Детективное агентство "Анна и её духи" - 3. История четвёртая. Под дамокловым мечом.

— На данном этапе у нас есть три ниточки! — говорил Штольман два часа спустя. Мужчины разобрали документы из папки и обдумали варианты того, что именно могло послужить спусковым крючком для начала такой массовой кампании против Гастона. Позвонил Поль Мартен и, совершенно не стесняясь в выражениях, сказал, что именно он думает о тех, кто может подозревать воспитанника Штольмана в убийстве, и о тех, кто так топорно действует, пытаясь его подставить. Ему уже доложили с утра о сложившейся обстановке. Когда помощник префекта узнал о неудавшемся похищении Марты, он выругался ещё крепче и сказал, что скоро будет. — Во-первых, связь с отделением. Есть кто-то в участке, кто планомерно действует против тебя. Нужно начать копать там. У тебя есть кто-то, кому ты доверяешь достаточно, чтобы попросить помочь в этом деле? — Есть, — задумчиво ответил Гастон. — Мои ребята. Лемье и Лерё. Два года со мной работают. Я с ними встречусь. В свете последних событий я уже ни в чём не уверен, но по крайней мере, если что, я буду знать, откуда шла информация. Так что, была-не была. Он вдруг щёлкнул пальцами. — Знаешь еще, о чём я подумал? Я размышлял о том, откуда могла появиться записка. И вот что я вспомнил. В прошлом году у нас была пьяная поножовщина. Три клошара устроили драку за последнюю бутылку божоле и приговорили друг друга. Мы с моими констеблями тогда ездили на место преступления и составляли протокол. Так вот, это всё было как раз ночью и под мостом Александра Третьего. Так что, скорее всего, записка вырвана именно из моего отчёта. А он сейчас в архиве. Вот оттуда и начнём поиски. — Отлично! — кивнул Штольман. — Это уже чуть конкретнее, чем просто отделение. Ещё нужно подумать о том, что, возможно, это новый в отделе человек. Новичков много? — Ф-ф-ф, пару месяцев назад набрали на стажировку зеленых как весенняя травка выпускников курсов, — махнул рукой Гастон. — Новый секретарь в приёмной. Так что, есть над чем поработать! — Всё понятно. Второй пункт, требующий внимания, это твоя родня! — У меня не осталось родни, ты же знаешь! Седрик Видаль и его сын попали на гильотину вскоре после приговора суда. Там свои дни и закончили! — Но дочь в тюрьме. Как женщине, ей смягчили приговор. Вот и нужно выяснить, что с ней. Кроме того, родственники имеют обыкновение вылезать как грибы после дождя — быстро и помногу. Сегодня ты сирота, а завтра уже член большой и дружной семьи! Гастон усмехнулся. Тут не поспоришь! Дружная семейка, нечего сказать! — И наконец третья ниточка, очень перспективная, надо сказать! Разобрав папку, мы проследили общий ход истории Лебеля. Ему было поручено сфабриковать документы, которые уличили бы Гастона в мошенничестве с чеками. Это явственно следует из его списка, который, спасибо господину сержанту, он заботливо оставил в самой папке, вычёркивая важные пункты и отмечая стоимость каждого из них. За это он получил предоплату. Фунтами стерлингов. Переводом из-за границы, квиток на который опять-таки предусмотрительно подшил к делу господин Лебель. Все вокруг сдерживали улыбки. Дотошность покойного и впрямь была невероятной. — Лучше бы он на работе так старался! — проворчал Гастон. — Там что-то его рвение так не проявлялось! — Вам платят не в фунтах, вот и ответ, — сказал Алекс. Гастон кивнул: с этим он тоже спорить не собирался. Зарплата у сержантов и впрямь не то, чтобы очень. Прожить можно, но совсем впритык. — Отправитель выбрал очень хитрый способ пересылки. До востребования на предъявителя с анонимным отправлением. Это значит, что на квитке мы видим шифр, который скрывает истинное имя отправившего деньги. Для нас это не очень хорошо, ведь данные о настоящей личности отправителя находятся сейчас в книге почтового отделения Лондона, с которого перевод ушёл. Его не может не быть, потому что все денежные операции подлежат строжайшему учёту. Поэтому нам нужен человек, который сможет помочь нам всё выяснить на месте. Штольман вдруг улыбнулся и посмотрел на Аню, которая принесла им чаю и булочек, чтобы они подкрепились. Она тоже улыбнулась в ответ. — Коробейников? — спросила она. Штольман кивнул. Антон Андреевич после знакомства с Элизабет не стал долго терять время. Они несколько месяцев переписывались, потом он вновь приехал в Париж и сделал-таки предложение женщине, которую полюбил. Гувернантка Штольманов ответила согласием и начался приятный период подготовки к свадьбе и дальнейшей совместной жизни. Родных Коробейников потерял давно, в Затонске у него был лишь старый дом, оставшийся от родителей, да и Элизабет, откровенно говоря, не очень хотела переезжать туда, где даже язык был ей мало знаком. Антон, также не желая причинять жене беспокойство, решил, что это он должен менять свою жизнь — ему было важно, чтобы Элизабет чувствовала себя с ним хорошо там, где они будут жить. Немного подумав, они остановились на пригороде Лондона, где от родителей женщины остался коттедж. Он много лет сдавался, а теперь можно было использовать его по назначению. На деньги с проданного Коробейниковым имущества они сделали ремонт и въехали в своё собственное чистенькое и обновлённое жильё. Зарабатывали на жизнь тем, чем привыкли. Элизабет давала уроки, а Антон Андреевич открыл по примеру Штольманов сыскное агентство, которое за девять лет функционирования завоевало себе отличную славу в столице Соединенного Королевства. Не такую, конечно, как «Анна и её духи», но весьма и весьма недурную. Денег оно приносило довольно много, и когда у них один за другим появились двое сыновей — Эндрю в честь отца самого Коробейникова и Майкл в честь отца Элизабет — жена Антона Андреевича занялась домом и детьми, и вся финансовая нагрузка легла на плечи сыщика. Мальчикам было семь и пять лет сейчас, они были дружны с Лидочкой, и когда приезжали друг к другу в гости, устраивали шум и гам, достойный шекспировского театра. — Я отправлю ему вечером телеграмму, и Антон Андреевич наведается на это почтовое отделение и всё выяснит! Так что, у нас всех есть над чем работать! — подытожил Штольман.