Остров Иных

      Я свирепо уставился на гостей, надеясь испепелить эту парочку взглядом, как Супермен — лазером из глаз. Гневные мысли совсем позабыли, кто из нас босс, а кто — подчинённый и мне хотелось кровушки этой блондинки! «Прибью гадину!» — плескалось в мозгу. Но минула секунда, другая, а «огнеупорная» Рута никак не желала воспламеняться. Из неё даже пар не пошел. Зато у меня за спиной раздался перепуганный грохот, и из комнаты выбежала маманя, спотыкаясь и топоча босыми ногами. — Да-да, я здесь! — испуганно пискнула она, старательно запахивая полы халатика и мило пунцовея щеками. — Ч-что случилось?.. Зацепилась о стоявшую в комнате высокую плетёную «вазу» и тут же, словно рыцарь Джедая, поймала её на лету, ещё до того, как декоративный ворох из витых прутиков принялся падать. На меня же глянула так, как будто я прокурор. Рута, от которой мало что ускользало, усмехнулась одними уголками губ — совсем неприметно, лишь для меня — и словно невзначай провела пальцем по шее, давая понять, что всё-всё знает. Кажется, в этот момент, от стыда дымиться начал уже я. — Вы позволите? — блондинка сделала небольшой шаг к двери, поправляя очёчки. — Да, конечно, — растерянная мама покивал в ответ, делая приглашающий жест. — А что, простите, происходит? — Ой, где же мои манеры?.. Меня зовут Рутой и я мама этого обалдуя… — блондинка дернула Яна за плечо, выталкивая его в прихожую и закрывая входную дверь. — Привет, тёть Юль, — парень с виноватым видом помахал ладонью. — П-привет, — совершенно потерянная родительница автоматически кивнула в ответ, а потом глянула на блондинку. — Рута? А-а?.. — Мой папа — поляк, — белобрысое исчадие с усмешкой безыскусно съехало с темы. — Зовите просто Рутой, меня даже старшие ученики так зовут. Мама опять медленно покивал и встрепенулись: — Что случилось? Саша что-то натворил в школе? Подрался с вашим сыном? Блондинка изобразила на лице настолько правдоподобное непонимание, что в ту секунду даже я ей поверил. Был бы что-нибудь в карманах, кроме тюбика помады — вручил бы ей, как статуэтку «Оскара». — Нет, что вы! — женщина с самым искренним видом пожала плечами. — Я пришла извиниться за своего балбеса. Сердитый взгляд Руты стрельнул в Яна. — Насколько мне известно, у них с вашим Сашей всё взаимно, но это всё равно не повод для домогательств. Воспитала, называется, на свою голову… Надеюсь, вы простите моего недотёпу за такое отношение к вашему сыну… Вокруг меня начал ощутимо раскаляться воздух — ещё маленько и обои начнут дымить. Мама же ошарашено замерла с приоткрытым ртом. — П-простите, что? — прошептала она, забавно икнув. Рута с сокрушенным видом прижала пальцы к губам. — Бог мой, так вы не знали, что они встречаются? Ой-ой-ой, как же неловко… — женщина обернулась, гневно зыркнув на «сына». — Яня, ты же говорил, что вы с Сашей всё расскажете его маме?! — Ну… Тут… В общем… — Ян принялся профессионально тупить, самым бесячим образом растягивая звуки в словах. — А, как же это… — моя маманя начала тупить ему в унисон, растерянно хлопая ресницами. — Я всецело уважаю и принимаю выбор наших детей, — Рута сделала вид, что переступила через смущение — оно у неё есть вообще? — и продолжала наседать. — Но меня крайне волнует то, что наши, уж простите, идиоты самовольно занялись г-гормональной терапией. Это ведь ужасно опасно!.. — Что?! — мама в ужасе вытаращилась на блондинку. Рут печально кивнула. — Я сама недавно узнала. Хороша же из меня мать… — пробормотал она, и доверительно глянула на собеседницу. — По правде говоря, именно это я и хотела обсудить с вами. Яня рассказывал, что вы врач… Не объясните, что с этими гормонами не так? Я преподаватель, а не медик — стыдно признаться, но ничего в этом не смыслю. Вопиющая ложь была сказана с таким искренним видом, что я чуть слюной не подавился от возмущения! — Но я… Я не специалист. Я — акушер-гинеколог, — мама, словно потерянная, развела руками. Подошла ко мне, хватая за плечи. — Сашка, это правда?! Ты принимаешь гормоны? — она встряхнула головой. — Т-то есть, встречаешься с… с Яном?.. Бог мой, я уже ничего не понимаю!.. — Мам, да всё хорошо, — забормотал я в ответ, позволяя встревоженной родительнице трепать мои щёки. — Да какое уж тут… — шептала она, принявшись обнимать. Я только спустя пару секунд допёр, что начался придирчивый «медико-мамин» осмотр. — Перестань, ма. Неудобно же перед всеми… — отпихнул заботливые руки. Маманя не унимались. Обняла за талию, деловито пощупав за задницу, как куриный окорочок в магазине. Потрогала грудь: сперва грубо, не веря, но когда я невольно всхлипнул — со страхам в глазах повторно стиснула пальцами мои холмики, нежно сдавив вершины-сосочки. Масла смущения в огонь стыда подливал Яня, за спиной Руты неприметно шевеля пальцами левой руки и делая вид, словно перекатывает кое-чьи «шары». — Не показалось… — посеревшим голосом выдохнула ошарашенная родительница, отступая. — Да, — горестно кивнула Рута. — Они зашли чересчур далеко, и я не знаю, что делать! Женщина дернула Яна за плечо, выталкивая его на передний план. — Вы только гляньте на эту смазливую моську! Я до последнего не замечала, что мой сын превращается в «дочь»!.. Хотя, это и наша вина, что