Я научу тебя

      Все мы когда-то теряем веру в кого-то. Вроде бы, ты видишь перед собой человека, который заслуживает все на свете и ты, изо всех сил, стараешься доказать это в очередной раз. Но истинная личность выходит наружу, только после выявления проблем. Какие-то стычки происходят в его голове, в равной степени между ангелом и демоном и вот тогда-то, выигрывает демон. Он обнажает клыки и сверкая своими зубами вонзает их в тебя.       Я не знаю, что стало моей причиной остаться там и помочь. Может быть, мой демон все же проиграл и я пустила ангела на пьедестал.       - Всё хорошо, правда. Уже лучше.       Юля держала у моего затылка лёд и все время смотрела в мои глаза. Второй обморок я уже не хочу.       - Тебе нужно прилечь. Давай поедем к нам? Папа будет рад тебя увидеть.       - Обязательно, - я взяла Юлю за руку и отодвинула. Лёд уже начал таять, да и мало чем помогал. – Только нужно доставить их домой.       Я указала на диван передо мной.       Маша поджала свои ноги и обняла их. Её причёска была успешна испорчена, а под глазами остались тёмные следы от туши. На губе была ссадина, а из носа недавно шла кровь.       На другой половине дивана, расположилась Соня. Её голова обессиленно лежала на руках, а блузка была порвана в области живота. На руке красовались синяки и царапины.       - Их развезут парни и вообще, - Юля гневно посмотрела на двух тигриц. – Это их проблемы. Одна тебя чуть не убила, а вторая растрепала то, что оставалось только между вами.       Соня подняла глаза и виновато посмотрела на меня. Маша, в принципе, не отводила от меня взгляда.       - Мы договорились, что вы больше не будете начинать эту драку?       Они кивнули.       - Сказать то нечего…       - Юль, все хорошо.       На самом деле не было ничего хорошего. Я стала свидетельницей самых ужасных пороков, двух дорогих мне людей. И я не побоюсь этих слов. Я устала терпеть. Я устала обманывать себя, да и окружающих. Я все взвесила и обдумала.       - Мне нужна честность. И тогда, я тоже честно отвечу чего хочу.       Маша выпрямилась, а Соня, наоборот, сжалась. Пора положить конец секретам и ложным обвинениям.       - Что ты хочешь знать? – спокойным голосом спросила Мария Олеговна.       Юля села рядом со мной и не спускала глаз с обоих.       - Я уже знаю, что вы ненавидите друг друга и теперь… понимаю почему. Но меня это не интересует, если честно. Я просто хочу знать, когда это закончится? Я вам какая-то игрушка?       - Нет, - практически шёпотом ответила Соня. – Ты не можешь быть игрушкой.       - Хорошо, тогда кто? Вы узнали всю правду. Ты про своего мужа, - Мария закрыла глаза. – Ты про меня. – Соня вздохнула. – А я про вас, в целом… Что будем делать дальше?       Они на миг посмотрели друг на друга. Только не новая бойня, пожалуйста. Давайте ещё, как в Риме, начнём гладиаторские бои, только призом будет не свобода, а я.       - А разве, это не тебе выбирать?       Соня согласна кивнула. Так вот оно что, моё слово, против всего.       - Выбирать… Как бы не было ужасно вам слышать это, но вы обе дороги мне. Каждая по-своему.       - Тогда, как ты хочешь это решить?       В их глазах нарастало любопытство.       - Тут нечего решать. – Я встала и подошла ближе. Юля держалась рядом.       Я знала, что после этих слов, все может пойти не по плану. Но перечить своим чувствам я не могла. Я сделаю свой выбор и он будет только моим. И если так окажется, то только моей ошибкой…       Я посмотрела на обеих. Такие разные и такие схожие. Каждую поглотил гнев и страх. Они запутались во всей этой истории, как и я. Но я смогла признаться своему внутреннему голосу, значит, признаюсь вслух.       - Я люблю Соню. И это не просто слова, которые я кинула, как кость. Я действительно люблю её.       Но смотрела я не на Соню. Мои глаза остановились на Маше. Я хотела донести до неё, что эта точка для нас. Мы, можем быть, друзьями, коллегами, просто знакомыми, но моё сердце повернуто на Соне. И чтобы она не делала в прошлом, с кем бы не спала и от кого бы не была беременна. Я люблю её.       - Я люблю тебя, - мои слова были адресованы девушке, которая растянулась в счастливой улыбке. – Иди сюда.       Соня встала и подошла ко мне. Она нежно провела по моей щеке и обняла. Её смех заполонил все вокруг. Я поцеловала её в шею и вдохнула аромат своей девушки. Своей любимой девушки.       - Мне здесь нечего делать. Извините.       Мария Олеговна поднялась и вылетела из вип-комнаты.       Извини, Маша, но я говорю то, что чувствую. Как бы тебе было неприятно. Когда-нибудь ты меня поймёшь.       - Только давай договоримся, любимая, больше не врать.       - Конечно, боже. Прости, прости меня.       Соня плакала и смеялась, и теперь я точно знала, что эта девушка моё все. Моя любовь.       - Я тебя тоже люблю, ты не представляешь как.       Я крепко сжала её в своих объятиях и увидела взгляд Юли. Она улыбалась, но было что-то в этой улыбке противоположное. Она словно не верила во все это до конца. Или она не верила мне? Счастливый хеппи-энд, да ладно? Сомнения, передавали её серые глаза, но тем не менее, я знала, что она очень рада за меня.       Мы взялись за руки и шли по ночному городу. Нам не было дела до чего-то или кого-то другого. Все, что я сейчас хотела, это быть рядом, с ней. С моей карамелью.       Я смотрела в её глаза и слышала беззаботной смех. Все было более, чем реально. Наша горячая кожа, стремительные поцелуи, наши раскованные прелюдия в темноте скрытых улиц. Я задыхалась от желания узнать её всю. Почувствовать, смаковать, как самую последнюю карамельку в мире.       - Вик и ты даже не хочешь узнать, что произошло между мной и Егором?       - Если ты готова поделиться, я выслушаю.       Она легко меня поцеловала и все же начала рассказ. Я понимала, что Соня хочет со мной поделиться. Возможно, ей станет легче, если высказаться.       - Мне тогда было восемнадцать лет. Я ещё училась в школе, в одиннадцатом классе. Как-то раз, я пришла к отцу на работу и увидела тётю с незнакомым мужчиной. Ты не подумай, у неё было мало парней, с которыми она встречалась, но этот оказался для неё особенным. Мы тогда ещё очень хорошо с ней общались. Она делилась своими секретами, а я своими. Мы же практически росли вместе. Маша меня с ним и познакомила. А когда… когда я начала понимать, что испытываю к нему влечение, то сразу перестала приходить на семейные ужины, встречи. И когда они поженились, я вообще раскисла. Но я понимала, что тётя должна быть счастлива. Это же её муж. Она не просто так откидывала остальных в сторону. А позже… наши отношения начали портиться на глазах. Тётя становилась злее, все больше выставляла моего отца виновным во всем. Конечно, любая дочь примет сторону отца. И после этого, мы практически перестали общаться. Я устроилась на работу в администрацию и меня определили к отцу, я же знала, что это она, она хотела, чтобы все думали, что я здесь по блату. Но я добилась этого сама. Я не знаю, что с ней произошло и почему Маша стала такой… А дальше… дальше, мы с Егором случайно пересеклись в кафетерии и спустя несколько недель наших переписок, я наконец, сказала ему да. Он говорил, что ненавидит свою жену, что Маша убивает все хорошее, да и детей не хочет. Я повелась. И мы переспали. Один раз, без новых встреч, я знала, что совершила ужасный поступок, но это было бы стерто, если я не залетела.       