Ловушка для зайчика

Кирилл решает, что ему тоже будет не во вред переодеться во что-то более...менее дебильное. Почему-то рядом с Лешей хотелось казаться лучше. Быть лучше. И это откровение все время его пугало. Конечно, что бы не нацепил на себя Кир, Леша даже в своей бомжацкой кофте выглядит идеальнее. Не вовремя он вспоминает о своем желании прикупить пацану новые шмотки. Надо будет этим заняться, но как-то…незаметно. Почему-то он уверен, что Леша будет против этой идеи. При всем богатстве своего гардероба, выбора у Кирилла почти нет. Не пойдет же он в костюме в кино, это уже вообще что-то из рода фантастики. Поэтому выбор останавливается на простом сером свитере и примерно таких же брюках. Видеть себя в чем-то настолько не вычурном – непривычно. И вообще не клеится с его образом. Будто голова от другого человека. Но Киру отчего-то нравится. Неужели он и правда выглядит как…взрослый. Черт, какое дебильное наблюдение, Кирилл, тебе же, в конце концов, двадцать три! Твоя мама в этом возрасте уже тобой беременна была, а до тебя только сейчас доходит. - Ты похож на пижона, - усмехается голос за его спиной. Кир как раз пытался привести в порядок волосы, растепленные горлом свитера, и не заметил, как Леша вошел. - Кого? – Леша снова смеется. - На себя самого, - отвечает он. Леша выглядит как обычно. Свободная красная толстовка, джинсы и кеды. Кир ловит себя на нелепом желании тоже нацепить конверсы. Вот уж что точно к брюкам подойдет, думает он. – Собираешься, как на свидание, - Кир замирает от этих слов. - Иди нафиг, - отвечает Кир. А это не свидание, спрашивает он себя. На что это вообще похоже, после всего, что между ними произошло? И с чего Кириллу вообще тащить его в кино просто так? Ответ на этот вопрос настолько же прост, насколько сложен. – Если это свидание, то ты мог бы приодеться в платье, - усмехается он, глядя на то, как Леша задыхается от возмущения. Он смеется, они оба смеются. - Так это свидание? – повторяет Леша Кириллов вопрос. И все становится еще сложнее. - Как пойдет, - а кто говорил, что будет легко? Кирилл уже давно отчаялся на это надеется, поэтому просто решил плыть по течению. В конце концов поход в кино их в действительности ни к чему не обязывает, и границ, выстроенных Кириллом, не переходит. – Держаться за ручки не будем, сразу говорю, и никаких мест для поцелуев, - Кир натягивает ботинки, подмечая про себя, что Леша его разглядывает. - Хоть ты и мудак, но брюки тебе идут, - странное замечание, думает Кирилл. - А что, мудаки не ходят в брюках? – Леша пожимает плечами. Они оба готовы, и Кир уже не понимает, о чем идет речь, о походе в кино, или чем-то большем. Но они, блять, готовы. В кино в будние дни не так уж и много народу, и фильм в прокате, видимо, довольно давно, поэтому они с Лешей оказываются в зале почти одни. Всего пару человек через несколько рядов ниже. Кир взял места повыше, не смог удержаться. Но он совершенно точно ни на что не рассчитывал. По пути они заглянули в бар, Леша выбрал карамельный попкорн, а Кир обошелся бутылкой воды. - Как ты ешь эту гадость, боже, - морщился Кир, наблюдая за тем, как Леша набивает себе щеки этой кукурузой, или что это вообще такое? Киру попкорн никогда не нравился. - Почему ты морщишься на все, что едят обычные люди? Не все могут позволить себе фуагра на завтрак, - бурчит Леша, поудобнее устраиваясь в своем кресле. - Фуагра на завтрак едят только извращенцы, - отвечает Кир, и в этой их нелепой перепалке нет никакого смысла, но он радуется, что она происходит. Леша выглядит таким…живым? Таким обычным, почти счастливым. Кирилл вообще не помнит, чтобы Леша так долго находился в хорошем настроении. Он даже подпевал парочке песен по дороге