Держись плана-2

– Борт PMA-1953*, идентифицируйте себя. – Транспортник М-класса «Бенатар», просим разрешения на стыковку и высадку пассажиров, – произнёс Квилл, наклонившись к передатчику. – У нас раненый без сознания, нужна медицинская помощь. – Ожидайте. Передатчик на пару минут замолчал. Угловатая громада крейсера «Слеза Волди», который служил волди домом, неподвижно висела за иллюминатором среди звёзд, переливаясь разноцветными огнями. Квилл взглянул на Гамору – та успокаивающе кивнула. Локи наблюдал исподлобья c порога кабины, упёршись руками в бока. Наконец передатчик ожил снова. – «Бенатар», стыковка разрешена. Направляйтесь к доку триста двадцать семь. Довольно кивнув, Квилл взялся за штурвал и потянул его, поворачивая корабль по новым координатам; Ракета в кресле второго пилота застучал по приборной панели. Локи молча развернулся и зашагал прочь. Пройдя через пустую кают-компанию, он замер на пороге медблока, хмуро глядя на расслабленное лицо Тони. Прошло уже больше мидгардских суток. Тело понемногу восстанавливалось, поддерживаемое медикаментами и стимуляторами, но сознания так и не было. Ни знака, ни стона, ни даже попытки пошевелиться. Сколько ещё он будет спать?.. – Я пробовала разбудить его, пока вы были в кабине, – раздался из-за плеча еле заметно подрагивающий голос Мантис. – Ничего не выходит. Локи кивнул, не отводя от Тони взгляда. – Это я понял. – Ты справишься? Локи обернулся к Гаморе, которая стояла рядом со встревоженным видом. Он не слышал, как она подошла, но его это и не беспокоило: если дочь Таноса, самая смертоносная женщина в галактике, захочет, чтобы её шагов не услышали – их не услышит даже маг. – Я думаю, Танос уверен, что уничтожил «Ковчег» вместе со всем населением, и не будет искать ни меня, ни Тора. Гамора тоже кивнула. Не поднимая глаз и держа руки сложенными у пояса, Мантис развернулась и осторожно выскользнула из кают-компании; Локи оглянулся ей вслед и посмотрел прямо в тёмные глаза Гаморы. – Ты не собираешься им говорить? Гамора вздрогнула и застыла на пару секунд, разомкнув губы; потом прикрыла глаза и помотала головой. Длинные пурпурные локоны качнулись в воздухе. – Слишком опасно. – Значит, тот Камень тоже нужно забрать. Усмехнувшись, Гамора склонила голову набок. – Я думала, ты не хочешь встречаться с Таносом в третий раз. Локи усмехнулся в ответ. – Нет, не хочу. Пол под ногами вздрогнул, гул субсветового двигателя стих, и корабль замер. *** «Слеза Волди» оглушила Локи острым чувством дежавю с дворцом Грандмастера. Яркие цвета, дорогая мебель, неоновые вывески, улыбающиеся лица, открытая одежда, сверкающие украшения. От всего этого рябило в глазах. Даже госпиталь скорее походил на санаторий, богато украшенный к большому празднику. – Пир во время чумы, – пробормотал Локи себе под нос. Впрочем, не таким ли был Асгард с его золотыми шпилями?.. Не так ли вёл себя он сам в личине Одина, воздвигая себе золотые монументы и прохлаждаясь перед театральной сценой?.. Локи пожал плечами и хмуро посмотрел на Тони, который продолжал спать – теперь уже в поблёскивающей силовым полем медицинской капсуле, прикрытый одной только простынёй. Передав его волди, Квилл и его команда попрощались с Локи и улетели в Забвение. Следующий час ушёл на бесконечное повторение рассказа о случившемся – то медицинским роботам, то улыбчивым сиреневокожим медикам-волди – и на бесконечное ожидание, пока Тони осмотрят и просканируют всеми возможными датчиками. Потом капсула оказалась в отдельной палате, и они наконец остались одни. «Да уж, желающих взять на борт Сиргрдриву** будет целая очередь». – Сэр? – синтезированным голосом спросил Локи маленький шарообразный робот, парящий в воздухе возле его лица. – Гм? – Локи обернулся и вскинул брови. – Вас что-то беспокоит? Локи кивнул подбородком в сторону Тони. – Как его разбудить? Почему он спит – по вашим данным? – По нашим данным, это гипоксическая кома. Повреждение мозга из-за длительного шока и нехватки кислорода, – ответил робот. Локи нахмурился. – То есть причина не в