До космоса и орбиты

      Потом идём в душ. Тимофей провожает меня чуть ли не до кабинки, но я его вежливо выпроваживаю за дверь. В душе чувствую напряжение, причём и сексуальное тоже. Первый раз меня возбуждает реальный человек, а не какой-нибудь герой книги или актёр. Само нахождение рядом с Тимофеем заставляет меня напрягаться и расслабляться одновременно. Я откидываю голову назад и прижимаюсь спиной к стене. Закрывая глаза, я вижу его крепкие, жилистые руки. Вижу, как он бежит, как его щёки краснеют от морозного октябрьского воздуха. Я чувствую его аромат, перемешанный с запахом осенних листьев и утра. Когда мы подтягивались, Тимофей вспотел и поднял футболку, чтобы вытереть капельки пота с лица. И в этот момент я увидела его натренированный живот. Интересно, а Тимофей везде такой же твёрдый? Резко выключаю душ. Хватит с меня на сегодня.              В комнате по-прежнему никого нет. Выхожу, накидываю полотенце и иду к зеркалу. Щёки огненные. Не знаю, от спорта или от смущения, но это срочно надо исправлять. Проверяю телефон, в надежде увидеть сообщения от Риты, однако ничего нет. И куда она делась? Волосы совсем немного промокли после душа, думаю, влажные пряди скоро высохнут. Заплетаю косичку, потом перехожу к макияжу. Особенно тщательно прорабатываю кожу, выравнивая тон. Глаза подвожу тенями, крашу их тушью. Смотрю на себя: чего-то не хватает. Достаю другую палетку и ярче крашу веки. Затем в ход идёт подводка. Я таким макияжем я чувствую себя защищённой, хотя какая уж тут безопасность…       Иду в аудиторию и рада, что нигде нет знакомых лиц. Ни Риты, ни Тимофея, ни даже Дориана.       Целый день не могу выбросить утреннее занятие из головы. Каждые пятнадцать минут возвращаюсь к определённому эпизоду. На Поэзии серебряного века моё внимание было приковано к стадиону, который было видно из окна. Я даже не помню, о чём были пары и задали ли нам что-то на дом. Как назло, ещё нет Дориана, хотя мы на одном курсе, и эта пара должна была быть единственной общей за день. Видимо, что-то случилось, о чём мне знать не положено.       В этот день у нас меньше пар, чем должно быть. И, поскольку всё время меня занимали мысли (будем откровенны) сексуального характера, идя в комнату и понимая, что больше меня ничего не сдерживает, я готова была лопнуть. Дышать было трудно, особенно когда на паре по Социологии, которую ведёт совсем молодая девушка с великолепной, до ослепления белой улыбкой, мы заговорили о социологии гендера. И там не мог не всплыть вопрос об отличии социологии гендера от социологии сексуальности. В социологии сексуальности нет ничего сексуального, но само обсуждение мужчин, женщин, феминизма и маскулинности не могло меня отвлечь. Скорее даже наоборот.       Сегодня в школу приезжают какие-то дети из другой организации. Здесь будет тренинг для «лидеров страны». Именно из-за этого пар меньше. Всё, что я успела понять, что здесь тема личности и её развития вознесена на Олимп. Стою на первом этаже. Надо позвонить маме. Поговорю хоть с ней.       В холле большое зеркало в пол. Я сегодня решила надеть юбку, блузку и пиджак. Юбка чёрная. Хотя я бы скорее сказала, что она угольная, блузка самая простая, белая, а вот пиджак я надела из школьной формы, выданной здесь. Бордовые лацканы отлично подходили к моим недавно приобретённым бордовым шпилькам. — Ууу, тут красивые девчонки. Дорогая, не покажешь дорогу к актовому залу? — сально спрашивает кто-то из-за спины. Я одна в холле, и мне вдруг становится страшно. Слишком взрослые и уверенные мальчики — потенциальная угроза для воспитанных девушек. А эти парни выглядят явно не джентльменами. Но я же деловая леди, умею вести разговоры с…такими. — Молодые люди, заблудились? Чем помочь? — я стараюсь вести себя максимально холодно и отстранённо, не давая им понять, что я не местная. — Какая деловая. Проводи нас к актовому залу. Ну, или к своей комнатке, — один говорит, а остальные смеются, подначивая его. Сукины дети. Открываю рот, чтобы возразить что-то или послать их, это я пока не решила, но откуда ни возьмись, вылезает Тимофей. Как чёрт из табакерки! — Крошка, что-то случилось? — он подходит ко мне и обнимает за талию. Как всегда, вовремя, господин Коротков. Может, он за мной следит? — Молодые люди попутали что-то. — Внезапно ощущаю власть. Я его королева. Точнее, он хочет меня получить в королевы. Воспользуюсь этим сейчас. — Неужели? — Тимофей серьёзен. Он говорит немного с прищуром, создавая ощущение угрозы. — Где актовый зал? — абсолютно серьёзно спрашивают эти ублюдки. Тима рассказывает им, как пройти, а потом поворачивается ко мне лицом. — Эй, ты в норме? — аккуратно спрашивает Тима, прикасаясь к моему запястью. Я отхожу от него, когда все выходят из холла. Выдыхаю и закрываю глаза. У меня так адреналин подскочил, хотя причина-то пустяковая. — Ага, не беспокойся. Спасибо за помощь, — я мило улыбаюсь и выхожу из комнаты. Он не пытается меня остановить. Чувствую что-то: то ли ликование, то ли разочарование. Сейчас я понимаю, как мы глупо выглядим. В кого мы играем? Что за бессмыслица? Немного раздражённая иду в комнату и беру планшет. Хочу почитать что-нибудь. Открываю список недавно купленных книг и выбираю. Ничего нет интересного. Пофигу. Не буду читать. Ах да, я хотела позвонить маме.