Один из них должен погибнуть от руки другого

Пришли авроры; двое последовали за Гарри вверх по лестнице, остальные же остались с министром в холле. Кингсли не выглядел очень довольным этим — всё-таки он был солдатом. Ему не нравилась идея пропускать других людей вперед себя, дабы те убедились, что ему безопасно входить, но таков протокол. Волдеморт напряжен, когда они входят в библиотеку. Гарри не уверен, как он понял это — не было никаких внешних признаков, которые могли бы указать на это: он выглядел так же безразлично, как и всегда, но Гарри, в любом случае, смог увидеть это. Он был напряжен с тех пор, как они получили письмо сообщающее о «визите», вскоре после появления новостей о смерти Толстоватого. — Стоять! — рявкнул Уильямсон, приближаясь к Волдеморту. На секунду Гарри подумал, что тот не послушается. Но он встал, и сделал это так, будто давно собирался, будто это было его собственным решением. Другой аврор помоложе, которого Гарри не знал, схватил руки Волдеморта, вывернул рукава и проверил наличие подавителей. Гарри поморщился на столь грубое отношение, в основном из-за понимания, что это излишне. Если бы у Волдеморта не было этих браслетов, эти двое уже были бы мертвы. Волдеморт даже бровью не повёл, но Гарри поразила ярость в его глазах. Он не видел ее с тех пор, как Волдеморт перешагнул порог Гриммо. — Гоменум Ревелио! — выговорил Уильямсон, подождав, пока заклинание покажет, что они одни. Честно говоря, Гарри немного оскорблён, но говорит себе, что это обычная, даже разумная мера предосторожности. Волдеморт мог держать его под Империусом, или кто знает под чем еще. Гарри надеется, что по этой же причине они не казались убежденными его словами о том, что Волдеморт закован и, да, они здесь совершенно одни. — Можете войти, министр, — громко позвал Уильямсон, и Гарри с Волдемортом обменялись короткими невольными ухмылками за секунду до того, как Вальбурга заверещала в коридоре. — Я сказал тебе говорить потише! Теперь ты поднял ее! — голос Кингсли поднимался вверх по лестнице. — Держи портьеры, Сэвидж, помоги мне закрыть их. — ГРЯЗНОКРОВНЫЕ ПРЕДАТЕЛИ ВЛОМИЛИСЬ! — Сильнее! — приказал Кингсли. — ЖИВОТНЫЕ! ПРЯМОХОДЯЩИЕ СВИНЬИ! Им понадобилась минута или две, чтобы управиться с портретом. Волдеморт сел. — Стоять! — рыкнул Уильямсон. — Нет, — вмешался Гарри. — Это мой дом, — напомнил им он. — Любой, кто хочет, может сесть. Никто не двинулся с места. «Как Волдеморт делает это?» — вновь поразился Гарри. Он пленник, он носит тяжёлые подавители, у него нет палочки, и все же он умудряется сидеть за столом и выглядеть непринуждённо, будто не замечая, что окружившие его люди вооружены. Впрочем, палочка Гарри покоится в его кармане. — Кто убил Толстоватого? — перешел прямо к делу Кингсли. — У меня отсутствуют пророческие способности, — протянул Волдеморт. — В ином случае я бы здесь не сидел. — Хватит нам тут мозги пудрить. Рассказывай! Кингсли выглядел немного не в своем уме; Гарри знает, что у них дела плохи. Не прошло и двух месяцев с тех пор, как Министерство публично сожгло тело Лестрейнджа и уверило людей, что они в безопасности, как случилось это. Гарри и сам получил десятки писем с вопросом, что он думает обо всем этом. — Знаешь, жалкое подобие волшебника, если ты хочешь, чтобы люди делились с тобой информацией, ты должен вежливо об этом попросить. — Это мой дом! — громко произнес Гарри. — Никаких оскорблений! Все проигнорировали его, испепеляюще глядя друг на друга. Кингсли вовсе не выглядел смущённым этими словами, он, вероятно, слышал от Волдеморта вещи и похуже. — Я скорее упаду замертво, чем буду говорить с тобой вежливо. — Это можно устроить, — Волдеморт откинулся на спинку стула, и даже это маленькое движение заставило младшего из авроров вздрогнуть и