Она остановилась. Перевела дыхание. Я ощущала насколько ей тяжело. Она вспоминает каждый момент, проживает его заново. Ей больно. Как же она смогла вытерпеть это.       - Я ни кому не говорила про ребёнка. Мне уже было двадцать лет и я понимала, что это означает… знала, как отнесется отец и тётя. А ещё, я не хотела знать, что скажет Егор. Как начнёт меня называть или выставлять шлюхой. Я знала, что правильный выход, это аборт.       Она замолчала. Безмолвные слезы катились из её глаз.       Я прижала Соню к себе и как можно нежнее прошептала.       - Теперь все хорошо. Я тут, я с тобой. У нас будут ещё дети и они будут похожи на тебя, с твоими милыми пухлыми щечками.       Соня начала смеяться и я чувствовала, как смеюсь вместе с ней, в душе. Бок о бок.       - Ты самая сильная и даже не смей говорить по-другому.       Она улыбнулась и вытерла слезы.       - Ладно. Не буду.       Наши лбы соприкоснулись и мир остановился. Существовала только наша вселенная. Магическая, воздушная, удивительная. Она была нашей и никто не мог её забрать. Никто не мог забрать у меня Соню.       Примерно 170 дней спустя       - Вставай, у тебя посетитель.       Я поднялась с уродливого матраса и протянула руки. Наручники тут же щелкнули на моих запястьях и решетка противно заскрипела.       - Топай.       Яркий свет ударил по глазам и я прикрыла их ладонью.       Я послушно шла вперёд. Который сейчас час? Сколько я тут? Твою ж.       - Стой. Открой двадцать пятую.       Решетка автоматически открылась и охранник приказал зайти.       - Закрывай, двадцать пятую. – Решетка закрылась. – У тебя пятнадцать минут.       Охранник ушёл.       Я обернулась. Маленькая будка. Я села на стул и размяла шею.       Через несколько секунд появилась женщина. Ей указали в мою сторону.       Я взяла телефонную трубку в руки.       - Я надеялась встретиться с тобой в гостевой комнате.       - Не получится. Я в отдельной камере. И то, удивлена, почему тебя пропустили.       Женщина вздохнула, но все же сняла очки и шляпу.       - Вика, мы вытащим тебя отсюда.       Я посмеялась.       - Я здесь уже… а сколько? Несколько недель, месяцев?       - Прошу, поверь нам.       Я чувствовала, как меня разрывает от нестерпимого гнева. Гнева на саму себя.       - Какой там срок? Ты видела? Знаешь, сколько мне сидеть в этой колонии?       - Мы работаем над этим.       - Мы? Кто мы? Ты и Юля?       - Мы…       - Знаешь что, забудьте. Просто оставьте это. Я все равно навряд ли выйду. Тут либо ты нагибаешься, либо тебя нагибают. А я защищаюсь и попадаю в изолятор. Каждый раз мне дополнительно приписывают это к сроку. Он растёт. Успокойтесь уже и живите своей жизнью.       Слёзы уже не прекращались, но я все равно пыталась их глушить.       - Я сделаю все, чтобы ты отсюда вышла, уяснила? Надо будет кого-то ублажать, я встану раком. Кому-то заплатить, я всучу этот конверт. А если умолять, я встану на колени и буду целовать ноги. Как же ты не понимаешь?       Я опустила голову, но продолжала слушать нежный голос.       - Зачем? Зачем тебе это?       Она вздохнула и с улыбкой посмотрела на меня. Из её глаз текли маленькие струйки. Но она будто святилась от этого.       - Потому что, люблю тебя. Можешь не говорить, что я дура, или какие ты словечки используешь. Я просто люблю тебя, как ты любишь её.       Я засмеялась.       - Глупая девчонка.       Она подхватила этот смех.       Я заглянула в её зелёные глаза. Они все также отражали дерзость, вперемешку с нежностью.       - Маша…       - Нет, я буду бороться. И мне плевать, если ты сдалась.       Она повесила трубку и я осталась один на один со своим прошлым.       Примерно 168 дней назад       - Мы же пойдём на день города.       - Ты снова начинаешь.       - Ну, Вик. Ну, пупсик.       Я вздохнула и лёгкие губы коснулись моих губ.       - Ладно, ладно. Ты же не отстанешь.       - Твои подруги приедут? Я мечтаю с ними познакомиться.       - Увы, они учатся. Приедут только летом.       - Как жаль.       - И не называй меня пупсик, что за уменьшительное словечко.       - Хорошо, пупсик.       Я дернулась с места и она начала убегать от меня.       Я поймала её в комнате и уложила на кровать.       - Ты маленькая хулиганка. Я тебе сейчас устрою.       Она пыталась вырваться, но я продолжала её щекотать.       - Ну все, все.       Я легла рядом и взяла её за руку. Соня опустила голову на мою грудь и горячая жидкость волнами разлилась по телу.       - У тебя так сердце стучит. Ты волнуешься?       - Нет, просто хочу тебя.       - Придётся потерпеть. У меня месячные.       Я улыбнулась и поцеловала её в макушку.       - Я выдержу.       - А у тебя?       Она игриво посмотрела на меня и заползла под футболку. Её руки атаковали мою грудь. Внизу автоматически болезненно напряглось.       Соня опустилась ниже и провела рукой по животу. Боже, моё желание возрастало с каждым движением. Да о чем говорить, я ещё после первого прикосновения потекла.       - Подразнить тебя или подарить удовольствие?       Сладкая стадия смирения прошла и наступила стадия атаки. Делай со мной все, что угодно. Я готова плавится от твоих пальцев.       Как по щелчку, её пальцы нырнули в трусики и когда до моего клитора оставалось совсем чуть-чуть, раздался звонок.       - Черт, телефон.       - Не бери, пожалуйста.       Но было слишком поздно, Соня вытащила руку и уже ответила на звонок.       - Господи…       - Да, да… я скоро буду… - она отключила мобильный и с негодованием начала одеваться.       - Ты куда?       - Мне нужно на работу, там какие-то неприятности. Ты останешься здесь или…?       - Нет, мне тоже нужно по делам.       - Точно. Диплом.       - Нееет.       - Дааа.       Она чмокнула меня в носик.       - Ключи на столе, можешь остаться, можешь уйти. Мы созвонимся позже. Люблю тебя.       - И я тебя.       Дверь захлопнулась и я упала обратно на кровать.       Оставалось совсем чуть-чуть. До её ласк, до её невообразимых ласк. Как же я смогу и дальше терпеть?       Я взяла телефон и чтобы немного остыть, начала пролистывать соцсети. Все обычно, новости, фотки, реклама. Но тут мой палец замер… Это её профиль. Это Маша.       Я убедилась, что дверь заперта и только после этого, открыла её страницу.       На всех фотках она была очень счастливой. Непривычно видеть её такой. Непривычно её вообще не видеть. Пару дней назад она улетела в командировку. Точнее, это произошло сразу же, после моего признания в любви к Соне. Что она ощущала, я не могла знать и от этого моё сердце тоже болело. Она не отвечала мне на сообщения. Может быть… нет… хотя, может, стоит ей позвонить? Я просто узнаю, все ли хорошо. Мы же вроде как друзья. Или это плохая идея.       Я перелистывала её фотки и наткнулась на ещё одного человека. Рядом с ней стоял брутальный мужчина. Он был начисто выбрит с ухоженной причёской и ровным пробором. Я пригляделась. Черт, да он привлекателен на все пятьсот. Это её муж? Егор? Если да, то я немного ей завидую. Но внешние показатели, как правило, не относятся к внутренним.       