О важности произнесенных слов

На следующее утро Малфой чувствовал себя так плохо, как никогда прежде. Голова раскалывалась, а комната начала ходить ходуном, как только он оторвал голову от подушки. Он добрел до ванны слегка пошатываясь, и предпринял попытку прийти в себя с помощью холодного душа. Последний же никак не помог улучшить его состояние. Драко принял таблетки и еще долго пил воду из крана, ликвидируя последствия похмелья. Он прошел на кухню и заварил себе спасительную чашку кофе. Курить не хотелось, он еле как справлялся с тошнотой и головокружением. Малфой сидел неподвижно, смотря в одну точку в стене. Ему казалось, что если он будет совершать меньше резких движений, ему будет легче справиться с похмельем. Конечно, это было не так. После их разговора с Поттером, Драко чувствовал себя очень несчастным. Брюнет не понимал, перед каким выбором сейчас находился Малфой. С одной стороны, ему до невозможности хотелось послать Поттера с его помощью, со всеми сказанными им словами, его разочарованием в Малфое и той фразой: - Я хочу, чтобы ты заговорил. Пфф, Драко тоже много чего хотел. То, что Поттер поставил его перед фактом, очень не нравилось блондину. Хотя, стоит признать, что это был отличный ход. Данным действием он действительно давал Драко выбор: ты живешь дальше сам, и я исчезаю из твоей жизни так же внезапно, как и появился или, ты, Драко Малфой, начинаешь что-то предпринимать и решать проблему, которую ты, как слона в комнате, стараешься игнорировать. Единственное, чего не мог понять Малфой: почему Поттера так сильно волнует его недуг. Ему казалось, что с применением легилименции, вопрос их общения отпадет сам по себе. Но почему-то очкастому этого оказалось недостаточно. Логичных объяснений происходящего у Драко не было. На работе Малфой пребывал в самом, что ни на есть подавленном расположении духа. Этот контраст был сильно заметен с его вчерашним поведением, но коллеги, привыкшие к подобному настроению блондина, ничего не заподозрили. Каждый раз, когда кто-то заходил в библиотеку, Малфой надеялся увидеть Поттера. Возникшее непонимание между ними в тот вечер, он ни в коем случае не назвал бы «ссорой». Но что-то внутри подсказывало, что Поттер сдержит свое слово и не появится на пороге его квартиры или вообще в жизни Малфоя, пока тот сам не будет готов изменить свою среду обитания. Но все равно, каждый день Драко надеялся увидеть брюнета. И с каждым днем его ожидание все сильнее и больнее ударяло по его самооценке и чувствам. Иногда Малфой даже чувствовал обиду, хотя та была абсолютно беспочвенной и лишней. Где-то глубоко внутри он был согласен с Поттером, что только такой кардинальный метод способен заставить его действовать более решительно и смело. Так прошла первая неделя ожидания. Когда наступили выходные, Малфой рассчитывал на очередной субботний визит Поттера. И, естественно, Гарри не пришел. Учитывая, что он предупреждал о своем дежурстве, удивляться было особо нечему, Драко это понимал. Просто отсутствие Поттера внезапно сильно сказывалось на Малфое. Он слишком быстро привык к немногочисленным приходам Героя, которые хоть немного, но скрашивали его серые будни. Даже миссис Аддерли не смогла отвлечь его от тяжелых мыслей своей стряпней. Старушка каким-то чудом, когда Драко пришел к ней на воскресный обед, уловила подавленное настроение парня. Она мельком поинтересовалась у блондина о «том симпатичном молодом человеке», но, увидев реакцию на свои слова (в виде чересчур грустного лица), постаралась сменить тему. Когда Драко уходил, она всунула ему в руки большой и вкусно пахнущий кулек, в котором лежали остатки пирога с курицей и картофельного пюре. С началом новой недели подавленность Малфоя не ушла, а скорее приобрела хроническую форму. Его сердце все еще слабо дергалось, когда дверь библиотеки открывалась, но на пороге вновь появлялся не тот человек. – Это невозможно. Так больше не может продолжаться, – уже изнывал он. Было бы гораздо легче отпустить ситуацию, не будь на его теле слов, демонстрирующих его принадлежность Поттеру. Ведь все это не случайно. Он в который раз отмахивался от этой мысли, но она, как надоедливая муха, все с большим усердием прокрадывалась в его голову. То, что Поттер нашел его спустя столько лет (якобы случайно), его иррациональное желание заставить Малфоя говорить и все эти инициативы в виде походов выпить и просто прогуляться. В пятницу, сидя за кухонным столом и размазывая по тарелке остатки картофельного пюре миссис Аддерли, Драко в очередной раз взвешивал имеющиеся у него аргументы за и против. И, конечно, все указывало на то, что ему стоило принять помощь Поттера. А разбираться с последствиями данного решения он, видимо, будет позже. Поэтому, отодвинув от себя тарелку, Малфой сгреб с подоконника кучу бумажек на стол и начал искать необходимый листок с адресом. Тот был практически на самом верху, а корявые буквы сразу же выдавали своего создателя:

Площадь Гриммо 12, Лондон

Снять маскирующее: Фините.

