Оборотень

      — Эй, Чимин, а ты слышал о Чонгуке? — парень подобрался к синеволосому со спины и закинул руку на плечо. — Он боится острых предметов, ты знал?       — Это не правда, — сухо мотнул головой Пак.       — В смысле? — изумился собеседник.       — Ну, вот так, — пожал плечами Чимин, — кто-то распускает ложные слухи, видимо.       — Надо же… Прикол. Пойду своим расскажу… — парень с озадаченным видом отпустил лжеца и побрёл по направлению к своей банде. — Эй! Пацандрэ! Слышали чё Чимин сказал?       Чимин сменил безразличное лицо на взволнованное и сжал пальцы в кулак. Тэхён, чтоб его…       — Чимин? — окликнул мужской голос. Пак обернулся, но тут же об этом пожалел. В его сторону быстрым шагом брёл Ким Сокджин. Синеволосый не хотел с ним сталкиваться, поэтому сорвался с места и быстро зашагал прочь. — Ты не уважаешь старших, паршивец, я же окликнул тебя!       — Чего Вы от меня хотите?       — Чтобы ты пришёл сегодня ко мне на тренировку.       — Не хочу.       — Я в курсе, — усмехнулся мужчина, — поэтому и говорю сейчас с тобой, чтобы переубедить. Ты же хочешь победить на поединке?       — Хочу. Но Вы не сможете мне помочь.       — Не суди меня по обложке. Я не так прост. Если тебе не понравилось, что я не хочу равнять тебя с землёй только потому, что ты не такой, как все, это ещё не значит, что я плохой. Просто у меня немного другой взгляд на всю эту научную фигню, которую трактуют в ваших книжках.       — Да бросьте, Вы наверняка даже не открывали учебников. Мне нужен тренер, который будет здраво оценивать мои возможности, а не тот, который «Ты просто не старался».       — Поверь, парень, я ближе к этим учебникам, чем ты думаешь…

***

      — Добрый день, меня зовут Ким Сокджин, я буду вести у вас некоторые предметы вместо того дедульки, который… — Джин задумался. Он не знает имени предыдущего преподавателя… немного неловко.       — Простите, — поднял руку кто-то из зала, — но как же лектор Бан Шихёк?       — Полагаю, он уже на пенсии, — пожал плечами Сокджин.       — Но разве Вы не тренер по физ. подготовке? — поинтересовался кто-то.       — Это верно, но я ещё и теоретик по профессии, поэтому, если это все вопросы на сегодня, давайте начнём.       Чимин таранил неверящим взглядом мужчину. Откуда он мог знать, что Сокджин теоретик? Не знали этого и другие, в глазах которых Джин всё ещё был тренером, к которому страшно попасть. Каждый был наслышан о репутации мужчины. Сокджин же подливал масла в огонь, он неловко чесал голову, читая открытый учебник перед собой, словно в первый раз. Как его вообще допустили к работе?       Не прошло и пяти минут неловкого молчания, когда Джин захлопнул книгу и отложил ту в сторону.       — Как вы это читаете? Скукотища, — фыркнул мужчина. — Можете закрыть тетради, мы не будем писать. Я бы хотел подискутировать немного с каждым из вас. Начнём с простого. Все вы знаете, как работает обращение. Во время сна мы превращаемся автоматически, потому что сознание отключается. Наше второе тело это максимально экономная в плане потребления энергии форма, когда мы находимся в ней, наши внутренние органы не работают, соответственно, не изнашиваются. Именно в этом секрет долголетия оборотней: половину своей жизни мы оборачиваемся в вещи, которым не нужна энергия. Оборотень может прожить 150, 200 или даже 250 лет, в зависимости от того, как много спал и какой образ жизни вёл.       — Мин Юнги будет жить вечно, — засмеялся кто-то из зала, ткнув пальцем в распластавшийся по столу мягкий плед.       — Не будите его, пусть отдыхает, — улыбнулся Джин. — Но оборачиваться мы можем не только когда спим, но и по желанию. В экстремальной ситуации, например, если убийцы забрались в дом. Или когда идёт лектор, которому не хочется показываться на глаза. Был у меня один такой… как же я его ненавидел.       Сокджин удивительно располагал к себе, его слушали с интересом, он хорошо строил речь и даже успевал заигрывать с аудиторией.       — Если бы мы могли превращаться в агрессивных волков, думаю, наша сила была бы куда больше, — усмехнулся Сокджин, — но что могут вещи? Они неподвижны, не могут дать сдачи обидчику.       Кто-то поднял руку, и Сокджин кивком разрешил ответить.       — Вещи могут защитить от воздействия извне.       — Верно. Обобщим. Оборотни могут прятаться, защитить себя от воздействия… А так же, если вы ранены, обернувшись, ваше тело перестанет истекать кровью и вы сможете продержаться до приезда врачей. Мы не пригодны для боя, как оборотни-волки из сказок, но кто-то сверху решил, что мы сильнее обычных людей и наши поединки выглядят круче, зрелищнее. Нет. Нашему виду эволюция подарила возможность выживать, а не драться… Поэтому ничего страшного, если вы не сможете победить в поединке. Проигрыш ничего не значит.       Аудитория залилась смехом. Чимин вздохнул и лёг головой на стол. Всё же шло так хорошо, а Сокджин взял и ляпнул такое. Но, если честно, он прав. Кто-то вдруг решил, что они все созданы для боя. Как печально.       — Вы смеётесь, — фыркнул мужчина, — но задумайтесь сами. Каждый из вас сможет победить соперника на ринге?       — Вы пришли сеять в нас уныние? — спросил кто-то.       — Я пришёл сказать, что победа - это не главное.       — Попрошу, — поднял руку Чимин, — Вы же в курсе, что если завалить экзамен, то о хорошей работе можно забыть?       — Тогда, Пак Чимин, Вам придётся пахать, как лошадь, чтобы не завалить его, — усмехнулся Сокджин. Чимин нахмурился. — Да, ребята, забыл упомянуть. Несмотря на то, что оборотни созданы, чтобы выживать… люди рождены, чтобы сражаться. Я лично не люблю сражаться, потому что умею выживать. А умеете ли выживать Вы, Пак Чимин?       Ответ был очевиден. Если не умеешь выживать, как оборотень, учись сражаться, как человек… Это Ким Сокджин хотел сказать? Браво.