Я задумалась. А что, если ей очень плохо? Вдруг, она страдает или снова напивается по вечерам?       Я открыла контакты и остановилась на её имени. Черт. Я нервно кусала ногти. Она же не пошлёт меня на первом же слове. Да пофиг.       Я нажала на вызов и приложила телефон к уху.       Гудки. Долгие бесконечные гудки. Понятно, она не возьмёт и это по крайне мере глупо и…       - Алло, - в её голосе слышалась деловая нотка. Она что, даже не посмотрела кто звонит?       - Привет.       Тишина. Я проверила, нет не отключилась.       - Это Виктория, Виктория Кот.       - Привет. Что-то случилось?       Её серьёзный тон выбивал меня из колеи. Мне хотелось положить трубку. Видимо, между нами действительно все потеряно.       - Я…       - Милая, иди сюда, нам ещё отчёты снимать.       Ясно. Она там не одна. Мужчина. Пусть будет так. Так даже лучше. Но почему мне захотелось расспросить её?       - Сейчас… - она зажала трубку рукой и половину я не расслышала. – Вика, так что случилось? Я немного занята.       - Просто… просто хотела узнать, как у тебя дела и все ли хорошо?       Я прикусила язык. Дерьмово звучит и так понятно, по шумам вдали, что у неё все пучком.       - Всё хорошо. Я бы сказала, просто прекрасно.       Я улыбнулась.       - Это замечательно.       Тишина. Какой-то неловкий разговор получается.       - Ещё что-то?       - Детка, ну ты идёшь? Друг заждался.       - Нет, ничего. Ты занята, извини за беспокойство. Тебя ждёт друг. Пока.       Я положила трубку и откинулась на подушки. Нахрена, Кот? Нахрена, ты ей позвонила, чтобы, что? Услышать мужской голос, который говорит о том, как он хочет её почувствовать внутри. Блять. Я с ума схожу. Сама же хотела прекратить это все. И что теперь? Идиотка.       Я закрыла глаза и попыталась собрать мысли в кучу.       Диплом. Точно же.       Я оделась и рванула домой. Нужно написать первую часть, иначе мне крышка.       Я зашла домой и сразу же поняла, что бабушки нет.       - Ну, да. Записка.       Уехала к Вове, ба. Люблю. Еда там, где всегда.       Я улыбнулась.       Уверена, дядя Вова тоже тебе благодарен, бабуль.       Я съела пару бутербродов и села за ноутбук. Пора осуществить хоть что-то в своей жизни.       - Итак, начнём писать этот ад.       Я усердно выводила каждое предложение со всеми запятыми и точками. Мне нужна была максимальная оценка и в создание шедевра, меня никто не остановит.       Моё сердце занято и трепещет от любви. Первая часть диплома готова, спустя четыре часа. Сейчас я могу посвятить себя сериальчикам, пока Соня не позвонила. Жизнь хороша. Особенно такая жизнь.       Я забралась под одеялко и включила свой любимый сериал. Итак…       - Конечно, кому приспичило меня отвлечь?       Я взяла телефон. Мария Олеговна. Что за фигня? Может глюк?       - Да?       - Привет, Виктория.       - При-вет.       Получилось не очень. Но я была слишком шокирована. Особенно, после первого телефонного разговора, сегодня днем.       - Я тебя не отвлекаю?       Сериал в пролёте. Я закрыла ноутбук.       - Нет, нет. Что такое?       - Мне… я хочу с тобой поговорить… то есть, поболтать. Ну, из разряда, как дела, что делаешь. Всякая ерунда.       Её голос был таким же нежным, но потерянным. Она там смущается что-ли?       - Да, хорошо. Давай поболтаем.       Я услышала тяжёлый вздох и мне стало не по себе.       - У тебя все нормально? Ты будто, устала?       