Драко долго держал перед собой этот огрызок бумаги, он прокручивал в голове адрес снова и снова, но делать это было вовсе не обязательно. Еще с позапрошлой их встречи он помнил улицу и номер дома, которые вскользь упомянул брюнет. С большой неохотой и с еще большим волнением, Малфой принял решение наведаться завтра к Поттеру. Как и две недели назад, теперь Малфой снова не находил себе места. Время в библиотеке шло слишком медленно, посетители были слишком раздражающими, а стулья чересчур неудобными. У него даже возникла мысль отпроситься с работы пораньше, но Драко тут же счел это совершенной клиникой. – Осталось три часа, Малфой, Осталось три часа… И как только стрелка часов остановилась на цифре четыре, он пулей бросился к выходу, на ходу показывая мистеру Джерому бумажку, что ему срочно надо бежать. Ничего не понимающий начальник только проводил убегающую фигуру блондина удивленным взглядом. На ходу докуривая сигарету, Драко чуть ли не бегом добрался до своей квартиры. Он молниеносно пересек лестничную клетку и как только за ним захлопнулась дверь, на ходу снимая обувь, бросился к шкафу с одеждой. – Главное что-то не мрачное, – глаза судорожно осматривали полки и вешалки. Выбор пал на единственные синие джинсы и белый лонгслив. Еще больше отросшие волосы он заправил за уши, мысленно делая пометку себе постричься, как можно скорее. Он захватил с собой бумажку с адресом и на ходу сунул ее в карман пальто. Вычисляя, сколько времени у него займет путь до Гриммо, он размышлял о том, не проще ли ему аппарировать. Когда Малфой вышел из дома, в глаза бросилась вывеска китайской забегаловки. В голову пришла отличная, и даже милая идея. Ему повезло, что магглов не было поблизости, когда он добрался до нужной улицы. Малфой остановился перед четырехэтажным домом, на плече у него висела сумка, а в руке он держал пакет с китайской лапшой. Драко без колебаний вытащил волшебную палочку из внутреннего кармана пальто и невербально снял маскирующее. Он подошел к крыльцу, преодолел четыре ступеньки и занес палец над немного неподходящим под общий антураж звонком. Теперь оставалось только нажать и ждать ответа. Сделав три глубоких вдоха и выдоха, он надавил на кнопку два раза и сделал шаг назад. Несколько секунд ничего не происходило и Драко уже начал думать, что, может быть, Поттера нет дома или что-то в этом роде, но за дверью послышались торопливые шаги…

***

Как только Гарри оказался у себя дома, он пожалел о том, что, вероятно, был слишком резок и прямолинеен. У Гарри даже возникла мысль вернуться обратно и объясниться или, по крайней мере, не ставить Малфоя перед таким непростым выбором. С одной стороны, Поттер досадовал на самого себя за несдержанность, с другой, он очень надеялся, что для Драко его поведение станет некоторым толчком для его дальнейшего исцеления. Он хотел, чтобы Малфой принял его помощь. На следующий вечер Гарри принял решение наведаться к блондину, но на самом пороге собственного дома остановился: Кому это надо? Поттер сказал все, что он думает, следующий шаг должен быть за Малфоем. Готов ли тот принять надвигающуюся перемену и способен ли он перебороть самого себя в этой внутренней борьбе. Гарри не отрицал, что таким образом давит на Малфоя, но ультиматум в данном случае был хорошим инструментом давления. Он оставлял, какой-никакой выбор. Так что Поттер терпеливо остался сидеть дома. Малфой не пришел ни завтра, ни послезавтра. Все выходные Поттер дежурил в Аврорате, чудом скрывая от друзей свое подавленное настроение. С начала следующей недели терпению Гарри уже не оставалось предела. Он уйму раз перебрал в голове их последний диалог, сто раз пожалел о сказанном и в который раз удерживал себя, чтобы не заявиться на порог малфоевской квартиры