Место рядом с Томом Реддлом всегда пустовало

Том посмотрел на Гарри. На его лице было изображено вежливое удивление, выражающееся в приподнятой брови и искривлённых губах. Ничто не выдавало его волнения. Если оно было. Том не уверен. Проверять старшекурсников вызвался сам Дамблдор. И разумеется, он начал со Слизерина. Том поставил на то, что профессор начнёт с него, и не прогадал. — Мистер Реддл, можно вашу палочку, пожалуйста? — Конечно, профессор, — Том спокойно дал палочку мужчине и обернулся на подошедшего к ним Гарри, бровь которого всё ещё была приподнята. — Мы с Гарри говорили о том, какой это вопиющий поступок по отношению к уважаемому профессору. Но неужели вы не можете снять это глупое детское проклятие? — К сожалению, Том, пока что оно мне не поддалось, — скорбно проговорил Дамблдор. — Мистер Эванс, не одолжите палочку? — И когда Гарри спокойно её отдал, продолжил: — Как вам в Хогвартсе, Гарри? Вы говорили, что не хотели бы расставаться с друзьями, с которыми так много прошли, но судьба, увы, распорядилась иначе. — Мне всё очень нравится, профессор, — голос Эванса был гораздо мягче того, каким он обычно разговаривал. — Том мне очень помог, на самом деле. Лучшей кандидатуры на место старосты и не найти, наверное. — О, да. Том выдающийся юноша, крайне одарённый во всех аспектах науки и магии. И да, вы правы, он прекрасный староста, который не смотрит на факультет и всё решает по справедливости. С чего такая похвала от профессора Дамблдора? Том успел сделать что-то, что не вызвало в рыжем параноике негативного отклика в его сторону? — Как и тот, кто так над вами подшутил, я полагаю, — Гарри в улыбке даже глаза прикрыл. — Но сто́ит искать и хорошие стороны: раз сам профессор высшей квалификации не может снять это проклятие, то в Хогвартсе учатся очень и очень сильные и умные студенты. — Только это меня и утешает, мальчик мой. — Он отдал Гарри палочку. Том похвалил себя, что владеет лицом не хуже, чем Эванс, и ничем не выдал своего удивления. Дамблдор отпустил их, когда Гарри вспомнил, что сердобольная библиотекарь охраняет их вещи в своей обители, а Том посокрушался, что не хочет её больше напрягать. Они в молчании дошли до библиотеки и сели на свои места. Том невербально наложил чары от прослушки. — Ты что, без палочки его проклял? — Знаешь, Том, есть в мире такие маги, умные которые. Слышал о таких? — усмехнулся Гарри. Он положил на стол перед Томом свою палочку, которую Реддл уже успел запомнить. И потом достал и положил рядом с ней ещё одну*. — Они обе твои? — Если Гарри её украл у кого-то из студентов, это уже сейчас заметят. В Большом Зале все — пропажа найдётся, и его разоблачат. — Умные, Том, у-мны-е, — он произнёс это нараспев по слогам. — Нет, не моя. И предвосхищая твои вопросы и дальнейшие раздумья, её хозяин не найдётся ближайшие... лет сорок, — и рассмеялся. — Думается мне, даже Олливандер и не подозревает, что она у меня, хм... — Он что-то ещё прошептал только для себя, но быстро вернул себе обычную улыбку и самый расслабленный вид. Нелегальная палочка? Том начинает думать, что не мешало бы поговорить с друзьями Гарри. Если они такие же, как он... Сколько перспектив, однако... Но это можно оставить на потом. «Потом» наступило достаточно скоро — глубоким вечером всё той же среды, когда уже все отходили ко сну, на собрании Рыцарей. Эйвери всё ещё был молчалив, задумчив и напуган. Его положение осложнялось ещё и тем, что в последнее время он часто подводил Тома, и тот не оставит это без внимания. — Иэн... — Том направил палочку на Эйвери. Просто чтобы показать своё внимание к нему. — Я хочу предоставить тебе шанс реабилитироваться. Мне очень хочется поговорить с друзьями нашего дорогого Гарри. — Да, когда его рядом не было, Том чувствовал себя гораздо увереннее. — Но, Том! Ты же только сегодня сказал, чтобы