Как бы замужем не пропасть.

      Поход в океанариум не задался с самого начала. Или, быть может, наоборот. Сказать точно не могли ни Энджи, ни Рей. Первый поскольку никогда не ездил никуда по выходным с детьми. Он вообще выходные не брал! Только больничные... Рей если и имела опыт, то давно, не правда и не помнит. Амнезия. Так что на выход собирались весело, хоть и планировали всё заранее.       Специально выбрали будний день чтобы народу поменьше, детей, от школ и етиена откосили, пускай не педагогично, но зато с домашкой. Заранее узнали программу, купили билеты, собрали на завтра вещи, посчитали во сколько все должны встать, чтобы спокойно выйти и не опоздать. Учли всё, кроме человеческого фактора, точнее четверых маленьких человечков на двух взрослых особей. Няне в этот день дали отгул. Так Энджи не ошибался давно.       Началось всё вроде как обычно, с утренней тренировки, дальше должен был быть завтрак, но не сложилось. На кухне его ждала сонная жена, с висящим на ней Шото, застывшая у холодильника. Судя по взгляду тело подняли, а мозг забыли. В подтверждение мыслей Рей закрыла холодильник и, повернувшись, застыла, то ли медитируя на, то ли гипнотизируя ключицы или грудь. Энджи подавил желание поиграть мышцами и подошёл к холодильнику, отодвигая женщину в сторону. Есть хотелось неимоверно. А там точно был творог и какие-то ягоды. Завтрак, похоже, сегодня готовит он.       - Женщина, где дети? - Мешая свой и Шото завтрак, недовольно спросил мужчина. Ей потребовалось несколько секунд и зевок, настолько длинный, что он невольно отзеркалил, чтобы ответить.       - Уже встают, - и через ещё один душераздирающий зевок, - они вчера никак заснуть не могли, похоже. - И прибавила громкости, чтобы было слышно на весь дом, несмотря на все деревянные панели, - так что, если сейчас не встанут - пойду водой поливать. - Послышалось тихое шебуршание, а после - шлёпанье босых ног по ступенькам. В ванной включили воду.       - Встали. - Глубокомысленно отметила очевидное жена. Закипел чайник. На кухню один за другим зашли дети. Все сонные, они застывали ненадолго, обнимая маму, подпирающую столешницу с чашкой в руках, и садились за стол. Точнее ложились за столом. Тойя опустил голову на скрещенные руки, Фуюми спрятала лицо в сгибе локтя, Нацуо просто лёг животом и грудью на стул, свешивая остальные части тела по бокам. Все мирно досыпали или только готовились проснуться, пока Рей готовила омлет. Идиллия.       - Доброе утро, завтрак готов, - эти слова нарушили умиротворённую тишину утра, но при этом не затронули благодушное настроение, царившее на кухне. Старшие дети гуськом пошли помогать маме накрывать на стол. Нацуо расставлял приборы, Тойя и Фуюми - посуду. Рей накладывала всем еду. - Будешь омлетик или уже наелся? - Спросила она мужа, мягко гладя незанятой рукой по плечу.       - Шото, хочешь омлет? - Тут же переадресовал он вопрос сидящему в стульчике рядом сыну. Тот был явно не против.       - Итадакимас, - раздался нестройный хор голосов. Такой спокойный выходной завтрак, у Энджи никогда его не было. Мать пилила отца, пока его не убили, после он ел в вечной спешке, неважно, один или с семьёй, что также бежала по своим делам, сегодня был его первый выходной за слишком много лет.       Всё имеет свою цену. Даже, казалось бы, такая мелочь, как завтрак. Ему позвонили водители, подъехавшие к дому.       - Мы выйдем через 10-15 минут. - И повесив трубку прикрикнул на домочадцев, - всем одеваться, быстро! - Заставлять ждать было стыдно. В радиусе метра воцарился жесточайший хаос*. Готовые с вечера, старшие дети не могли найти какие-то мелочи, вроде расчёски, толкались в ванной пока чистили зубы... Нацуо уже умел сам одеваться и по плану должен был это делать, но не так медленно! Прикрикнешь - мигом наденет майку и колготы, чтобы через секунду отвлечься на что-то и напрочь забыть про брюки и водолазку... Приходилось отлавливать его и заставлять одеваться дальше, при этом пытаясь надеть всё те же колготки, но уже с боди, кто вообще придумал это слово и как оно застёгивается, на Шото! И при этом ещё самому подготовиться на выход... От этого хаоса из детей и их мелких одёжек голова шла кругом. Его как будто низвергли в пучины недисциплинированного ада! А Рей вместо помощи кричала только "сейчас, осталось только накраситься!". Тогда герой ещё не знал, что это - самая долгая часть сборов. А ещё, что в тот день она собралась рекордно быстро.       