уследить не смогли… «Да это ты всё затеяла, моль белобрысая!..» — чуть не заорал я, сурово зыркнув на блондинку. Та как будто ничего не заметила, без усилий срикошетив бронёю бесстыдства мой уничтожающий взгляд куда-то в бетонное перекрытие. — Но у меня есть предложение, как уберечь их от ещё большей беды, — заговорила она. — Юлия, у вас найдется время, чтобы это обсудить? — Да, конечно, — мама торопливо закивала. — Проходите… М-может, хотите чаю? — Не откажусь, — улыбнулась блондинка и кивнула Яну. — Сына, займись со своей девуш… Ой, то есть я хотела сказать со своим другом чем-нибудь, пока мы обсудим ваше будущее… Яня насупился, кивнув в мою сторону. — Это он парень, а я — его женщина, — проворчал он. Рута вскинула руку ко лбу и нервно потёрла висок. — Сын, избавь меня от этих подробностей! Это ваше личное дело… — Вообще-то, наше будущее — тоже на наше личное дело, так что и мы… — начал было парень, но женщина его перебила. — Нет уж! Ты лишаешься права голоса на неделю. В наказание! Советую вам, молодые люди, хорошенько обдумать все, что вы натворили!.. Ой, простите, Юлия!.. — Нет-нет, вы правы! — встрепенулись мама и сердито сдвинула бровки. — Мальчики, ступайте в комнату… Рута, вы какой чай любите? — Чёрный и покрепче, если можно, — вздохнула блондинка. — Юленька, и сахара не жалейте — тут уж не до диеты… Сделать хоть что-то было уже невозможно — белобрысая манипуляторша взялась за дело. Так что Ян понуро ткнул меня локтем, давая однозначный сигнал: «Валим». Я вцепился в его воротник и поволок за собой, как на буксире. * * * — Что это за долбанный цирк?! — с губ сорвался кричащий шепот, когда дверь в комнату оказалась закрытой. Ян сделал парочку каких-то дурацких пируэтов и плюхнулся на кровать, принявшись демонстративно разгонять ладошками жар напряжения. Вопросительно двинул плечами, озаряясь умилительно-непонимающим взглядом. Нарочито медленно принялся стягивать с плеч куртку. — «Мама Рута»? Встречаемся? — зашипел я, принявшись тыкать в сторону двери. — Живо объяснись!.. — А, ты про это, — парень вяло отмахнулся. — Ну, приврали немножко: Рута мне не мать, она — мой «отец». — Чё? — вытаращился я. — Через плечо, — тут же нарвался на заслуженную издёвку от Яна. В памяти мгновенно всплыли кадры анального «зондирования» членом Руты. Она ведь гермафродит, как и я, а значит… — Тогда кто же твоя?.. — вопрос прозвучал уже куда тише. Хотя, какое мне вообще дело до чужой личной жизни? Однако парень опять отмахнулся, отвечая прямо. — Мамы я не знаю — Рута ничего о ней не рассказывает. Ненадолго повисло неловкое молчание: похоже, я сунул руку туда, куда тончайшим серебряным волосом тыкать не стоило. Хотя напарник ничем не выказывал недовольства. Молча поправил тонкий джемпер, усаживаясь поудобней, и тут же поломал всю атмосферу напряжённой неловкости — пришлось старательно отводить взгляд и не смотреть на его пухлые сосочки, гвоздиками торчавшие под тканью одежды. — Прости, — пробормотал, чувствуя себя крайне глупо. — Да забей, — парень легко улыбнулся. — Я уже привык. Да и вообще это очень удобно, когда твоя родительница — гермафродит. Мама и папа в одном лице… Как ты, например. Мой взгляд уставился в пол: — Знаешь уже? — Угу. Рута в общих чертах рассказала… Снова пауза. — Тогда зачем эта комедия про отношения? Нам же придется теперь через силу постоянно быть рядом… — Шутишь? — улыбнулся Ян, вскакивая с кровати. — Через силу? Да я сколько помню себя, мечтал завести отношения с парнем в теле девчонки! — Сам знаешь, что я уже не мужчина… Тонкий палец ткнул меня в лоб. — Но тут-то ты всё ещё прежний. По большей части… — напарник ещё потыкал меня промеж глаз, а потом картинно поник. — Но если тебе неприятно общаться со мной, то… Опять его дурацкие провокации, почему-то на мне срабатывавшие преотлично. — Нет, ты мне очень нравишься… — ответил я без тени сомнения, даже не пытаясь дослушать, и не пробуя юлить посреди собственных мыслей. «Кукольныq» Яня действительно был очень по нраву. Только подумав об этом, я окончательно понял, что успел соскучиться по хитрым глазищам, по сладкому телу напарника. При том, что не было даже окончательных мыслей кем я хочу быть рядом с ним: любовником или любовницей? Оба варианта устраивали. — Шикарно! — парень расцвел в довольной улыбке. — Тогда ты не против, если я буду твоей девушкой? Умоляющий взгляд его светился от счастья. Я коротко кивнул, чувствуя приятное биение в груди, как тогда в душевой, с троицей девушек. — Ура!.. — Яня со смехом вскинул руки в победном движении, и тотчас прижал ладони ко рту, заглушая радостный крик. С хихиканьем подскочил, неожиданно задирая на мне «худи» и майку, и юркнул головой под одежду! — Т-ты чего?! — опешил я. — Хорош меня лапать! Зайти же могут!.. Вскрик возмущения оборвался, и уже мне пришлось зажимать пальцами губы, чтобы сдержать сладкий стон. Вскрик был настолько женственный и довольный, что мне самому захотелось его снова услышать. И жаркий язык шебутного напарника делал всё, чтобы это случилось: слюнявой, горячей змеёй помчался по телу, оставляя мокрую дорожку на коже. Я аж весь сжался, в испуге влипая в стену и стараясь даже не пикнуть! Бедра довольно заёрзали, как будто