Бездумный отказ и непреднамеренное (намеренное) голодание.

Ещё до того, как крик оборвался, Дрим вскочил на ноги, сжимая рукоять биты побелевшими от усилия костяшками пальцев. Сапнап практически вывалился из своей палатки, споткнувшись о шнурки собственных надетых, но не завязанных ботинок, собирая пистолет с рекордной скоростью и рванув в направлении крика даже быстрее блондина. Дрим побежал прямо за ним, следуя по тропе очевидного разрушения всё глубже в лес. Томми и Таббо выскользнули из своей палатки с широко открытыми глазами, глядя на Уилбура в ожидании указаний. Выражение лица брюнета застыло, когда они услышали ещё один крик, разлетающийся по лагерю, доносящийся примерно из того же направления, что и до этого. — Если он не перестанет кричать, все зомби на расстоянии десяти километров соберутся здесь! – прошептал Таббо, лицо которого побелело от страха. Томми выглядел не лучше – белоснежные щёки казались немного зеленоватыми, пока он крепко держал в руке складной нож. Бэд вышел на улицу с сумкой на плече и более длинным ножом на поясе и тоже рванул в сторону шума. — Эрет, оставайся здесь и присмотри за детьми. Если дело дойдёт до этого, тебе придётся их защищать, – рявкнул Уилбур брюнету, который серьёзно кивнул, уводя подростков обратно в палатку. Парень схватил пистолет, лежавший под свёртком бинтов – единственное огнестрельное оружие кроме глоков Сапнапа и Бэда, которое было в лагере, и поспешно побежал в глубь леса, когда третий крик эхом разнёсся среди деревьев. Уилбур был максимально осторожен, часто оглядываясь, так как по собственному опыту знал, что зомби привлекают громкие звуки, и, очевидно, на территории леса их было куда больше, чем только те, которых встретил Джордж. Недалеко впереди он заметил Бэда и ускорился, чтобы догнать его. Они безмолвно бежали бок о бок, и Уилбур невольно задумался, как же далеко ушёл Джордж. Спустя некоторое время двое наткнулись на мелкую речушку, чьё течение становилось всё быстрее из-за усиливающегося дождя. Маленькое безлистное деревце прорастало на одном из илистых бережков, и на одной из веток виднелся клочок тёмно-синей ткани, очевидно, принадлежавшей Джорджу. Бэд указал на следы по ту сторону реки. — Сапнап и Дрим пошли тем путём, и, думаю, Джордж тоже, – Уилбур кивнул в ответ, и двое перебрались на другой берег, по колено зайдя в воду, не снимая обуви. Дождь заливал их, и брюнет изо всех сил старался сохранить свой пистолет сухим, опасаясь, что, намокнув, он не будет работать. Двое последовали по глубоким следам, оставшимся в красноватой размытой земле. В течение нескольких минут они не слышали ни единого крика, и Уилбур действительно забеспокоился – он мог буквально чувствовать, как сильно сердце бьётся у него в горле. Они выбежали из леса, и Бэд едва успел остановиться, спасаясь от падения с незамеченного им ранее обрыва. Двое обернулись на бескрайние просторы, заросшие деревьями и травой, бешено вертя головами вокруг, игнорируя сильный ветер, бросающий ледяные капли дождя им в лица. — Бэд! – закричал Сапнап, вылетая из-за деревьев в нескольких метрах от парней и бросаясь к ним. — Где Джордж? – крикнул Уилбур, поправляя чёлку с глаз и побежав навстречу Сапнапу. — Я не знаю! Я не могу его найти! И крик прекратился, – ответил Сапнап, выглядя не менее расстроенным, чем остальные. Его загорелая кожа побледнела, а руки дрожали, пока он оглядывался вокруг. — Где Дрим? – спросил Бэд, проверяя, выключен ли предохранитель на его пистолете. Челюсть Сапнапа отвисла. — В смысле? Я думал, что он с вами… Глаза Бэда расширились. — Да ладно. Теперь нам надо найти двух потерявшихся среди чёрт знает скольких зомби. Надо выдвигаться, – рявкнул Уилбур, глядя на двух других, – Мы не можем позвать их, потому