When Fire Meets Fate

Чарли низко склонился над девочкой, бережно перебирая её волосы. Обычно Роуг позволяла воспоминанию погрузить в себя - заново переживала искаженную версию всех событий. Было какое-то нездоровое удовольствие в том чтобы снова видеть Чарли или Джейсона… разговаривать с ними, пусть и заученными фразами… Жить где-то в прошлом, окруженной живыми мертвецами. Ходить по краю, перед концом всего - снова и снова возвращаться в то время, что у них ещё было. Роуг всё устраивало - она совсем не планировала избавляться от этой зависимости. Как и от других вредных привычек, не связанных с голосами, которых девочка предпочитала винить, без разбора, во всех своих бедах. Но Роуг повезло и обстоятельства сами поставили её перед выбором. Чарли был далеко в прошлом, а Джейсон оказался прямо здесь и сейчас - живой. И чтобы вернуться к нему, нужно было перешагнуть через прошлое. Выбор между родным Джейсоном из воспоминаний и будто-бы совсем незнакомым настоящим был бы тяжким. Но судьба снова оказалась на стороне девочки и сейчас перед ней стоял Чарли, с необратимой смертью которого она уже успела примириться. Совсем прогнать образ не выйдет, но Роуг и не смогла бы так легко отказаться от образов прошлого. Вместо этого она дала воспоминанию контекст - ей было десять, они проезжали мегаполис, на пути к очередному «убежищу». И тогда в глазах прояснилось. Пропало ощущение тягучего сна, а образы стали чётче. Роуг больше не чувствовала призрачного тепла прикосновения на своих волосах - теперь она видела перед собой девочку… Не настолько тощую и бледную, как сейчас, без мешков под глазами и со слегка более тёмными рыжими волосами. Может последнее ей только казалось - наверняка Роуг помнила только что белых прядей в детстве у неё было меньше. Дышать стало легче, ведь в истерике задыхалась её десятилетняя копия, а не сама девочка. Появилось странное смирение, даже безразличие, от возможности наблюдать со стороны как она брыкается, закрываясь от заботы, и обессилено пытается уползти от его мягкого тепла. Наверное дело было в возрасте - Чарли всегда казался непоколебимой скалой, неподвластной каким-то мелочным человеческим обидам… он даже не нахмурился от невнятного скулежа девочки и, поймав момент, просто сгрёб её в стальные объятия, без малейшей возможности освободиться. -Дыши. - тихо попросил он. Это не был совет, или приказ - именно просьба. -Дыши, Роуг, - ты можешь. - повторил Чарли - Хотя сейчас тебе так не кажется. Дышать легко. Очень легко. Он продолжал говорить. С непоколебимой уверенностью… он не пытался убедить девочку - лишь повторял простую истину. При этом Чарли удерживал Роуг в объятиях. Не гладил по спине, или волосам, как «принято» в таких ситуациях, не качал и не баюкал - только держал. Она редко об этом вспоминала, особенно последнее время, когда образ Чарли почти пропал из её мыслей… Но он довольно редко проявлял какую-то нежность. Объятия были главным и почти единственным подобным жестом. И, хотя они как раз были частыми… теплота и мягкость были в его голосе, когда он ночи напролёт рассказывал ей сказки, но не в объятиях. Он не отгораживал девочку от всего мира, не окутывал своим теплом… только садился перед ней на колени и слегка притягивал к себе. Это не было жестом заботы - Чарли ставил их на равные и демонстрировал то родство, которое не мог выразить никак иначе. Два одиночества. «Изгои должны держаться вместе.» Роуг замотала головой - её дыхание начало сбиваться, а в глазах предательски защипало. Самое время для нескольких слезинок… если бы только она умела. Когда вновь заскрипела тяжёлая дверь, Роуг встала на ноги, в самом центре «арены». Риллианн всё время называла её Зомби, но настоящими зомби были те, кто окружали девушку, как мотыльки стремясь на губительный зов её голоса. «Вирус» - так она охарактеризовала свою способность. Звук проникал в голову и постепенно