и не извиниться за излишнюю требовательность. Его хорошо отвлекала работа и некоторые вечера в компании Рона и Гермионы, но и те не обладали чудодейственной силой, чтобы полностью искоренить из головы Поттера чувство вины за свои слова. Хуже всего было то, что он не имел возможности поделиться своими переживаниями с друзьями, поэтому ему приходилось переваривать произошедшее в одиночестве. Проведя все утро субботы в кровати, он, не снимая своей красной домашней футболки и весьма удобных спортивных черных шорт, спустился в столовую только к обеду. В столовой Поттер слушал радио, пока заваривал чай и намазывал арахисовую пасту на хлеб. Из динамика звучала песня «Crocodile Rock», которая своим живым ритмом хоть немного развеивала царящую в доме тоску. К середине Гарри даже начал подпевать, безбожно фальшивя и совершенно не попадая в ноты. Весь остаток дня он провел на диване, обнимая радиоприемник, из которого несколько часов крутили все известные композиции Элтона Джона. Со стороны могло бы показаться, что он хандрил, но если бы Гарри спросили об этом напрямую, он бы с преувеличенной резвостью отрицал подобный факт. Когда стрелки часов показывали около шести часов вечера, а из динамика доносилась, завершающая сегодняшний музыкальный эфир, песня «Rocket Man», Поттер услышал два протяжных звонка в дверь. Он немного поморщился от неприятного чувства в затекших мышцах и встал с дивана, выключая радиоприемник. Весь путь до двери он прикидывал в уме, кто из знакомых мог заявиться к нему в этот субботний вечер. И как только он открыл дверь, все встало на свои места. Перед ним стоял Малфой, остервенело теребящий ремешок своей сумки и взволнованно рассматривающий Поттера в ответ. – Ты пришел, – с каким-то неверящим облегчением сказал Гарри. Драко кивнул, нервно ведя плечами. – Проходи, – он открыл дверь пошире, освобождая тем самым путь в свой дом. Малфой прошел мимо и когда Поттер закрыл дверь и развернулся к нему, тот отдал небольшой пакет. – Китайская еда? – расплылся брюнет в широкой улыбке. Малфой в очередной раз кивнул, параллельно снимая пальто. Когда они оба вошли в гостиную, Гарри поставил пакеты с едой на журнальный столик. Он указал Драко на диван, пока сам «накрывал» принесенный блондином ужин. – Очень мило с твоей стороны прийти с едой. Малфой неопределенно махнул рукой и полез в рядом стоящую сумку за палочкой, после чего вопросительно посмотрел на Поттера. До последнего сначала не дошел этот жест, но через несколько секунд он все понял. – Да, конечно, – разрешил он войти в свою голову, и тут же почувствовал напряжение в районе затылка. – Привет. – Привет. – Как слышно? – Отлично. Если ты здесь, значит, ты пришел к определенному выводу, – весьма прямолинейно начал брюнет. – Верно, – Драко исподлобья посмотрел на Гарри и отвел глаза, переключаясь на упаковку с лапшой. Он некоторое время мешал ее, крутил в руках, в итоге отставил и теперь в упор взглянул на Поттера. Общая нервозность Малфоя каким-то образом передалась и Гарри, и теперь брюнет ждал ответа, барабаня пальцами по картонной коробочке. – Как вообще твои дни проходили? – Что? – Я пытаюсь спросить, как у тебя дела. Так обычно поступают вежливые люди. – По-твоему, я не вежливый человек? – По-моему, стоит начинать беседу с нескольких дежурных вопросов, показывая этим некоторую любезность. – Да ладно тебе, ты будешь учить меня вежливости сейчас? – удивленно спросил Гарри. – Я принес тебе чертову лапшу. Будь добр, соблюдать негласный кодекс неловких разговоров. – И что включает в себя этот кодекс? – Он включает в себя вопрос «как дела», идиот. Они резко замолчали, после чего Поттер фыркнул и продолжил. – Ладно. Этот кодекс включает в себя еще какие-нибудь стадии? – Нет. –Ты сам его придумал? – Это