приподнять палочку. — Он не знает, — повторил Гарри то, о чем говорил до этого в письме. Или, по крайней мере, он так заявляет. Но почему-то Гарри думает, что это правда. А даже если нет, Волдеморт никогда ничего не скажет аврорам. Если он и обладает какой-то информацией, то поделится ею с Гарри, как только они договорятся о цене, как обычно. Ввалившиеся к ним авроры ничего не узнают. — Ты… наивный, если веришь ему, — прошипел Кингсли. — Мальчик сказал никаких оскорблений, — заговорил Волдеморт прежде, чем Гарри успел открыть рот. — Не перенимай это на свой счёт, Поттер. Министр любит поговорить, но в том, чтобы слушать он не так хорош. — Это, наверное, Долохов, — сказал Кингсли, стискивая челюсть. — Так что, вы нам сейчас… — Это был не Долохов, — сказал Волдеморт, и Гарри изо всех сил постарался не ерзать. «Блядь, — пролетела у него мысль. — Ебаный пиздец». Сейчас Министерство будет продолжать идти по ложному следу, пытаясь найти мертвого человека. — На свободе осталось не так уж и много Пожирателей. Он наш главный подозреваемый. «Блядь». Гарри мог признаться, взять вину на себя. Он уже приготовился ответить, но Волдеморт оборвал его: — Он скончался. «Что?» — Серьезно? — Кингсли прищурился. — И как ты это узнал? Волдеморт даже не посмотрел в сторону Гарри, вперив взгляд прямо в Кингсли. Авроры в углах поморщились, стоило ему издать презрительный смешок. — Вам стоит получше проверять своих авроров. Маленькие психопаты, некоторые из них. Вы знали, что у Робардса были садистские наклонности. Я многократно говорил ему, где найти Долохова, и он решил, что его коллеги — идиоты, после того, как они позволили Долохову сбежать в прошлый раз. В итоге он пошёл один. Он хвастался мне, что заставил Антонина страдать перед смертью, или что-то вроде, признаться, я не особо прислушивался к его болтовне. Сердце Гарри стучало в грудной клетке так громко, что он удивлялся, как никто больше этого не слышит. «Зачем он это делает?» Лучшее доказательство верности заявления Волдеморта — лица Кингсли и Сэвиджа, по которым можно было прочесть, что они считают такую версию событий вполне вероятной. — Замечательно. Но Лестрейндж мёртв, а он стоял за предыдущими нападениями… — Это был не он, — скучающе протянул Волдеморт. — Я отчетливо помню, как говорил вам об этом ещё в самом начале. — Ты солгал. Все пойманные Пожиратели подтвердили, что это был Лестрейндж. — Так получилось, что я на личном опыте знаю, как ваши люди проводят допросы. Позвольте мне высказать предположение… Кингсли открыл рот, но Волдеморт словно и не заметил этого. — Вы их арестовали, спросили, кто стоит за атаками. Они сказали, что не знают. Вы им не поверили. Вы натравили на них Робардса. Некоторые раскололись. Робардс стал задавать наводящие вопросы, как он это умеет делать: «Это был Лестрейндж, да?». Потому что он хотел выставить Рудольфуса виноватым, ведь для него это имело смысл; потому что это легко. Уставшие и ослабленные от пыток, они сказали «да», чтобы их оставили в покое, — улыбнулся Волдеморт, но выглядело это… тревожаще. — Я ошибаюсь? Он, кажется, и не ждал ответа. — И тогда вы все накинулись на Рудольфуса, так отчаянно желая схватить его, что позволили Поттеру прийти ко мне, в надежде, что я брошу Лестрейнджа. И я сделал это. Выдал его. Я выполнил свою часть сделки. Но за нападениями стоял не он. Вот и причина, почему они продолжаются и будут продолжаться, даже после его смерти. Судя по выражению лица Кингсли, тот напуган не меньше Гарри. Это они начали эту игру. Но переиграли сами себя. — Я сказал тебе прекратить пытать людей, — в ярости прошипел Гарри. — Я сказал тебе просто придерживаться Веритасерума. — Он многих научил сопротивляться ему, — Кингсли не собирался отступать. — Да, — подтвердил Волдеморт. — Но не