Сегодня вчера завтра

Запустить процесс вывода выживших из сна оказалось куда проще, чем дождаться его окончания. И вроде бы, семьдесят два часа — не так уж и много, но для Стива они тянулись так, словно каждая секунда длилась по неделе, а то еще и дольше. Снова накатил страх из-за того, что он делает что-то неправильно и проснувшимся людям будет грозить какая-то опасность, ведь так и не удалось выяснить, что же погубило весь остальной мир. И исчезла ли сейчас эта угроза, а не шарится ли где по другим континентам, подъедая людей уже там. Брок вот не знал, да и не мог знать. Его с новобранцами закинули в самую глушь Аляски и пообещали забрать через месяц. Но всё рухнуло. Вместо новостей раздался сигнал тревоги и активировался особый протокол. Тогда это странным не показалось, чего только на учениях не бывает, а потом уже и вопросы стало некому задавать. Ни один из них не знал, что произошло, куда подевались все остальные люди и сколько же прошло лет. А единственная запись от Тони ничего не объясняла, а скорее лишь создавала новые и новые вопросы. Где сам гений, филантроп, миллиардер известно не было. Искин, по крайней мере, найти его не сумел. Обратный отсчет потихоньку капал на мозг. Стив никак не мог найти себе ни места, ни занятия, все валилось из рук, а Брок даже начал раздражать тем, что никак не мог удержаться от подколок. Да, Стив волновался. Да, переживал. А как тут можно по другому? От него же зависели жизни других людей. Одно дело отвечать только за себя, а совсем другое — взваливать на плечи даже не десяток… несколько сотен человек разом. И нельзя было активировать программу для части, половины или хотя бы для двух третей, только полностью. — Прекращай стрессовать, — просил Брок. — Кто тут самый сильный, смелый и отчаянный? — Кто? — переспрашивал Стив, — и беспокойство на время отступало, чтобы навалиться с новой силой, стоило Броку исчезнуть из поля зрения. — Блядь, Стив, если бы я знал, что ты такой… — качал головой Брок и смотрел снова в душу, тепло улыбался. — Какой? — интересовался Стив, но ответа так ни разу и не получил, по крайней мере, того, что был бы похож на правду. Брок старался быть рядом, насколько это могла позволить связь, действуя порой в ущерб собственным людям, да и самому себе. Стив это понимал, но не мог отказаться от его поддержки. Не мог отправить на охоту, в дозор, на наблюдательный пост. Он тщательно следил, чтобы Брок хотя бы ел и спал, в ином случае отказываясь с ним разговаривать. — А ты, оказывается, вредный! — Брок продемонстрировал в камеру ломоть мяса и какие-то корнеплоды. — Сколько осталось? Я не слежу за временем. А вот в это Стив не поверил, зная привычку Брока контролировать если не всё, то уж большую часть так точно. У него, скорее всего, тоже где-нибудь невидимый собеседнику таймер неуклонно отсчитывает секунду за секундой. Но спорить Стив не стал, только улыбнулся благодарно, жалея, что не может сейчас коснуться. — Два часа. — Всего-то? — Делано удивился Брок, впился зубами в мясо, оторвал кусок, прожевал, прижмурившись от удовольствия. Капли розоватого сока блеснули на его подбородке. Сильные пальцы держали наполовину сырой кусок мяса. Брок любил такое вот — с кровью. И ел он с аппетитом голодного сильного мужика, не думая о приличиях, о том, что следует достать нож и вилку, а не рвать добычу прямо зубами. Оторвать от него взгляда не получалось. Стив уже и забыл тему их разговора, если бы сам Брок не поинтересовался, по-звериному оскалившись в камеру: — Ну что? Каравай испёк? Ромашку для самых впечатлительных насушил? Или будешь успокаивать одной своей охуенностью? Или ты это… в лосинах к ним аки божество явишься? Учти, в этом случае точно будут жертвы! — Да иди ты, — вздохнул Стив, чувствуя, что снова краснеет. Вот почему Брок на него так действовал каждый раз? Вроде пора было привыкнуть