том, что он «не хочет» просыпаться? Это лечится? – К сожалению, сэр, мы его разбудить не можем. Его мозгу уже созданы оптимальные условия для восстановления. Он проснётся сам, если вообще проснётся. – Бесполезные машины, – буркнул Локи себе под нос. – Спасибо. – Если будут ещё вопросы, обращайтесь, – свистнул робот и улетел. Прикрыв глаза, Локи медленно выдохнул. Повреждение мозга, значит. Вот почему он не помнит, что произошло. Но что-то ведь сохранилось, иначе откуда картина с пустыней и молотом?.. Он должен попытаться снова. Ладонь Локи опять опустилась на прохладный лоб Тони. *** Дзынь. Дзынь. Дзынь. Та же картина. Пустыня. Пыльное оранжевое небо. Мерный звон кузнечного молота в отдалении. Локи прищурился, поднял руку к глазам, пытаясь защитить их от песка, и пошёл на звук. Он уже знал, что увидит – и всё равно вздрогнул, когда из пыли выплыли очертания наковальни и человеческой фигуры, которая мерно опускала молот и снова вздымала в воздух. Приблизившись, он разглядел Тони – всё того же, молодого, с магнитом и автомобильным аккумулятором вместо реактора. – Тони. Тот сдавленно выдохнул, сглотнул и ударил молотом по заготовке в очередной раз. – Значит, ты всё-таки меня слышишь. Тони еле заметно, дёргано кивнул. Его взгляд оставался прикованным к заготовке. – Мы в безопасности. Дроиды говорят, что твой мозг пострадал от шока и нехватки кислорода. Видимо, поэтому ты не помнишь, что произошло, – проговорил Локи, пытаясь заглянуть ему в лицо. – Ты видишь прошлое. Когда всё это было? – Никогда. В прошлой жизни. Голос Тони звучал глухо; он втянул воздух сквозь зубы и усилием заставил себя отложить молот. И с таким же видимым усилием повернулся к Локи и посмотрел ему в глаза. – Я пытался выбраться отсюда, – проговорил он и сжал рукой провода, идущие к магниту на его груди. – Смотри. Прежде, чем Локи успел открыть рот, он резко рванул провода; те лопнули с треском, небо ослепительно вспыхнуло, и всё скрылось в нестерпимом белом свете. *** – Аааргх! Локи вылетел из его сознания так резко, что не удержал равновесия в реальности и грохнулся на пол – и замер там, вцепившись пальцами в раскалывающуюся голову. – Старк, чтоб тебя… И разразился тирадой на асгардском, от которой уши свернулись бы в трубочку не только у Тора, а и у самого Одина. Пройдясь несколько раз по всему дому Старков, а также их родству с собаками, троллями и болотными чудищами, он наконец отдышался и стёр выступившие слёзы. Мало было природной устойчивости к внушению, так ещё и научился специально выкидывать, сукин сын. Локи вскинул голову, отбрасывая волосы с лица, выдохнул и посмотрел на неподвижного Тони сузившимися глазами. – Я тебя однажды убью, – уже спокойным тоном пообещал он. – Клянусь норнами, Старк, я убью тебя лично. – Локи вскинул один палец. – Но не сейчас. Он поднялся на одно колено и опёрся было на него, чтобы встать – но тут воздух перед ним выплюнул сноп золотых искр, потом ещё один; и, наконец, искры обрисовали круг портала, в котором появилась знакомая долговязая фигура мидгардского мага. Локи закатил глаза. Ну что ещё в этой вселенной может пойти не так?! – Ты… – Локи Лафейсон, – кивнул маг. – Прошу прощения, в прошлый раз я не представился как следует. Я доктор Стивен Стрэндж. Вам и… – он взглянул на капсулу, – мистеру Старку нужно пройти со мной. Стрэндж протянул Локи руку в перчатке; Локи драматично вздохнул и поднялся, проигнорировав её. – Мистер Старк, – произнёс он, отряхнув ладонями пыль с колен, – сейчас явно никуда пройти не может. Стрэндж с неподвижным лицом изучал Тони взглядом. – Да, я вижу. Локи тем временем заглянул за его спину и увидел внутри портала знакомые очертания старинной деревянной лестницы. Посреди лестницы зиял широкий пролом, уцелевшие ступени устилали щепки и обломки кровли. Локи снова перевёл взгляд на мага. – Мы возвращаемся в Мидгард? Стрэндж кивнул. Пожав плечами, Локи развернулся, осторожно завернул Тони в простыню, которой тот был укрыт, подхватил на руки и следом за Стрэнджем шагнул в портал. *** – Сюда. Пройдя мимо