разрушал мозг, заполняя собой все мысли жертвы. Как бы Роуг не хотелось верить в лучшее, Риллианн была права - если хоть раз услышишь её голос - ты уже ходячий труп, без шансов на спасение. Было даже безопаснее держать всех бедняг, медленно теряющих рассудок, здесь, рядом с девушкой… Под контролем. Правда, как всегда, была неприглядной, но неоспоримой. Поэтому прятаться не было смысла - эффект неожиданности не сработал бы на толпу болванчиков, давно забывших человеческие эмоции. Роуг ещё помнила, как ей удалось впервые рассмотреть такого - остекленевшие, отливающие фиолетовым глаза, сухие и покрасневшие, ведь «зомби» почти не моргали… бледная кожа и тонкие фиолетовые венки, расползающиеся от ушей… Они выглядели как толпа бродяг, уже давно не способных протрезветь. Но Роуг так же помнила, как выглядели ближайшие подручные Риллианн - их было почти не отличить от людей. Конечно, если не вглядываться в их безжизненные лица. Действительно выдавали «зомби» движения - они не были болезненными и неуклюжими как в фильмах… Скорее их можно было назвать механическими - так себя должны были вести продвинутые роботы, если бы в фильмах умели их изображать. Обычные люди просто не могли двигаться так… эффективно. Без единого лишнего движения, или даже микроскопического тика. Ни один мимолётный рефлекс, или случайная мысль не могли отвлечь их от поставленной задачи. И именно с толпой таких идеальных болванчиков Роуг предстояло драться. Посчитать противников девочка не успела… только отметила, с долей облегчения, что работать вместе они не умеют - никто даже не пытался взять её в кольцо, как случалось в реальной драке в подворотнях Готэма. Более того, «зомби» мешали друг другу - каждый лез в атаку, сметая на пути других, будто это было соревнование. Скорее всего, за такую формулировку задачи стоит благодарить милосердие Риллианн. Роуг до боли сжала кулаки, чувствуя как, наливаясь тяжестью, напрягаются мышцы. Эти несколько минут передышки - ничтожны, особенно учитывая, что ещё несколько дней назад девочка с ног валилась после отработки простых упражнений. Можно ли это считать прогрессом? Наверное… но только не когда оказываешься уже привычно лежащей на полу, пока каждый из толпы вокруг, стремится тебя пнуть. У «зомби» была одна задача - атаковать. Но Флинт не была жестокой… скорее раздражающе прагматичной. Роуг знала этот вид мышления. «Жизнь, сама по себе, безжалостна, так почему мы должны кого-то жалеть?» - так рассуждал Джейсон и даже Чарли когда-то высказывал схожую мысль. А Риллианн, похоже, ещё и воспитывали с установкой «цель всегда оправдывает средства». Короче тот факт что Роуг была не самым желанным её «гостем» точно никак не повлиял на данное решение! Сокрушительный проигрыш сильно давил на нервы. У девочки не было ни единого шанса подняться, находясь под постоянным хаотичным градом пинков и ударов. Боли Роуг уже почти не чувствовала, ведь болело абсолютно всё. Только чудом ей пока удавалось избегать сломанных костей, но надолго ли? Если так пойдёт и дальше - девочке прийдётся «пережить» собственную смерть, второй раз за неделю. А может и третий… и четвёртый… Кровь начала бурлить, закипать, разнося жар до самых кончиков пальцев. Роуг прикрыла глаза сосредотачиваясь на этом приятном ощущении - древней необузданной мощи. Гул голосов в голове напоминал гудящие в костре поленья. Девочка заглушила их слова, оставив лишь несвязное бормотание… Невероятное всепоглощающее чувство собственного превосходства. Она уже готова была дать этой энергии выход, когда в голове промелькнул голос: «Читер.» - Джейсон, конечно же Джейсон, ведь именно о нём она всегда думала, стараясь взять свои силы под контроль. Роуг замешкалась и пропустила тяжелый пинок по затылку. Это выбило из неё не только мысли, но и вспышку пламени, пронёсшуюся по залу. «Сокрушитель Миров» - произнёс новый голос, будто напоминание, жестокую