всех. И лишь трёх из них я обучил ментальным искусствам. Так что вы могли просто использовать Легилименс… Ой, подождите. У вас же нет ни одного способного на это человека. После произошедших событий, осталось лишь несколько достаточно талантливых для этого волшебников, и эти люди слишком хороши для работы в Министерстве. — Так кто стоит за всем этим? Кто… — Я. Не. Знаю, — четко разделяя каждое слово, произнес Волдеморт. — Может быть, вы поверите мне на этот раз. А если нет, всегда же можно пойти в Азкабан и запытать еще горсть Пожирателей, пока те не выдавят из себя очередное имя? Это будет забавно, наблюдать, как вы преследуете не того человека снова. — Ты что-то знаешь. Ты всегда что-то знаешь, — сказал Кингсли. — И ты расскажешь нам. — Разве мы уже не проходили через это? Вы знаете, что не расскажу. В этот раз вам нечего мне предложить. Разве что, конечно, вы хотите снять с меня подавители. Если так, то обещаю, что сразу после того, как убью вас, я найду тех, кто стоит за нападениями и убью их тоже. — Мне нечего тебе предложить, — сказал Кингсли. — Но в этот раз есть вещи, которые я могу у тебя отнять. Вещи, которых у тебя не было ранее. Кажется, тебе здесь комфортно, сыто. Тебе хотелось бы лишиться этого? Вернуться в свою маленькую камеру? Лицо Волдеморта с рыком исказилось. — У тебя есть тридцать секунд, чтобы сказать что-нибудь и начать сотрудничать, или ты с нами вернёшься обратно. Часы стали отсчитывать секунды. Гарри вытащил палочку. Когда Кингсли резко кивнул, и авроры двинулись по направлению к Волдеморту, Гарри вышел вперёд и прямо посмотрел на них. — Он останется здесь, — сказал Гарри, и ни его голос, ни палочка в руке не задрожали, хотя внутри все дребезжало. От него не ускользнула ирония судьбы: он стоит спиной к Волдеморту, глядя на трёх авроров и министра магии, и защищает его. Кингсли выглядел ошеломлённым, а авроры же были в ярости. На него были направлены три палочки. Свою же Гарри направил на Сэвиджа, самого опасного из них. «Что ты нахуй творишь?» — Он сдержал своё слово. Вся информация, что он нам предоставил, была точной. Мы хотели Рудольфуса, и он тебе его выдал, — пытался образумить их Гарри. — Ты знаешь, что даже если ты вернёшь его назад, даже если станешь пытать его, он ничего тебе не расскажет. Ты это знаешь. Так зачем же ты тогда затеял все это? Как его страдания помогут вам? Кингсли не ответил. Они зашли в тупик. И тогда авроры синхронно отступили, заполняя бреши и полностью закрывая Кингсли. И Гарри знал, что это не он со своей палочкой заставил их встать в оборонительные позиции. Нет, это Волдеморт, что встал сейчас. Гарри чувствовал его за своей спиной, очень близко. — Я бы не расстраивал Поттера, министр, — его крайне мягкий голос прозвучал где-то у Гарри над головой. — Говорят, он страшен в гневе. Победитель темных лордов и всё такое. — Можешь сесть? Просто… пожалуйста, — попросил Гарри; напряжение в комнате было таким густым, что начинало душить его. Все были как на иголках; одно лишнее движение Волдеморта, малейший повод, и может случиться что-то ужасное. Если Гарри и победит трёх авроров и одного бывшего аврора, хотя вероятность такого исхода крайне мала, то что будет потом? Он сбежит вместе с Волдемортом? Потому что Кингсли точно вернется с подкреплением. А если Гарри проиграет, то у него появится возможность разделить камеру с Волдемортом. Кажется, Кингсли думает о невероятном скандале, который раздует пресса. Гарри Поттер — арестован. А они даже не смогут сказать почему. Хотя Рон и Гермиона знали. И Кингсли не обманывал себя тем, что они позволят ему забрать Гарри без лишнего шума. — Мы уходим, — приказал Кингсли своим людям. Волдеморт все еще стоит рядом с Гарри. — Жду тебя в своем кабинете завтра в девять, Поттер. — Я