что тогда у нас будут огромные проблемы с нежитью. Так что мы держимся вместе и ищем их. Сапнап кивнул, равно как и Бэд, хотя брюнет выглядел куда более неуверенным, пусть и скрывал страх лучше первого. Трое вновь вернулись в лес, следуя по направлению следов. Дождь начал постепенно утихать, благодаря чему их поле зрения расширилось. Руки Сапнапа дрожали, пистолет в них слегка дребезжал из-за тряски. Единственными звуками были стук редких капель дождя, ударяющихся о листву над их головами, и тошнотворное хлюпанье их ботинок, утопающих в грязи. — Дрим! – крикнул врановласый так громко, как только мог, не привлекая внимания зомби, когда заметил среди деревьев знакомые золотые локоны друга. Упомянутый парень резко обернулся в направлении звука, надеясь, по-видимому, увидеть Джорджа, судя по тому, как его лицо исказилось гримасой безнадёжности, когда он встретился взглядом с Сапнапом. Дрим поплёлся в сторону группы, легко размахивая битой. Уилбур казался не менее разочарованным, рассеянно включая и выключая предохранитель на его пистолете раз за разом. — Я не могу его найти, – пробормотал блондин, проводя рукой по влажным волосам. — Дождь стёр его следы, – выдохнул Бэд, указывая на пустые лесные дорожки, – Лучшее, что мы можем сделать, это продолжать его поиски. Я уверен, он где-то недалеко. Сапнап кивнул, преисполненный новой решимости – он только-только начал строить дружеские отношения с Джорджем, и не собирался позволять этой эмоциональной уязвимости пропадать зря. Однако где-то в глубине души парень весь съёжился при мысли о том, что брюнета сейчас поедают несколько зомби где-нибудь в грязной канаве. Все знали, что он был недостаточно силён, чтобы самостоятельно справиться с нежитью, особенно безоружным, промокшим и напуганным. — К чёрту, – пробормотал Уилбур, – Мы должны начать звать его. Звук привлечёт больше нежити, но это самый быстрый способ. После некоторого колебания вся группа всё же начала кричать, зовя Джорджа. Неподалёку, Джордж собственной персоной находился в весьма шатком положении. Один зомби – мужчина средних лет с лысиной на голове и виднеющимися под язвами на коже кусками черепа и в рыбацком жилете лежал на полу, проткнув рот и череп острой палкой, которую брюнет решил использовать в момент изобретательности в качестве импровизированного оружия. Другой – леди в бирюзовой рубашке и с нитями почерневшего жемчуга на груди, пыталась пробиться сквозь густой куст, который Джордж сумел поставить перед пещерой, в которую он бросился, как только заметил. Жёсткие рыжие волосы зомби цеплялись за множество веток, на что она просто оторвала себе голову с диким рычанием. Её глазами были туманными и бездушными, глядя прямо на её потенциальную добычу, съёжившуюся в глубине пещеры. Возможно, “съёжившуюся” было не совсем подходящим словом. Сильно истощённый и довольно уставший Джордж израсходовал тот небольшой запас энергии, что у него был, в борьбе с первым зомби, что заставило его почувствовать головокружение и слабость, когда парень ввалился в каменистую пещеру через узкий вход, предусмотрительно перекрытый им после толстыми ветками кустарника, и сразу уже упал на пыльный пол. Его зрение то возвращалось, то вновь исчезало, словно Джордж вот-вот упадёт в обморок, но он изо всех сил заставлял себя бодрствовать, упорно открывая глаза каждый раз, когда они закрывались. Парень знал, что если зомби проберётся сквозь кусты, ему конец – будет он в сознании или нет. Но, представляя себя спасённым из всего этого кошмара, парень ощущал наполнявшую его необъяснимую волну комфорта. Вдруг Джордж услышал шум. Тихий крик, определённо человеческий. Он был едва различим, приглушённый расстоянием и всеми теми слоями грязи, под которыми брюнет находился, забравшись