Спасибо, что научила меня любить.

На собрании не произошло ничего сверхъестественного, Майки поздравил всех с праздником и отпустил, отправив Доракена куда подальше, а сам поехал домой – спать. Пришло время прогулки с Эммой. Кенчин заранее пригласил девушку на фестиваль, подготовив свой подарок, и с нетерпением ждал встречи. Черный байк разгонялся все сильнее, из-за чего длинная коса развивалась на ветру, находясь в невесомости, пока Рюгудзи мчал на встречу своей первой и последней любви. Сердце билось о ребра, как сломанный метроном, адреналин в крови явно превышал норму, а глаза бегали по сторонам, словно искали точку опоры, когда прекрасная девушка, в темно-синем кимоно с цветами, красным поясом и мило заколотыми волосами, вышла из дома. С самого утра на душе у Эммы было неспокойно. Ее бросало то в холод, то в невыносимый жар. Нахлынувший адреналин все никак не давал покоя. Тогда, в 11 лет, когда она была еще совсем маленькой девочкой, ничего не смыслящей в жизни, Майки впервые привел домой кого-то кроме Баджи. Тогда они встретились впервые, но подружиться, по какой-то причине, не удавалось. – Э? Рюгудзи Кен? Дурацкое имя! – показушно надув губки и отвернувшись, выкрикнула девочка. - Чья бы корова мычала, Ээ-м-а. – не растерявшись, а также, не забыв указать сестре Майки на ее рост, ответил Кен, специально акцентируя внимание на иностранном имени ребенка напротив. Ребята вечно дразнили друг друга, чаще всего из-за имен или роста Кенчина, что был на голову выше Эммы и подначивал ее этим, называя мелкой, на что в ответ получал «сам-то вон какой дылда» и выпяченный язык. Майки и Баджи всегда смеялись с взаимоотношений этих двоих, в шутку называя их «жених и невеста», как обычно делают дети. Забавно вспоминать об этом через столько лет, действительно собираясь на свидание с Доракеном. Кто бы мог подумать. С тех самых пор эта детская наивная первая любовь так и не прошла, укрепляясь с каждым днем. Он перестал вызывать раздражение, став чем-то, что делает счастливой в любую погоду. Став ее солнцем при ужасной грозе, ее самым дорогим сапфиром. Выбрать кимоно, оказывается, не так просто, как могло бы казаться на первый взгляд. Но, так как праздник посвящен звездам, было бы логично надеть что-то близкое к ночному небосклону, что-то темно-синее. Как раз такой наряд висел в шкафу уже давно. Это кимоно памятное, дорогое, скорее, не столько в деньгах, сколько сердцу. Оно выбрано Доракеном и куплено вместе с ним около полугода назад. Звук знакомого мотора, и через секунду, прихватив красочный пакетик, Эмма уже спускалась вниз, к своей первой и последней любви.