Невероятная история мисс Гермионы Джин Грейнджер

***

      Полет, а по-другому это никак нельзя было назвать, сквозь глубокий пролёт показался Гермионе вечным и если бы не Миртл летевшая на одном уровне с ней, то Грейнджер бы подумала уже, что умерла. Приземление было не из самых лучших. Гора из многочисленных скелетов ужасала и наводила лютый страх, а массивная сброшенная кожа рептилии необъятных размеров была свежей и хозяйское тепло ещё не до конца покинуло ее. — Это змея. И видимо очень древняя, — прошептала Гермиона, но за счёт того, что они были в подвальном помещении ее голос пронёсся звонким эхом. — И она страшная, Гермиона. Нам дальше, если ты ещё не передумала идти, — прошептала Уорен. — Главный вход там, за той массивной дверью. — Спасибо тебе, что пошла со мной, Миртл, — снова поблагодарила подругу Гермиона смело идя по скелетам крыс и прочих существ, игнорируя их треск у себя под ногами. Грейнджер снова приказала массивной, круглой железной двери, судя по всему, являвшейся входом в саму комнату, на парселтанге открыться, а та в момент подчинилась ей, отворяясь с неприятным скрипом.       Зал, в который уверено зашла Гермиона и залетела Миртл, был полностью из чёрного мрамора, по обе стороны от студенток были многочисленные проходов в виде раскрытых голов змей, ведущих в сторону подземных лабиринтов и канализации. В самом конце комнаты красовалась каменная скульптура лица Салазара Слизерина, кричащего что-то, когда от его скул отходили вибрации его магии, также увековеченные в скульптуре. Огромное и устрашающее лицо основателя на удивление не напугало Гермиону, а лишь придало сил и уверенности. В Комнате никого не было. Эхо от ее шагов разносилось по всему подвальному помещению, а редкие стекающие капли воды на кафель, пугали своим звонким шумом бедную Миртл Уорен, отважно летевшую перед Грейнджер. — Ты прии-шшла ко мне, — прошипел голос на человеческом языке. — Маленькая девочка… Изз-бранная девочка. — Покажись! Я тебя не боюсь, — холодно сказала Гермиона, посмотрев в глаза статуи. — Ты же змея, я права? — Даа. Я ззз-мея! — рот Салазара открылся и из него стала выползать огромная змея, размер который был настолько велик, что Гермиона не могла поверить своим глазам. — Бедня-жжка мисс Уорен, я не ххх-отела твоей ссс-мерти. Это была сс-лучайность, — прошипела змея, посмотрев на Миртл висевшую в воздухе перед подругой. — Но я мертва. Твой взгляд забрал мою жизнь, — горько сказала бывшая когтевранка, посмотрев на тело змеи. — Я не трону вас, девушки, — уверено прошипела змея, проползая к Гермионе. — У меня приказ. — Ты Василиск. — Даа. — И ты нападаешь на всех грязнокровок. — Дааа, — снова согласно прошипела необъятная рептилия. — Но почему не на меня? — спросила Гермиона, боясь услышать ответ. — Он приказал мне не трогать тебя, юная мисс Гермиона, — змея старалась говорить на английском без шипения и акцента, что на удивление у неё получалось. — Он? — удивилась Миртл, посмотрев на Гермиону. — Ты понимаешь о чем речь? — Да. Я понимаю. Как тебя зовут? Какое твое имя? — Шшш-ерлла, — прошептала змея, приблизившись своей массивной головой к миниатюрной слизеринке, чуть отводившей взгляд. — Не бойся меня. Я не смогу тебя убить или заколдовать. Это невозможно. — Шерла, я прошу тебя прекратить нападения на всех