Сегодня вчера завтра

Первым вспыхнул свет в лаборатории. Включились разом все лампочки, зажглись голографические столы, разворачивая последние загруженные на них данные. Следом тихо загудели, засасывая воздух, кондиционеры. Тяжелые ролеты на окнах поползли вверх. Закрыв лицо ладонями, Стив сполз по стене на пол. Руки подрагивали, сердце билось, словно он, будучи еще насквозь больным астматиком, пробежал марафон с тяжеленным рюкзаком за спиной, да и легкие отказывались работать нормально. Стив нервно усмехнулся. У него получилось! У него, черт возьми, хоть что-то вышло как надо! Он справился! Надежда на то, что получится благополучно раскупорить зал с камерами спасения, крепла прямо на глазах. Ведь тогда, когда Стив только проснулся, он едва представлял себе, что будет делать дальше и будет ли это «дальше». Если с целью еще всё разрешилось достаточно быстро, хоть и не без моральных метаний и сомнений, то вот вопрос «как это делать?» покоя не давал до последнего момента, пока не заработал генератор. — Соединение с Башней «Старк Индастриз» прошло успешно, — сухо сообщил уже знакомый Стиву голос местного искина. — Энергоснабжение восстановлено на двадцать пять процентов. До полного восстановления осталось сорок пять минут. Тут же в воздухе развернулась интерактивная карта местности с яркой ветвящейся линией энергопровода на ней, и Стив аж губу закусил. Карта… она… она была обновленной и живой… Вся ширина леса, изменения ландшафта, полуразрушенные дома, даже стайки какой-то мелкой из-за масштаба живности — все было показано с такой ужасающей четкостью, реалистичностью, словно вместе с энергией от одного генератора к другому прокатилась волна сканирования. Стив медленно поднялся с пола, подошел ближе и взмахнул ладонью, приближая к себе один из участков карты, показывающий, где он вчера обобрал дикую яблоню, наломал немного веточек для коптильни и поставил силки на кроликов в надежде на славный ужин. Карта зарябила. — Идет калибровка на местности, — проинформировал искин, и картинка снова обрела четкость, приблизилась, заставляя Стива поморщиться. Силок был на месте, как и наглый кролик совсем рядом с ним, флегматично дожёвывавший листья одуванчика и, казалось, прекрасно знающий, что за ним наблюдает глупый человек. — Гаденыш какой, — восхитился Стив, стараясь хоть немного переключиться. Выходило, правда, довольно скверно. Правильно говорила ему Наташа, есть польза от медитаций и дыхательных упражнений, но сейчас себя даже дышать правильно заставить не удавалось, чтобы хоть как-то успокоиться. А уж отойти от стола и расположиться рядом на полу Стив и вовсе себе позволить не мог. Надо же… кролик, он видит кролика. А если?.. По телу Стива прокатилась горячая волна. Получалось, что он может сейчас узнать о выживших, достаточно только задать простой вопрос искину, запустить поиск. В горле запершило. Иррациональный страх навалился на плечи, не давая сдвинуться с места, открыть рот, вдохнуть нормально, заговорить. Ведь так еще оставалась надежда на то, что весь этот бедлам творится только в Нью-Йорке, а за его пределами всё в порядке и люди спокойно себе живут, огородив когда-то опасную территорию. Даже то, что Тони в своем сообщении говорил о начале всего этого, о Вашингтоне, не умаляло такой возможности. Стив прочистил горло, опёрся ладонями на столешницу. — Зона покрытия? — тихо, едва слышно спросил он, в тайне надеясь, что искин не разберет слов, но карта снова мигнула и изменилась, показывая не только местность вокруг Базы, но и Нью-Йорк со всеми пригородами. — Краткая информация по людям. Повисла тягостная тишина. Стив слышал, как в кафетерии дальше по коридору оглушительно громко тикают настенные часы, как его собственная кровь пульсом барабанит в височную кость, отдаваясь головной болью, вот-вот рискующей перерасти в мигрень. Искин молчал. С каждой секундой надеяться на ответ становилось сложнее. Стив даже пожалел, что задал именно этот параметр для поиска, но сделанного было уже не вернуть, оставалось только ждать. — На запрашиваемой территории обнаружен один человек, — когда Стив уже хотел махнуть рукой и заняться своими делами, благо на Базе всегда было чем заняться, заговорил искин, но на этом не остановился и продолжил так же сухо: — В спасательных капсулах в состоянии анабиоза находятся двести восемь человек. Для вывода из состояния покоя потребуется семьдесят два часа. Начать процедуру? Всё же он здесь был действительно один, но в то же время от сердца