их никто не смел трогать! — Что? Эйвери не собирался просто так спускать с рук новенькому его поведение. Гарри был чем-то похож на Тома, и уже эта схожесть сильно мешала бросить вызов самому Эвансу. Его аура заставляла ноги подкашиваться, а смотреть в глаза было невозможно. Слишком чувствовалось его превосходство. Как с Томом. Но его друзья не были защищены. — И ты решил напасть на них? — прищурился Реддл. — Припугнуть, чтобы показать Эвансу, что на него есть рычаги давления. Рон Уизли и Гермиона Грейнджер не обладали аурой своего друга. Никакой не обладали, на самом деле. Они были самыми обычными студентами. Да, эта грязнокровка показала свой ум на занятиях, и на практике они были гораздо выше среднего. Но они вышли из зоны активных боевых действий — это многое объясняло. Зажать их оказалось достаточно просто. Грейнджер ещё попыталась что-то наколдовать, но не успела — её палочку забрали — только искры в сторону унеслись. Интересно, их это противоречие вообще не смутило? Вышедшие с поля сражения маги, хорошо показывающие себя на практике и владеющие бо́льшим количеством заклинаний, нежели простые студенты, вот так просто дали себя зажать кучке недоразвитых амбалов? Наверное, они просто боялись попасться на глаза преподавателям на драке. Особенно девушка. Она часто одёргивала сокурсников, когда они проявляли неуважение к профессорам. Но... Том-то там каким боком? — Когда это произошло? — Где-то через час после конца занятий. Гарри как раз в это время куда-то ушёл. Возможно, те искры были не просто незавершённым заклинанием, а как раз показателем, что магия свершилась? Девчонка просто отправила сообщение Гарри. Но он пришёл в облике Тома. Оборотное?! Но откуда у Эванса его волосы или что-то ещё? — Знаешь, Том, есть в мире такие маги, умные которые. Слышал о таких? Лучше друзей Эванса не трогать. Том нравится Гарри по каким-то причинам, но вряд ли он простит ему, если они пострадают. Лучше действительно просто с ними поговорить. Том рассмеялся. — Новенький обвёл нас вокруг пальца, — констатировал он. Но это был не конец истории. Когда подошёл Том, Эйвери подумал, что вот теперь Эвансу хана. Сам Милорд решил почтить своим визитом и показать гриффиндорцам, что надо передать их другу Гарри пламенный привет на змеином языке. Но вместо помощи Реддл только начал их отчитывать. Смешливо предположил, что они просто понравились его людям, и те решили их зажать в самом переносном смысле, а потом сурово уточнил, что друзей его друга лучше не трогать. Это стало звоночком, что Гарри вошёл в ближний круг Рыцарей. — Не можешь справиться со своим обидчиком и лезешь к тем, кто заведомо не ответит? Ты разочаровываешь меня, Иэн, всё больше и больше. — Что тут происходит? — Дамблдор показался внезапно и обвёл всю компанию подозрительным взглядом. — Рон и Гермиона не могли найти дорогу, профессор, они освоились немного хуже Гарри. Я встретил их по пути и объяснил, куда идти, а Иэн с остальными только что подошли и вызвались помочь и проводить. — Вы хорошо исполняете свои обязанности, Том, — кивнул профессор. — Я рад, что небольшая вражда между факультетами не помешала вам помочь другим, — прозвучало без недоверия, но как будто с издёвкой. — Спасибо, профессор, — вернул кивок Реддл. — Я просто хочу, чтобы все в Хогвартсе чувствовали себя так же спокойно и комфортно, как я сам. Ого, Гарри позаботился о сохранении его репутации и даже образ поддержал. Когда он успел так хорошо его изучить, не за один же день? И теперь понятно, откуда похвала в его сторону во время небольшого полилога между ним, профессором и Гарри. — Где это произошло? — Гарри бы не успел всего за десять минут, если дело было далеко от библиотеки. — В коридоре к восточной башне на четвёртом этаже. Библиотека находится на втором этаже напротив начала коридора к западной башне.