Она тихонько посмеялась и я вспомнила её прекрасное лицо. Светлые локоны, зелёные - чистый изумруд, глаза. Как я попала в её список «любимчиков».       - Я устала, в каком-то роде. От работы, от вечных переживаний, от… одиночества.       - Но у тебя же сегодня был друг или дружок, как там его. Я думала, ты там на полную катушку отжигаешь.       - Нет, это не так. Я пытаюсь, но… не выходит.       - Так ты с ним не спала?       - С кем? С Ваней?       Я закусываю губу. На кой черт этот вопрос вылетел из моего рта. Надо держать язык под замком. Я молчу. Что мне ей сказать?       - Ну… это не моё дело, так что…       - Да… я с ним сплю. Мне нужна разрядка, понимаешь, иначе я снова стану злой сукой.       Мы посмеялись. А она не промах, говорит сразу напрямую.       - Ты не сука, ты хороший человек, Маша.       - Мне не хватает тебя.       Ком. Огромный ком в горле. Я не могу сказать и слова. Надо покашлять. Я же не могу вечно молчать.       - Знаю, тебе там плевать. Но то, что я чувствую, меня это разрывает.       Господи. Да что со мной. Почему я не могу ей ответить. Почему так трудно. Что я делаю не так.       - Мне тоже тебя не хватает.       Я резко выдала то, что не смогла бы сказать в другой момент. Но мне было необходимо, чтобы она услышала слова поддержки, чтобы не сдавалась. Чтобы жила долгой и счастливой жизнью.       - Маша, пожалуйста, не думай, что я про тебя забыла. Ты мой…       - Я твой… друг? Знакомая? Любовница? Руководитель? Кто, Вика? Кто?       Ох, Маша. Если бы я знала.       - Я не знаю. Не знаю.       - Ладно. Извини, что потревожила.       - Маша…       Она скинула трубку. Да, Господи. Меня вообще когда-нибудь оставят в покое.       Через секунду на телефон пришло сообщение и без всякой задней мысли, я его открыла.       Эта была фотография женского тела. Полная грудь, плоский живот, длинные ноги.       Я только хотела его закрыть, как пришло ещё одно сообщение.       Снова фотка. Только на этот раз, там была изображена девушка в целом. Абсолютно голая. Её соски стояли, а рука была внизу, между ног. Один пальчик точно был прямо внутри.       «Как тебе?».       Сумасшедшая. Что она творит?       Звонок. Снова звонит Мария Олеговна. Да чтоб её. Сначала фотки, теперь что?       - Ты что делаешь?       - Как что? Возбуждаю тебя.       - Не нужно. Маша у меня есть девушка.       - А разве секс по телефону это измена?       - Да, твою мать, это как минимум интрижка за спиной.       - Хорошо, ну согласись, тебе понравились эти фотки. Ты же возбудилась? Помнишь, как мой язычок тебя ласкал, как я доводила тебя до самого пика. Скажи, с ней у тебя уже это было? Она тебя попробовала?       - Маша, хватит. Не надо.       - Значит, Соня до тебя не дотрагивалась.       Я вздохнула. Что больше меня бесило в этой ситуации, я даже не могла сообразить. То ли, то, что она меня завела, то ли, то, что говорила правду и это словно резало по сердцу.       - Чего ты хочешь?       - Того, чего и ты. Я хочу заняться с тобой любовью, жёстко, нежно, в разных позах, в разных местах. Ублажать тебя до потери памяти и боли в мышцах. Касаться тебя. Касаться тебя ртом там, где секунду назад были мои пальцы.       Внизу живота резко кольнуло, когда я поняла, насколько возбуждаюсь от её голоса. Боже. Она меня мучает. Её здесь нет. Но она все равно может это делать.       - Я знаю, что ты не дышишь, потому что, я уже забрала твои губы и всасываю язык. Я провожу большим пальцем по твоему розовому соску и сильно щипаю. Ты вскрикиваешь, но мой язык тут же проводит дорожку от шеи к груди, ниже… изучает твой живот, проникает в пупок, заходя все дальше, глубже. Переигрывает тебя, заводя в тупик. Опускается ниже, лаская твой лобок. Ты снова стонешь. Мои прикосновения тебя убивают. Мысленно приводят в замешательство, а физически раскрепощают. Твои щеки горят, но я даже не думаю останавливаться. Ниже. И вот я уже у цели. Целую внутреннюю часть твоих бёдер, поочерёдно облизывая каждую сторону. Ты изнываешь, когда мой пальчик начинает играть с тобой. Я касаюсь твоего клитора и ты теряешь контроль полностью. Ты уже моя. Тогда и только тогда, я касаюсь тебя там. Нежно, искусно. Тебе приятно, ноющая боль отдаёт в этой области и только когда, ты кричишь, «умоляю», я впускаю внутрь тебя один пальчик, а затем твоя влага вбирает ещё один. Я начинаю двигаться, все быстрее и быстрее. Для тебя это мука, но ты знаешь, что скоро кончишь. Твои глаза вспыхивают тёмными точками, а твой разум уже далеко за пределами настоящего мира. Мой язык готов и я позволяю полностью забрать тебя. Твой клитор достаточно набух, а влага продолжает сочиться, с гигантской скоростью. И вот теперь, я хочу, чтобы ты подпустила нотки приближающегося оргазма ближе. Ты должна подарить мне миг, который я запомню на века. Я хочу довести тебя до безумства. Распространить его в каждую клеточку. Умерь свой пыл, я уже на грани. Я слишком сильно хочу, чтобы ты кончила, прямо мне в рот. Сделай же это. Ну же.       Я откинулась на подушку и со стоном кончила. Мое тело стало ватным, а её голос все ещё держал меня в плену.       - Я же говорила, что ты хочешь меня.       - Я… не должна была…       - Но сделала. А теперь отдыхай. Мне тоже нужно освободить себя.       - Погоди… ты не скажешь…       - Нет, детка, никому. Этот урок я выучила. Теперь, я научу тебя.       - Что? Что ты сделаешь?       Но в телефоне раздались гудки. Она ненормальная. А я, кто я? Что я только что сделала? Неужели, я не могу себя контролировать рядом с ней. И если это так, то что мне делать ещё два месяца? Или всю жизнь?       - Ба, это ты?       - Да. Задержалась в магазине, все, как обычно.       Я улыбнулась и зайдя на кухню, обняла бабушку.       - Что случилось?       - Как же хорошо, что ты рядом.       Она засмеялась и шлепнула меня по попе. В этом вся ба.       - Садись давай, я купила горячие пирожки.       - Ммм. Вкуснятина.       - Ты главное, девочка, ешь. И обещай мне, что не сунешь голову в кипящую воду.       - Ну, ба.       - Пообещай, что больше не свяжешься с опасными людьми. Твои кулаки никогда ничего не докажут, Виктория. Будь умнее, хорошо.       Я уже стала умнее. Вот только, смогу ли я не потерять уверенность завтрашнего дня.       - Обещаю, ба.       Ведь, ты один из немногих лучиков света в моей жизни. Я не смогу без тебя. С тобой мир уже не кажется таким серым и ужасающим. Я все отдам за тебя, даже свою жизнь.       Примерно 168 дней спустя       - Нет! Нет! Нет!       Я смяла листок бумаги и упала на пол. Мне было все равно, кто мог меня слышать. Я просто не верила в это. Я не могла. Как? Ни сейчас, ни тут.       Слезы душили меня. Все стало пеплом. Это больше ничего не значит. Я упустила, сквозь пальцы. Прости меня.       Вика!       Прости, что так резко, но я должен тебе сообщить. Бабушка умерла. Она уже несколько недель находилась в больнице, но врачи говорили, что она поправиться. Мы не хотели говорить тебе об этом. Ба, взяла с нас обещание, что ты не узнаешь о лечение. Мы все скорбим. Мы все убиты горем. Её похороны состоятся через три дня. Мы сделаем все возможное, чтобы тебе дали право на присутствие. Право попрощаться. Люблю тебя, твой дядя. Держись, малыш.       - Прости меня, ба. Я не сдержала слово.