Свет повсюду

На самом деле, в этот день Лань Мин планировала не только побывать на ярмарке вместе с друзьями, но и расчитывала отыскать достойный подарок для Лань Ванцзи в благодарность за всё, что он для неё сделал. А потому, это было дело второстепенной важности. Выбрать было… сложно. Ханьгуан-цзюнь сам по себе закрытый человек и узнать что-то конкретное о его предпочтениях было практически невозможно. Лань Мин даже попыталась узнать что-то у его брата, но тот не смог подсказать чего-то дельного, кроме того что: он будет рад всему, если это подаришь ты. Вся надежда оставалась на Лань Сычжуя. Всё же он был ему приёмным сыном, что в своё время изрядно удивило девушку, и это был второй человек из ордена, кто хорошо знает Второго нефрита. К её разочарованию она услышала лишь то, что и сама успела за время их знакомства узнать. Но кролики у него уже есть, а идей больше нет. В таком случае, ей оставалось лишь надеяться, что ему понравится то, что она выберет на свой вкус. Пока девушка задумчиво обходила прилавки с сувенирами, Лань Цзинъи всё это время с хитрицой поглядывал на неё, идя с Сычжуем чуть поодаль. Ему всегда казалось странным то, что Ханьгуан-цзюнь вдруг решил сблизиться с их подругой. Неужели своей флейтой зачаровала его? Впрочем, когда он в шутку спрашивал её об этом, Лань Мин лишь смеялась, не пытаясь даже опровергнуть это. Удивительно, как сложно было её смутить. Наверное, у неё на такое иммунитет. А попытки — чисто из интереса, нет, она мне не нравится — были. И все провальные, как жаль. Насколько же бесстыдна эта девушка и каким образом она оказалась в их ордене, щекотало интересом где-то внутри. Одно лишь воспитание удерживало его от подобных вопросов, оставляя свои мысли не озвученными. — Что ты пытаешься найти? — когда Лань Мин с нахмуренным лицом отошла от пятого по счёту прилавка, поинтересовался Сычжуй, подойдя ближе к ней. Хмурость сменилась растерянностью. Зная характер одного их товарища, она внутренне подготовившись, вслух ответила: — Помнишь я спрашивала про предпочтения Ханьгуан-цзюня? — дождавшись утвердительного кивка, она продолжила. — Так вот, я сегодня планировала купить подарок, но совсем не представляю что ему дарить, всё кажется бесполезным хламом. Ожидания оправдались и Лань Цзинъи довольно прищурился, будто только и ждал её признания: — Мин-цзе, тебе так нравится Ханьгуан-цзюнь? — Нет, это… не то, — она спокойно покачала головой и едва заметно усмехается, замечая разочарование на чужом лице. — Хочу поблагодарить его. Ни тени смущения. И как она так может? — Всего-то, — фыркнул парень, на что получает несильный тычок в бок от Сычжуя, а потому быстро исправляется, указывая рукой: — Я видел что-то интересное на той стороне, пошли. Лань Цзинъи умел быть милым, если того хотел. Переглянувшись с Лань Сычжуем, Лань Мин не удержалась от улыбки. Длинные улочки были заполнены прилавками со всяким разным, но товары были похожи в каждой лавке и потому, чтобы купили именно твой товар, торговец был просто обязан обладать таким красноречием, чтобы покупатель купил не только то, чего хотел, но и пожелал приобрести что-то вдобавок. У торговца Нань с этим проблем не было, он умел расположить к себе, и заметив потенциального покупателя рядом со своей лавкой, принялся изливаться соловьём: — Здравствуй, красавица, чего желаешь? — Что-то, что может быть полезным, — девушка пропустила очередную лесть мимо, внимательно всматриваясь на выставленные изделия. Двое молодых людей подошли ближе к девушке, желая тоже посмотреть. — Как видишь, товаров у меня много, — обведя рукой стол с украшениями и полочки с посудой, улыбался Нань в свои усы с проседью. Глаз ни за что не цеплялся, интерес потухал и заметив это мужчина более активно стал показывать свои самые лучшие изделия — расписная посуда была не так уж популярна в этих краях и привлечь внимание могла запросто. Конечно же он не прогадал и заметил вернувшийся интерес, когда девушка взяла в руку чайник. Маленький глиняный чайник с узором, напоминающим еловые веточки. — А у вас хороший