в эту пещеру. Затем он услышал ещё один, немного другой, словно голос был повыше. Парень напряг слух, изо всех сил стараясь расслышать его, осмелившись подползти ближе ко входу в пещеру, разозлив зомби, чьи дикие когти злобно и отчаянно зацарапали воздух. — Джордж! – послышался крик. Слабый, но, безошибочно, принадлежавший Дриму. Глаза брюнета заслезились и ему стало плохо. Он не знал, хватит ли ему сил крикнуть в ответ, но был обязан хотя бы попытаться. Поднявшись на ноги, цепляясь за стену пещеры в качестве поддержки, Джордж поднёс руку ко рту и крикнул в ответ: “Дрим!”. Это не было похоже на тот ужасный визг, который он издавал ранее, когда адреналин позволял легко игнорировать хрупкость его истощённого тела. Крик был слабым, но самым громким, какой он только мог из себя выдавить. Его уши, казалось, вот-вот лопнут от давления на них шума. — Джордж! – снова раздался крик, на этот раз полный облегчения и явно приближающийся. Но Джордж больше не слышал его, поддавшись слабости и потеряв сознание на холодном полу пещеры. Он, по большей части, ожидал этого, и потому старался смягчить падение руками, но всё равно со стуком ударился головой о каменистую поверхность. Когда Дрим остановился у основания пещеры, первое, что он заметил – это взъерошенную рыжую шевелюру и злобно разинутую пасть полную окровавленных зубов и слюны. Блондин, не колеблясь, шагнул вперёд и сильно ударил битой по голове твари, слегка вздрогнув от тошнотворного хруста, раздавшегося после того, как череп зомби был пробит. Когда тварь прекратила дёргаться и наконец замерла после сильного удара Дрима, парень бросился к довольно очевидному укрытию Джорджа, с лёгкостью раскидывая толстые ветки. Брюнет был в бессознательном состоянии, безвольно лёжа на каменном полу, с грязным лицом и в рваной толстовке, похожий на кадр из какого-нибудь драматического телешоу. Дрим резко ахнул при виде этого зрелища, рванув к Джорджу и проверяя его пульс, с облегчением выдохнув, когда почувствовал его. Он с небольшим трудом поднял Джорджа, держа его в свадебном стиле как в клишированных фильмах. Однако блондин ускорился в своих действиях, заметив, как красная жидкость впитывается в тёмно-синий капюшон толстовки Джорджа, просачиваясь из его затылка. Дрим как можно скорее побежал обратно к группе, стараясь как можно меньше тревожить раненного парня, находящегося в его объятиях. — Сапнап! – крикнул Дрим, заметив красную рубашку врановласого сквозь деревья. Парень появился перед ним, выглядя одновременно счастливым, вновь встретив двоих, но напуганным состоянием, в котором он находились. — Дрим! Ты его нашёл! Дрим кивнул, переводя дыхание, когда они пошли дальше в лес. Блондин переместил Джорджа назад так, что можно было сказать, что он катает парня на спине, если бы тот был в сознании и Дриму не приходилось держать его руки, всё ещё поддерживая под ноги, чтобы тот не свалился. Раз или два брюнет бессвязно что-то бормотал, и парень посчитал, что это положительный признак того, что Джордж возвращается в сознание. Сапнап говорил что-то о трупе зомби на берегу реки, но у Дрима не было сил слушать, когда он сосредоточился на том, чтобы поскорее воссоединиться с Уилбуром и Бэдом и вернуться в лагерь до наступления темноты. Когда группа из пяти человек вернулась в лагерь, их встретил Таббо, находящийся на грани истерики несмотря на все усилия Эрета и Томми успокоить его, потому что он слышал буквально каждый крик и шум, раздавшийся в лесу за те час или два, что группа была на поисках. Дрим отнёс Джорджа в их общую палатку, за ними последовали все остальные. Блондин осторожно уложил парня на их общую кровать, позволив Уилбуру осмотреть и очистить все полученные брюнетом травмы на руках, ногах и затылке. — Он