Ладно, с горем пополам собрались и вышли. Нужно было рассаживаться и опять концерт. Нацуо не хочет ехать в одной машине с Шото! В итоге пришлось переставлять детское кресло. Нацуо и Тойя поехали в одной машине с ним, а Шото и Фуюми с Рей. Слава богам, сыновья достаточно умные и взрослые, чтобы построить диалог без его непосредственного участия. Удалось отдохнуть перед входом в океанариум.       А после наступил третий этап этого бедлама. Оказывается, когда у тебя четверо детей, зайти куда угодно будет проблемой, особенно с учетом необходимости оставить куртки в гардеробе и при этом не потерять детей и билеты. Конечно, в его ворчании есть доля преувеличения, но привыкший контролировать всё вокруг себя и в первый раз выходящий куда-то с детьми, Энджи чувствовал, что уже устал. Даже наличие Рей, успокаивающей его и параллельно умудряющейся как-то организовывать эту свору...       Энджи действительно жалел, что согласился, но герои не отступают, тем более перед лицом такой элементарной проблемы, как дети. Особенно если эти дети - твои собственные.       Он смог успокоиться только, когда они вошли в океанариум. Он был сделан в стиле стеклянных арок под водой, как если бы в аквариуме были люди, а не рыбы. Народу в будний день было мало, коридор прекрасно просматривался, так что он с лёгким сердцем отпустил детей поперёд себя, было забавно наблюдать, как они медленно идут, то оглядываясь, то приникая всем телом к стеклу, чтобы рассмотреть всё поближе. Ему самому было интересно.       Рей шла рядом, уже почти привычно грея свою ледяную руку в его ладони. Энджи постарался максимально незаметно скосить взгляд на неё. Женщина мало чем отличалась от детей. На лице её застыла восхищенная улыбка, а широко распахнутые глаза неотрывно следили то за одной рыбой, то за другой. Пока они неспешно шли в центре туннеля, но он чувствовал, что она вот-вот сорвется, чтобы как и дети приникнуть к стеклу, рассматривая "морское" дно и его тварей. Пока этого не произошло стоит спросить, он уже знал, в таком состоянии жена совсем не следит за языком.       - Почему ты меня трогаешь? - Этот вопрос интересовал уже давно.       - Потому что холодно, а ты теплый к тому же муж, - не отрывая взгляда от ... мурены, ответили ему, будто незаинтересованно, но Энджи чувствовал напряжение в её теле.       - Только холод? Оденься теплее. - О нём она говорила всегда, стоит разъяснить этот момент сразу.       - Не слишком поможет, - она на секунду оттянула один из уголков вниз, показывая недовольство выбранной темой, а после будто решилась нырнуть в омут с головой, рассказать о всей глубине проблемы, - побочка из-за причуды, тело замерзает изнутри, не слишком сильно, но дискомфорт и пониженная температура тела обеспечены. - А после задумавшись на секунду, добавила, - в теплой одежде, по сути нет смысла. Она лишь сохраняет тепло, которое выделяет тело, у меня сохранять нечего. - Закончила она свою мысль тяжеловесно и решила немного пожаловаться, - ты думаешь, почему рядом со мной всегда кружка если не с чаем, то с теплой водой? Почему стою всегда на максимально теплом месте? - Тут она оборвала себя, не позволяя крутить этот поток возмущения. У неё было право возмущаться, сам Энджи мерз редко, не с его причудой, но каково это - перегреваться из-за того, что не можешь выпустить причуду ... это было основной причиной, по которой его волосы почти всегда горели. Почему он не думал раньше, что у жены со столь мощной причудой, с побочкой в виде изменения температуры тела, не может быть похожих проблем. Не удивительно, что она раньше ходила вся закутавшаяся, страннее, что сейчас стала предпочитать лёгкую одежду, - конечно, - тем временем продолжала она говорить, - я научилась не показывать этого. При должных дыхательных практиках пропадают и мурашки, и дрожь, тело не сводит от холода, ты убеждаешь его, что всё хорошо, но только почти. На краю сознания эта мысль постоянно зудит и любое прикосновение к самой себе подобно ледяному аду... - она наконец расслабилась, выговорившись до конца.       - Почему не сказала раньше? - Что эта проблема настолько ... больная.       - Не знаю, - она почти демонстративно пожала плечами, - к слову не пришлось, мы с тобой спокойно редко говорим. Считай, только за столом с детьми, а им ни к чему пугаться заранее.       - Хм?       - У Фую и, скорей всего, Нацуо ледяные причуды. А с ними ... чем больше контроль и сила, тем сильнее тело привыкает к использованию... Они ведь вырастут не героями, в обычной жизни нет места причуде, так что вместо того чтобы выплёскиваться наружу, причуда начнёт действовать изнутри, - она тяжко вздохнула, - будет лучше, если они прекратят пользоваться причудой к началу полового созревания, иначе начнутся проблемы с эмоциями, а после - придёт и вечный холод. - Она с грустью следила за детьми. Теперь стало понятно её нежелание тренировать детей, как герой он и не подозревал о таких последствиях.       - Почему не говорят о таких последствиях отказа от причуд? - Всё же спросил, хоть и понимал... многое. Всё же он топовый герой с лучшей раскрываемостью в стране. Хорошо, что она ответила лишь выразительным взглядом. Разговор увял, они медленно шли за детьми, постепенно переключаясь на виды "за окном". Там было, что посмотреть.       Теперь, зная о холоде больше, Энджи позволил себе встать со спины и положить обе ладони на плечи, грея, после того как Рей не выдержала и практически бросилась к стеклу. Иной раз она напоминала кота. Вот он лежит спокойно, величаво окидывая взглядом "свою" территорию, секунда - и он стремглав несётся ловить добычу или мерить комнату, как истинный младший брат тигра. Вытянувшись как струна, в первый миг, жена чуть расслабилась, а после, пригревшись, прильнула к нему спиной. Максимально незаметно, будто нечаянно, но он видел эту довольную улыбку в отражении и сам усмехался в бороду. Плутовка, со странным довольством думалось ему, пока он мягко растирал её руки. Язычки пламени отражались и множились, создавая канонады из теплых бликов. За внушительной фигурой, Рей почти не было видно.       Ладно, возможно океанариум был не такой плохой идеей.

***

      В целом, поход оказался замечательным терпимым. ИМ потребовалось почти три часа, чтобы обойти все подводные туннели, дети были в восторге, пусть и здорово устали за это время, особенно Шото и Нацуо. Непривычные столько стоять и ходить, где-то через полчаса они стали проситься на ручки, отдохнуть и попить. С первым Энджи справился сам, держа Шото сначала на руках, а после, когда попросился и Нацуо, посадил мелкого на шею, чтобы освободить руку, второй он приобнимал жену за талию, чтобы она могла погреться конечно же.       Младшие кочевали по транзиту: пол, руки, шея. Туда и обратно, иногда минуя какую-либо остановку. Старшие увлеченно бегали по океанариуму, то незаметно отбегая подальше, то спохватываясь и возвращаясь, они с жаром искали всё, что только может быть интересно, петляя по коридорам. Оказываясь на полу, Шото и Нацуо тут же увязывались за ними, как хвостики.       Неизвестно как и почему, но все захотели прокатиться на его шее. Точнее проверить, достанут ли они так до потолка и как с такой высоты будет видно. В итоге это вылилось в целую фотосессию, где сначала все по очереди, даже Тойя и Рей, "пытались" достичь потолка, а после и вовсе, разом присели на его плечи! Конечно, он был достаточно силен, чтобы спокойно держать их, но ведь основная проблема была в фотографе. Точнее в его логическом отсутствии, пока Рей не заметила мелкую папарацци, что щёлкала их всё это время. Ей вручили телефон и было сделано фото: он, стоящий посередине коридора океанариума, у него на шее, цепляясь за волосы, сидел Шото, справа от него, на плече и бицепсе, пришлось поднять руки, Рей и Нацуо, на левой - Тойя и Фуюми.       