отлегло. Двести живых — это уже хоть что-то. Значит, мир не погиб, по крайней мере не окончательно. Эту новость захотелось отметить, зажарить на огне хороший кусок хоть той же крольчатины или голубя. Можно открыть бутылку вина из неприкосновенного запаса, что хранился в кабинете у Николаса. Пусть даже и праздновать пока что приходилось в одиночестве. Всего семьдесят два часа — и он снова будет не один. Но торопиться не следовало. Отложив начало процесса вывода из анабиоза оставшихся в живых, Стив отправился в лес. Надежды на силок не было, но кролика можно было поймать и рукой, благо Стив бегал быстрее. Ужин получился и правда праздничным. Прошерстив кабинеты остальных своих коллег, Стив обзавелся бокалами, один из которых он взял с собой, решив второй приберечь для особого случая, толстыми свечами и тремя подушками, явно сшитыми из какой-нибудь нано-ткани чисто смеха ради, и отправился на крышу. Снова встал вопрос — что делать дальше. Стив отлично помнил о том, что Тони хвастался своими генераторами и тем, что их по всей стране натыкано десятка полтора, если не больше. А это уже хоть что-то. Получалось, генераторы, если уцелели, могли объединиться в единую сеть, дотянуться щупальцами проводов даже к самым отдаленным Базам, заглянуть внутрь и там тоже поискать такие же, как здесь и на Манхэттене капсулы. Выпустить людей — уже дело немалое, но благодаря источнику энергии появлялась возможность восстановить инфраструктуру. Всё же строил ЩИТ на века, и материалы использовал другим на зависть. На этой Базе, к примеру, даже канализация заработала и вода появилась. Но пока всё это было только планами, пусть от них и щемило в груди, и хотелось улыбаться. Стив наполнил бокал вином, поднял его к начавшему темнеть небу. — Мы живы, — тихо сказал он. — Мы справимся. Завтру быть! Расставленные вокруг свечи мерцали. Крохотные язычки пламени пугливо обнимали фитили, трепеща на свежем ветру, освещали сидящего в кругу их света человека, стирая с его лица печать возраста, делая его намного моложе. Утром Стив проснулся другим, он чувствовал, что внутри что-то переменилось. Не сломалось, нет, а скорее наоборот, прибавилось веры в собственные силы, в то, что у него, у них, у человечества что-то да получится, что еще есть шанс начать пусть и не с начала, но с новой строки и попытаться выстроить мир заново. Сделать его лучше. Не был Стив одним из тех полностью отбитых на голову активистов от природы, но тоже отчасти считал, что планету они просрали, как бы грубо это ни звучало. Он никак не мог понять, для чего тому же Тони такой автопарк, зачем вырубать парк вокруг базы для новых полигонов, когда среди деревьев тренироваться проще и эффективнее. Новые технологии, материалы стоили многого, но не ту цену, которую за всё это платила природа. Они как-то с Тони разговорились на данную тему, им обоим не спалось, хотелось выпить и побыть немного не в одиночестве. И оба при этом выбрали не самое подходящее для общения место — крышу. — То есть ты за возвращение к копью и каменному топору? — удивился Тони, его живое лицо так и вопило о крайней степени непонимания, словно Стив вместо того, чтобы радоваться достижениям, просит заменить в уборной мягкую туалетную бумагу на листы лопуха. — Я за то, чтобы мир становился экологичнее, — попробовал объяснить Стив. — Чтобы это начиналось хотя бы с нас. О Мстителях говорят из каждого утюга. Рассматривают нас под увеличительным стеклом, обсуждают решения, поступки, даже то, в чём мы появляется на публике. Да, это угнетает, раздражает, но… и пользу принести может. — Предлагаешь отказаться от кофе из Старбакс? — Тони фыркнул, покрутил незажженную сигару в пальцах, закусил губу, явно о чем-то размышляя. Его взгляд делался всё бессмысленнее, а сознание уходило дальше в те дебри, куда Стив по своей воле не сунулся бы. А потом появился генератор чистой и почти бесплатной энергии. Сколько шума было. Энергетические компании, монополисты в этой сфере, отказывались делиться сферой влияния, слишком большой кусок мог отхватить такой гигант как «Старк Индастриз». Но Тони поступил хитрее. Он не стал никому ничего продавать, а для начала оборудовал генератором свою Башню, соединил с другим на главной базе — и всё заработало. Николас, не будь дураком, тут же подписал разрешение на переоборудование и других баз. Меньше денег из бюджета организации, меньше чужого влияния. Пусть энергетики и негодуют, но мир, сначала в лице зеленых, а потом и простых обывателей, оценил. Оценил