Ловушка для зайчика

Кирилл врет отцу про Лешу и на самом деле просит водителя забрать мальчишку со школы. Встречаться с ним прямо сейчас кажется ему невыносимым. Кирилл покупает таблетки. Поход к психиатру он решает отложить, а вот воспользоваться старым рецептом все-таки решается. Их ему выписывал их семейный психолог после произошедшего, тогда они помогали, но не факт, что помогут теперь. Однако легче Кириллу не становится, и еще одна идиотская мысль поселяется в голову, еще одна вина, которую он берет на себя. Никто, кроме него, не виноват в том, что Леша так за него цепляется. Никто не виноват в том, что из всех возможных людей в этом мире, Леша выбрал в «спасатели» Кирилла, сам того не замечая, цепляясь за единственного, кто его топит. И самое паршивое в этом то, что Кирилл и правда отлично совмещает в себе две эти вещи. Он выходит из аптеки в еще более подавленном состоянии, чем был до этого, и на мгновение даже задумывается о том, что идея с резкой амнезией по поводу тормозов в его машине – не такая уж и плохая. Быть может, если Кирилл действительно является причиной всех проблем – ему стоит решить все за раз? Быть может ему действительно не стоит пытаться что-то исправить? Все равно, как бы он не старался, он делает только хуже. Он выпивает сразу две таблетки, воды в машине нет, поэтому приходится глотать просто так. Горечь немного отрезвляет. Кир пытается вспомнить, когда вообще ощутил в себе эту резкую потребность в Леше, но ничего не выходит. Будто это произошло сразу, как мальчишка появился в его жизни. Будто это произошло еще в момент аварии, когда Леша со всей дури ударил Кирилла в живот, а все, о чем он мог думать в этот момент – жива ли девчонка. Тогда он впервые взглянул на Лешу, когда того оттаскивали от него два мужчины, а он вырывался, будто маленький испуганный зверек, попавшийся в лапы голодного хищника. Он так хотел сделать Кириллу больно, он до сих пор хочет этого. А Кирилл смотрел на него, и не понимал, какого хрена вообще творится. Он тогда неплохо так приложился головой, может быть именно тогда из него вытряслись остатки разума? Вторая встреча с Лешей была в суде. Кирилл был уставший и измотанный всей этой херотой с обвинением, всеми этими бесконечными наставлениями адвокатов. Веди себя, как обычно, Гречкин, ты ни в чем не виноват. Он ведь даже почти поверил в это, идиот. Почти убедил себя в том, что в случившемся не было его вины. Но все рассыпалось, стоило судье вызвать Лешу. Тогда Кирилл еще не понимал, что происходит. После слов Макарова он был уверен, что ему выпишут срок, и, если честно, даже стал на это надеяться. Посмотрите, вы только посмотрите, что он натворил! Леша говорил страшные вещи, но Кир подписывался под каждым его словом. Если бы не отец, если бы он не подкупил все еще до того, Кир бы сдался сам. Он никогда не чувствовал подобного, но ему будто с ноги ударили по легким, будто кто-то резко перекрыл кислород. Леша смотрел ему прямо в глаза. Именно в тот момент Кирилл понял, что не встречал никого с такими же, никогда не видел чего-то более совершенного. А потом его оправдали. Наш суд – самый, блять, несправедливый суд в мире. И Лешу вывели из зала, сделав чуть ли не козлом отпущения. Кирилл не переставал об этом думать, он реально ловил себя на том, что у него едет крыша. Психолог выписала хорошие таблетки, тремор прошел. Он бы, наверное, прошел еще быстрее, если бы Кир не смешивал их с алкоголем. Боже, как же много он пил. И почему именно в тот день, когда охрана сообщила Гречкину о том, что некий Алексей Макаров стоит у него за дверью, Кирилл не напился по обыкновению? У него даже не было возможности списать все, что произошло в номере на алкоголь. Он был полностью в своем уме, и в то же время – полностью обезумевшим. Увидеть Лешу после всего – было ахуеть как больно. Увидеть Лешу, сжимающего кулаки, желающего размазать Гречкина по стенке было ожидаемо. И Кирилл впустил его, попросив охрану не вмешиваться. Он даже отчасти надеялся, что у пацана завалялся пистолет, или хотя бы нож. Но Леша пришел за правосудием. Конечно же он не знал, что своим решением натянул себе на шею веревку, а второй конец обмотал на шею Гречкину. И теперь, сколько не тяни – душит обоих. Глупая насмешка судьбы, думает Кирилл. Лучше бы он и правда сдох. Но тогда что останется у Леши? Отец вернет его обратно в детский дом? Отличный конец для их плохой истории, прям Шекспировский.