грязнокровок. — Маленькая Гермиона, ты думаешь это так просто? — Я знаю, что у тебя нет выбора. Ты обязана это сделать. Ты обязана подчиниться мне, — холодно прошипела сквозь зубы Гермиона Грейнджер, строго посмотрев в глаза рептилии. — Это приказ! — Как пожелает моя Госпожа, — смирено прошипела Шерла спустя пять минут долгого молчания, кивнув головой. — Но я передам это Господину. Он будет … — С ним я сама разберусь. Твое дело — выполнить приказ, — строго сказала Гермиона. — А ты похожа. Похх-ожжа на него. Твоя манера общения и строгость. Твои черты лица и холодность. Твое благородство в тебе от отца, — прошипела Шерла. — Прошу, — змея подползла вплотную к студентке, опустившись полностью на кафель. — Я подниму тебя по канализации к школе. — Сначала отдай мне один из своих клыков. Так я смогу доказать, что была здесь, и что я не вру, — произнесла расчетливая девушка. — Маленькая ведьма слишком мала и умна для своих лет, — недовольно прошипела Шерла, открыв пасть. — Вырви, хитрая девочка, один из клыков, — Гермиона посмотрела на все клыки и нашла тот, что бы самым некрасивым и по всей видимости гнилым и доставлял дискомфорт рептилии. Наколдовав себе перчатки Гермиона крепко взяла этот больной клык и резко выдернула его, на что Шерла болезненно прошипела и чуть дернула головой. — Вот и все, — Гермиона смело приблизилась к голове Шерлы и погладила ее, успокаивая от боли. — Прости, Шерла. Знаю, это было больно. Это клык начинал гнить. — Теперь мне не так больно, — прислушавшись к своим ощущениям сказала Шерла. — Спасибо, моя молодая Госпожа. — Не за что, Шерла, — Гермиона снова погладила змею, залезая на неё. — Тебе не страшно? — поинтересовалась Миртл, недоверчиво смотря на причину своей смерти. — Вдруг она тебя сейчас обманет. — Я не боюсь змей. Я сама змея, Миртл, — спокойно сказала Грейнджер, взявшись за шею Шерлы, чувствуя как змея плавно начинает двигаться по направлению к выходу из Тайной комнаты.       Миртл Уорен летела рядом, молча и не мигая смотря на подругу, что спокойно перешептывалась о чём-то с этой змеёй убийцей. Когда Гермиона ступила на кафель туалета, Шерла утвердительно кивнула ей, закрепляя своё обещание, на что Грейнджер в ответ также кивнула ей, в знак благодарности. — Что ты теперь будешь делать? — поинтересовалась Миртл, когда проход в Тайную комнату закрылся. — Проведаю Джинни и лягу спать, — просто и честно сказала Гермиона. — Сегодня я не пойду к Дамблдору. Не вижу в этом смысла. — Ты знаешь, что все это странно? То, что ты змееуст, а Шерла тебе подчиняется и не может заколдовать. Или почему она так легко с тобой согласилась? И почему называет тебя «Госпожой»? — Именно поэтому, Миртл, я сначала лягу спать. Во сне я получу все ответы. — Это так странно, Гермиона, — снова повторила Уорен, подлетев ближе к подруге. — Я бы так хотела тебя обнять. Жалко, что я не могу это сделать, — печально высказалась она. — Как и я, Миртл. Ты знаешь зная, что ты погибла по случайности делает эту историю ещё трагичнее. — Другого исхода и не могло быть для «Плаксы» Миртл, — хмуро отметила когтевранка. — Тебе пора идти в гостиную. Уже как пол часа обьявили отбой. Да и ты должна получить ответы во сне. — Да, ты права, — задумчиво произнесла Гермиона. — Я зайду к тебе завтра утром после завтрака. Спокойной ночи, подруга.