насмешку. Вообще весь мнимый контроль ощущался жестокой насмешкой, когда перед глазами возникла выжженная пустошь. Горстки пепла не стоит тот контроль, если одна случайная «искра», способна всё уничтожить. «Ты - убийца, девочка.» - эхом прозвучал голос, который Роуг давно похоронила в воспоминаниях - «Ты чудовище.» «Сокрушитель Миров» - снова повторил голос, совершенно незнакомый, но звучащий гораздо громче остальных. «Разрушитель… Уничтожитель… Разрушитель Миров… Разрушитель… Чудовище… Убийца…» - начали наперебой гудеть голоса, будто стараясь заглушить тот единственный, чужеродный. Но Роуг не хотелось об этом думать… думать вообще. Не было сил подняться, под тяжестью собственной беспомощности. Будто она снова вернулась к тому, с чего начала. Даже хуже! Отчаяние… снова это отчаяние, на грани с неконтролируемой истерикой, вперемешку с гаснущим чувством несправедливости и полнейшего непонимания. Будто Роуг снова десять и… Что вообще тогда случилось? -Что случилось, Роуг? - осторожно интересуется Чарли, когда девочка немного успокаивается, оставаясь слабо дрожать в его объятиях. -Я… он… - начинает девочка хрипло и тут же закашливается. -Нужно дышать. - напоминает Чарли, отстраняясь и внимательно разглядывая её бледное лицо - Не спеши - у нас всегда полно времени. -Я… - медленнее проговаривает Роуг, стараясь привести мысли в порядок. «Убила его.» - подсказывают голоса и их ленивая интонация успокаивает девочку. -Я его убила. - послушно повторяет она - Плохого человека… -Да, - кивает Чарли - Три дня назад. Я уже говорил - ты поступила правильно и тут не о чем переживать. Возможно, если бы Чарли чуть серьезнее относился к человеческой жизни и воспитал Роуг иначе, это, в последствии, спасло бы жизнь ему. Но он был, иногда, даже слишком легкомысленным, в силу своего долгого бессмертия. А в случае девочки вообще считал, что её силы дают ей право спокойно отнимать чужую жизнь, если ей или окружающим кто-то угрожает. Пробудившиеся несколько лет назад голоса только усугубляли ситуацию. -Он мне снился! - перебивает Роуг снова дрожащим голосом - Его мысли… Воспоминания… Ненадолго повисает тишина. Кажется, даже «всезнающий» Чарли не знает что ответить. Или он просто ждёт очевидного, ведь девочка, снова выровняв дыхание, продолжает говорить: -Я стану плохим человеком, Чарли? -Зачем же тебе становиться плохим человеком? - абсолютно серьёзно спрашивает Чарли, продолжая внимательно разглядывать её лицо. -Плохой человек сказал мы похожи… - тихо ответила Роуг - На самом деле, он сказал что я куда страшнее. Он сказал - я его смерть. А он, вообще-то никогда не боялся смерти… Но когда его смертью оказалась я - он был чертовски напуган. В такие моменты девочка больше не была похожа на ребёнка. Чарли, конечно, внёс свой вклад, но, временами, Роуг выдавала вещи, совсем уж ей не по возрасту и самым невероятным было понимание, с которым она о них говорила. Ответственны за такую перемену были, естественно, её, не умеющие «фильтровать базар», соседи по разуму и память тысячи душ, всё сильнее пробуждающаяся вместе с растущей силой. -Знаешь почему он стал убивать, Чарли? Потому что мог. - говорит Роуг, будто это будничный факт из серии «какая сегодня погода» - А знаешь почему именно детей? Он считал их слабыми и жалкими… Я тоже так считаю. В детстве Роуг часто задумывалась, каково это - быть «такой как все». На удивление, перехотелось даже раньше, чем она перестала верить в Санту. Сначала Чарли всё больше внушал Роуг идеи про «изгоев» и в целом воспитывал так, что в компании других детей ей становилось попросту скучно. А потом вмешались и голоса. Всего одна мысль заставила её перестать завидовать другим детям. «Как жалко, наверное, они себя чувствуют глубокой ночью, прямо перед тем как заснуть…» Оставаться так, в полнейшей тишине… ни шёпота, ни споров, ни криков тысячи голосов в твоей голове. «Им должно быть… невыносимо