до ТЦ, и Кир до сих пор чувствует себя придурком от того, как нелепо завис, наблюдая за ним в зеркало заднего вида, и чуть не вписался в машину на светофоре. - Значит ты извращенец, - заключает Леша, и Кириллу не хочется доказывать ему, что он не ест фуагра на завтраки, потому что в целом с тем, что он извращенец, Кирилл согласен. Фильм начинается с милой картины про двух малышек, и Кир немного расслабляется. Пока ничего из того, что он не любит. Долгие нудные вступления не для него. Но как же он удивляется от сюжетного поворота, кто бы только знал. - Боже, она умеет водить самолет, что? – Леша усмехается. - Вообще-то она суперсолдат, ну, в будущем, - Кир в шоке. - А вторая? Она тоже? – Леша кивает. Кирилл сыплет вопросами каждые пять минут, а это фильм только начался, и Леша отвечает уже не с таким желанием. У Кира куча вопросов к картине, и к тому, почему у Леши не возникает вопросов, но он кратко объясняет Киру, что, чтобы понимать этот фильм, надо еще до этого штук десять посмотреть, и Гречкин решает больше вопросов не задавать, потому что, кажется, подобное все-таки не для него. В какой-то момент Кириллу окончательно становится скучно, и он отвлекается на Лешу, который оказывается очень увлечен. И это безумно милая картина. Кир видит отражение фильма в Лешкиных глазах, но не видит их цвет, однако это не делает их менее красивыми. Наверное, они всегда будут казаться Киру произведением искусства. Леша хомячит попкорн, Кир купил ему самое большое ведро, и его щеки смешно шевелятся, напоминая Киру хомяка. Он ругает себя за такое нелепое сравнение, да и вообще, хватит, наверное, приписывать к Леше всяких зверушек. Хватало и зайчика. Рука Леши лежит на подлокотнике, в миллиметре от Кириловой, и Гречкин правда борется с желанием переплести их пальцы. Он же обещал, что никаких держаний за ручки, но с местами для поцелуев он уже провалился, так что.. - Леш, - Кир касается пальцем его ладони, и Леша, не оборачиваясь, берет его руку в свою. Ладошка Макарова чуть меньше его собственной, она теплая, мягкая, его пальцы подрагивают, и Кирилл сплетает их со своими. Он ненавидит себя за это, но ничего не может с собой поделать. Леша делает вид, что ничего не происходит. Какая херня, думает Кирилл, но чувствует себя обосраться каким счастливым. И это правда сбивает с толку. Кир обещает себе, что это все, что он позволит себе за этот вечер. Дальше они точно не перейдут, нетушки, но Леша сбивает всю его уверенность в этом, сжимая ладонь Кира на каком-то моменте чуть сильнее, и внезапно поворачиваясь к нему, оказываясь почти нос к носу. Кир и сам не заметил, как сел поближе. - Ты только не убегай, пожалуйста, - шепчет Кир, когда его губы оказываются в каких-то жалких миллиметрах от губ Леши. Банальная мысль, были ли у Макарова поцелуи до этого, заставляет Гречкина медлить. Что, если он ворует его первый поцелуй? - Ты тоже, - отвечает Леша, резко тыкаясь своими губами в его губы, и это оказывается красноречивее всего. Леша вообще не умеет целоваться, и Кириллу приходится отпустить его руку, чтобы удержать голову Макарова на месте и самому повести поцелуй. Кирилл чувствует, как падает в бездну, с каждой секундой разгоняясь до бешенной скорости. А там, внизу – бетонные плиты, и он непременно на них упадет. Им обоим становится абсолютно посрать на фильм, какая банальность. Ладошки Леши падают на грудь Кирилла, когда тот свободной рукой сдвигает подлокотник назад, чтобы пододвинуться ближе. Леша начинает отвечать, правильно, скорее просто повторяя действия Кирилла, и это абсолютно сносит крышу. Кирилл первый, кто его целует, Кирилл должен ощущать стыд за это, или, хотя бы, вину. Тогда почему он так обосраться счастлив? Снова. Леша