О чём он старался не думать, так это о папарацци, в океанариуме его всё же узнали, не удержался и пополыхал немного.       После экспозиции они поехали в ресторан. Не из тех, что ему нравились, в нём, к сожалению, не было отдельных кабинок, зато имелся хороший детский уголок.       Шото спал рядом со столиком прямо в детском кресле, он отрубился как только доел своё питание. Нацуо тоже слегка поклёвывал носом в машине, так что, вероятно, заснёт как только наестся, прямо на диванчике, а пока он носился со старшими по площадке. Всё же хорошо, что сегодня будний день, народу было мало, а репутация спасала от фанатов и просто неравнодушных. Снимать снимают, но главное ни к нему, ни к детям не лезут.       За этими мыслями и присмотром за детьми, пусть и издалека, Энджи не заметил как заснула Рей. Просто в какой-то момент её тело обмякло и потяжелело на его плече, пришлось приобнять чтобы было удобно. Было на диво удобно и уютно, просто сидеть в тишине и расслабленно поглядывать из-за прикрытых век за детьми. Он - герой и сразу поймёт, если что-то пойдёт не так. С этими мыслями Энджи позволил себе погрузиться в лёгкую дрёму. День действительно был хорош.       Так на новостных и фанатских сайтах появятся фото мирно дремлющего Старателя в гражданском с женой в обнимку, на некоторых из них в кадр попадёт автолюлька и еле заметный чубик красных волос. Будут ещё и другие, но это - первая полоса. Менеджер будет в восторге, в отличие от самого героя. Останется только порадоваться, что остальные дети так и не попадут в кадр, да и Шото не узнают.

***

      Уже вечером, когда все дети, уставшие от новых впечатлений и поистине активного дня, уснут, Энджи будет сидеть в своём рабочем кабинете, просматривая отчёты за день. Быть может, к нему на огонёк заглянет Рей, она сядет с кружкой чая и телефоном в мягкое кожаное кресло, подогнув ноги под себя. Возможно, в какой-то момент ей надоест просто листать ленту и она возьмёт в руки бумагу и любой пишущий предмет, допустим, ручку. То мягкое шуршанье ручки о бумагу, то резкие росчерки, небрежная штриховка...       Возможно, в какой-то момент она оторвётся от бумаги, гипнотизируя его макушку, а увидев, что её внимание заметили, отведёт взгляд.       Возможно, на второй или третий раз, она всё же сможет сказать: "ты мне нравишься, Энджи". Возможно, он будет немного застигнут врасплох, последний раз ему так признавались одноклассницы, они даже рдели также. Больших усилий стоило напоминать себе каждый раз: его жене всего семнадцать. Возможно, он боялся не меньше, чем она. Она просто покраснела щеками, а вот у него горели не только щёки.       - Ты мне ... тоже нравишься. - Даже в день их знакомства было не столь неудобно. Но, сказав это, он, возможно, испытал некоторое облегчение.       - Хорошо... - Рей позволила себе лёгкую неуверенную улыбку и повторила будто для себя, - это хорошо...       Возможно, молчание, в котором прошло оставшееся время, было не менее хорошим. Она закончила рисунок и, перевернув его, вышла из комнаты, не забыв кружку. Была уже ночь. А после, возможно...       Возможно, он позволил себе его рассмотреть. Это был портрет, его, Энджи. Яркий свет от настольной лампы освещал две трети лица и они были прорисованы на диво хорошо, но при этом небрежно. Видя эти чёткие прямые, он слышал шумные росчерки ручки, уверенные, длинные. Тень наоборот, совсем не имела прорисовки, сплошное полотно из небрежной и непрерывной штриховки, в ней не было деталей. Как это контрастировало с фоном. Плотная штриховка, темнее тени. Плавные узоры, полные мелких деталей, что нанесены поверх. Их она прорисовывала гораздо дольше и усердней, но глаза все равно приковывало лицо.       Это невольно поражало. Обычная бумага и ручка, но что-то всё равно получилось. Гораздо красивее, чем он только мог представить, думая об этих вещах. Таких обычных. Кажется я немного размяк, - думалось Старателю, собирающему документы в папки, чтобы не забыть забрать их завтра на работу. Среди них портрет оказался случайно.       Возможно.