Скетчбук писателя

      Пошло оно все! Я сделаю это, я убью его. Так просто должно быть. Так работают законы вселенной, остановить маховик невозможно. Он начал бег с первой мысли, первого слова. Неужели только я слышу его гул?       Черт! Черт! Черт! Разумеется, только я! А если найдутся такие, кто поймет, их будет безнадежно мало перед обманутой толпой.       И, если ненависть прочих а я смогу пережить, есть еще божественная Оливия! Она не простит. Что угодно, но не это. Глубоко внутри я знаю: Персиваля она любит больше, чем меня. Полюбила, еще когда мы не были сколько-нибудь знамениты. С первых его слов. Позже часть обожания досталась и мне. Ревную, хотя сам тогда научил как ей улыбнуться, сам подсказал те правильные слова!       Правильность! Вот что со мной не так! Всегда шел за зовом логики, за неотвратимостью последствий, и куда это привело!?       Ясно вижу, как все будет: Персиваль умирает, отчаянно, яростно. Красивый, как Икар в своем зените! И разверзается ад. Не для него - для меня, как только станет известно, что я наделал. Репортеры! Вспышки камер! Лица полные ненависти со всех сторон, куда ни посмотри! Оливия заберет детей и уедет: “Чтобы держать их подальше от толпы линчующей отца”. На деле, чтобы к толпе присоединиться.       Всегда удивлялся, как человек логики и науки может быть настолько слеп к движению вселенского механизма? Пытался объяснить: “Это эксперимент, как в твоей лаборатории, Лив. Я создал условия, но не властен над результатом. Ты не стала бы подделывать исследование всей жизни!” Она лишь посмеялась: “Смотря какие деньги на кону.” Вот гениальная дура! Ходячее противоречие! Не от того ли я люблю ее так дьявольски сильно, что кажется готов предать себя. Пойти в одиночку против необратимого маховика, пускай он размажет мой мозг в розовый кисель, по вкусу любителям хэппи эндов.       Она была в кабинете минуту назад: “Дети спят…” Видела, что я по-прежнему смотрю в пустую страницу. Поцеловала в висок: “С Персивалем ведь все будет в порядке?” Боже что я мог ответить!? Просто хмыкнул что-то неопределенное… Неопределенное…       Есть еще одно крайнее средство! Запретный, опасный прием, компромисс, едва ли лучше убийства, но все же… все же… я могу оставить открытый финал.       Никогда не был хорош в подобном. Может выйти хуже.       Последние сроки давно прошли, мне надо на что-то решаться.