будет в порядке, – сказал Уилбур, взглянув на рану на голове. Дрим негромко вздохнул с облегчением, – Эта рана на затылке маленькая, но сильно кровоточит. Ему просто нужно отдохнуть, – заключил брюнет, вновь уложив парня и проигнорировав то, как он ворочался во сне. — Нам нужно уходить, – сказал Бэд после того, как все проверили раненного Джорджа и переглянулись между собой. Уилбур нахмурился, когда все вывалили из палатки на основную территорию лагеря на улице. Парень медленно покачал головой, но Сапнап прервал его прежде, чем он успел сказать что-либо. — Мы здесь уязвимы. Мы не видим всего, что происходит вокруг. У нас нет чистого источника воды или крепкого убежища, – сказал врановласый, слегка поправляя повязку, обмотанную вокруг его головы. Томми и Таббо оживлённо болтали на одном из брёвен в нескольких метрах от них, но было очевидно, что они подслушивают. Эрет начал разводить костёр на грядущую ночь, безмолвно вникая в разговор. — Но куда нам идти? – пробормотал Уилбур. Он не отказывался, скорее просто просил больше аргументов. Парень посмотрел на Дрима, но блондин молчал, казалось, подавленный своим беспокойством о состоянии Джорджа. — У меня есть семья в Атланте. Мы можем пойти туда, а после уже сориентироваться, – предложил Бэд, – Мы можем найти работающие автомобили на шоссе, а бензин откачивать из уже поломанных. Спать в машине и как можно меньше останавливаться по дороге. Уилбур медленно кивнул, видя смысл в предложенной идее. — Хорошо, – это не выглядело хорошо, — На рассвете мы спустимся к шоссе и найдём машины, а сразу же после поправки Джорджа отправимся в путешествие. Все согласились с планом, даже Дрим, несмотря на его неясное состояние. Томми казался весьма взволнованным перспективой скорого отъезда, заявив остальным, что он “всё равно никогда не любил сосны”. Когда Уилбур, Сапнап и Эрет ушли, чтобы спуститься по склону холма к дорогам, Бэд занялся переупаковкой всех вещей, очень повеселив своим крайним помешательством на контроле Томми и Таббо, которые должны были помогать ему. На самом деле всё, что они делали, это сидели у костра, жаря банку тушёнки над его догорающими остатками, и очень громко смеялись каждый раз, когда Бэд ругал их за их ненормативную лексику. Дрим был поблизости, продолжая наблюдать за состоянием Джорджа. Уилбур, который казался столь же обеспокоенным, сколько и равнодушным, заверил блондина, что тому лишь нужно немного поспать, но Дрима это больше не успокаивало. Он оставался рядом с Джорджем всю ночь, не решаясь заснуть на случай, если тот вдруг проснётся в полной темноте. Дрим разговаривал с брюнетом, по большей части просто выкладывая всё, что приходило ему в голову, время от времени поглаживая его мягкие и слегка отросшие волосы, восхищаясь тем, как его обычно хмурый вид заменился спокойным выражением лица во сне. Блондин рассказывал о своих мыслях об апокалипсисе, своих страхах, о том, как он хотел защитить Джорджа больше всего на свете и понятия не имел, как с этим справляться. Он говорил о том, что мало что помнил из жизни до апокалипсиса, кроме того, что хотел стать учителем. Дрим рассказывал Джорджу о том, как ужасно он чувствовал себя по отношению к Сапнапу и Бэду, о том, что в глубине души он знал, что они были лучшими друзьями, но потеря памяти оставила дыру в его разуме, и парень понятия не имел, как это исправить. Он рассказал Джорджу о своих чувствах, о том, как сильно это напугало его изначально, о том, как он готов на всё ради другого, даже несмотря на то, что он с тем же успехом мог бы вернуться к Уилбуру. Когда наступило утро, и все члены группы были представлены сами себе, Дрим бродил вокруг лагеря, пытаясь отвлечься, как только мог, стараясь при этом никого не тревожить. Когда трое