вкус, — одобрительно покивал торговец. — Этот глиняный чайник долгое время сохраняет тепло напитка, и вкус при заваривании в глиняном чайнике лучше раскрывается, а какой восхитительный аромат даёт, — не давая и слова вставить, он извлёк откуда-то из-под прилавка ароматные травы, рассказывая об их полезных свойствах. Лань Мин даже сама не заметила, как купила у этого торговца и чайник, а к нему две маленькие чаши, и сам чай. Мальчишки никак не прокомментировали её выбор, точнее Лань Цзинъи хотел вставить словечко, но ему тактично не позволил друг, закрыв ему рот и чересчур широко улыбаясь, тем самым призывая к молчанию. Сложив свои покупки в мешочек цянькунь, девушка со спокойной душой продолжила веселиться, направившись к лавкам со всякими вкусностями и увлекая друзей за собой. Но ничто не вечно, прямо как это яблоко в карамели, что они доедали, так и день стал сменяться вечером. А это значило, что пора возвращаться. Даже если очень хотелось остаться гулять вплоть до закрытия самой последней лавки. Может быть, Лань Мин даже бы и решилась так поступить, да только нефритовый жетон был у мальчишек, а нарушать правила Облачных глубин им точно не стоило, на них и так в последнее время подозрительно косятся за то, что они дружат и выгораживают непослушную девчонку. Они успели вернуться, когда до отбоя было ещё три часа. Побыстрее распрощавшись, дабы их вместе не заметили, Лань Мин поспешила вернуться в женское крыло. Она догадывалась, что спокойно вернуться в Облачные глубины не получится, но никак не ожидала встретиться с прогуливающимся главой ордена. И судя по его неодобрительному выражению лица — он знал что она покинула Гусу без спроса. — Я слышал, тебя потеряли на женской половине, — мужчина подошёл ближе к стыдливо потупившей взгляд девушке. — Сегодня была крупная ярмарка, я не могла её пропустить, но меня не отпустили. А вас не было, — придав своему голосу грустные нотки, Лань Мин решилась посмотреть в глаза главе. До знакомства с Лань Ванцзи она даже и не видела, как глава выглядит. И уж точно никогда бы не подумала, что они будут так по-дружески разговаривать: будто он и не глава вовсе, а она не обычная ученица, должная держать дистанцию с высокопоставленным лицом. У главы оказалось мягкое и доброе сердце, это можно было понять спустя пару бесед с ним, а потому если его очень хорошо попросить, он мог уступить в чём-то, как например сегодняшняя прогулка по городу. Вот только глава несколько дней отсутствовал в ордене и ей не повезло попасться ему на глаза, когда Цзэу-цзюнь уже вернулся. Несмотря на всю свою доброту, он не одобрял когда правила его ордена намеренно нарушали и поблажек делать не собирался даже тому, кому симпатизировал. — Ты ведь знала, что тебя за это накажут, — устало вздохнул Лань Сичень, прекрасно понимая, что данный факт девушку давно уже не пугал. Когда это всё началось? В какой-то момент о ней стали говорить все, кто его окружал: сначала дядя, потом брат, а иногда её имя проскальзывало и в разговоре одного из лучших, для своего возраста, адепта Гусу Лань с приёмным сыном Ванцзи. — Что же ты хотела найти на этой ярмарке? — Подарок хотела купить, — немного оживилась Лань Мин, поправляя свои одежды с прикреплённым на поясе мешочком. — И кому же? — не сдержал своего любопытсва Лань Сичень. — Для Ханьгуан-цзюня, конечно! Он столько всего сделал для меня и мне хотелось его как-то отблагодарить. После просьбы Ванцзи разрешить брать с собой определённую ученицу на несложные миссии, мужчина просто не мог ему отказать. Брат после тридцати трёх ударов дисциплинарным кнутом был словно тенью самого себя, закрылся в себе ещё больше, мало ел и почти ни с кем не разговаривал. Найти его можно было в отдалённом месте для медитаций или в библиотеке. И когда в его глазах снова появился тот огонёк жизни, пускай и слабый, но горевший как в те дни когда он был ещё адептом, Лань Сиченю хотелось сохранить его во что бы то ни стало. Даже если все старейшины ордена этому воспротивятся, он хотел видеть, что его брат счастлив. Сейчас глава ордена он, и у