Остров

      Потянусь долгие дни ожидания. Миллс, как и всегда, делала свою работу, лечила островитян, гуляла вдоль кромки моря и ходила в кафе «У маяка» но без Эммы это все было не таким интересным. Удивительно, как один человек может придать самым обыденным вещам иные краски. Погода совсем испортилась, море все чаще было беспокойным, а паром не ходил. В один особенно промозглый день к Реджине на работу пришёл Брайтан. Старик кашлял и просил прописать ему какое-нибудь лекарство. Но Реджине не понравилось, как он выглядит, и она решительно заставила его сдать кровь на анализ, а затем внимательно прослушала лёгкие.       − Вот поэтому я не люблю врачей, − ворчал Брайтан, − придёшь к вам за таблеткой, а вы под кожу лезете со своими инструментами.       − Простите мистер Брайтан, но вам уже не 20 лет, в вашем возрасте нужно себя беречь. – Заметила Реджина.       − Побережёшь тут себя, а маяк кто смотреть будет? Помощница то уехала. Ты кстати не в курсе, когда она планирует возвращаться? – Старик сощурил глаз.       − А почему я должна знать об этом? – Миллс напряглась от этого вопроса.       − Ой, дураку понятно, что вы любовь крутите. А я то уж точно на дурака тяну. Маячник сказал это с лёгкостью, без тени отвращения или осуждения и у Реджины отлегло от сердца. Если уж этот суровый человек принял их любовь, то это уже большое дело. Впрочем, щёки её всё равно зарделись и она улыбнулась.       − Вы совсем не дурак, мистер Брайтан. А Эмма неизвестно когда вернётся. Она хочет быть со своей матерью до самого конца.       − Похвальное дело. Родителей стоит почитать, какими бы они не были.       − Но помощника вам все же стоит подыскать, хотя бы среди местных, впереди суровая зима, а ваш кашель мне совсем не нравится.       − Ну, коль советуешь, ты подыщу, − старик хмыкнул, − а таблетки то пропишешь? Реджина рассмеялась и выписала Брайтану лекарство, а тот, в самом деле, нашел себе помощника, расторопного паренька, который согласился помогать старику задаром.       Эмма иногда звонила, но не так часто как хотелось бы Миллс. Голос её был грустный и усталый, женщина понимала, что Эмме там плохо, она не вдавалась в подробности, не рассказывала, как проживает день за днём и чем занимается, но чувствовалось, что все это истощало девушку морально и физически. Редж подозревала, что и звонит Эмма от этого редко, та наверняка не хотела передавать своё состояние Миллс.       − Ты можешь мне рассказать обо всём, я всегда рядом, − говорила она.       − Я знаю, спасибо тебе, − отзывалась Эмма, но на этом дело заканчивалось. Реджине было горько, от того, что Эмма не хотела разделить своё горе с ней, но она понимала, что это не от того, что Свон её разлюбила, а просто потому, что она не умеет. Она всю свою жизнь была одна, боролась против мира, и не было того, кто бы мог ей помочь, поддержать, она просто не знала как это. А сейчас научить её этому у Реджины не было возможности, телефонные разговоры были не тем средством общения. Женщина очень расстраивалась из-за всего этого, но сделать ничего не могла, поэтому ей оставалась только смириться и ждать возвращения Свон. Через пару недель пришли результаты анализов Брайтана. Они были не самые хорошие, и Реджина собрав всю свою решительность в кулак, отправилась к маячнику.       − Вы должны поехать на материк для более глубокой диагностики, − с порога начала она, не дав старику возможности для возражений. – Я не желаю, чтоб к приезду Эммы вы были совсем в плохом состоянии. Есть кое-какие опасения, но их можно избежать, если придушить на корню. Я поеду с вами и все обеспечу.       Чарли Брайтан немного опешил, но к удивлению Реджины, спорить не стал и согласился на её условия. Уже через два дня они отбыли на материк, к счастью погода позволила. Маяк оставили на помощника и ещё пару взрослых мужчин, которые в этом хоть как-то разбирались. Реджина рассчитывала устроить Брайтана в больницу, а самой вернуться обратно на Остров, но погода сильно испортилась и она застреляла на материке на целую неделю. Как на зло, связь с Островом тоже отсутствовала, видимо, сильные штормы не давали работать ни сотовым, ни стационарным телефонам. Женщина молилась, чтобы в её отсутствие ничего серьезного не произошло, и никому не потребовался доктор. Через неделю погода немного наладилась и Реджина поспешила обратно. Впрочем, море всё ещё было неспокойным, и паром сильно качало, пассажиры были вынуждены сидеть пристёгнутыми, или держаться за поручни и столбы. Народу набилось много, многие, подобно Реджине, оказались заперты на материке надолго, поэтому сидячих мест на всех не хватало, кто-то ехал стоя, и Миллс в том числе. Когда паром в очередной раз качнуло, женщина не удержалась и упала, телефон из её кармана выпал и покатился по мокрому полу, никто и глазом моргнуть не успел, как аппарат оказался за бортом.       − Вот чёрт! – Воскликнула Реджина. Теперь она опять оказалась без связи. На Острове невозможно было купить новый сотовый, для этого нужно было обратно ехать на материк, но ей хотелось как можно скорее вернуться домой. Она переживала за людей, которые на неделю остались без врачебной помощи в разгар шторма. Поэтому она решила, что переживёт без гаджета некоторое время, если есть интернет, она напишет Эмме е-мейл, чтобы та не переживала. Но по возвращению она совсем об этом забыла, потому что без происшествий не обошлось и стоило ей сойти на берег, как её тут же позвали к рыбаку, который сломал руку о мачту своей лодки, а потом к женщине, у которой был жар и ещё, и ещё. Только через три дня Реджина вспомнила, что надо бы написать Эмме, но интернета не было и ей пришлось оставить эту затею. Она попросила одного жителя, который собирался на материк, купить ей любой телефон в ближайшем магазине, и он пообещал ей это сделать. Мужчина должен был вернуться обратно на следующий день, и Реджина надеялась, что за это время Эмма её не потеряла.       