вернулись, на их лицах сияли улыбки. — Мы смогли завести пикап, минивэн и маленькую синюю штуку. Залили в них всё, что смогли откачать из остального металлолома, – ухмыляясь сказал Эрет, чьи солнечные очки слегка сползли вниз по переносице. Сапнап с энтузиазмом кивнул. — Ага! Эрет знает, как завести даже запертую машину, тут без претензий! – посмеялся он. Уилбур казался довольным, хотя по мере приближения отъезда читать его становилось всё труднее. В тот вечер Джордж проснулся, медленно открывая глаза. В тот момент была очередь Сапнапа наблюдать за ним, пока остальные ужинали. — Сапнап? – пробормотал парень, медленно поднимаясь. Врановласый в шоке уставился на Джорджа, явно не ожидая, что тот очнётся. — Эй, эй, эй, лежи, идиот, – сказал он, мягка толкая голову другого обратно на импровизированную подушку, скрученную из нескольких толстовок, – Дай я схожу за Уилбуром, чтобы он проверил твои травмы, – сказал Сапнап, собираясь идти, но Джордж быстро схватил его за запястье, потянув назад. — Нет! Пожалуйста, не зови Уилбура, – попросил Джордж, безмолвно умоляя другого взглядом. Сапнап сдался, как минимум из-за того, что его слабый голос напомнил ему младшего брата. Тем не менее, он позвал Уилбура и Дрима, когда мгновение спустя Джордж погрузился в немного менее глубокий сон. Джорджу потребовалось около трёх дней, чтобы получить не только возможность, но и желание путешествовать. Всё это время он практически не выходил из своей палатки, постоянно находясь под присмотром. Дрим почти никогда не покидал его, давая брюнету больше еды, чем он съел бы по собственному желанию, и помогая ему вставать и постепенно ходить без постоянного головокружения. Уилбур осмотрел его один раз – Джордж не позволил бы ему больше – и его единственным советом было больше есть, явно недоедающий брюнет нуждался в нескольких килограммах. Дрим не был уверен, что сделало этот разговор таким неприятным и напряжённым, слова каждого из парней были словно укусами, и это не было похоже на их обычную неприязнь. Позже Джордж признался ему, что всё ещё надеялся улучить свободную минутку наедине с Уилбуром, чтобы расспросить его о его поступке. Они ехали целый день, прежде чем остановились в первый раз, выстроившись в ряд из трёх машин на дороге. Джордж и Дрим ехали вдвоём в пикапе. Блондин осторожно вёл машину и, кажется, знал, как сэкономить бензин. Брюнет же большую часть времени спал, но иногда они всё же разговаривали, подобно тем беседам, которые они вдвоём поддерживали в квартире Джорджа. Фактически, они просто разговаривали обо всём произошедшем. В конце концов, Джордж объяснил Дриму всё, что произошло между ним и Уилбуром от и до, что заставило парня ненавидеть его ещё больше. Брюнет заверил его, что у Уилбура наверняка была веская причина так поступить, но было очевидно, что он и сам едва ли в это верил. Ночь была холодной, температура неуклонно понижалась с медленным наступлением темноты. Ранее группа уже решила просто остановиться и спать в машинах, вместо того, чтобы ставить палатки. Двигатель красного пикапа был не лучшим, агрессивно рыча, когда он останавливался. Дрим выбрался наружу, и несколько мгновений спустя Джордж последовал за ним. Из бежевого минивэна вышли Уилбур, Эрет, Томми и Таббо, смеясь над тем, что, должно быть, сказал один из них ранее. Бэд и Сапнап припарковались рядом в маленькой синей машинке, также выбираясь на улицу к остальным. Группа объединилась позади пикапа, вытаскивая еду из кузова, в котором под несколькими водонепроницаемыми тканями хранилось всё их снаряжение. Они ужинали вместе, в основном чтобы поддерживать то странное чувство товарищества, которое и сблизило их изначально. Несмотря на то, что недоверие между объединившимися группами рассеялось, в