полноватого азиата, бросившего в его сторону недовольный взгляд, Локи занёс свою ношу в очередную мрачную комнату, уставленную антикварной мебелью и книгами, и прямо в простыне опустил на массивный деревянный стол. Стрэндж зашёл со стороны изголовья, качнул головой и приложил пальцы к вискам Тони. Над лежащим на столе телом вспыхнул золотистый круг, испещрённый рунами и переплетениями линий. Локи молча сплёл руки на груди и хмуро наблюдал за происходящим. – Гм. – Стрэндж взглянул на него. – Интересно даже, кто берёт на себя смелость выдавать ему страховку?.. Локи поднял брови. – Это риторический вопрос, Лафейсон. – Опустив взгляд обратно на пациента, Стрэндж сделал медленный глубокий вдох и выдох. – До того, как изучать мистические искусства, я был врачом, и то, что я вижу сейчас, не понравилось бы мне и тогда. – Он сделал еле заметное движение пальцами, простыня развернулась, и на груди Тони засветилась руническая печать; Стрэндж поднял глаза на лицо Локи и изогнул бровь. – Вижу, не одному мне. – Ты сможешь его разбудить? – перебил Локи нетерпеливо. – Пять лет назад я не взялся бы лечить гипоксическую кому на фоне последствий… э… судя по всему, нескольких десятков черепно-мозговых травм, – проговорил Стрэндж, снова опуская глаза. Его пальцы быстро сплели ещё несколько фигур и легли обратно на виски Тони. – К делу, колдун. – Я могу попытаться. Но сначала я хочу услышать, почему это не вышло у вас – несмотря на вашу с ним связь. – Потому что он устойчив. – Или, при всём моём уважении, ваши навыки воздействия на разум… – На него не действует даже Камень Разума, – Локи повысил голос. Стрэндж замер и поднял на него глаза. – Что? – Ты слышал меня. Сдвинув брови и опустив голову, Стрэндж снова шевельнул пальцами, и ещё один узорчатый круг развернулся вокруг головы Тони. – Устойчивость неполная, – продолжал Локи, сделав пару шагов ближе. – Три года назад ведьма, которой даровал силу Камень Разума, смогла внушить ему кошмарные видения. Круг стал немного ярче в области лба. – Галлюцинации – это височная и затылочная доли мозга, – проговорил Стрэндж. – Там я не вижу практически ничего необычного. Его лобные доли, с другой стороны, говорят не только о гениальном интеллекте… – Но и воле, на которую невозможно повлиять. – Именно. Локи хмуро смотрел на лицо Тони – по-прежнему расслабленное и неподвижное. – Даже с помощью Камня Бесконечности. – А это другой вопрос, не менее интересный. – Стрэндж сплёл пальцами новую фигуру, и свечение стало более равномерным. – Владеть Камнями Бесконечности, использовать их или сопротивляться им способны лишь существа неимоверной силы. – К которым ты, судя по всему, относишь и себя, – Локи кивнул на амулет в виде глаза на груди Стрэнджа. – Да, отношу. – На лице мидгардского мага не дрогнул ни единый мускул; взгляд по-прежнему был прикован к парящим в воздухе рунам. – Насколько мне известно, из ныне живущих Камни использовали только я, ты и Танос. – Камень Реальности одно время паразитировал в теле Джейн Фостер. Стрэндж кивнул. – Ах, да. Если я правильно помню, она была лишь сосудом, и это едва её не убило. Локи пожал плечами. – Камень Силы не так давно использовала группа созданий. Мидгардец, Зен-Хобери, кайлосианец и, гм… – Локи шевельнул бровями, – енот-киборг. Они до сих пор живы. И Камень Разума всё ещё на Земле, в теле искусственного существа. – Да, и только Старк знает, где это существо сейчас, – произнёс Стрэндж, сплетая пальцами новые фигуры. – В любом случае, такая устойчивость выходит за рамки обычного гениального мозга. Здесь кроется что-то ещё. Локи шумно выдохнул и опустил руки со сжатыми кулаками вниз. – Стрэндж. Как нам разбудить его? – Пока он сам не захочет проснуться – видимо, никак. – Он хочет. Когда я последний раз пробовал, он сказал, что «пытался выбраться отсюда». И убил себя в собственном видении. Стрэндж кивнул на лицо Тони. – Посмотрите на его глаза. Чёрные ресницы еле заметно подрагивали, и Локи лишь теперь обратил внимание, что глаза под закрытыми веками блуждают из стороны в сторону. – Эти