***

Когда Кирилл все-таки вернулся, Леша был дома, конечно, куда же ему еще деться. Кирилл отыскал его в библиотеке. Внезапная мысль о том, что неплохо было бы купить ему комп подкралась незаметно. Может быть это существенно сократит желание Макарова загружать свой мозг литературной чепухой? Он сидел за большим столом возле окна и что-то царапал ручкой в толстой тетрадке. Кирилл хотел пошутить что-то про личный дневник, но шутки как-то в голову не шли. Вообще ничего не шло в голову, потому что челка Леши была убрана вбок маленькой розовой заколкой с Хеллоу Китти, и Кирилл буквально терял дар речь и способность соображать одновременно, глядя на это. Он облокотился на дверной косяк и позволил себе просто полюбоваться Лешей пару минут. Ровно до того момента, как Макаров его заметил. - И давно ты здесь? – спрашивает он, не отрываясь от тетради. - Не знаю, - честно отвечает Кирилл. Как-то не углядел за временем, пока пялился на тебя, думает он, но вслух не говорит. Почему рядом с Лешей всегда так трудно дышать? Может быть это тоже психосоматика? - Что-то не так? – Леша закрывает тетрадку и откладывает ее в сторону. На Леше дурацкая футболка с какой-то рок-группой, пижамные штаны в клеточку и домашние тапочки. Он выглядит таким уютным, что у Кирилла появляется совершенно не здоровое желание подтащить его к себе и завалиться с ним спать. В последнее время он совершенно не высыпается. Может быть поэтому? Леша похож на ребенка, Леша и есть ребенок, думает Кир. - Нет, все в порядке, просто, - Кир не знает, о чем говорить. Они, кажется, вообще впервые разговаривают с Лешей просто так. Они вообще впервые сталкиваются без особой на то причины, и это даже, кажется, не грозит очередным скандалом. Если конечно не поднимать тему их утреннего разговора. И тем более вечернего. - Я делаю уроки, - зачем-то проговаривает Леша, но вопреки своим словам закрывает учебник. - Ты зубрила, - усмехается Кирилл, позволяя себе наконец-то войти в помещение полностью. Не понятно зачем, но он закрывает за собой дверь. – Что проходите? – он подходит к столу, Леша даже не дергается. Просто откидывается на спинку стула и пялится перед собой. Кирилл борется с желанием коснуться заколки. Она явно принадлежала Лизе, кому же еще. Кир не имеет права портить и это, но Леша слишком, слишком, блять, милый с ней, и это делает Кириллу больно. - Теорию вероятности, - Кир берет тетрадку в руки. До этого он никогда не интересовался учебой Леши, да и когда ему было до этого? Но, вообще-то, хорошие опекуны должны хотя бы проверять дневник, разве нет? Кир листает страницы, и удивляется ровному, почти по линеечки, почерку. Леша даже писать красиво умудряется, какого хрена он вообще такой идеальный? Кир пробегается по оценкам, и конечно в тетради одни пятерки, на что он вообще рассчитывал. - У меня по геометрии всегда была твердая двойка, - усмехается он, возвращая тетрадку на стол, и присаживаясь на самый край столешницы. Леша смотрит на него, но его лицо ничего не выражает. - Это алгебра, - Киру не стыдно. - По алгебре у меня был бы кол, если бы их можно было ставить в итоговую оценку, - кажется, это правда смешит Лешу, потому что уголки его губ ползут вверх, и он становится еще, блять, милее. Чертово солнышко. - И как же ты, тогда, школу-то закончил? – Кир пожимает плечами. Так же, как и все в своей жизни – купил. Но говорить об этом не хочется. - Надо мной сжалились и влепили трояки, - этот ничего не значащий разговор почему-то значил для Кирилла капец как много. Намного больше, чем все, что были для этого. Леша улыбался, он смотрел на Кира, а у того от его взгляда начинали трястись колени. Какая невероятная глупость, словно Киру снова двенадцать, или сколько ему там было, когда он признался Снежане в своих нежных чувствах? Стыд, да и только. – Может быть прогуляемся? Недавно фильм вышел новый, про супергероев, кажется, смотришь такое? – Леша пожимает плечами. - Люблю Мстителей, если ты про это, - Кир понятия не имеет про что он. Он вообще фильмы не смотрит, все время не до этого как-то. - Эм…подожди, - он открывает телефон и вбивает в поиск первый попавшийся знакомый кинотеатр. – Черная Вдова, вот, - он показывает Леше заставку, и тот кивает. На самом деле Киру название кажется каким-то уж не очень подходящим для супергеройского боевика. Скорее для какой-нибудь жутковатой драмы про старушку-убийцу, а главная героиня на заставке вообще напоминает ему Разумовского, ужас какой. - Да, почти он, можно, - Кир не верит в свою удачу. - Тогда я пока забронирую нам места, а ты это, переоденься, - Кир спрыгивает со стола и идет к двери, краем глаза замечая, как на лице Леше прорисовывается что-то отдаленно похожее на счастье. Как мало ребенку надо, думает он. Кирилл никогда не любил походы в киношку, ему и домашнего кинотеатра всегда хватало.