воздухе всё ещё витала некоторая неловкость, и каждый был благодарен за то, что они вернулись в свои машины на ночь, чтобы поспать. Напряжение между Дримом и Джорджем постепенно нарастало с течением времени, которое они проводили вместе. Они оба это осознавали. Между ними словно пробегала искра каждый раз, когда они случайно соприкасались; особая близость возникла, когда Дрим проверял раны Джорджа вместо Уилбура, от чьей помощи брюнет добровольно отказался. Однако никто из них не хотел делать первый шаг, Джордж – из-за страха уязвимости, а Дрим – из-за страха быть отвергнутым (и Уилбура). Однако, когда пара залезла обратно в пикап, их взгляды встретились и задержались слишком надолго, и между ними вспыхнула лёгкая дымка желания, когда двое начали пытаться заснуть. Джордж забрался на переднее сиденье, вытянувшись поперёк и прижав колени к двери. Дрим же слегка откинул своё кресло назад. Позиции у обоих были неудобными и некомфортными, и единственными звуками были их тихое дыхание и мягкий шум двигателя, который Сапнап завёл, чтобы проверить, действительно ли он хорошо работает. Джордж тихо вздохнул, садясь на край кресла. Без работающего двигателя было холодно, даже слишком холодно для парня, который постоянно мёрз. Дрим поднял голову и повернулся к нему лицом, на котором отразились озорные искорки веселья при виде дрожи брюнета. — Ты в порядке? – спросил он, приподняв бровь. — П-п-полном, – ответил Джордж сквозь стучащие зубы, прежде чем засмеяться в поражении. Дрим фыркнул в ответ. После того, как смех прекратился, они погрузились в мягкую тишину на несколько мгновений. Их взгляды встретились. А потом они примкнули друг к другу, отчаянные руки бродили по чужой коже, одежде, волосам – всё, на что могли наткнуться. Джордж не целовал никого несколько месяцев, изголодав не только по физическим прикосновениям, но и по психологической привязанности. Дрим был довольно неопытен в сфере поцелуев, но в данный момент это никого не волновало. Всё, чего они оба хотели – это чистое удовольствие от близости с другим человеком. Дрим перелез на заднее сиденье, стягивая рубашку с застенчивой улыбкой, украсившей его лицо. Джордж почувствовал, что его снова прижимают вниз спиной, когда они неловко переместились, чтобы приспособиться к нехватке места. Заднее сиденье пикапа было маленьким и тесным, из-за чего Джордж неудобно прижимался к кожаным сиденьям. Он задышал чуть громче, посмотрев на парящего над ним блондина, который глядел на него как на произведение искусства. Зелёные глаза Дрима пронзали его кожу, оставляя за собой невидимые ожоги. Его левая рука находилась над головой Джорджа, неловко поддерживая себя, а правая мягко лежала на верхней части груди брюнета, едва ли оказывая давление в страхе причинить боль хрупкому парню. Двое снова столкнулись губами, прижимаясь друг к другу так же жадно, как до этого. Дыхание обоих сбилось, став частым и прерывистым в редких перерывах между поцелуями, и нежные вздохи вылетали из их ртов, подобно музыке. С того места, где лежал Джордж, кожа Дрима казалась золотом в лунном свете, сияющей медью в тусклом свете автомобиля. Он парил над другим словно ангел, ведомый собственной похотью; ангел, чьи глаза залиты греховным желанием. То, как он атаковал губы, челюсть, шею Джорджа, казалось почти кощунством, омрачающим чистоту его белоснежной кожи со слепым поклонением. Если раньше в машине было холодно, то теперь в ней становилось жарко от сочетания тепла их тел, движущихся друг против друга, аромат желания наполнял воздух вместе с чистым чувством, которое они преследовали, снимая напряжение в грязном освобождении их страсти. В ту ночь они спали в объятиях друг друга и не обсуждали, как Дрим сказал “я люблю тебя”, когда кончил.