знание должно быть у тебя на подкорке, Поттер, – уголки губ блондина дернулись в подобии легкой улыбки. Они снова замолчали, и некоторое время сидели, молча пережевывая китайский фаст-фуд. Но, в конце концов, Драко отложил палочки и посмотрел Поттеру в глаза: – Я бы действительно хотел заговорить, но я не понимаю, как в этом деле можешь помочь мне ты. Скажу сразу, я не хочу принимать от тебя деньги, Поттер. Давай рассмотрим варианты без этого дерьма. Чего-то подобного Гарри ожидал, поэтому последняя реплика Малфоя нисколько не испугала его. – Почему бы тебе не попробовать обратиться в Мунго. Магическое вмешательство в твою проблему вполне может дать результат. У волшебников тоже есть психотерапия. – Я бы не хотел этого. – Почему? – Потому что попробуй представить, Поттер, что я, бывший Пожиратель смерти… – Стой, стой, стой, – перебил его Гарри, – Малфой. Прошло пять лет. Я согласен, что в самые первые годы было непросто, но сейчас люди немного отошли от войны. Ты ведь не заявляешь о себе на весь магический мир. Это можно сделать конфиденциально, в конце концов. Гермиона работает в Мунго, я уверен, что она сможет помочь найти специалиста. – Ты предлагаешь мне просить помощи у девушки, которую я всю школу называл грязнокровкой? И ты думаешь, что она согласится помочь мне, Драко Малфою? – Я поговорю с ней, – попытался успокоить его Гарри. – И что я смогу дать взамен? Несколько давно забытых галеонов на дне чемодана? У меня ни черта нет, – Драко начинал злиться. Он по-настоящему бесился от того, что Поттер не понимал его положения. Он ни черта не понимал, какого это: быть обязанным своему «врагу». – Почему ты не можешь смириться с мыслью, что это может быть сделано для тебя просто так? – Потому что я не согласен на это. И я не хочу быть обязанным. Я принял тот факт, что хочу заговорить, но проходить этот путь и становиться неоплатным должником, для меня слишком. Особенно после того, что ты сделал для меня в прошлом. – Ты имеешь в виду суд? – Да. – Но я говорил правду, и ты не должен чувствовать себя обязанным мне из-за этого. – К сожалению, это не так. – Но ты пришел сюда, значит должен быть вариант решения проблемы. Особенно тогда, когда ты сам по-настоящему этого захотел. Малфой усмехнулся и уткнулся носом в лапшу. Он понятия не имел, к чему приведет этот разговор. Либо Поттер сломает его, и он примет, в конце концов, помощь Гермионы, либо на этот раз уйдет, громко хлопнув дверью, именно он. – Как выглядело твое лечение у магглов? – спросил Поттер. Этим вопросом он попытался разрядить обстановку, направляя ход темы в другое русло. – Ну, когда я три года назад обратился в маггловскую больницу, меня сразу направили к психиатру. Он провел со мной несколько сеансов, на которые я попадал с переменным успехом, потому что темы, которые он затрагивал, мне были чересчур неприятны, и поставил диагноз. Потом выдали справку об инвалидности и выписали таблетки. Инвалидность? То, с какой обыденностью Малфой рассказывал такие тяжелые вещи, поразило Поттера. Может быть, Малфой не до конца понимал значение сказанных им слов, думал брюнет. – А что за таблетки? – аккуратно поинтересовался Гарри. – Антидепрессанты. – Ты принимаешь антидепрессанты? – Кажется, ты меня прекрасно расслышал с первого раза. – Да, но почему тебе прописали именно их? Разве в твоем случае это могло помочь? Драко в последний раз отложил лапшу и глубоко вздохнул. Вопрос Поттера заставлял его рассказать о приступах, а этого делать очень не хотелось. – Они не от немоты, а от ее последствий. – Какие могут быть последствия, кроме того, что ты ничего не можешь говорить? – Когда я пытаюсь заговорить… мне становится очень неприятно. И иногда у меня случаются приступы. – Приступы? Драко кивнул. Поттер