пытаясь отвлечь на себя часть наслаждения, но сердце желало, чтобы мной любовались и наслаждались, пусть и так откровенно. Это ведь Ян — ему можно делать со мной всё, что угодно… Когда жаркий ротик напарника сомкнулся вокруг ареола, игриво прижимая зубами нежную плоть и теребя языком набухавший сосочек, я всё же не выдержал и взвизгнул в ладони, разливаясь чуть хрипловатым стоном блаженства. — Яня, перестань… — выдохнул шепотом, задыхаясь от подступавшего чувства сладкой опасности быть застуканым обеими «мамами». За дверью слышались голоса, которые в любой миг могли начать приближаться. — Не хочу… — сорвался с губ тягучий вздох. Напарник, ласкавший языком мои груди, словно не слышал, шерудя под одеждой руками. Помогал себе пальцами, тиская титечки, мял упругое пузико, сладко давя на занывшую «дыньку». — Не сейчас… — прохныкал я, теряясь в этих безыскуснейших ласках. Игривые руки напарника рухнули ещё ниже, одной ладонью хватая мой зад, а другой пытаясь неловко протиснуться под тугие «скинни» и щекоча голый лобок. — Не туда!.. — кажется, я начинал плакать. Яня со смехом вынырнул из горловины «худи», хватая ртом воздух, будто всплывая из глубины. Смазливые стервец перестал донимать и целовать, так что я мигом собрал в пригоршню остатки самообладания и поспешил изгнать «захватчика» из-под одежды. Но парень оказался не промах и держался крепко — прижал меня к стенке и недвусмысленным жестом елозил промежностью по «причиндалам» под джинсами. — Обожаю, — с усмешкой прошептал он. Я невольно покраснел от приятного чувства смущения. — Говорил же, что я не в твоём вкусе… — Ну, у меня было немного времени, чтобы пересмотреть свои взгляды, — улыбнулся парень. — Да и вообще, что бы ты понимал в этом сладком чувстве унижения, когда тебя дерет в задницу грудастая девка с гигантским хуем и мыслями парня… — Т-ты про меня, что ли? — я нервно сглотнул, чувствуя, как заколотилось сердце. Яня кивнул, улыбаясь: — Я же вижу, как ты меня хочешь… — похотливо покачав бровками, пробормотал он. — Или ты уже готов расстаться со своей «девушкой», бессердечный? — Да не здесь же!.. — шепотом крикнул я. — Если мама увидит, то… Яня надул губки в притворной обиде. — Как был занудой, так занудой и остался, — усмехнулся он. — Ну, тогда давай, признайся, что любишь меня… — Отвянь… — буркнул я. — Да ладно, — хихикнул Ян. — Мы идеальная пара. — Вообще-то, у меня уже… — Ерунда, — даже не дослушав, отмахнулся парень. — С девчонками можешь крутить шашни, сколько захочешь — это всё равно не считается, так что я разрешаю. Но чтобы на других парней не заглядывался иначе прибью… — А если мне прикажут? Напарник ущипнул меня за титьку. — Тебе могут приказать с ними потрахаться, но заниматься любовью ты будешь только со мной. Ну, ещё со своими девчатами. Познакомишь?.. — Посмотрим на твоё поведение… — смущённо проворчал я. Не знаю, что эта «куколка» такого невероятного во мне отыскала, но романтический интерес оказался даже приятней чем сексуальный! Яня с усмешкой нырнул под «худи», вновь принявшись ласкать мои груди и на этот раз я уже не мешал, мягко придерживая голову парня под одеждой. — Сладкий, словно конфетка… — послышался его довольный шепот и нежные причмокивания. Вот же балбес — всего меня обслюнявил! — Отвянь… дурачок… — ворчал я, но просто для порядку, чтобы напарник не расслаблялся. Какой-либо скованности в моих чувствах к нему уже не осталось, что пугало и окрыляло одновременно. Я с удивлением осознавал, что если Яня вдруг «вынырнет» и предложит завести детей здесь и сейчас, мои ноги не раздвинутся лишь по двум причинам: запрет Руты и мнение «троицы». Иных возражений отыскать я не смог. Руки всё нежнее ласкали милую голову «Барби», а тело прогнулись навстречу губам наглеца, бесстыдно тискавшего упругие титечки в свое удовольствие. Кажется, он неплохо разбирался в том, как доставлять удовольствие женщинам — знает, на какие «кнопки» давить, чтобы извлекать из меня стоны и всхлипы. Но и от мысли назвать Яню своей возлюбленной «девушкой» в животике стало тепло и приятно. Зато промеж ног под джинсами становилось слегка тесновато. Парень вьюном крутанулся под «худи», прижимаясь спиной. Потёрся ягодичками о промежность, снова выныривая из горловины. — Малыш, ну давай, — захихикал он. — Возьми меня… Я ведь соскучился… — Да меньше суток прошло — не выдумывай!.. — я из озорства начал вредничать, хотя ладони сами потянулись к его животу, тесно обнимая стройное тело. — Влюбленные часов не наблюдают, — усмехнулся Яня. Парень прогнулся и с довольным видом потянулся губами, требуя поцелуя. Шаловливые пальцы принялись мять и тискать мой член, вызывая бурю мгновенной реакции… Благословенный звонок в дверь спас от неминуемых последствий. Я сорвался с места, как на пружинах. — Мам, я открою!.. — крикнул, выталкивая их под «худи» напарника. Бросился к двери и тут же отлетел назад, наткнувшись на невидимый слой. Угодил в бесстыжие лапы Яни, который со смехом обхватил мои ляжки, с дурашливым «А-а-м!» впиваясь зубами в тугую дольку ягодицы. — Перестань! — проворчал я, а затем усмехнулся от внезапной догадки. — Будешь паясничать — не получить моего члена… Хватка мгновенно ослабла. — Зануда, — проворчал