мычит что-то в поцелуй, и Киру даже кажется, что это похоже на стон. Ему и самому уже становится тесно, поэтому он решает, что стоит остановиться. Слишком много всего на один раз. - Тс, все, подожди, - Кир берет лицо Леши в свои ладони, отодвигая от себя, и смотрит ему в глаза. На лице Макарова читается абсолютное блаженство, и желание бегущей строкой. На этом моменте Кириллу и правда становится стыдно. Боже, что он вообще с ним делает? Леша тычется вперед, пытаясь продолжить, но Кир снова его останавливает. – Стой, хватит, подожди, - Леша явно разочарован таким поворотом. - Ты сейчас скажешь, что не хотел этого? – он резко возвращается в обычное сидячее положение и уставляется в экран, всем видом показывая, что обижен. Кириллу смешно от такого детского поведения, но этого стоило ожидать. - Нет, я хочу сказать, что, если мы продолжим – я за себя не ручаюсь, - Лешу это явно не устраивает, он снова отворачивается к экрану, напоследок наградив Кирилла осуждающим взглядом, и берет в руки попкорн. – Зайчик, - усмехается Кир, снова переплетая их пальцы. Кирилл и правда должен был сказать, что не хотел. Он должен был сказать, что это была ошибка. Пусть бы он лучше обиделся, пусть бы он лучше возненавидел его на самом деле, но Кирилл бы не совершил ошибку. Но глядя на Лешу прямо сейчас, он понимал, что не может. Не может он больше отказываться от этого, как бы не пытался. Леша слишком глубоко, в подкорке, и уже как не старайся – не вырежешь. Тем более теперь, когда Кирилл знает какие на вкус его губы. Когда Кирилл украл его первый поцелуй.

***

Сев в машину, Кирилл понимает, что поторопился с выводами, когда решил, что тонировка на переднем стекле ему больше не понадобится, потому что прямо сейчас она была бы очень кстати. Они сидели на стоянке возле ТЦ, вокруг было не так уж и много людей, но Кирилл все равно чувствовал себя напряженно. Все-таки не стоило забывать о том, что он достаточно известная личность, чтобы забывать о мерах предосторожности. - Леш, я бы поцеловал тебя прямо сейчас, но, если нас заметят – меня посадят, - усмехается он, наблюдая за тем, как Макаров пододвигается к нему. - Во-первых, ты откупишься. Во-вторых, мне шестнадцать, дубина, а это возраст согласия, - Кир присвистнул. Леша явно понабрался этой циничности у него. И кого он породил, уму не постижимо. - Шестнадцать? Странно, я думал ты не старше двенадцати, - усмехается Кир, заводя машину. Леша оскорбляется этой шуткой и падает обратно на свое сиденье. Кирилл и правда удивляется тому, какую сторону Леши он открыл, просто поцеловав его. Макарову было мало одного поцелуя. Он даже попытался поцеловать его возле умывальников в туалете, благо вошел какой-то мужик. Кир явно не был готов к такому, он и сейчас не готов. Но не сказать, что он был этим расстроен, однако это могло существенно усложнить его задачу не перейти черту. Правда эта черта все больше двигала границы, и Кирилл уже не особо понимал, где она заканчивается. - Хорошо, - внезапно усмехается Леша. – Если ты меня не поцелуешь – я сдам тебя ментам, - Киру снова приходится присвистнуть. Какая наглость, думает он. - А это уже шантаж, заяц, я тебя такому не учил! – Леша пожимает плечами. Он выглядит…довольным? Да, Леша выглядит довольным, почти счастливым, и это заставляет Кирилла чувствовать себя так же. - Хочешь жить – умей вертеться, - Кирилл правда хочет выглядеть более серьезным в этот момент, но улыбается как дебил. Какого черта Леша с ним вообще творит? Ведь так недолго и правда в психушку загреметь. Кир внезапно отмечает, что за весь день, проведенный с Лешей, нога ни разу не напомнила о себе. И не ясно уже, таблетки ли так помогали, или это оттого, что Леша все это время