего имени. Поэтому я сказала, что у меня есть кое-что подходящее именно вам.       Где-то в приемной звякнул колокольчик, оповещающий о приходе нового гостя, но девушки были так увлечены созерцанием Чизуру в зеркале, что даже не услышали его.       – Прекрасно выглядишь.       Однако знакомый низкий голос заставил вздрогнуть от неожиданности и обернуться. Рубиновые глаза смотрели с легким прищуром, но лицо не выражало никаких эмоций, да и полностью расслабленная поза не выдавала истинных намерений зашедшего в «Чайную розу».       От волнения, что она встретилась с Казамой, или от легкого смущения, что он увидел её в этом кимоно, сердце в груди девушки быстро забилось. Вовремя спохватившись, Чизуру склонила голову в приветствии, стараясь не выдавать беспокойства:       – Добрый день, Казама-сан. И благодарю за ваши слова, – но голос всё равно дрогнул. От мужчины не укрылось ничего: ни бегающие глаза, ни руки, нервно сжимающие ткань одежды, ни мелко подрагивающие плечи. Увиденное вызвало улыбку и мысли, что она очень мила даже в таком состоянии.       – Здравствуй, Чизуру.       Возникла неловкая пауза, и Юкимура еще больше занервничала, не зная, что делать и говорить дальше, поэтому спросила первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать:       – Гуляете?       – Да.       – Одни?       Чикаге усмехнулся, его позабавила её реакция, а девушка залилась краской, понимая, какую глупость сказала. Хотелось провалиться сквозь землю от стыда.       Мию, смотря со стороны на разыгрывающуюся ситуацию, всплеснула руками:       – Так вы знакомы? – стрельнула глазками на обоих, хищно улыбаясь.       Казама промолчал, предоставляя возможность ответить Юкимуре, а та, поняв, что он не собирается ей помогать, слабо выдавила:       – Д-да…       – Господин, – уже обращаясь непосредственно к Казаме, – скажите, что юной госпоже идет этот наряд.       Мию схватила Чизуру за руку, грациозно крутанув её вокруг своей оси. Подол кимоно мягко всколыхнулся около ног, а в незамысловатой прическе мелодично звякнули заколки, создавая атмосферу загадочности.       – Легка и невесома, как первый снег в северной провинции, – лукавая улыбка коснулась губ Чикаге, – однако и ему далеко до утонченности юной госпожи.       Чизуру стояла пунцовая, щеки горели так сильно, что казалось, коснись их и обожжешься. За эти пять минут, что Казама был с ними, девушка успела испытать весь спектр эмоций и чувств. Хотелось закрыть лицо ладонями и выбежать из торгового дома, так сильно она смущалась, но вместо этого подняла голову и посмотрела на мужчину. Он выглядел как довольный кот, объевшийся сметаны, ему не хватало только начать урчать от удовольствия.       Смущенно-недовольный взгляд Юкимуры недолго бродил по лицу и телу Казамы, он не выдержал напора ауры мужчины и опустился на сжимающие ткань кимоно руки. Но по небрежно брошенной ухмылке уходящего Чикаге можно было догадаться, что тот по достоинству оценил возмущение девушки.       – Еще увидимся, Чизуру.       Она промолчала, но когда виновник её розовых щёк исчез с поля зрения, пробормотала скорее себе, чем кому-либо:       – И что он здесь забыл…