него пока есть силы давать им отпор. — Глава Лань, я и вам взяла подарок, — словно вспомнив о чём-то, Лань Мин завозилась с мешочком цянькунь, запуская руку внутрь и пытаясь там что-то найти. Нашарив нужное, она с улыбкой вытащила из него тряпичный мешочек с какими-то травами и протянула мужчине. — Это мятный чай, торговец сказал, что он хорошо помогает при утомлении. Такая неожиданная забота трогает. В своё время, эта девочка смогла заинтересовать его брата и Лань Сичень не мог не заинтересоваться ей тоже, желая узнать кто же смог пробить ледяной барьер Лань Ванцзи. Они встретились на её первой совместной миссии с Ванцзи, когда Лань Сичень решил их проводить и заодно посмотреть на ученицу, за которую просил его брат. К слову, было неожиданно, когда из отчёта по этой девочке выяснилось, что она была кровной Лань, рождённая вне ордена и жившая в одном из когда-то богатых домов до того, как её приняли в орден. Скорее всего, потому она и вела себя так нагло, не желая подчиняться многим правилам Гусу Лань. Так как Лань Мин живёт на женской половине, а он глава ордена, у которого слишком много дел, они мало видятся, однако те редкие встречи, которые он изначально устраивал с целью узнать о состоянии Ванцзи, стали чуть чаще уже совершенно по другим причинам. Было приятно быть для кого-то просто интересным человеком, от которого не ждут принятия важных решений, помощи в чём-то, а всего лишь наслаждаются компанией. — Кто-нибудь ещё видел, как ты возвращаешься? — с лёгкой улыбкой принимая подарок, Лань Сичень подумал, что он всё же слишком мягок. — Нет, вы пока первый. — В таком случае я сам выберу для тебя наказание — с завтрашнего дня ты будешь помогать мне с отчётами всю неделю. Тебя хвалят за красивый почерк, а записывать будешь с моих слов. Брату и твоей наставнице я об этом сообщу. — Ого, и всё? Провести с вами всю неделю не кажется наказанием. Глава Лань слегка опешил, удивлённо округлив глаза и тут Лань Мин поняла, что прозвучало это совершенно неприлично и попыталась сгладить свои слова: — Ну, то есть, я буду рада помочь вам. Быть главой наверное сложно, но вы всегда можете положиться на меня. Наблюдательная. Да и он не пытался скрыть следы усталости. До женского крыла они дошли в молчании и когда пришло время расставаться, мужчина с теплотой во взгляде повернулся к ней: — Скоро отбой, желаю хорошо выспаться. — Вы тоже хорошо отдохните, — с улыбкой поклонившись, девушка отправилась к комнатам для проживания, а вот Лань Сичень решил не откладывать дела на потом и последовал к её наставнице. Как и говорил глава Лань, всю следующую неделю девушка отбывала своё наказание за написанием отчётов — это было не сложно, но довольно скучно, что ей оставалось лишь посочувствовать главе, что ежедневно этим занимается. Попадались конечно и интересные документы, которые тоже приходилось разбирать, но в большинстве своём это были жалобы обычных бедняков на нечисть, что портила урожай, на соседей и просто какие-то россказни основанные на беспочвенных слухах с целью напугать деревенских. Были во всём этом и плюсы — закончив все запланированные дела, оставалось ещё время на беседы, где глава хвалил её за хорошо сделанную работу. Родители и Учитель Фа наверняка бы гордились ей. Изредка, глава Лань сравнивал её поведение с кем-то, не называя его имени, но это точно был мужчина, а потом, видимо осознавая что говорит об этом вслух, лишь улыбался и переводил тему разговора. Лань Мин так и не поняла с кем именно, но возможно черты этого человека пытался найти в ней и Лань Ванцзи. Почему-то это расстраивало и было немного неприятно. Не думать, не думать об этом! Это могут быть просто её выдумки. Помотав головой, желая выкинуть из головы мысли об этом, Лань Мин направилась на ту самую музыкальную поляну с кроликами, взяв с собой Чэнъюй. Неделя наказания довольно быстро закончилась, а значит помощь по ордену и глупые миссии снова ждали её. Вообще, глава обещал решить вопрос с миссиями для юношей и девушек, а то как-то нечестно получается, что одним всё — а другим ничего, к