Ян, огрев «оплеухой» по заднице. Мама и Рута о чём-то беседовали и даже мило хихикали над какими-то дежурными шутками. Блондинка распустила «тентакли» своего шарма и развернулась на полную, склоняя родительницу на свою сторону. Я не стал им мешать и помчался прямиком к двери, привечать нового гостя. На площадке стоял Лёлик, нервно теребивший в руках мобилку. Когда я открыл дверь, дружбан вздрогнул, замирая и вглядываясь, а затем раздражённо выдохнул: — Старик, ты чего творишь? — Что? Что не так? — я растерянно пожал плечами. — Да всё! — шепотом крикнул товарищ, стремительно заливаясь румянцем. — Я думал это кто-то просто хуйней страдает, «фотошопит» фотки твои. А оказывается… — Да скажи ты толком!.. Из глубины квартиры донёсся взволнованный голос: — Сына, кто там? С-сергей?.. — Нет, мам. Это Игорь! — тут же ответил я, хватая товарища за рукав и втягивая в прихожую. — Заходи, без разговоров… Тут форменный звездец происходит, так что у меня все объяснишь… — Блядь… И этот тут? — мрачно вздохнул Лёлик, кивнув в сторону моего напарника, валявшегося на кровати с видом счастливого тюленя. — Теперь ясно, что не подстава… Меня не было всего пару секунд, а Яня уже разулся, с ногами забравшись на постель, и листал один из моих журналов с эротикой. Как только нашёл?! — Не нагнетай, — попробовал я усмехнуться, забегая между старым товарищем и новым любовником. — Яня… Она с мамой пришла по делам — предки о чём-то переговорить хотели… — Да хорош… — Лёлик, весь пунцовый от смущения, отмахнулся. — Вся школа уже видела, как тебя эта… Яна в задницу драла. Дружбан быстро поелозил пальцами по экрану мобилки и сунул приборчик мне в руки. В браузере была открыта страница какой-то социальной сети. — Скажешь это не ты? — проворчал Игорь с каким-то странным надрывом в голосе. Оправдаться было действительно нечем. На фото Ян с довольным видом скалился, демонстрируя рокерскую «козу», а я расплылся поперек него, как довольная амёба, закатив глаза, вывалив язык от экстаза и роняя тягучую каплю спермы с багрового члена. Под фоточкой роилась тьма комментариев. Оценка висела в районе семи по десятибалльной шкале. Яня подпрыгнул с кровати и глянул через плечо. — Чего-чего там?.. А-а… Точно! — шлёпнул он себя по лбу. — Совсем забыл сказать. Санька, ты теперь и правда звезда… Парень торопливо нашарил свой телефон, входя в аккаунт социальной сети. — Э-это как? — я ошарашено вытаращился, чувствуя, как начинали раскаляться кончики ушей. Примерный ответ мгновенно народился в мозгу, но разум ждал подтвержденья догадки. — Да я тогда Кузовковой ссылочку «нечаянно» скинул, — отмахнулся напарник. — Она всё и растрезвонила. Оперативненько, как я и думал… — Эта припизженая тоже с вами была? — Игорь уставился на Яна с таким видом, словно был готов зарыдать. Смазливый стервец опять отмахнулся. — Да не, ерунда — она почти сразу убежала… По лицу Лёлика было заметно, что в груди у парня бушевал шторм из эмоций: от сердца вроде отлегло, во взгляде словно проступило непонятное ожидание, но растерянное отвращение окрепло стократ. Впрочем, Ян уничтожил даже эту смутную надежду. — Она свалила ещё до того, как Сашка кончил, — отрешенно бормотал он, перелистывая страницы пальцем. Как будто опомнившись, спрыгнул на пол и подскочил к Игорю, пихая того в бок. — О, кстати, хочешь фотки покажу? В ванной всё в сперме было — не получилось щёлкнуть, но потом сделали парочку… Ладони Яна раздвинулись в стороны, «рыбацким» жестом демонстрируя натурального кита: — Игорёк, ты просто офигеешь с того, какой у твоего дружбана здоровенный ху… Ляхи у меня были тоже достаточно «здоровенные», потому бросок через бедро вышел что надо, как по учебнику: Яня кувыркнулся через спину, взбрыкнул ногами в воздухе и с хохотом брякнулся на кровать, покатившись по одеялу. Игорь так и замер с протянутой рукой, словно прося милостыню. Взгляд его был пустым и растерянным. — Т-то есть вы… — он незряче подвигал пальцами. — Ну, вместе?.. Ян был уже тут как тут и повис у меня на плече. — Ага, — с жаром закивал он. — Я сперва думал, что будем встречаться разок в неделью и он будет поёбывать меня… Горячие губы прижались к щеке, звонко чмокнув. — Но ты только глянь на эту прелестную моську — как не влюбиться в такого мальчишку? Игорь молчал с десяток секунд, а Яня тем временем плюхнулся обратно на кровать. — Чё, это правда? — проворчал друг, поглядывая исподлобья. Я пробовал понять, что в этот миг ощущаю. Гложило не чувство стыда оттого, что мой секрет оказался так тупо раскрыт, а вина перед товарищем. Не было времени, чтобы его подготовить, даже чтобы просто сказать, вывалив прямо в лоб, времени не нашлось. Не мой в том просчёт, но проще от этого не становилось. — Да, — кивнул я, старательно не отводя взгляда и выправляя осанку. — Эта смазливая бестолочь, что валяется по кровати… Я люблю этого парня. Если такое тебе кажется мерзким, то не буду переубеждать, но знаешь… Я подошёл ближе, опуская ладонь Игорю на плечо. — Если возможно, я бы хотел остаться для тебя другом… — Да отвали ты, пидрила… — Лёлик гневно дернул рукой, отшатываясь. — Готово!.. — перебив, звонко крикнул Ян. — Принимай запрос… Телефон в руке Игоря тренькнул и тот уставился