***

      Легко было сказать «заснуть», когда Грейнджер уже битый час ворочалась на кровати. Сон совсем не шёл. Вот хоть умри. Ни в одном глазу. Когда на часах было полвторого ночи слизеринка тихо вышла из спальни, а затем и из гостиной, направляясь на задний двор школы, в надежде что свежий воздух поможет ей заснуть.       Звёздная ночь внушала надежду на лучший исход этого года и прекращений нападений. По крайней мере на это надеялась Гермиона. Она редко приходила на поле для квиддича, и если быть честной то было это только шесть раз в том году, когда у них было обучение с мадам Трюк. Выдохнув и вытянувшись на трибунах как кошка, прогибаясь в спине, она повернула голову и слегка вздрогнула. — Нельзя же так пугать, — возмущено сказала она. — Тебе тоже не спиться? — устало спросил Гарри, придвигаясь ближе к ней. — Как видишь, Поттер. — И мне. Я волнуюсь за Джинни. С ней с октября что-то происходило, что-то не то, а я даже ничего не сделал, — мальчик понуро опустил голову, поправив свою мантию. — Что ты мог сделать? — скептически поджав губы, спросила Гермиона, повернувшись лицом к гриффиндорцу. — Что угодно, чтобы она сейчас не страдала. Меня не пустила к ней Помфри… Джинни такая бледная и исхудавшая. Было страшно смотреть на неё, зная какой она была до этого. — Ты же сказал, что тебя не пустили к ней, — с прищуром сказала Гермиона, подперев локтем подбородок. — Так как ты попал в больничное крыло? — А…я…я немного нарушил правила школы, — промямлил Гарри. — У меня есть один артефакт… мантия невидимости. — Да ладно? — удивилась Грейнджер. — Серьезно? И давно она у тебя? — С прошлого Рождества. — Круто, а откуда? — Кто-то подарил мне ее, а вот кто я не знаю, — паренёк пожал плечами, устремив взгляд в даль. Гермиона поражалась его простоте и наивности. Мантия невидимка — древнейший артефакт, который был утерян много веков назад. И то, что Поттер хранил ее у себя, подставляло его перед Министерством, ведущим охоту за всеми магическими артефактами. — А ты знаешь, что будь я скажем так на Когтевране, то уже летела бы к Макгонагалл, чтобы сдать тебя, — хитро сузив глаза в лисьем взгляде произнесла Гермиона, смутив Поттера своим заявлением. — Но! На твое везение я Слизеринка и сама бывает, что нарушаю правила. — Ты что не сдашь меня? — удивился очкарик. — Ага, вдруг ты пригодишься мне в будущем, — весело предположила она. — Расслабься я же шучу. — Все вы со Слизерина странные. — Мы тоже самое говорим о Гриффиндорцах, — усмехнулась Гермиона, вставая с трибун. — Я пойду обратно в замок. Ты со мной? — Нет, я ещё хочу подышать. Спокойной ночи, Гермиона, — по-доброму сказал ей Гарри, улыбнувшись. — Спокойной, Гарри Поттер, — ответила она ему, спускаясь с трибун по лестнице.

***

— Ты открыла Тайную комнату, — сдержано сказал Мистер Неизвестный. Голос его был ровен, интонация на нуле. Гермиона не могла понять что именно он хочет услышать в ответ от неё. Как и не понимала одобряет этот мужчина ее поступок или нет. — Да. Я открыла ее и поговорила с Шерлой, — прямо ответила Гермиона. — О чем договорилась? — с интересом спросил он, приблизившись к ней. — Что ты сказала Шерле? — Приказала прекратить нападения. — Зачем? Твоей жизни ничего не угрожает, Гермиона. Так зачем ты хочешь прекратить нападения? — Не вижу в них смысла, сэр. Истребляя сегодня всех грязнокровок школы вы не можете быть уверены, что в следующем году они не поступят снова в Хогвартс, — высказала свои мысли Гермиона. — Я кстати нашла одну тетрадь, дневник. Он был у Джинни Уизли, — она потянулась в сумку и достала дневник, который за момент до этого мысленно представила. — Эта вещь чуть не убила бедняжку. Дневник выкачивал из неё все силы и жизнь. — Джинни