тому же это противоречило некоторым правилам, которые придумали уже давно. Если уж Лань Мин предстояло жить в этом ордене, то она приложит все силы для того, чтобы в ней видели точно такого же заклинателя, а не деву на выданье ради сильного потомства. Глава Лань отчасти принимал её суждения, но воспитание ордена в большинстве своём брало вверх, а значит действовать предстояло неспеша, постоянно обосновывая свою точку зрения и кому-то что-то доказывая. На помощь девушек из этого самого ордена можно было и вовсе не надеяться — когда с самого детства тебе твердят как надо себя вести и в чём смысл твоего существования; помочь могли бы разве что приглашённые ученицы, у которых хватит смелости противостоять давно устаревшему режиму. И очень удачно, Глава Лань упоминал, что совсем скоро орден собирается объявить о новом наборе учеников из других орденов. Спокойная мелодия разлилась в воздухе, прекрасно дополняя музыку ветра и звуки шелеста деревьев на поляне, привлекая одного из кроликов Ванцзи, что показался на глаза, забавно шевеля ушами. Из тех двух, что Лань Ванцзи ей показывал он был самым энергичным и почти не давался в руки, в отличие от второго, что был просто само спокойствие и постоянно что-то монотонно жевал, в зависимости от того, чем угостишь. По мнению Лань Мин, больше всего по вкусу ему был капустный лист, так как его он жевал активнее. Как то этим наблюдением она поделилась с Ханьгуан-цзюнем и тот стал постоянно кормить его капустным листом. Палочка благовоний уже наполовину сгорела, как на поляне появился сам Лань Ванцзи с кроликом на руках, что дожёвывал остатки капусты. Мелодия подошла к концу и закончив играть, девушка убрала свою флейту за пазуху, чтобы потом встать и приветливо поклониться мужчине. — Я хотела встретиться с вами, — радостно прощебетала Лань Мин, нетерпеливо теребя мешочек цянькунь, который казалось даже потяжелел. Брови Второго нефрита слегка приподнялись, выражая удивление чужой радости от встречи с ним. — Мгм, — губы сложились в подобие улыбки. Этому лицу были всё ещё чужды эмоции. Неделю назад брат сообщил ему, что Лань Мин будет занята отработкой. И каждый раз, когда кто-то сообщал ему похожую новость, он всегда спрашивал «За что»? Брат тогда ответил, что она пошла гулять в город с кем-то из мужского крыла. Лань Ванцзи было не сложно догадаться с кем именно. Каким-то образом его подопечный сдружился с девушкой и как бы они не старались это скрыть, но никто кроме А-Юаня и его друга не заступались за неё перед старшими, когда девушку ловили на мужской половине. То, что они подружились, почему-то радовало его. — И если вы позволите, мне бы хотелось подарить вам кое-что, — закопошившись, девушка направила свою духовную силу на мешочек, извлекая из него свёрток с чем-то большим. Ей почему-то показалось, что сейчас она выглядит до невыносимости глупо, а потому, прежде чем вручить подарок, быстро проговорила: — Если вам не понравится, можете выбросить. Отпустив кролика и аккуратно приняв подарок, мужчина уверенно сказал: — Нравится. — Вы даже не посмотрели! — возмутилась Лань Мин. Развернув свёрток и наконец посмотрев на то, что там внутри, Лань Ванцзи не изменившись в лице, повторил: — Нравится. Похоже, ему и правда было не важно какой подарок. И этот взгляд, которым он посмотрел на неё, словно ждал чего-то ещё, но девушка так и не поняла чего именно. Спросить язык не поворачивался под этим пронзительным взглядом, от которого становилось как-то неуютно. Уходила Лань Мин со смешанными чувствами. Этим же днём, Лань Ванцзи вернувшись в свою комнату проживания обвёл её оценивающим взглядом. Свободного места было много. Выбрав наиболее понравившееся, поставил чайник на полку, а сбоку от него чашки. Выглядело вполне неплохо. Пузатый глиняный чайник с чашками гордо красовались среди остального декора комнаты на самом видном месте. Довольно кивнув самому себе, Лань Ванцзи сел за стол, беря в руки непрочитанный трактат, изредка отвлекаясь на полку, будто проверяя на месте ли подарок. К слову, посудой он так и не воспользовался.