одиноко.» - подумала тогда Роуг. А голоса продолжили подначивать её на тему «жалких личинок». -Ты желаешь им смерти? - просто интересуется Чарли. -Нет. - хмурится девочка - Зачем? Они же итак жалкие. -Я вообще никому не желаю смерти. - добавляет она, чуть подумав - Только если они нападают. -Так о чём речь? - снисходительно улыбается Чарли - То что ты можешь убивать, разве значит что ты должна? -Ты сильная, Роуг. Куда сильнее того плохого человека. А это значит что ты станешь ровно тем, кем сама захочешь. -Никто этого не решит. - повторяет свою мысль Чарли, хотя и не любил этого делать - Только ты. На мгновение Роуг показалось что земля уходит из под ног. В глазах потемнело, а звон в ушах с голосами из воспоминаний стал громче: -…Быть героем - это свобода. - рассказывал Джейсон - Неважно кто ты, откуда. Ты можешь делать что захочешь… быть кем захочешь!… -…Запомни это чувство - и, впредь, делай что-то только если ты действительно этого хочешь… - со всей серьёзностью заявила Риллианн. Больше чётких воспоминаний в голову не приходит, но образы всё ещё мелькают перед глазами, складываясь в довольно очевидную истину. Лицемерие «Титанов»… разговор с Коннором… драки Роуг на улицах Готэма… Всё ведёт к единственной мысли, которую девочка просто не может продолжать игнорировать. Затихает всё вокруг и даже гул голосов в голове: Лёгкий путь. То что она сделала в той драке - лёгкий путь и, кроме мимолётной эйфории от собственной победы, ничего хорошего на этом пути нету. Потому что насколько бы цель ни «оправдывала средства», в конечном итоге Роуг остаётся с пустотой - без движения, без шанса действительно чему-то научиться… вынужденная полагаться только на силу, которая даже не совсем ей принадлежит. И главное даже не это! Главное, не то что «удобно» или «практично», не то что действительно «правильно». Важно не то, кто вообще «прав», не то что говорит или запрещает Дик Грейсон… даже не то что говорят Риллианн Флинт или Джейсон Тодд. Важна только по-детски, местами, наивная, но очень отчаянная мечта… «Я буду своим собственным чёртовым Героем!» - наконец открывает глаза Роуг - «Именно таким, каким я захочу стать - и ни шагом меньше!» Перед глазами больше нет той пылающей бездны - это был лишь очередной кошмар её сознания. Жестокое, но очень необходимое напоминание. А реальность, вернувшаяся с новыми ударами, хоть и была жестока, совершенно не вызывала тех же поглощающих эмоций. Роуг лишь на секунду прикрыла глаза, снова вызывая в сознании образ Джейсона… «зомби» даже ненадолго растерялись когда она, короткой вспышкой пламени, переместилась на диван. Возможно, им просто понадобилось время, чтобы разглядеть силуэт девочки в темноте зала. Но, когда толпа снова двинулась на неё, Роуг уже могла стоять на ногах. На удивление… Липкая корка на кончиках пальцев наверняка была её кровь, руки свело такой болью, что они мелко подрагивали и девочке пришлось с силой прикусить правую ладонь, у мизинца, чтобы хоть как-то перебить тупую пульсирующую боль, не дающую как следует сжать кулак. Но она всё-равно стояла. Ровно и даже без особых усилий, будто ноги просто прирастали к полу после каждого сделанного шага. Голова гудела, но эта боль была терпимой и даже привычной. Сфокусировать зрение, особенно в полумраке, было довольно сложно… но «зомби» - как удачно - сами к ней лезли. Первый удар полетел в её сторону, пока девочка пыталась сморгнуть разноцветные пятна, заслоняющие половину обзора… и Роуг сама не успела уследить за движением собственного тела. Она увернулась так быстро и бездумно, будто годами оттачивала один этот манёвр. На мгновение девочка даже замерла, растерявшись - мышцы всё ещё болели, кости, хоть в итоге и остались целыми, болезненно ломили под кожей, голова кружилась, отзываясь лёгкой тошнотой на каждое резкое движение… но усталости, как таковой, Роуг не чувствовала. Драка повторно началась, с