Уизли хотела его уничтожить. Молодец, что забрала его. — Я также взяла клык у Шерлы, — сдержано произнесла слизеринка. — Так, чтобы служило доказательством. — Ясно, — сухо произнес мужчина, быстро двигаясь прочь от девушки к двери. — Вы чем-то недовольны? — крикнула ему вслед Грейнджер. — Что я сделала не так? Если это из-за Шерлы, то по-другому тут нельзя было поступить. Нападения должны прекратиться. — Ты не можешь отдавать приказы моим слугам, Гермиона, — строго сказал ей мужчина. — Я недоволен твоей вольностью. — Но у меня есть власть над вашими слугами, — холодно сказала она, заставив мужчину замереть на месте. — Они слушаются и подчиняются мне. Шерла вообще называет меня Госпожой и ее взгляд не убивает меня. — Что ещё тебе говорила Шерла? — серьезно спросил невидимый мужчина, подходя обратно к Гермионе. — Ничего, — без зазрения совести соврала она. — Больше ничего. — Хорошо, — принял ложь девушки мужчина. — Ты ещё не готова для правды, девочка. Ещё слишком рано. — Но я хочу все узнать! Хочу понять что происходит! — возмутилась она, обижено опустившись в кресло. Сегодня она решила посетить кабинет хозяина этого особняка. Изобилие редкой литературы вызывало восхищение у Гермионы, а фолианты, хранившиеся под стеклом так и звали её к себе. Белое, кожаное кресло было как яркое пятно в темном кабинете, привлекающее внимание зашедших в эту комнату. — Почему вы не хотите рассказать мне все? Я что многого прошу? — со слезами тихо спросила она, повернувшись лицом к невидимому мужчине. — Ты ещё слишком мала, Гермиона, чтобы знать правду, — услышала она сдержанный ответ. — Но заметьте, что не все в двенадцать лет могут варить зелья уровня ЖАБ, как и знать заклинания, изучающие на четвёртом курсе. Не все в двенадцать лет изучают и практикуют окклюменцию и легилименцию. Да, я не летаю на метле, но я умна, очень умна и расчётлива. Так почему же я не могу узнать правду? — она не вытирала слёзы, стекающие редкими, обжигающими дорожками по щекам, как и не убирала волосы, упавшие и мешавшие ей сейчас, закрыв часть лица. Она просто сидела и думала, что возможно сможет переубедить его. — Да, ты действительно очень умна. О таких талантах и способностях мечтают многие, Гермиона, — мягко начал говорить мужчина, ласково проводя рукой по ее щеке, вытирая дорожки слез. — Когда я говорю, что ты ещё мала, я имею ввиду, что ты ещё морально не готова к тому грузу, что несёт за собой правда, — он убрал прядки ее волос, заправив их за ухо. — А вдруг я готова? — всхлипнув спросила она. — Откуда вам знать? — Поверь мне, хоть ты это не сделаешь, но попытайся поверить моим словам. Тебе нужно подождать ещё годок — другой. — Ладно, — обижено буркнула Гермиона, сложив руки на груди. — Не стоит так обижаться на меня, милая девочка. Я стараюсь защитить тебя, — мужчина смотрел на Гермиону с такой заботой и нежностью, что были неподвластны ему до встречи с ней. Он волновался за неё, старался уберечь и действительно защитить на сколько это было возможно, учитывая в каком положении он сейчас был. — Я просто так устала от лжи, — разочаровано сказала Гермиона, опустив голову. — Дома мне врут и я смирилась с этим, смирилась что я для них резко стала чужой. В школе есть люди, которые относятся ко мне как к грязи, а это не так…я не «грязная» и я научилась отвечать на эти издевки, научилась игнорировать их. Потом в моей жизни появились Вы. И я первое время не доверяла вам, не понимала вас и что я тут делаю… А потом я привязалась к этому дому, его атмосфере и шарму, привязалась к вам и нашим встречам, если это можно так назвать. Я просто знаю, что когда человек врет осознано, как это делаю я с лучшим другом, то он чувствует душевную боль, — Гермиона