был рядом. Кирилл не спешил делать выводы, но одно знал точно - с Лешей было спокойно. С ним было уютно. - Только приклонись немного, пожалуйста, - Кир поворачивается к нему и нагибается ниже, подтягивая к себе Лешу, чтобы их не было видно со стороны. Он дарит Макарову короткий поцелуй, и возвращается к рулю. – Я свою часть договора выполнил, так что не смотри на меня так, - Леша снова делает вид, что недоволен, но уже не так, как до этого. - Поехали уже домой, - Кир усмехается. Такой Леша ему нравится в разы больше. Намного больше, чем Леша в слезах, чем Леша, кричащий, что ненавидит его. Наверное, Кирилл этого больше не выдержит. Не после того, как он увидел Макарова таким. Леша включает свои треки с телефона Кирилла, и вскользь кидает что-то о том, что его мобила в сравнении с его собственной – просто самолет. Кирилл делает себе пометку про телефон. Леше и правда стоило уже поменять его обшарпанного китайца. Как он вообще до сих пор работает? На самом деле Кирилл слишком часто ловит себя на таких вещах. Ему хочется порадовать Лешу, ему хочется подарить Леше весь чертов мир. Хотелось с их первой встречи. И теперь у него была такая возможность. Оставалась всего одна проблема – договориться с Лешей. - Я все еще считаю, что ты хороший, Кирилл, - внезапно говорит Леша, когда они уже подъезжают к дому. Гречкин убавляет музыку, останавливаясь возле ворот, и поворачивается к мальчишке. - Не делай поспешных выводов, Лешенька, пока я не сделал ничего хорошего, - ему правда не хочется говорить об этом, но и соглашаться с этим он не станет. Он не сделал ничего, чтобы Леша мог бы считать его хорошим. Даже сегодня он воспользовался им в своих сраных целях. Даже если Леша этого и хотел – это все равно было чертовски неправильно. - Ты сделал! – Леша хватает его за руку. – Ты сделал! Ты…ты согласился помогать детским домам, и я видел вчера по телевизору, моему детскому дому строят новый корпус! И ты...ты забрал меня! И ты возишь меня по утрам, и ешь кашу, которую не любишь, и забираешь меня со школы, и вообще ты…ты совершенно другой! Я не думал, что кто-то вроде тебя может быть таким, но ты такой! Ты хороший! – Кириллу больно слушать эти слова. Ест кашу, которую не любит, как мало нужно для Леши, чтобы быть хорошим. - Заяц, я безумно ценю то, что ты так думаешь, - спорить с Лешей нет смысла, Кирилл это понимает, поэтому просто снова подтягивает мальчишку к себе за рукав толстовки, и целует. Это их третий поцелуй, думает Кир. Интересно, он когда-нибудь перестанет их считать? Леша что-то мычит в поцелуй. Его пальчики держатся за Кириллову шею, и Гречкин чувствует себя возбужденным до предела. – Давай заедем хотя бы во двор, - Киру снова приходится останавливаться самому, потому что у Леши, кажется, вообще нет тормозов. Машина заезжает на территорию, Кирилл паркует ее в гараже, и замечает, что папин мерс на месте, а значит он уже дома. Почему-то это существенно подпорчивает его настроение. Еще и воспоминание о том, что завтра Киру нужно будет на работу так внезапно влетают в голову. И в целом ничего страшного, вряд ли отец выдержит его долго, а у Леши все равно уроки до трех, но это, почему-то, все равно расстраивает. Он вспоминает об отпуске. - Леш, а у тебя, когда каникулы? – спрашивает он, когда они вылезают из машины. - Эм…через неделю? Кажется, - Леша ищет что-то в своем телефоне и открывает календарь. – Да, точно, со следующего понедельника десять дней, - как удачно, думает Кир. – А что? - Выбирай страну, поедем завтра делать тебе загранник, - Леша смотрит на него глазами по пять рублей, он явно ожидал не этого. Кирилл думает, что раз Леша считает его хорошим, то хочет Кир того или нет, а придется соответствовать.