Сквозь времена

      Антони проснулся рано. Его комнату освещали лучи солнца. Отойдя от сна, он встал, надел свою одежду и вышел из покоев. Только покинув светлую комнату, Антони почувствовал аромат еды. Войдя в палату, где он ужинал прошлым вечером, он увидел накрытый стол, где располагались небольшие глиняные горшочки, в которых была овсяная каша. Рядом с каждым горшочком лежал ржаной хлеб, а также стояли стаканы с разлитым киселём из пшеничного отвара.       Пока Антони разглядывал, что было на столе, в палату вошёл Арсений. — Гой еси, добрый молодец, — сказал боярин, войдя в палату и заметив Антони. — Здравие, — ответил парнишка. — В ногах правды нет, присаживайся, — широко улыбнувшись недавно проснувшемуся гостю, Арсений отодвинул свой стул, призывно подмигнул замявшемуся юнцу и обвёл стол рукой, призывая Антони сесть вместе с ним и отведать блюд всяких. Юноша охотно присел за стол напротив Арсения, и они приступили к еде.        Как выяснилось, овсяная каша была не только аппетитна на вид, но и оказалось безумно вкусной. Вкус киселя заставил Антони окунуться в воспоминания о детстве, когда его мама готовила этот чудесный напиток для любимого сына. Этот вкус навсегда врезался в память Антони. А запах ржаного хлеба напоминал о том, когда отец возвращался с работы, и мама пекла большую булку черного и ароматного хлеба, а позже они садились ужинать. Антони немного загрустил, но старался не подавать вида, чтобы не тревожить Арсения по такому, возможно, глупому поводу.       Позавтракав, боярин позвал служанку и приказал отвести парня в мастерскую для снятия мерок и немедленно приступить к шитью костюма. — Я тотчас отправляюсь в Европу. Долго там не задержусь. Ты пока хозяйничай тут, а коли хочешь чего, так сразу прикажи, и будет сделано, — сказал Арсений. — Да что же, я многого прошу? Мне бы хлеб, да вода, и того достаточно. С Янисом по ветру мчать. Большего не надо, — улыбнувшись, ответил Антони своему собеседнику. — Хорош, малец! Смышленый ты, парень. Нравишься ж ты мне! , — посмотрев прямо в изумрудные глаза, произнёс боярин. — И все же есть одна у меня просьба, — сказал Арсений, чуть наклонившись к лицу Антони. Парень удивлённо взглянул в глаза мужчины.       Он увидел в них яркий свет драгоценного сапфира. Ему казалось, что только человек, который обладал такими глазами, мог быть с парнем честным и настоящим. Антони хотел верить всему, что говорил боярин. Мальчишка чувствовал себя в безопасности, когда рядом был Арсений. — Антошка, я хочу, чтоб по приезде ты встретил меня в новом кафтане, — озвучил темноволосый мужчина. — Как пожелаете, — в след ответил Антони.       Боярин улыбнулся и, попрощавшись, двинулся к выходу, где его ждала заряженная повозка. Антони смотрел за тем, как Арсений, уезжая в карете, растворялся на горизонте.       Парня отвлекла служанка, которой было велено отвести его в мастерскую и начать работу над новым костюмом. Проследовав за женщиной, Антони зашёл в одну из комнат, в которой его уже ожидал портной. Последний же сразу приступил к работе. Снимая мерки, портной записывал их на льняной бумаге с помощью металлических чернил. Антони старался не задавать много лишних вопросов мужчине. Парень неожиданно вспомнил про свой ночной сон, который заставил его вскочить от испуга. — Šāds sapnis neko labu neliecina. Pats Kungs sūta zīmi par gaidāmo katastrofu*, — произнёс мальчишка. — Не понимаю вас. Я заморские языки не учил, — немного испуганно ответил портной. — Я надеюсь, что вы сделаете прекрасный кафтан, — постарался успокоить его Антони.       Портной тут же воодушевился и принялся за выбор тканей и украшений. Антони попросил сделать так, как любит боярин, чтобы угодить тому. Не сказав ни слова больше, парень ретировался из мастерской и отправился в конюшню, где его ждал Янис.       Мальчишка повёл своего коня и попросил конюха запрячь Яниса в седло. Пока мужчина запрягал коня, Антони познакомился с ним. Мужчину звали Димитрий. Они немного побеседовали и мужчина рассказал, что боярин появился в Пскове внезапно. Никто его раньше не видел и не знал, а сейчас — главный в совете у князя. Говорил о том, что Арсений добрый и всегда помогает крестьянам, за что его и уважают, а если уж и на службу взял, так значит видит в человеке его ценность.       Антони задумался над словами Димитрия. И правда, боярин явился парню, словно дар от Бога. Дал шанс мальчишке зажить хорошей жизнью.       Антони запрыгнул в седло и поскакал на своем коне по просторным полям. Вокруг летали бабочки, а в чаще деревьев слышалось пение птиц. Парень резво скакал на своём ретивом скакуне. Антони пленяли необычной красоты луга. Свежий воздух и отсутствие людей позволяли парню насладиться природой.       Он спрыгнул с седла и лег на мягкую траву. Антони глядел в небо и наблюдал за тем, как плывут облака. Мысли парня занимал только Арсений. Он думал о том, за какие заслуги жизнь подарила ему боярина.       «Арсений красив, да видно, умён. За ним, наверно, столько барышень поди пекутся, — подумал юноша, провожая прищуром очередной белоснежный комок облачка. — Если он служит у князя, то сколько же он видел красот земли русской, где только не был. К тому же он и богатый. Вон какое у него поместье. А если повезёт, то может стану его товарищем, а там глядишь и помощником буду в его делах. Брать будет в Европу, дабы вместе путешествовать по странам…»       Его мысли прервал конь, который опустил свою морду над лицом парнишки. Антони засмеялся. — Уже отдохнул, Янис? — сказал юнец и погладил гребень шеи** коня, — Тогда поехали обратно.       Антони запрыгнул в седло и поскакал по направлению к усадьбе. Уже вечерело. Солнце уходило за горизонт и оставляло после себя красно-оранжевый закат.       По возвращению домой первым же делом Антони попросил служанок приготовить ему ужин, а сам повёл своего коня в конюшню, где хотел немного побеседовать с новым знакомым, но его там, увы, не застал. Парень снял седло с коня, попрощался с ним и пошёл домой.       Спустя некоторое время Антони направился в палату, где его ждал ужин. На столе располагался молочный козленок, томленый в русской печи, аромат которого так и манил отведать его. Ароматный деревенский борщ со сметаной, свежей зеленью и хрустящими маринованными грибочками на закуску ещё сохранял своё тепло находясь в глиняном горшочке. В отдельных деревянных ковшах, украшенных замысловатыми узорами, лежали ягоды: морошка, черника, малина и ежевика. Их красочный вид притягивал к себе больше всего внимания. В кувшин было налито свежее молоко. Антони, не раздумывая, присел за стол и принялся за еду.       Насытившись всякими явствами, Антони почувствовал приятную тяжесть в желудке. Отодвинув от себя пустую тарелку, он поблагодарил служанку за вкусный ужин, учтиво поклонился и вышел из-за стола. Последний раз окинув взглядом всё ещё полный еды стол, он направился в свои покои. Потушив все свечи, он лёг в кровать, услужливо расправленную слугами. Крепко зажмурился, словно кто полакавшей свежей сметаны, и почувствовал, как окутывает его сладкая дрёма.