посмотрела наверх, точно поймав взгляд своего таинственного собеседника. — Вы сейчас смотрите на меня, мне в глаза, — сказала она, прикусив нижнюю губу. — Я чувствую это, как и ваше местоположение и настроение, я научилась определять когда вам можно задавать глупые, непосредственные вопросы, а когда нет, научилась различать ваше молчание. Например, сейчас вы молчите и пребываете в легком оцепенении от моих слов, — точно описала она состояние мужчины. — Гермиона, — присев перед ней на корточки, сказал он. — Моя милая, чуткая девочка, ты даже представить не можешь как мне больно от моей недосказанности, как я страдаю от этого. Увы, быть взрослым в первую очередь означает нести ответственность за тех кто младше нас, и кого мы приручили. Я с самого твоего рождения оберегаю тебя. Просто ты этого не знала. Я приказал своим скользким слугам не трогать и оберегать тебя в стенах школы. Когда ты была совсем ребёнком, то мой филин каждую ночь сидел на ветке вишни, что растёт под твоим окном, охраняя твой сон. Днём филина сменяла Нагайна. У этой змеи есть особенность — она потрясающе может замаскироваться, изменив свой окрас. Сам же я, когда приходил таким же духом к тебе, то наставлял тебя девочка изучать этикет, музыку, французский и читать нужную литературу. Я часами сидел в твоём смешном розовом кресле около желтой стены, да это было ещё до ремонта в твоей комнате, и смотрел как ты учишься, думаешь, порой психуешь, а порой радуешься, что у тебя получилось понять какой-то термин или момент в книге. — Спасибо вам за заботу и правду, — в слезах сказала Гермиона, обнимая мужчину. Она уткнулась ему в грудь, промокая своими слезами его рубашку. — Милая моя, — ласково сказал он, встав на колени, крепко обнимая Гермиону, поглаживая ее по голове. — Помни, что ты никогда не была одна. Я всегда был рядом с тобой. — От вас пахнет домом и детством. Я помню отдалено подобный аромат, когда была совсем ребёнком, — прошептала Гермиона в плечо невидимому мужчине. — А ещё спокойствие и защищенность. Я упрямая, это так. Простите меня за это, иногда я теряю границы дозволенности, сэр, — продолжая всхлипывать, говорила студентка. — Не стоит извиняться, Гермиона. Я не злюсь на тебя за это, — успокоил ее мужчина. — А что касается Шерлы, то наверное ты поступила правильно. Меня нет в школе и я не могу точно знать все обстановку, в отличии от тебя. — Вы правда так думаете? — неуверенно спросила она, подняв заплаканные глаза. — Да, правда, а теперь вытри слёзы и засыпай. Завтра тебя будет ждать разговор с Дамблдором. — Кстати, на счёт него. Что вы посоветуете мне сказать директору? — А что ты считаешь нужно ему сказать? — с намеком на нотки уважения, спросил мужчина. — Мне очень интересно твое мнение, Гермиона. — Я считаю, что…считаю, что ему надо наврать про Шерлу. Я скажу, что она мертва и нападения прекратятся. Скажу, что убила ее с помощью зеркального заклятия. — Зеркального? — удивился мужчина, отстраняясь от девушки и присаживаясь на стул, который подлетел к нему. — Это заклинание может отразить действия оппонента с двойным эффектом. Я заметила, что у Шерлы нет ни одной зеркальной поверхности, хотя змеи очень самовлюблённые создания и могут часами вертеться перед своим отражением. Из этого я сделала вывод, что если она посмотрит на своё отражение, то умрет, — договорила Гермиона, затаив дыхание в ожидании слов мистера Неизвестного. — Ты гениальна, Гермиона. Просто гениальна, — с восхищением сказал мужчина, улыбнувшись и жалея, что она не может видеть его в данный момент. — Тебе пора возвращаться, но мы скоро снова встретимся. — До скорой встречи, сэр, — прошептала Гермиона, закрыв глаза и открывая их уже в своей спальне.