Вечером того же дня, она возвращалась с очередного вызова и вдруг увидела свет в особняке Чизуэлла. Сердце женщины подпрыгнуло, неужели Эмма вернулась. Наверно, она ей звонила, но не смогла дозвониться и может быть сейчас собирается к ней. Рабочий день давно закончился, и Реджина решила сама подняться на холм, чтобы, наконец, заключить любимую в объятья. Свет горел и в большом доме и в домике смотрителя, но калитка была заперта на замок, а вот главные ворота открыты, что было удивительно, но Реджина зашла через них и, пройдя свозь сад, подошла к домику смотрителя. Но там было пусто. Женщина решила подождать Эмму, наверняка она не будет долго в большом доме. Она села на ступеньки крыльца и залюбовалась видом плещущихся волн, поэтому даже не услышала шаги за спиной.       − Простите, а вы кто? – Спросил мужской голос. Реджина вздрогнула и обернулась, перед ней стоял высокий мужчина лет пятидесяти в очках и при галстуке.       − Реджина Миллс, врач, − женщина встала и протянула руку.       − Эдвард Спелман, адвокат мистера Чизуэлла. А что вы тут делаете мисс Миллс?       − Я увидела свет в доме и подумала, что это вернулась Эмма, мы с ней подруги, я решила её навестить. Простите, что вторглась таким образом. Надеюсь, мистер Чизуэлл не накажет Эмму из-за меня.       − Мистер Чизуэлл уже никого не сможет наказать. Он умер. Собственно поэтому я сюда и приехал, забрать некоторые документы.       − Умер?! О боже! А дом, что будет с домом? А работа Эммы?       − Дом продадут, деньги пойдут в благотворительные фонды, у мистера Чизуэлла наследников не было, по завещанию всё на благотворительность. Должность Эммы придется сократить, к сожалению. По крайней мере, пока, может быть, когда найдется новый владелец, он захочет взять её обратно.       − Но вы же заключили с ней ещё контракт на год, неужели она не может продолжить работу хотя бы пока год не пройдёт, − у Реджины гулко билось сердце в груди.       − В связи с возрастом мистера Чизуэлла в новом договоре был пункт, что если он скончается, договор о найме расторгается автоматически.       − Ужасно! – Вырвалось у Реджины. – Вы уже сказали ей?       − Ещё нет, всё случилось очень быстро, старик скончался ночью, я занимался всеми его делами первостепенной надобности и вот приехал за одним документом, наверно, обратно уже не успею вернуться, придётся завтра утром. Связь тут у вас ужасная, поэтому позвоню ей завтра.       − Понятно, спасибо мистер Спелман, извините за беспокойство.       − До свидания, мисс Миллс.       − Прощайте. – Реджина отперла калитку изнутри, вышла через неё и побрела домой. Она была как в прострации. Эмме только этого не хватало, остаться без работы. И позвонить она ей пока не может, поговорить заранее, пока этот бесчувственный бюрократ не сказал ей сухим языком, что она уволена. Миллс чувствовала себя ужасно и не могла найти себе места. У подножия холма она увидела дом О’Синов, в окнах приветливо горел свет и у женщины появилась идея. Она постучалась и ей открыла Дженна.       − Мисс Миллс! Какими судьбами?       − Дженна, я могу воспользоваться вашим сотовым телефоном? Или телефоном Мартина? Мне нужно позвонить Эмме, а свой телефон я утопила.       − Да конечно, заходите. Может чайку?       Реджина согласилась на чай, её всю трясло, от холода и переживаний, а чай Дженны обязательно с пирогом и вареньем был всегда кстати. Пока хозяйка накрывала на стол, Реджина принялась звонить Эмме, но связь, в самом деле, была ужасная, и звонок постоянно срывался, а когда, наконец, прошёл, девушка не сняла трубку. Тогда Реджина отправила ей СМС о том, что она утопила свой телефон, но скоро у неё будет новый и она обязательно позвонит.       − Ну как, удалось дозвониться? – Поинтересовалась Дженна, когда Реджина вышла на кухню.       − Нет, связь не ловит, да и Эмма не отвечает. Я ей отправила сообщение, предупредила, что я без телефона.       − А что приключилось то? – Поинтересовался Мартин. – Я видел свет в особняке, думал, это Эмма и вернулась.       − Я тоже так решила, но это адвокат Чизуэлла. Старик умер, дом продадут кому-то, а Эмму уволят автоматически по условиям её трудового договора. Хотела её предупредить прежде, чем адвокат позвонит, но не вышло.       − Ох, ну и дела, − воскликнула Дженна, − скверные новости, очень скверные.       − Если особняк продадут какому-нибудь молодому и деятельному типу, нам тут житья не будет, − мрачно добавил Мартин, − а мы с тобой Джен, пострадаем в первую очередь, как ближайшие соседи.       − Только этого не хватало, − женщина всплеснула руками.       Реджина понимала за что переживают О’Сины, об этом в самом деле стоило беспокоится, но сейчас она в первую очередь думала про Эмму. Поблагодарив хозяйку за чай, женщина вернулась к себе. Она не стала просить Мартина или Дженну не рассказывать о смерти Чезуэлла, пусть слухи ползут, люди должны знать, что скоро в их тихий и привычный мирок придут изменения и пусть будут готовы к этому заранее.