понял, что ответы на данную тему вытаскивать из Малфоя придется клещами. – Что за приступы? – Неприятные. Начало одного из них ты видел. – Ты про тот случай в библиотеке? Малфой поморщился от его слов и кивнул. – Разве при этом назначают такие сильные препараты? – Видимо расчет был сделан на то, что повышение эндорфина хорошо скажется на блокировке воспоминаний. Если честно, это действительно помогло. То, что ты видел тогда, это малая часть общей проблемы. Гарри также отложил свою лапшу и полностью переключил свое внимание на Малфоя. – И ты три года их принимаешь? – Да. – Каждый день? – Каждый день, утром. – А что с остальным лечением? – Я тебе уже говорил. Поттер озадаченно потер подбородок и растрепал волосы. Шестеренки в его голове крутились с небывалой скоростью, рассматривая всевозможные варианты лечения Малфоя в магическом мире. – Поттер, я слышу, как ты сейчас лопнешь от напряжения. Успокойся, – чересчур мягко сказал блондин. – Я думаю, что самый верный вариант, – начал Гарри, – это принять нашу помощь и позволить мне лично поговорить с Гермионой. Я могу предупредить ее и подготовить к вашей встрече. – Ты вообще не слышал меня? – Но что тебе стоит попробовать? Только не говори мне снова, что ты трус и Пожиратель смерти. Ты сегодня пришел сюда сам, значит, должен был быть готов к подобному исходу и к тому, что я буду настаивать на своем предложении. Малфой отвернулся от Поттера и упрямо смотрел перед собой, нервно кусая губы. – Хорошо. – Хорошо? – Да, хорошо. – Ты согласен? – Согласен. – Поклянись – Поттер, это уже смешно. Но Гарри упрямо смотрел на него, ожидая нужного ответа. – Клянусь, – закатил глаза Малфой. – Вот и славно, – похлопал его по плечу Поттер, – Не хочешь посмотреть кулинарное шоу? – Ты слишком быстро соскочил с темы, – удивленно заметил Драко. – Но ведь все улажено. – Разве? – Точнее, позволь все уладить мне. Но я уверен, что все будет хорошо. Я поговорю с Гермионой, вы встретитесь, и она постарается что-то придумать. Тем более, я всегда буду рядом, в случае чего, – добавил он и потянулся к пульту, чтобы включить телевизор. – Так легко? – Это ты все зачем-то усложняешь. – Я бы сказал, что ты в значительной степени упрощаешь многие вещи. – Один-один, – улыбнулся Гарри. Поттер включил телевизор и бросил мимолетный взгляд на Малфоя. Тот сидел на диване в метре от него, поджав ноги к груди и сцепив пальцы в замок. Он странно выбивался из общего фона, который привык видеть в своем доме Гарри. – Ты проводишь вечера, развлекая себя низкопробными телешоу? – Они не низкопробные. – Конечно. Тогда я не немой. Гарри искренне засмеялся, в то время как Малфой пытался подавить улыбку. – Но они действительно интересные, – отсмеявшись, добавил Поттер. – А я действительно не понимаю, как подобное можно смотреть, – покачал головой блондин. – Разве у тебя был телевизор? – Гарри мог точно сказать, что не видел его в квартире Малфоя. Может быть, он стоял в спальне, дверь в которую всегда была закрыта. – Был. Только я его отдал Аддерли обратно, потому что понятия не имел, о чем в нем говорили. – На такие случаи и рассчитаны кулинарные шоу. Необязательно быть в курсе событий, происходящих в мире. – А ты заметил мою тягу к изысканной кухне? Тебе очень понравился мой хлеб? – с иронией спросил Малфой. – Туше, – усмехнулся Поттер. Парни замолчали, а Драко "вышел" из поттеровской головы. Они обратили свое внимание на экран, но мысли каждого были направлены на обдумывание всей странности и комичности ситуации: Гарри Поттер и Драко Малфой сидят рядом и смотрят кулинарное шоу, как старая супружеская пара. По крайней мере, у Малфоя вообще случился диссонанс, который он осознавал в самом процессе просмотра. Поттер же все бросал незаметные взгляды на