***

      Стоять и ждать под кабинетом директора было очень волнительно, учитывая то, что судя по голосам он там был сейчас не один и вёл с кем-то переговоры. — Я ещё вернусь, директор, — прошипел Люциус Малфой, вылетая из кабинета. — Мисс Грейнджер, — поприветствовал Гермиону мужчина. — Добрый день, мистер Малфой, — сдержано ответила она. — Вы сегодня не в духе? Видно, что беседа с нашим обожаемым директором прошла не самым лучшим образом, — монотонно высказалась она, усмехнувшись когда Малфой медленно повернулся к ней на каблуках. — Дела попечительского совета вас, юная мисс Грейнджер, не должны касаться. Я сделаю вид, что не слышал вашего высказывания. — Это ваше право, — хмыкнув произнесла слизеринка. — Тогда я с вашего позволения пойду к директору. Есть один вопрос, министерской важности, который я хочу с ним обсудить, — сдержано сказала Гермиона, важно посмотрев на изумленного аристократа. — Не хотите поделиться темой для обсуждения? — Тайная Комната. Она закрыта, — в своей новой, излюбленной манере говорить четко и монотонно, произнесла девушка. — Это невозможно… Откуда вам это знать, мисс? — чуть сломленным голосом спросил Малфой, подходя к Гермионе и пытаясь применить к ней легилименцию. — Я ее закрыла и убила Василиска, — ответила Гермиона, показав ядовитый клык Шерлы. — Это было несложно, не понимаю почему никто до меня не сделал этого. Хм, люди так трусливы. — Как вы попали туда, мисс Грейнджер? — спросил Альбус Дамблдор, выходивший из кабинета и услышавший диалог Гермионы и Малфоя. — Вход расположен в женском туалете, в туалете Миртл Уорен. Она мне показала вход в Комнату, как и помогла открыть ее, — сдержано ответила Гермиона, повернувшись к профессору. — Почему вы не погибли? — холодно спросил директор, как и Малфой старший пытаясь пробить ментальные стены студентки. Гермиона лишь ухмыльнулась, чувствуя как двое взрослых волшебников пытаются залезть к ней в голову, но у них это не выходит. Теперь я понимаю о чем говорил мистер Неизвестный. Это чувство ни с чем не спутать. — Как не профессионально, директор, так говорить студентке, — прошипел сквозь зубы Люциус, подходя ещё ближе к Гермионе и на ее удивление, закрывая девушку собой. — Очевидно, что мисс Грейнджер не врет нам, о таком будет врать только глупец, чего нельзя сказать о юной мисс. А как она это сделала уже не важно. Клык Василиска — доказательство слов студентки, — договорил Люциус, убийственно посмотрев на Альбуса. — Удивительно, что взгляд Василиска не подействовал на мисс Грейнджер, — не унимался старец. — Как вы убили это чудовище? — спросил он у Гермионы, подойдя к ней с другой стороны. — Зеркальные чары. Взгляд Василиска стал убийственным для него самого, — уверено ответила Гермиона, обойдя Люциуса, следившего за каждым действием директора, которому он не доверял. — Это магия высшего уровня. Откуда вам о ней известно? — В библиотеке вычитала, директор, — сдержано ответила Гермиона, чуть не закатив глаза. — Хорошо. Тогда, мистер Малфой, я считаю что можно оповестить об этом событии попечительскому совету и родителям, как и вернуть нашего лесничего из Азкабана, — старец погладил свою длинную бороду, обдумывая что-то. — Разумеется, Дамблдор, — прошипел Люциус, наблюдая как директор молча кивнул и не сказав ни слова ушёл обратно в кабинет. — Зеркальные чары не всем подвластны, мисс Грейнджер. Их тяжелее использовать чем непростительные. — Да, но я не такая как остальные студенты. Я умнее их, — самоуверенно сказала Гермиона, смотря в глаза мужчине. — Через двадцать минут закончится завтрак. Я бы хотела успеть на него, мистер Малфой, — намекнула Грейнджер, что им пора прощаться. — Я пройду с вами в Большой зал. Хочу поговорить с сыном. Не составите мне компанию до столовой? — О, Драко будет в бешенстве, увидев нас вместе, — хихикнув сказала Гермиона. — Тем лучше. Нервные клетки моего наследника должны быть непробиваемы. — Тогда должна вас разочаровать, мистер Малфой. У вашего сына большие проблемы с самоконтролем. И… — она замолчала, повернув голову к аристократу, смотря на его изучающий