на приборчик. — Чего? — непонятливо переспросил. — Принимай запрос, говорю, — повторил Яня. — Я тебя в приватную группу добавил. Там будут самые сочные фоточки с Сашкой. Типа вип-зоны для одноклассников и фанатов… Игорь со злостью швырнул мобилку в карман. — Да идите вы нахуй, гомосеки ебаные, — зло прошипел, срываясь к выходу. — Игорь, постой!.. — дернулся я следом. — Дай объяснить!.. — Отъебись!.. — фыркнул товарищ. Теперь, видать, уже бывший товарищ. Он со злобным пыхтением протопал в прихожую, хватая куртку и чуть не бегом вылетая прочь. — Пусть идёт, — Ян поймал меня за руку. — Да я ж его как облупленного знаю! Уломает сестру, нажрётся пиваса, будет рыдать, обвиняя весь мир… Парень покачал головой: — Всё будет с ним нормально. — Да тебе-то откуда знать? — я начинал сердится, чувствуя раздражение из-за этой самоуверенности. Ян же лишь поманил рукой, что-то показывая на телефоне. Там была открыта одна из тех первых фоток, на которых он делал «селфи» вместе с моей задницей. Ниже, в уголке экрана, отображалось число участников с пометкой «закрытая группа». — Я только двенадцать приглашений отослал за прошедшее время, так что твой дружбан получил его следующим по счёту, — сказал напарник, а затем полюбопытствовал. — Происходит что-нибудь? Цифра двенадцать на моих глазах перескочила в чёртову дюжину! Я медленно кивнул головой, ткнул пальцем в экран: — Это ч-что, Игорь был? Яня пожал плечами. — А больше некому. Ты точно знаешь своего друга? Я оторопело смотрел под ноги, пытаясь представить, что мой товарищ захочет взглянуть на меня же голого… — Сашка, давай ещё пару фоточек сделаем! — внезапно оживился напарник. — Отвали, — буркнул я, ненароком отворачиваясь, как будто он собирался броситься сверху и начать раздевать. — Хочешь меня дураком выставить. И вообще — бабам слова не давали… — Да не упрямься, — усмехнулся Яня. — Просто послушай, что в «коментах» пишут… — Уж представляю. — Не-а, ты слушай, — сказал напарник и. не дожидаясь согласия, принялся читать менторским тоном. — Гомики… гомики… Извращенцы голимые… Снова гомики… Карабинчик совсем ебанулся — это, наверно, от кого-то из знакомых… А вот ещё: пидарасы, глиномесы, уроды больные… — Всё-всё, понял я!.. — Говорят тебе: «слушай!» — фыркнул Яня и продолжил. — Дальше уже поинтересней идёт: «Фейк… Подделка… Высокий — смазливый, как девка… Лучше нет влагалища, чем очко товарища… Классная задница… А два сразу он сможет?.. Ротик ничего — рабочий… Знает кто, как зовут эту парочку?.. Как зовут этого, высокого?.. В шары не долбитесь — это же баба, в гриме… Дайте ссыль на полный видос… Хочу лечь прослоечкой между ними… Спасибо, подрочил…» Ну, и всё такое прочее. Яня помахал телефоном, словно веером. — До суперзвезды тебе далеко, милый, но фанаты у тебя уже есть. Даже завидно немного. — Ерунда, — сухо прошептал я, ощущая странный подъём возбужденья в груди. — Стандартный трёп в комментариях. Это ж соцсеть — там всегда такое пишут. — Хм-м… — Яня задумчиво протянул. — А давай-ка тогда глянем, что пишут в приватной группе? Поелозил пальцем по экранчику, протянул мне телефон: — На, читай. — Отстань тебе говорят, — буркнул я, в то же время чуя странную, пугающую, но очень приятную возбужденность уже и внизу живота. Со мной определённо что-то творилось! — Ладно, сам зачитаю, — усмехнулся напарник и принялся разыгрывать диалог, держа экран так, чтобы и мне было видно. karabas99: «Ля, какая сосочка ладная… Такой мягкий животик — так и съел бы… Всё, пацаны. Я, кажись, новую «вайфу» нашел :))))). Народ, подскажите имя модели. Ну, той, которая высокая? Знает кто?» Инн-Кун: «Я знаю. Я была там, незадолго до того, как сделали фотку. Высокий — это парень». karabas99: «Чё, серьёзно? Да не гони! Если это ты на фото, то не стесняйся — классно выглядишь. Ножки просто шикарные. И грим зачётный — член с яйцами, как настоящие, так и облизал бы. Люблю девочек с членами». КачИрга: «Ага. Трубочки замаскировали хорошо, но с количеством переборщили — такую лужу «спермы» налили. Хотя ты всё равно миленькая, Инн-Кун. А есть ещё такие фейки? У вас здорово получается». Инн-Кун: «На фото не я. Мы с ним в одной школе учимся. У него даже прозвище есть — Карабинчик. Так что знаю, о чём говорю». karabas99: «Бу-га-га!.. Точно Карабинчик. Сам карабин, а хуй — как винтовка :)))». МамкаТвоя: «Инн-Кун, а второго знаешь?» Инн-Кун: «Немного. Он только недавно перевёлся. Мы с подругами думали, что это девчонка… Развёл нас, как лохушек. Его Яном зовут. Или Яней. Даже не знаю, как теперь правильно». МамкаТвоя: «Какой фембойчик сладенький — я б с ним пошалила o(≧▽≦)o …» КачИрга: «Смеёшься? Да ему самому повезло отхватить красавца с такой шикарной жопой!» karabas99: «Не гони. Эта якобы Карабинчик — просто смазливая девка, в гриме и «отфотошопленая». Не видишь разве? Разводят вас, как лохов.» КачИрга: «Сам глаза разуй: ни складочки нигде, никаких косяков постэффектов — да это реально пацан! Ух, я бы этого трансика выебал — драл бы в жопку и сосал его сардельку до тех пор, пока он о пощаде молить не начал… ░░░░░█───────────────────▄▄▄▄───⠄⢸⣿⣿⣿⡇⣏⣾⡞⡯⣥⣽⣷⡘⢶⡀⠡⣌⡔⢣⣿⣿⠄⠄⠄⠄⠄⠄ ░░░░░░█──────────────▄▄▄▀░░░░█──⠄⢸⣿⣿⣿⣷⢹⡖⠬⣚⣛⣯⣭⣛⢂⣙⠦⠈⡇⣾⣿⣿⡆⠄⠄⠄⠄⠄ ░░░░░░░█────────────█▄░░░░░░▄█──⠄⠘⣿⣿⣿⣿⢰⣾⣿⣿⣿⣿⣿⣿⡼⣿⣿⣷⡆⣿⣿⣿⣧⠄⠄⠄⠄⠄ ░░░░░░░░█─────────▄▀▄░▀▀▀▀▀▀▄▀──⠄⠄⣿⣿⣿⣿⠘⡿⢛⣿⣿⣿⣿⣿⣧⢻⣿⣿⠃⠸⣿⣿⣿⠄⠄⠄⠄⠄ ░░░░░░░░░█─────▄▄▀▀░░▀▀▀▀▀█▀────⠄⠄⣿⣿⣿⣿⢀⠼⣛⣛⣭⢭⣟⣛⣛⣛⠿⠿⢆⡠⢿⣿⣿⠄⠄⠄⠄⠄ ░░▄░░░░░░░█▄▄▀▀░░░░░░░░░▄▀──────⠄⠄⠸⣿⣿⢣⢶⣟⣿⣖⣿⣷⣻⣮⡿⣽⣿⣻⣖⣶⣤⣭⡉⠄⠄⠄⠄⠄ ░░░▀▀▄▄▄█▀▀░░░░░░░░░░░▄▀────────⠄⠄⠄⢹⠣⣛⣣⣭⣭⣭⣁⡛⠻⢽⣿⣿⣿⣿⢻⣿⣿⣿⣽⡧⡄⠄⠄⠄ ░░░░░░░░░░░░░░░░░░░░▄▀──────────⠄⠄⠄⠄⣼⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣶⣌⡛⢿⣽⢘⣿⣷⣿⡻⠏⣛⣀⠄⠄ ░░░░░░░░░░░░░░░░░▄▀▀────────────⠄⠄⠄⣼⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣦⠙⡅⣿⠚⣡⣴⣿⣿⣿⡆⠄ ░░░░░░░░░░░░░▄▄▀▀───────────────⠄⠄⣰⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣷⠄⣱⣾⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠄ ░░░░▄░░░░▀█▀▀░█─────────────────⠄⢀⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⢸⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠄ ░░░▄▀░░░░░▀▄░░░█────────────────⠄⣸⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⡿⠣⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠄ ░░█░░░░░░░░░█░░░█───────────────⠄⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠿⠛⠑⣿⣮⣝⣛⠿⠿⣿⣿⣿⣿⠄ ░░█░░░░░░░░░█░░▄▀───────────────⢠⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣶⠄⠄⠄⠄⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⡟⠄ ░░▀▄░░░░░░░▄▀▀▀░█───────────────⢸⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠇⠄⠄⠄⠄⢹⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠁⠄ ░░░░▀▀▀▀▀▀▀░░░░░░█──────────────⣸⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⣿⠏⠄⠄⠄ ⠄ ⠄⠸⣿⣿⣿⣿⣿⡿⢟⠄⠄ 8=====D (_! _)» karabas99: «Губу закатай, дрочила. Инн-Кун тебя развела, а ты и повёлся. Ещё донаты кидать ей начни [̲̅$̲̅(̲̅ ͡° ͜ʖ ͡°̲̅)̲̅$̲̅]». ИндоMinus: «Инн-Кун, пруфы или балаболка? Говоришь, что знаешь, эту парочку, так попроси их выложить ещё чего-нибудь :)))). Или напишем этому Яну или как его там, чтобы кикнул тебя из группы». Инн-Кун: «Мы не особо дружили. Никто меня не послушает». karabas99: «О, что и требовалось доказать — начала жопой юлить! Короче, не слушайте это трепло и дрочите себе на здоровье — девчонка на фото реально классная». Инн-Кун: «Да парень это! Я сама чуть не охерела, когда он собственный член в рот взял!» Ян прокашлялся, прочистив горло. — Ну, и дальше по тексту — много и пошло… А Кузовкова палится просто со страшной силой. Пожалуй, дам-ка ей модерку в группе, — усмехнулся он, а затем потыкал локотком в бок. — Как, всё ещё желания не появилось? У меня давно сердце было не на месте, переполошённое настолько неприкрытым похотливым вниманием, вызывавшим и отвращение, и странный интерес. Они ведь обо мне говорили, обсуждали, как вещь, и при этом едва слюной не исходили от желания обладать моим телом! Яня, засранец такой, попал в самую точку — мне захотелось показать себя. И захотелось просто безумно! — А ты ревновать не будешь? — проворчал я, чувствуя себя полным кретином. — Полегче, ты ещё на мне не женился, чтобы условия ставить, — усмехнулся напарник, а затем пожал узкими плечиками. — Меня не задело, даже когда тебя, как сучку, выебал тот миловидный андроид, так что совершенно плевать, если кто-то где-то передёрнет разок-другой на твою фоточку. — Ну-у… Тогда я согласен. Только если по быстрому и пару фоток. — Извращенец похотливый, — хихикнул Ян. — Да иди ты!.. — тут же огрызнулся я и одёрнул «худи». — Ладно-ладно, извини, — засмеялся парень. — Просто ты сама милота, когда злишься — так и тянет подразнить. — Ага. А я-то думаю, кого ты мне напоминаешь. Один в один такой же мозгоёб, как Рута… Яблоко от яблони… — Да не дуйся ты… — Иди нах… — буркнул я, вовсе отворачиваясь и неприметно ухмыляясь. Пора учиться всяким девчачьим штуковинам и потренироваться на Яне. — Сашка! — внезапно позвала мама. — Не подойдёшь на секундочку? Я, такая растяпа, не могу найти пряники — куда только засунула… — Иду! Сладкое в нашей семье не особо любили, а шоколадные пряники — это единственное, что маманя себе позволяла, блюдя фигуру и следя за калориями. А чтобы лишнего соблазна не было, могла и на самом деле задвинуть их на дальнюю полку. Впрочем, когда я влетел на кухню, сделав вид, что Руты не существует, родительница уже нервно теребила в руках жестянку с искомой выпечкой, сверкая страшными глазами. — Сынок… — горячо зашептала она. — Ты… ты всё ещё мой Саша? Что с тобой происходит? — Мам, не лучшее время для головомойки… — также неслышно ответил я. — Просто поверь — всё отлично. — Но как ты только додумался?! Волей неволей пришлось выгораживать блондинку. — Мне так удобней, мам. Парвда, — я подошел ближе и обнял её руки, дрожавшие поверх жестянки с пряниками. — Не знаю, как объяснить, но всё внутри говорит, что я на своём месте… — Но это же опасно для здоровья — вот так резко… — Мам, — перебил я, качнувшись вперёд и делая вид, что ищу поцелуя. — Похоже, что мне нужна медицинская помощь? Родительница тяжко вздохнула. Поколебалась секунду и ответила нежной взаимностью, оставив жаркий след губ у меня на щеке. Затем ещё миг промедления, робкий мамочкин взгляд — и мы поцеловались уже как мужчина и женщина. — Ладно, потом поговорим, — родительница смущенно улыбнулась, с довольным видом облизав губы. — Иди пока… Напоследок она ущипнула меня за попу… Когда я вернулся в комнату, Ян, как ни в чём не бывало, с вопрошающим видом