child

Чимин считает, что сбежать — лучшее решение, которое он может принять сейчас. Сбежать подальше от Джина и его друга, подальше от этой действительности, которая связала цепями, лишив возможности выбора. Потому что Сокджин запретил хотя бы говорить об аборте. Всё, что сейчас может юный омега — это убегать. Но и побег не помогает, потому что чувство отвращения мешает наслаждаться тем, что обычно поднимало настроение и заставляло забыть о проблемах. Громкая музыка по ушам бьёт безумно сильно, запах алкоголя вызывает только чувство тошноты. Чимин искал расслабление в этих вещах, сейчас он его не находит, сидя на одном месте и разглядывая толпу людей. Он чувствует себя лишним, не идёт танцевать, чему удивлены многие, ведь этот подросток всегда любил демонстрировать свои навыки на танцполе. Отвращение всюду: к этому месту, к людям вокруг, к самому себе, к ребёнку. Омега встаёт, понимая, что так просто не расслабится, ищет в карманах кофты сигареты, но не находит их. Ему плевать, что курить сейчас нежелательно, абсолютно. Повертев головой в разные стороны в попытке найти кого-нибудь из знакомых, Чимин медленно выходит из комнаты, надеясь остаться незамеченным. Никого, с кем можно было бы поговорить, нет. Он даже не помнит, чья это квартира. Подходит к двери, проскальзывает наружу вместе с кем-то, быстро убегая вниз по лестнице. Ночной город не освобождает сознание. Чимину хочется схватиться за голову и упасть на колени прямо на тротуаре, но он почему-то продолжает идти, несёт груз, с которым сам разобраться не может. Брат не понимает. Родители не поймут. Друзья не поймут. Чимина тошнить начинает, только он подумает о тех альфах, с которыми он спал. Никто не поймёт. Телефон от уведомлений разрывается, но омега даже не думает читать сообщения. Не сейчас точно. Потому что ему точно пишет Джин, а как-то контактировать с ним сейчас хочется меньше всего. Нужно время. Именно по этой причине домой Чимин идёт пешком, скрестив руки на груди. Холод пробирает до дрожи, чувство, будто кто-то острые льдины вонзает в самое сердце, замораживая. Чимин действительно застывает на месте, потому что не знает, хочет ли идти дальше. Ни в чём не уверен. Прячет дрожащие руки в карманах джинс, чтобы хоть немного согреть ладони. Дорога только одна. Омега верит, что пройдёт достаточно времени, если он будет идти дальше пешком. И Джин остынет. На некоторое время так и кажется, Чимин старается отвлечь свои мысли чем угодно. Уже разрядившийся телефон не беспокоит уведомлениями. Ветер треплет красные волосы, мешает смотреть вперёд. Чимин щурится, останавливается возле подъезда. Теперь страшно. Страшно порог переступить, потому что кажется, что дальше только хуже. Маленькая ладонь неуверенно тянется к животу. Чимин опускает взгляд, представляет, что там зародится новая жизнь, представляет себя с большим животом в широких одеждах, представляет себя с коляской. Того себя, который будет оторван от всей прежней жизни. Себя с ребёнком на руках. В дом Чимин проходит тихо, в квартиру желает зайти так же. Переступает порог, не включая свет, снимает обувь, откладывая ту в сторону. Хочется верить, что Джин лёг спать, но тихие шаги альфы разрушают эту веру в одно мгновение. Он не спит, он сейчас стоит здесь. А значит, убежать от разговора точно нельзя. Младший робко поднимает взгляд, чувствуя себя невероятно маленьким перед братом. — Где ты был? — Джин подходит ближе. Чимин, кажется, весь сжимается, чувствуя чужое превосходство. Если Сокджин всё рассказал родителям, то дело точно дрянь. Ему просто не найти выхода. — Гулял, — шепчет омега, поджимая губы. По сути, он не врёт, действительно гулял по ночному городу, чтобы как-то очистить мысли. — С кем опять? — Сокджин скрещивает руки на груди. Чимин встаёт возле стены, опуская голову. — Один. Хотел с друзьями, но настроения не было, — Чимин отвечать старается спокойно, у него это получается. Потому что снова не врёт. Он не хотел проводить этот вечер один, но отсутствие настроения сделало своё дело. — Вот что, Чимин… — Сокджин вздыхает. У него не осталось сил на злость, вообще на эмоции. И это заметно. Альфа опускает руки, больше не выглядит так, словно хочет убивать. Но безопасно себя омега всё равно не чувствует. — Сейчас иди поешь. И ложись спать. Мы поговорим завтра. — Я не хочу есть. — Чимин. Ты должен. Нужно налаживать режим. Нормально есть и спать. Беременность — не шутка. Твой ребёнок должен быть здоровым. — У меня не будет ребёнка, — омега мотает головой, решив уйти до того, как Джин скажет что-то ещё. Быстро уходя в сторону своей комнаты, Чимин нарочно задевает альфу плечом. Кажется, он слышит очередной вздох со стороны старшего брата. Дверь в комнату закрывается — Чимин без сил садится на пол возле кровати, утыкаясь лицом в простынь. Понимает, как сильно не хочет. Не хочет разговаривать об этом с братом. Не хочет идти в больницу. Не хочет рожать. Аборт делать тоже не хочет. Свои короткие пальцы запускает в красные пряди волос, закрывая глаза и отказываясь принимать реальность. До последнего он не верил, что подобная ситуация может произойти именно с ним. Омега мысленно перелистывает страницу жизни, но перед собой видит один пустой лист, за которым прячется ещё тысяча таких же. И только Чимину решать, чем он наполнит чистое пространство.