к его шуточкам, выработать иммунитет, но Стив раз за разом вёлся, что, конечно же, не оставалось незамеченным. — А вот это твоё выражение лица принадлежит только мне, ты понял? — Брок посерьезнел, подался чуть вперед. — Его видеть должен только я. — А ты собственник, — пришло время удивляться Стиву. — Еще какой, — многозначительно покивал Брок и вернулся к еде, нет-нет да поглядывая в камеру, явно для того, чтобы убедиться в том, что Стив на месте, а не мечется по кабинету в поисках пятого угла. Как ни странно, но успокаивать у Брока получалось так же хорошо, как и вгонять в краску. Только сейчас Стив осознал, что снова наблюдает за тем, как его собеседник разделывается со своим ужином, а не накручивает свои нервы до предела. В голове не тикал электронными цифрами обратный отсчет, а на огромном холсте, постоянно меняя позы, пытался устроиться огромный черный волк, сверкая на Стива очень знакомым золотом хитрых глаз. — То есть, ты меня еще и не слушаешь? Стив вздрогнул, растерянно глянул на Брока и расплылся в совершенно незапланированной улыбке. — Та-ак, — протянул Брок, грозно свёл брови к переносице, хотя смеющийся взгляд выдавал его. — Чего ты ржешь? У меня на лице что-то? Стив только и смог, что закивать, а то и правда расхохотался бы в голос. Слишком легко и хорошо ему было с Броком, слишком правильно, как когда-то с Баки. Тот тоже умел разрядить обстановку в любой ситуации, сказать что-то с серьезной миной и потом показательно не понимать, если кого-то это все не устраивало. — Ты на Баки похож, — сам не зная для чего, тихо сказал Стив. — С хуяли? — тут же отреагировал Брок. Еда была отставлена в сторону, руки и лицо вытерты какой-то тряпицей, Стив не сумел понять, чем именно, да и не особо-то и вглядывался, ему важнее было по глазам Брока прочитать эмоции, чувства. — Никогда не считал себя сладким деткой, — оскалился тот, явно как-то по-своему поняв реплику Стива. — Почему сладким? — А потому, Роджерс, — сверкнул глазами Брок, по-звериному дернул верхней губой, на пару секунд обнажая ровную полоску белых и, без сомнения, острых зубов. — Раскосый взгляд серых глазищ, губки эти пухлые, ямка на подбородке. Мечта педофила. А я рожей не вышел похожим на всё это быть. Не дотягиваю до Барнса. Стив снова рассмеялся, качнул головой. — Разве я про внешность? Да и глупо вас сравнивать. Красивые и разные. Но ты похож на него тем, что стараешься защитить меня даже от самого себя, — терпеливо пояснил начавшему злиться собеседнику Стив. А вот тут уже смутился сам Брок. Стив впервые видел его лицо таким растерянным, словно он сумел дотронуться до чего-то запретного, того, что обычно прячут за семью замками, самого сокровенного. — До окончания процесса разблокировки капсул осталось шестьдесят минут, — отчеканил бездушный искин, напрочь разрушая то зыбкое, что начало образовываться между Стивом и Броком. Захотелось выматериться, но у Брока это вышло куда проще. Он цветисто послал созданный Тони искусственный интеллект и выдохнул, потерев лицо ладонями. — Так, давай о хуях, чувствах и старых любовниках поговорим потом с глазу на глаз? — попросил он. — У тебя скоро ответственное мероприятие на двести персон, а у меня детский сад не умыт, не накормлен, в углах не расставлен. Так что ты готовься, а я… — А ты сбегаешь, — понял Стив, но не смог удержать язык за зубами. Брок резко поднялся, потом стукнул кулаком по столу так, что сигнал потерял устойчивость, картинка зарябила. Когда все вернулось в норму, Брок снова сидел на своём стуле, но в камеру не смотрел. — Сбегаю, — подтвердил он. — Ибо ебал я вот такие вот он-лайн романы, староват уже. Одно дело на задницу твою в лосинах любоваться, тут опыт у меня внушительный, все глаза проглядел, ладонь стер до мяса. Но жить надеждой не для меня. Это ты супер по всем показателям, а я не могу так. На второй