движения соответствуют фазе быстрого сна. Даже не будь я мастером мистических искусств, я бы сказал, что он видит какие-то видения. «Пытался выбраться отсюда» не обязательно означает «хочу проснуться». Возможно, одно и то же видение повторяется, и он пытается выбраться за его пределы. – Не понимая, что должен вернуться в реальность. – Да. «Сурт бы побрал эту… гениальную голову». Стрэндж с неподвижным лицом поднял взгляд на Локи. – Вероятно, вам стоит попробовать ещё раз. *** Открыв глаза посреди ненавистной оранжевой пустыни, Локи вдруг осознал, насколько же он устал. Да, Тони был смертельно ранен – вдобавок к старой ране от меча Хелы. Но силы Локи тоже были на исходе. Он израсходовал почти всю энергию в битве с Таносом, направил её остатки на то, чтобы активировать Тессеракт, принял удар, отправивший его в беспамятство, и тоже провёл три часа посреди космоса. И бесплодные попытки разбудить Тони с каждым разом высасывали всё больше и больше сил. Вздохнув, он уже привычно пошёл на звук молота. Стрэндж сказал, что будет рядом и в случае чего присоединится к нему, но Локи почему-то не хотелось до этого доводить. «Это мой смертный. Я это начал, я это закончу». Оранжевая пыль перед глазами рассеялась, и Локи моргнул, опуская руку, которой прикрывал лицо. Что-то изменилось. Готовая железная маска лежала на большом плоском камне возле наковальни, а молот стучал по широкой выпуклой пластине с круглым отверстием в центре. – Тони? Молот на секунду замер – и продолжил стучать. Локи облизнул губы, озарённый внезапной догадкой. – Железный Человек, – медленно и раздельно выговорил он. Тони застыл и так же медленно поднял на него взгляд. – Я и есть, – тихо проговорил он, – Железный Человек. Локи кивнул. – Теперь, когда мы это установили, – произнёс он, напряжённо глядя Тони в глаза, – тебе пора возвращаться. Тони моргнул и уставился на пластину, над которой работал. Локи проследил его взгляд; теперь пластина сама по себе изменилась – стала тоньше и изящнее, и приобрела алый цвет с металлическим отблеском. Снова посмотрев на Тони, Локи обнаружил, что магнит с проводами исчез, и на его месте горел знакомый голубой круг дугового реактора. – Почему ты работаешь над бронёй? Тони посмотрел в сторону; между его бровями пролегла напряжённая складка, губы растерянно разомкнулись, и изо рта вырвался хриплый выдох. – Два дня назад ты сказал мне, что помнишь корабль Таноса. И сигнал тревоги, – снова заговорил Локи, подходя ближе. Тони медленно кивнул, по-прежнему глядя в сторону. – Но не то, что было дальше. Помедлив, Локи поднял руки и сжал пальцами его плечи; Тони вздрогнул всем телом. – Посмотри на меня. Тони сжал губы; складка между бровями стала глубже, глаза болезненно сузились. – Я не смог его остановить, – произнёс он изменившимся голосом. Его лицо тоже менялось; по лбу, возле глаз и губ пролегли морщины, в волосах появились седые пряди. Круглый реактор растёкся в стороны, превращаясь в треугольное хранилище наночастиц. – Мы проиграли. – Да, если ты продолжишь прятаться здесь. – Я не могу вернуться, пока… – Тони протянул пальцы к лежащей на наковальне пластине, и та с шелестом распалась на блестящие струйки нанитов, которые потекли по его руке вверх. – Пока не придумаю, как справиться. Локи качнул головой и стиснул его плечи крепче; Тони вздрогнул снова и наконец встретился с ним взглядом. – Ты ищешь ответ не там. Оставь эти железки в прошлой жизни. Они тебе не помогут, – произнёс Локи, глядя в круглые тёмные глаза Тони. – Таносу нужны все шесть Камней Бесконечности. Два из них на Земле. Танос прибудет на Землю, и лишь ты один знаешь, что её ждёт. Земле нужна не броня. Ей нужен ты! Тони распахнул глаза ещё шире; оранжевое небо впервые за всё время стало темнеть, превращаясь в усыпанную звёздами бездну. Наковальня с молотом исчезли, а пространство вокруг стала поглощать темнота, пока единственным источником света не остался голубой треугольник в груди Тони. Тони растерянно посмотрел Локи в глаза; тот улыбнулся и разжал пальцы. – А теперь… проснись.