прожигающей ярости, вместе с упрямым желанием что-то доказать, хотя бы самой себе. Удары стали точнее и тяжелее, но этого всё ещё было не достаточно и против огромной толпы девочка имела совсем ничтожные шансы. И, где-то после десятого повторения круга «драка-пол-скачок-передышка-драка…», она даже кое-чему научилась. А именно - не стоять на месте, в никому не нужной стойке, где тебя легко зажать, окружить, да и просто достать рано или поздно. Настоящая драка - это постоянное движение. А для контроля толпы, как объясняла Риллианн, вообще лучше «держаться наверху». «Ну… по версии Бэтмэна.» - пожала плечами девушка - этого, похоже, даже она не умела - «Видимо поэтому они там все чёртовы птички.» И Роуг начала перемещаться, не боясь кинуться в толпу, или отбежать, ненадолго потеряв врагов из поля зрения, для нового приёма. Часто она прибегала для этого к помощи своих способностей, ведь ноги не всегда оказывались достаточно сильными. Стало куда проще, пришло понимание основ и некое инстинктивное ощущение драки - действий противников, расположения препятствий в зале, возможных способов обезвредить очередного зомби или ненадолго разбить толпу, для удобства… Но просто вовсе не стало. Приобретённый опыт вовсе не означал, что Роуг перестала задыхаться от очередного пропущенного удара, что она больше не оказывалась на полу, или что не было больше невыносимой боли, от неестественно вывернувшейся ступни, при неправильно рассчитанном манёвре. Но девочка жила дракой и это чувство было новым, не сравнимым ни с чем до этого. Только проведя в подвале несколько часов Роуг начала замечать уже знакомое чувство противоречия… неправильности происходящего. Дело было даже не в том, что пока она разбиралась с одной частью «зомби», другие успевали прийти в себя. Скорее в том, как странно ощущалось собственное тело - невероятно живым, послушным и абсолютно мёртвым, изношенным одновременно. «А может дело именно в «зомби»?» - подумала девочка, снова упуская нечто важное. Но ведь, действительно. Как можно победить противников, которые не чувствуют ни боли ни усталости? О чём Риллианн вообще думала, устроив ей подобное «испытание»?! И тогда вернулась ярость. Настолько всепоглощающая, что Роуг перестала отдавать отчёт своим действиям. Сломанные кости замедляли «зомби», но не более. Действовать надо было куда жестче… И только когда перед глазами промелькнул образ Кори, Роуг застыла, потушив горящую ладонь и, лишь спустя мгновение терзаний, заставила себя зажечь её снова, на этот раз, чтобы лучше разглядеть свои «успехи». Она вспомнила то глубокое разочарование, которое испытала услышав о том, что так называемые «герои», считающие себя лучше людей вроде Джейсона, Блэкфайер, или той же Риллианн, без особых раздумий и угрызений совести, идут на убийство… самое настоящее, безжалостное. И никто не видит противоречия? Не понимает абсурда всей ситуации?! Но сейчас… Роуг остановилась вовремя, чтобы снова не прибегнуть к ненавистным силам, тем самым пополнив количество голосов в своей голове. Но то был давно отработанный инстинкт - не раз она через это проходила и знала ощущения даже слишком хорошо. Абсолютно новым для девочки было зрелище неподвижно лежащего тела, с проломленным черепом… крови, капающей с ограждения… и тёмных безжизненных глаз, из которых пропал почти весь фиолетовый. Этого она остановить не смогла - не знала что вообще способна на подобное… а ведь трупов было несколько. Роуг уже не обращала внимания на никуда не девшихся «зомби», продолжавших тупо кидаться в атаку. Она даже не могла понять, валяется ли снова на полу, или всё ещё стоит на ногах. Роуг совершила убийство. Почти осознанно, но, что ещё страшнее - своими собственными руками. Роуг убила как человек. И, через ещё одну короткую вечность, пришло осознание «как» и «почему». Она не чувствовала страха. Привычного, ставшего неотъемлемой частью всей её