Малфоя, наблюдая за этой сюрреалистичной картиной со стороны. – Не хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Гарри, когда началась реклама. Малфой взял палочку и поднял вопросительный взгляд на Гарри. –Да-да, – в который раз согласился Поттер на вторжение в собственные мысли. – На будущее. Мне лучше не пить. – А тот день с виски…? – Исключение из правил. Считай, что мы поминали мою мать. –А есть конкретная причина, почему тебе лучше не пить? – Неприятные последствия совмещения алкоголя с таблетками. Гарри скривился, как от зубной боли. Он вполне мог представить, как хреново чувствовал себя Малфой, учитывая собственное весьма плачевное состояние на следующее утро. По крайней мере, у него то всегда есть запас анти-похмельного. – Тогда воды? – Можно, – пожал плечами Драко. Гарри взмахом палочки левитировал пустые коробочки из под лапши и направился вместе со всей этой картонной процессией в столовую. Малфой весело смотрел ему в след, но как только спина Поттера скрылась за дверью, он глубоко выдохнул и откинулся на спинку дивана, проводя рукой по лицу. – Боже, что за пиздец, – единственное, что сейчас было у него на уме. Поттер вернулся через минуту, ставя стакан с водой на журнальный столик, как раз к самому началу шоу. Драко даже успел привести себя в порядок и принять прежнюю позу на диване. – Что насчет завтра? – давай Поттер, руби с плеча. Малфой на его слова непонимающе нахмурил брови. – Я имею в виду вашу встречу с Гермионой. Вот теперь брови Драко взлетели вверх. Он без всяких церемоний вторгся в голову Поттера. – Я не понимаю, ты куда-то спешишь?! – Чем раньше, тем лучше, – бодро ответил Гарри. – Но ты действуешь слишком быстро. – Вся проблема в темпе? Серьезно? Разве тебе пяти лет недостаточно? Драко спрятал лицо в ладони и досчитал до десяти. Поттер смотрел на эти движения растерянно, совершенно не понимая подобной реакции. – Хорошо. Да, конечно. Почему бы нет, – резко вскинул голову блондин. Если Поттер хочет, почему бы нет? Чем раньше, тем лучше? Что ж, раньше узнает об их связи. Дальше дело будет за ним, – Когда? – Завтра, – повторил Гарри, – Как насчет шести часов вечера? Думаю, я успею все уладить. Малфой вообще не понимал такой поттеровской прыти. Да что там Малфой, Гарри сам задавался вопросом, почему он хочет побыстрее начать этот процесс лечения. То ли из любопытства, то ли из просто человеческого желания помочь. – Договорились. – Договорились. – В таком случае, я лучше пойду. – Уже? – округлил глаза Поттер. Малфой кивнул и попытался пошутить. – Буду морально настраиваться. – Только не говори, что я давлю на тебя. – О, этим ты и занимаешься. – Но это помогает. – Спорить не буду. Он встал с дивана, сложил блокнот в сумку и направился в прихожую. Гарри последовал за ним, со спины отмечая, насколько сильно, оказывается, отросли волосы блондина. Когда Малфой надевал пальто, от него снова повеяло запахом улицы и табака. Гарри казалось, что, учитывая место работы Драко, в него должен был впечататься тот затхлый запах библиотеки, но нет. – За углом есть тихий переулок, из него я обычно аппарирую, – предупредил Поттер. Драко снова кивнул и открыл дверь. Он развернулся к Поттеру, который наблюдал за ним в своей этой домашней красной майке и дурацких шортах. Малфой, кажется, заметил на футболке пятно, похожее на остатки соуса. Драко попытался улыбнуться, но вместо этого вышла достаточно кривая линия. Он помахал на прощание и, резко развернувшись, вышел за пределы дома. Малфой собрал в себе силы для того, чтобы не оглянуться. Поттер же стоял, прислонившись к дверному косяку, наблюдая за удаляющейся фигурой в черном длинном пальто. – До завтра, – слишком поздно сказал он и медленно закрыл дверь. Ему предстоял непростой разговор с Гермионой.