план сразу отошло всё. И капсулы со спящими людьми, и собственные тревоги по данному поводу. Волновал только Брок, его слова и высказанные вскользь признания, которые игнорировать совсем не хотелось, тем более Стив чувствовал примерно то же, только без фатализма и желания свернуть всё это не начиная. — Как не можешь? — тихо спросил Стив. — Давай поговорим об этом. — Роджерс, не нужно, давай без этой натужной психологии, — тяжело вздохнул Брок, откинулся на спинку своего стула. — Не хочу я быть любовником по переписке, дрочить в камеру. Нет, если хочешь, член я тебе прямо сейчас покажу, но не более. Я тут — ты там. У тебя потерянный и горячо любимый Баки Барнс, у меня похожесть на него в каком-то невъебенно-мутном аспекте. Не потяну я, понимаешь? — Не матерись, — попросил Стив, не переставая улыбаться, чем, по всей видимости, взбесил Брока окончательно. Никак по другому долгую семиэтажную тираду, выданную на одном дыхании, объяснить не получалось. Только переизбытком чувств. — Затрахал, — доверительно добавил Брок и потянулся, скорее всего, к панели управления, чтобы отключиться, но Стив его остановил. — Я ведь приеду за вами, и за тобой тоже, — пообещал он. — Ага, на велосипеде, — фыркнул Брок. — А ничего, что поезда не ходят, самолеты не летают. Или ты в железную скорлупу Старка упакуешься и на ручках своих сахарных нас по одному переносить будешь? — Ты сомневаешься во мне? — удивился Стив. Мысли использовать железные болванки Тони почему-то не возникало, хотя идея, если подумать, стоила того, чтобы проверить возможно ли это. Всё же в ангаре разнообразные доспехи железного человека уже ставить было некуда. А там на Аляске не так уж и много народу. За одну ходку можно забрать всех, если разобраться как тут что работает. Для Стива копаться в технологиях Тони уже было не в новинку, так что его доспехи со счетов списывать не стоило. Вдруг других, более жизненных вариантов не сыщется. По крайней мере, оставлять Брока на Аляске Стив не собирался в любом случае, даже если у них так ничего и не сложилось бы. — Кто вообще может сомневаться в Капитане Америке, — не скрывая сарказма в голосе, протянул Брок и скривился. — Черт, курить хочу. — Ты лучше в Стиве Роджерсе не сомневайся, — попросил Стив, прекрасно понимая чего это собеседника так носит из стороны в сторону. — Прекращай, — Брок уронил голову в ладони, закрыл лицо. — Прекращай быть таким порядочным. Я не ты, я не смогу подать руку Барнсу, когда тот снова возникнет на горизонте и отдать ему тебя. Не смогу отпустить и со слезами на глазах смотреть, как вы за ручку уходите в гейское завтра. — Брок, — попробовал перебить его Стив, но ничего из этого не вышло. — Ну, что, блядь, Брок? Что, Брок? — вспылил Брок, хлопнул ладонями по столу, медленно поднялся со своего стула, глянул пристально в глаза Стиву. — Мне сорокет, Роджерс. Говна я хлебнуть успел с избытком. Случалось мне проявлять и разумность, и благородство, и общую человечность, но это не тот случай. Я тебя не отдам, так что давай, пока оба не влипли, и закончим. — Не получится, — пожал плечами Стив, улыбнулся, развел руками. — Поздно ты заговорил. У меня есть шанс стать твоим… не отвечай, это не вопрос, это утверждение, а значит, я за тобой и твоими ребятами приеду, как только найду кому передать эстафету здесь. Приеду, а там уже вместе решать будем, без посредников. Лицом к лицу. — Что ты со мной делаешь? — тихо-тихо прошептал Брок. — Как что? Соблазняю! Разве не понятно? — С тобой вообще мало что понятно, — выдохнул Брок. — Ладно, вали печь каравай, раскатывать красную дорожку для проснувшихся или как ты их встречать собрался. Только переоденься, ради всего святого. Узнаю, что кто еще тебя в лосинках видел — его придушу, а тебя выпорю. И учти, Стив, ты сам мне на это разрешение всем этим разговором дал. Понял? — Четко и ясно, Брок.