личности. Страха случайного прикосновения, страха потерять контроль… страха навредить живым мертвецам, и без того обреченным. Какие бы моральные стены Роуг не пыталась выстроить в голове, подсознательно она понимала кто перед ней - «зомби». И глупо было бы начинать переписывать всё её воспитание именно с такими противниками. Глухой грохот разнёсся по клубу, даже через звуконепроницаемые стены подвала. На этом фоне быструю вспышку пламени было легко пропустить. А Роуг уже стояла перед Риллианн, разлёгшейся прямо на барной стойке. -Мне плевать что ты хотела этим доказать! - прорычала девочка, множеством голосов - Ты знала, что так будет! Знала что это единственный способ их остановить и всё равно сделала! Девушка молча подняла на неё глаза и в её «магическом» голосе не было ни насмешки, ни раздражения: -Сработало? - только и спросила Риллианн, абсолютно спокойно и даже как-то печально. Почему-то Роуг почти мгновенно остыла. Вместо того, чтобы сравнять весь клуб с землёй, захотелось заплакать и спрятаться где-то в тёмном переулке Готэма, от самой себя и всего мира. -Не смей. - в голосе Флинт появилась ледяная сталь - Только попробуй сломаться сейчас. Ты гораздо сильнее этого. Почти приказной тон девочке совсем не понравился: -Ради чего? - прошипела Роуг, стараясь удержать дыхание ровным. Риллианн вопрос поняла: -Ради полного понимания и осознания. - она села и теперь прямо смотрела в глаза собеседницы - Далеко не каждому дают прочувствовать это, в тепличных условиях, прежде чем выкинуть в суровую реальность. Вот они - твои «герои». Думала ты один раз принимаешь решение, кем и как ты хочешь быть? Нет - ты принимаешь его каждый день, каждый раз надевая чёртову маску. Не знаю, как обстоят дела у «золотых мальчиков», но для чудовищ вроде нас, главная битва - всегда с самими собой. Вряд-ли кто-то ещё тебе это объяснит, а уж тем более покажет на деле. -Ты права. - после недолгого молчания, Роуг кивнула - Но я ни за что не стану за это благодарить! Простить не сразу смогу. -И не должна. - удовлетворённо улыбнулась Риллианн, как делала всякий раз, когда девочке удавалось, после её атаки, остаться на ногах - Если мы больше не встретимся, в этом не будет смысла. Она перелезла через стойку и принялась копаться в баре. Роуг увидела свой силуэт, отражающийся в столешнице - вся в крови, покрытая глубокими ссадинами, растрёпанные, местами вырванные волосы, и сломанные, торчащие, кое-где, кости - будто грузовик переехал… она не должна быть жива. -Что с болванчиками, кстати? - поинтересовалась девушка, всё ещё прячась за стойкой. -Приложила «взрывной волной» о стены… - отозвалась Роуг - Должны прийти в себя скоро. -Вот счастье… - протянула Риллианн, выставив на стойку какую-то бутылку, но не спеша вылазить самой - Зато не прийдется новых искать. -И… что дальше? - неуверенно спросила девочка. -А тебе не хватило? - саркастично хмыкнула Риллианн. Она, наконец встала, снова серьёзно заглядывая в глаза Роуг: -Я научила тебя всему что смогла. Даже тому, чему не потрудились научить меня когда-то. Но ты и сама понимаешь, что важнее сегодняшнего урока уже не будет. Что делать со всеми этими знаниями - решать только тебе. -И на этом всё? - тихо спросила Роуг, отмечая, со слабой вымученной улыбкой, что совершенно не так представляла это прощание. -Почти… - отозвалась Риллианн и девочка не успела уследить за направленным на неё пистолетом. Роуг не умерла мгновенно, но пошевелиться уже не могла. В ушах всё ещё звенело от выстрела, но голос девушки, благодаря его «магическим» свойствам, остался легко различимым: -Я прикажу вынести тебя подальше в город… А дальше сама распоряжайся своей новой жизнью. Кажется у тебя даже были на неё планы. Мысли путались и Роуг перестала разбирать слова. Если Риллианн говорила что-то ещё… Кроме одной единственной фразы, перед тем как всё окончательно погрузилось во мрак: -Надеюсь, без обид.