взгляд, гуляющий по ее фигуре, пока они подходили к дверям Большого зала. — Продолжайте, мисс. — И мне просто интересно кого он не выносит больше меня или Поттера. — Определено Поттера, — с ухмылкой ответил мужчина, открывая для студентки дверь в зал, пропуская ее вперёд. — Мой сын невзлюбил мистера Поттера с первых дней пребывания в школе. А что касается вас, то тут Драко просто бесится, что кто-то умнее его, — Малфой старший положил свою руку на плечо Гермионе, когда она начала весело улыбаться. — И я не шутил, — добавил он, только сейчас заметив, что добрая половина школы сейчас смотрит на них. — Слабо в это верится, сэр. Посмотрите сами, ваш сын сейчас вот-вот взорвется от негодования. — Мой сын будущий глава рода Малфой и он обязан держать эмоции под контролем, даже если его что-то раздражает, — прошептал Люциус Гермионе. — Видимо пора лишить его метлы, — в рассуждении добавил он, чем вызвал у девушки тихий смех. — Гермиона, где ты была? Мы с Дафной волновались за тебя, — сказала Пэнси, вставая из-за стола и обнимая девушку. Гермиона начала общаться с Паркинсон, когда стала вместе с ней практиковать заклинания. На удивление Грейнджер Пэнси Паркинсон была способной и талантливой ученицей, впитывающей все что ей говорила Гермиона. Грейнджер не могла сказать, что доверяла Паркинсон и рассказывала абсолютно все, но поболтать с ней на нейтральные темы она могла легко. — Я была у директора, Пэнси. Появился повод посетить его хоромы, — ехидно ответила Гермиона, обнимая слизеринку, вставшую из-за стола. Окинув взглядом сокурсников, она заметила, что Блейза не было за завтраком. — Драко, выйди. Есть разговор, — строго сказал Люциус сыну, прожигая его недовольное лицо. — Сейчас будет речь Дамблдора, — прошептала Гермиона сокурсникам, когда Малфои вышли из зала. — Попрошу минуту вашего внимания, дети, — громко с помощью заклинания, сказал директор, встав со своего места. — Сегодня утром мы узнали прекрасную новость. Тайная комната закрыта, а чудовище, находившиеся в ней и осуществляющее нападения, убито. — А кто убил это чудище? — выкрикнул какой-то парнишка с Пуффендуя, а затем его вопрос подхватили и остальные счастливые студенты. Гермиона стала пристально смотреть на директора, игнорирующего изумленные взгляды коллег, не понимающих что за эту ночь произошло. — Это не важно, дети. Главное, что вашим жизням ничто не угрожает. Сегодня же попечительский совет оповестит всех родителей об этом прекрасном событии, — важно ответил Альбус Дамблдор и быстро вышел из Большого зала. — Хм, «не важно», — передразнила его Гермиона, фыркнув. — Ничего себе заявление. — Ты так говоришь, будто что-то знаешь, Грейнджер, — подал голос Нотт. — Да что она может знать? Она чудом ещё сама не сдохла, хотя давно пора бы. Ты не достойна учиться с нами на одном факультете! — мерзко прошипела Милисента. — Прекрати так говорить, Миллс. Грейнджер на Слизерине, а значит это место ее по праву, — раздался голос Драко, подошедшего к ним после беседы с отцом. — Что?! — возмутилась Булстроу. — Что? — удивилась Гермиона, словам сокурсника. — На Слизерин кто попало не поступает. И не смотрите так все на меня, я сказал правду, — Малфой взял зелёное яблоко со стола и пошёл прочь из Большого зала. — Вы слышали его? — спросила Гермиона к Блейза и Пэнси. — Я же не сошла с ума? — Ага, может мозги на место встали? — предположил Теодор, обычно сохраняя молчание по отношению к перепалкам Грейнджер и Малфоя. — Не зазнавайся, грязнокровка. Драко просто решил повести себя как джентельмен, — пропищала снова Миллисента. — Ага, а что же ты тогда себя не ведёшь, как Леди? Даже Малфой решил расти и меняться, — с усмешкой сказала Гермиона, сжав левый висок. — Стерва! — сказала ей в ответ девушка, но Гермиона это проигнорировала. — Пойдёмте отсюда, тут больше нечего делать, — сказала она, встав со своего места. — Гермиона, ты побледнела, — заметила Пэнси, придержав ее за спину. — Голова закружилась сильно, — слабо ответила Грейнджер, прежде чем упасть без чувств и признаков жизни на кафель, вызвав переполох во всем зале.