и Стив. Если тогда он не сильно интересовался, как это все работает, разве что узнал, не вредит ли окружающей среде и не рванет ли из-за чьей-то ошибки, то сейчас, даже не полностью разобравшись, Стив был безмерно благодарен Тони. Пусть он и уничтожил человечество, но его же технология могла неслабо помочь. И она помогала. По крайней мере, утро Стива началось не с умывания холодной водой, а с полноценного горячего душа. Появившееся электричество подарило немного подзабытое чувство комфорта. Теперь не приходилось, бегая по лесу, попутно собирать хворост только лишь для того, чтобы заварить себе чай или разогреть что-то из остатков вчерашнего мяса. Стив мог рисовать не только днем, в те моменты, когда солнце висело под правильным углом, а умная литература так заколёбывала, что хоть на стенку лезь и вой в потолок. Но больше всего, как оказалось, в этом новом мире Стиву не хватало музыки. Да, живая лесная тишина была прекрасна. Но сколько бы Стив не просидел внизу у входа или на крыше, закрыв глаза и просто слушая, знакомясь с природой, но иногда хотелось чего-то другого. Раскатистого, словно гул водопада, пения Фрэнка Синатры. Глубокой мелодики Ланы Дель’Рей. Просто чего-то инструментального. Сам-то он не умел играть ни на чём. Мама считала, что музыка от дьявола и максимум чем позволяла заниматься Стиву — это пением в церковном хоре, а хотелось большего. Например, играть на скрипке, как весельчак Томас Манн, притопывать ногой и подмигивать симпатичным девушкам. Обнимать коленями крутые бедра виолончели, водя смычком по струнам и обещая всем и каждому подарить частичку магии, а может, и чего запретного. Или как Баки… брать гитару в руки и пропадать для всего мира, погружая себя и слушателей в какой-то невероятной красоты водоворот, увлекающий, кружащий в танце. Баки очень шла гитара. Ему всё подходило, чем бы он не пробовал заниматься. — Гитара, Стиви, как снайперская винтовка, — пояснял Баки, касался кончиками пальцев струн, откидывал голову назад, выдыхая густой сигаретный дым уголком рта. — Она разит наповал. Только винтовка заставляет забыть, а гитара запомнить. С этим было поспорить сложно. Хотя Стив всегда считал, что и без гитары Баки забыть невозможно. Сам он никогда бы не смог этого сделать, да и не хотел, как бы больно не было помнить. Стив бросил взгляд на старую фотографию в рамочке, что всегда держал в сейфе и только после конца всего поставил на свой стол. Он никогда не забудет Баки. Теперь музыка на Базе играла практически постоянно. С ней хорошо было бегать по лесу, проверяя ловушки на живность, отлично рыбачить и потом готовить пойманное, прекрасно работать, подпевая чуть ли не в полный голос. Правда, чтобы собрать такую разнообразную фонотеку Стиву пришлось пойти на не очень благовидные действия — влезть в чужие компьютеры, покопаться в личном, куда он старался обычно не соваться. Он не смотрел фотографий, не читал никаких записей, не лез в ожившую на Базе вместе с заработавший электричеством локальную сеть. Личная жизнь на то и была личной, чтобы никто туда не совался грязными руками. Музыки уже было достаточно. Музыка все делала проще и понятнее. Музыка напоминала Стиву тех, кого он любил и потерял, воскрешала их хотя бы ненадолго. Ирландские мотивы и тяжелый рок. Баки и Брок. Одного он любил настолько сильно, что умер не задумываясь, нырнул в темноту неизвестности, пусть всё это и оказалось напрасно. Второго хотел, горел им, желал заполучить себе, присвоить, подчинить. Теперь не сойти с ума помогали именно они, крепко держали на плаву, не давая колупаться в себе, разваливаться и опускать руки, заставляли жить, засыпать и просыпаться. Работать в лабораториях дальше. — Энергоснабжение восстановлено на сто процентов, — ответственно отчитался искин, развернул карту страны, опутанную мерцающей паутиной соединённых между собой генераторов. — Связь со всеми объектами установлена в полной мере. Локальная сеть работает на сто процентов. Сбоев не обнаружено. Нарушений целостности потока энергии не обнаружено. Разрушений не обнаружено. Начинаю сканирование удаленных объектов. Стив выдохнул. Вот теперь можно было думать о том, кого будить первым. На радостях или от нечего делать, пока шло последнее сканирование остальных баз, Стив начал выкладывать в локальную сеть те ролики, что успел наснимать экшн-камерой. Возможно, потом кто-то из тех, кто сейчас спит, посмотрит это и ужаснется, а может, и нет. Стив не знал, но заливал всё, что только мог залить.