помахал мобилкой. Стало стыдно за грубые слова, так что через миг он уже лежал подо мной на кровати, довольно попискивая и кусая губы. Я буквально распял его на кровати, дразня не достигающими цели «выстрелами» поцелуев. Сел парню на бёдра, едва ощущая его член сквозь туго натянутые джинсы, а затем качнулся вперёд, позволяя до себя дотянуться. Мы целовались пару минут, жарко лаская друг друга — наглец даже успел сделать вслепую несколько селфи — и только потом разошлись. Я сдернул «худи», разминая плечи и выверяя осанку, чтобы грудь выглядела посолидней. — Давай, щёлкнем фотки для твоей страницы, — кивнул Яну. — Как лучше встать? — Не-не-не… — тот замотал головой, мгновенно спрыгивая на пол. — Вообще забудь про весь этот выпендрёжь, оттопыренные жопы и надувания губ. И вообще, раздевайся — свежеполученные хейтеры и фанаты хотят увидеть тебя, а не сиськи под майкой. Я помолчал пару секунд и сдёрнул футболку, колыхнув титьками. — Нравлюсь? — Класс, — улыбнулся Яня. — А теперь «скинни». В груди словно грохотал бешеный дизель, но страх попасться маме с поличным только подстёгивал и я без колебаний тут же дёрнул пуговки на джинсах, принявшись ёрзать полными бёдрами и стаскивать тугую одёжку. — Стой-стой! — напарник вдруг дёрнулся. — Чё?! — я едва не взвизгнул с перепугу, хватая майку кровати и пряча сиськи под ней. — Давай обратно, одевайся короче. — Нахрена? — Запишем видосик, как я сам тебя раздену. Давай-давай-давай!.. — Ну, ладно… Пуговки вновь туго стиснули «дыньку» — скоро придётся её «подоить» — а майка укрыла верх тела. Я растеряно замер, ожидая команды оператора. Подсознательно ждал какой-нибудь лабуды, вроде: «Покажи мне страсть!» или «Покажи мне тигрицу!». — Не старайся выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле, — Ян, заметивший моё напряжение, беспечно улыбнулся. — Просто будь собой, а зритель сам решит, нравишься ты ему или нет. Говорил так уверенно, как будто имел опыт в подобном, но я охотно послушался совета, даже если это была обычная показуха. Энергично покивал, глубоко вздохнул и кивнул уже медленно и протяжно, давая сигнал, что готов. Ян вскинул мобилку. Пискнул сигнал начала записи. — Саш, скажешь что-нибудь? — стараясь не захихикать, осведомился парень, старательно следя за тем, чтобы не завалить «горизонт» кадра. Вопрос оказался очень «в тему» и мгновенно выветрил оставшуюся нерешительность. Я от неожиданности позабыл, что надо волноваться, и на секунду задумался, но уже спустя миг расплылся в усмешке от удачной идеи. Вскинул руку в приветствии, раздвинув пальцы в «Виктории»: — Инн-Кун, привет. Я на тебя не сержусь… — Ладно, а теперь… — Яня понимающе усмехнулся и тут же подошёл ближе. Взялся за край майки и, приложив ладонь к животу, медленно повёл вверх, подбираясь к груди. Неспешно задрал белую ткань, стиснув пальцами мою левую сисечку, и коротким кивком головы попросил помощи. Я «женским» движением сдёрнул футболку, с замершим сердцем оставшись «топлесс». Пальцы Яна тем временем побежали вниз по животу, мягко поглаживая сочную «дыньку». По одной принялись отстреливать пуговки, чему я активно содействовал, мягко двигая бёдрами. Когда «скинни» немного сползли, парень запустил ладонь под одежду, обхватывая мои причиндалы. Я увидел, как дрогнул его взгляд, а глаза округлились от удивления. Но оператор всё же собрался и взял «меня» в руку, с заметным усилием подтягивая вверх детородную плоть. Мои пальцы лишь немного ему помогли, приспустив штанишки пониже. Тонкая ладонь Яна, обняла вялый, но уже громадный, словно батон, ствол члена. Послышался восхищенный смешок ошарашенной «Барби» и ладошка задорно встряхнула мой горячий ломоть. Медленно двинулась вниз по мягкой длине, неспешно обнажая головку. А я уже напрочь забыл про видеосъёмку, изо всех сил борясь с удовольствием от похотливых фантазий. Напрягся всем телом, предвкушая неведомо что, и мягко, по капельке, сжал мышцами пресса сладкую «дыньку», любуясь реакцией Яна. Из моей уретры тут же брызнула маслянистая, тягучая струйка, побежавшая на пол — напрник смотрел на неё, не моргая и сухо сглатывая. Эта липкая «ниточка» его очаровала… Оцепенение длилось недолго и Яня внезапно обернул телефон на себя, показав в кадр язык. Пискнул сигнал окончания записи. — Достаточно, — усмехнулся парень, покусывая губы. Отшвырнул телефон на постель, падая передо мной на колени и едва ли не с раболепной покорностью обнимая упругие бёдра. Горячие пальцы обняли «рукав» члена, жадно тиская мягкий вал мяса. Глянул с хитрой улыбкой мне в глаза. — Сашка, будь моим мужем, — послышалось озорное хихиканье, и глаза снова уставились на член. — Маманя, конечно, умеет, но всё равно: как она, блядь, это делает? Парень прижал ладонь к моему лобку, прикладывая вялый член к руке, как к линейке. — Ебанутся! — раздался восторженный шепчущий крик. — Он всё ещё вялый, но уже больше предплечья!.. Полыхавшие вожделением глаза зыркнули вверх, практически опаляя неприкрытым обожанием. — А теперь… А теперь давай снимем что-нибудь и для закрытой группы?! — Угу, — покивал я. — Только быстрее… Если честно, то мне даже хотелось, чтобы его ротик в своей жажде поборол озорные мозги. Но Ян всё же как-то сумел