приду, — пообещал Гарри, опустив палочку, стоило аврорам удалиться. Они стояли в напряженной тишине. Кто-то, наверняка Кингсли, с грохотом разбил что-то в коридоре, просто чтобы досадить Гарри. — МЕРЗОСТЬ! ПРЕДАТЕЛИ… Послышался хлопок парадной двери. Плечи Гарри опустились; он разворачивается и обнаруживает, что находится в опасной близости к зелёной мантии Волдеморта. Он почти коснулся ее носом. Гарри сделал шаг назад и поднял взгляд на Волдеморта. — ДРЕВНЯЯ ЧИСТАЯ КРОВЬ… — Почему ты солгал про Долохова? — первое, что он спросил. — Как ты узнал, что он мертв? — Ты выглядел таким виноватым, после того как я рассказал о нем. И я знаю, что ты бы никогда не «потерял интерес», если однажды загорелся чем-то. Кто убил его? Разрушитель проклятий? — Не важно, — сказал Гарри. — Почему ты солгал ради меня? — Мне нравится лгать им, — ответил Волдеморт секунду спустя. — Это наполняет меня удовлетворением. Он снова уменьшил расстояние между ними. Гарри приходится отклонить голову назад, чтобы иметь возможность удерживать его взгляд. — Посмотри на нас; соучастники убийства. Мы далеко зашли, не думаешь? — Это не так… — Это определенно так. — МОИ ПРЕДКИ СТРОИЛИ ЭТОТ ДОМ С… — Мой маленький герой, — протянул Волдеморт. — То что ты заступился за меня, несомненно, очень трогательно. Но я не нуждаюсь в этом. Мне не нужны твоя помощь или твоя жалость, — его ярость вернулась, хотя и в меньшем размере. — Лорду Волдеморту никто не нужен, Гарри Поттер. — …КАКОЙ ПОЗОР ПРИНИМАТЬ ЗДЕСЬ СОЗДАНИЙ, ОСКВЕРНЯЮЩИХ ЕГО. — Ты поможешь мне задернуть портьеры? — спросил Гарри, решив, что обстановка становится все более некомфортной. «Слишком близко, он слишком близко». И стоило только гневу истаять, к Волдеморту возвращается привычное пустое выражение лица. — Я отказываюсь пытаться сдержать магический портрет, к тому же довольно сильный, столь магловским способом. Это бесполезное занятие, как ты мог догадаться по прошествии стольких лет. — И ТЕПЕРЬ ЕЩЁ ОДИН ГРЯЗНЫЙ ПОЛУКРОВКА ЖИВЕТ… — Насколько ужасны твои навыки трансфигурации? — спросил Волдеморт и отошёл по направлению к лестнице. Гарри наконец смог вздохнуть поглубже и снова ясно мыслить, стоило возникнуть даже небольшой дистанции между ними. — Я получил Выше Ожидаемого по СОВ, — сказал он, идя рядом. — Не по ЖАБА? — Нет. Я был занят — меня преследовал один сумасшедший убийца, так что я не смог вернуться на седьмой курс, а позже, когда всё закончилось, я не вернулся… Волдеморт издал звук, который в равной степени мог быть и раздраженным, и веселым. — Тогда похоже, что я задолжал тебе парочку уроков, дабы заполнить пробелы в твоём образовании. — Хах, нет, спасибо. — Как знаешь, — Волдеморт остановился напротив портрета Вальбурги, которая получила второе дыхание, увидев их в лицо. — ДА ЧТОБ МЕРЛИН ПРОКЛЯЛ ВАШУ ГРЯЗНУЮ КРОВЬ, ЗАСТАВИЛ УПАСТЬ ВАС ЗАМЕРТВО ТАМ, ГДЕ ВЫ СТОИТЕ… — Это уровень СОВ, так что даже ты должен справиться. Преврати карнизы в змей. Гарри недоуменно посмотрел на него, но потом… конечно. Он радостно усмехнулся. Довольный, он направил свою палочку и четко произнес заклинание. Карнизы крутанулись, и секунду спустя с разных сторон их заменили две змеи. — Прискорбно, — вздохнул Волдеморт, без сомнения комментируя цветочный узор, все еще запечатлённый на змеиных чешуйках. — Я сделал это специально, — ухмыльнулся Гарри. — Так они выглядят красивее. Волдеморт зашипел, и змеи моментально стали извиваться и ползать кругом, пока не сцепились своими головами, удерживая шторы закрытыми. — Ты в лучшем случае зауряден, так что не расчитывай, что они продержатся долго, — сказал Волдеморт, но Гарри был слишком счастлив избавиться от Вальбурги, пусть даже и временно. — Ладно, мы просто сделаем это снова, когда они вновь превратятся в карнизы. — Полагаю, да.