удержаться и на секунду задумался. С видом «Эврика!» щёлкнул пальцам. — Саш, ты можешь опять достать ртом до члена… Я тут же клюнул носом вниз, прихватывая ладонью «прибор», и без проблем заглатывая вялую головку. Поясница гнулась, словно резиновая, и неокрепший ещё пенис без усилий протолкнулся прямиком в горло. Разве что пришлось немного подвигать головой, насаживая губы на быстро набухавший «рукав». Ян рассмеялся. — Да погоди ты — я ж не спрашивал. И так знаю, что ты, как гимнаст… Сперва сделай вид, как будто не можешь дотянуться… «Дынька» требовала всё настойчивей положенного ей внимания, особенно в током положении. И хотя пока всё ещё было терпимо, но я находился уже вплотную от мига, когда готов был плюнуть на всё и просто выебать себя в рот. Тогда, делая это на глазах Кузовковой, поражался размеру свои причиндалов, но сейчас натурально начинал по капельке охреневать! Секс с Аней был сладким и грубым — она так шустро «отшлёпала» меня, что я даже не успел как следует завестить и не заметил, как это чудовище телепалось меж сисек, брызгая семенем. А теперь во все глаза пялился на быстро вздувавшиеся перетяжки и «горные хребты» толстых вен! Всё внимание отдавалось исключительно члену и он отвечал той же монетой, сперва заводя, потом озадачивая, а теперь и откровенно пугая. Но к этому мясистому ужасу так манило прикоснуться губами. Выполнение просьбы от Яни далось если не с трудом, то с неохотой уж точно. Я выпустил пенис изо рта, замирая в дурацкой позе и как будто на самом деле пытаясь дотянуться до него языком. Вялый ствол пришлось опять держать пальцами — из-за своего веса он не спешил подниматься, сперва лишь наполняясь горячей кровью. «Затвор» мобилки тем временем быстро защёлкал, после чего аппарат лёг на стол, а Яня опять упал на колени, с усмешкой хватаясь ладошками за наливавшийся упругостью член. — Теперь подготовим этого малыша ко второму кадру… Увидеть глаза «Барби», комично округлившиеся от шока, было отдельной графой удовольствия. Ян таращился на здоровенный хуище, нависавший над ним, как балка, открыв рот и забыв, как произносить членораздельные звуки. Хотя и мне было слегка страшновато видеть, как мой собственный член рос, рос и рос, словно не собираясь останавливаться! Но личико Яни, смущённое, желанное и в свою очередь безумно желающее, полнилось уймой всяких эмоций. Среди которых испуг и восторг пришлись мне по душе больше иных. — Что, хочешь бросить меня? — я усмехнулся, движением мышц нагнетая кровь в член и заставляя упругую багровую балку качнуться и шлёпнуть парня по лбу. Было ни грамма не ясно, ради каких целей Рута вырастила у меня это чудовище, зато оказалось до смешного понятно, какие мысли витали у неё в процессе моего созидания. Не влюбиться в это «полено» обильно капающее предэякулятом Яне на лоб, было физически невозможно… Напарник пошлой «затрещины» словно не ощутил, с благоговением взирая на меня снизу вверх. Вслепую потянулся за телефоном. Навёл кадр на член. — Поцелуй его… — прошептал едва слышно. Я медленно напряг мышцы, словно впервые ощущая обновлённое тело и млея от той дикой мощи, что нагнетала кровь в член. Елда, багровая и горячая, взметнулась вверх, окончательно наливаясь упругостью и с размаху шлёпаясь промеж сисек. На губы брызнули маслянистые капельки смазки. На какой-то миг стал понятен шок и практически ужас удивлённого Яна — мне самому было сложно оставаться спокойным, когда собственный член дева не упирался в щёку головкой. Но желание всё-таки было ярче и жарче, чем какой-то там страх. Я прижался губами к багровому «кулаку» с набухшей уретрой, теперь уже даже не наклоняясь и ехидством смотря в объектив. Щелчка «затвора» даже не слышал — все мысли были о том, достаточно ли я привлекателен… — Сына, я зайду?! — снова воскликнула мама и нас я Яном словно ведром воды окатили. Две пары рук в панике засуетились, подхватывая валявшиеся в стороне тряпки, и я в самый последний момент успел таки напялить «худи» на голое тело. С независимым видом плюхнулся задом на край стола и важно скрестил на груди руки. Член стоял просто колом, а из-под одежды поднимался ощутимый запах «секса», так что его пришлось натурально держать, прижав промеж сисек, да ме-е-едленно двигать предплечьями вверх, чтобы под горлом собрать складку из ткани, за которой укрылась бы головка моего хуя! — Саша, — мама вошла в комнату, почему-то одетая для своих обычных прогулок. — Я и Рута сходим в кафе… Она торопится, так что мы обсудим дальнейшее по дороге… В общем, нам нужно поговорить… Мама отчего-то смутилась и, подойдя ближе, коротко поцеловала меня в щёку. Разумеется, не посмела бы поцеловать в губы в присутствии Яна. Но я был лишь рад краткосрочности маминой нежности. Потому что замер, как перед расстрелом: между моим членом и её губами был тонкий слой ткани и пара сантиметров дистанции! Но родительница, ничего не заметила. Или же?.. — Что за запах? — мимолётно нахмурилась она, с задумчивой улыбкой пару раз потянув носом. — Какая странная туалетная вода, сына… В общем, постарайтесь больше ничего не отчебучить, ладно… Мама грустно усмехнулась и потрепала меня по волосам. — Я буду скоро. Если куда соберёшься — не забудь дверь запереть…